So What If You’ve Been Reborn? [BL] / Ну и что с того, что вы переродились? [BL]

Когда с Чэнь Хэ произошло несчастье, его развитие остановилось в малом возрасте. Стоило ему проснуться в начале нового дня, как он забывал все, что случилось накануне. Как бы усердно он ни учился, это было бесполезно, потому что он забывал все это, просто вздремнув. Память трехлетнего ребенка и без того была нечеткой, да и что мог поделать ребенок? Все, что он мог делать, это играть или приветствовать свою бабушку. Кроме того, он родился в богатой семье. Каждое утро он должен встречаться со своими старшими родственниками, служанками и кормилицей. Ему нужно было делать то, что они велят. Каждый день ему напоминают о встрече с репетитором... Но даже не обращают внимания на то, что он его не помнит. Лишь сокрушенно качают головами обсуждая, что молодой хозяин стал еще большим дураком… Вот так Чэнь и стал местным шутом. Он должен был просто вырасти в семье Чэнь, купаясь в лучах богатства, но случайно упал с заоблачного утеса и стал учеником совершенствующегося в возрасте шести лет. Каждый раз, просыпаясь, мальчик видел своего учителя; это смущало невежественного маленького Чэнь Хэ, и довольно долгое время он ошибочно принимал Ши Фэна за нового дворецкого. Поначалу каждое утро одеяло раскрывалось, и оттуда выползал нежный белый комочек. Его пухлая маленькая рука лежала на одеяле, и он, стоя на коленях, поднимал свой взгляд на Ши Фэна. Внешний вид культиваторов не менялся с возрастом. Черные как смоль волосы свободно свисали, и ничего не удерживало их. Из-за того, что его волосы были такими длинными, некоторые пряди даже достигали макушки головы ребенка. Каждый день Чэнь смотрел на него с любопытством, протягивал руку и хватал пряди волос. Прохладные, гладкие пряди скоро выскользали из его рук и касались кончика носа, заставляя его чихать. Слегка приоткрыв глаза, Ши Фэн опустил голову и посмотрел на мальчика. Склонив голову набок, Чэнь внимательно огляделся по сторонам, и выражение его лица стало задумчивым. Это был не дом Чэня, и ему, кажется, не было трех лет. Техника ликерной мудрости секты Ми была способна передавать высокую мудрость и позволяла понимать тонкости и глубинные смыслы окружающего мира. Было чрезвычайно трудно мгновенно превратить маленького ребенка в ученого, который понимал многочисленные священные писания и древние тексты, но все же это было лучшее решение, чтобы позволить ребенку быть грамотным и уметь различать добро и зло. Применение метода ликера-мудрости было подобно тому, как оставить книгу в сознании человека; книгу, которую он мог понять, не читая. Священники секты Ми использовали это для передачи прозрений и путей буддизма. Способность Ши Фэна использовать это была ограничена, так что этого было достаточно, чтобы дать Чэнь Хэ базовые знания обо всех вещах в мире и дать ему знать, где он был, когда просыпался каждое утро. До того, как его замешательство было излечено, Чэнь Хэ не мог продолжать жить с умственными способностями трехлетнего ребенка. Маленький комочек неуклюже поднялся и отошел в сторону, чтобы одеться самому. Затем он вернулся, дергая Ши Фэна за одежду, и объявил тихим голосом, что он голоден. Ши Фэн поднял несколько овальных камешков и бросил их. Когда они коснулись земли, вспыхнул золотой свет, и галька превратилась в людей. Там были старики и дровосеки, а также женщины с корзинами на руках, все очень живые, как будто они были реальными. Поклонившись Ши Фэну и Чэнь Хэ в знак приветствия, они исчезли. Эта группа манекенов покупала на рынке еду, предметы первой необходимости и игрушки. Долина была полна совершенствующихся, которым не требовалась смертная пища для пропитания, и они даже не чувствовали запаха смертной пищи в течение многих веков. Однако теперь все было по-другому; каждое утро аромат булочек с мясом и горячей каши доносился из пещеры Ши Фэна. Старый даосский священник с белыми бровями жил ближе всех к Ши Фэну. Каждое утро этот запах заставлял его всхлипывать, а потом горестно вздыхать. «Мастер долины ошибался, не так уж трудно растить ребенка-дурочка. Он не жалуется, даже если ты кормишь его одним и тем же каждый день...» «Потому что он забывает об этом, ха-ха», — Другой «сосед» использовал свою божественную силу, чтобы передать сообщение. «Мм» Старый священник провел пальцами по своим длинным бровям и бороде, слегка задумавшись. Выйдя из своей пещеры, он увидел Ши Фэна, проходящего мимо по тропинке, усыпанной лепестками грушевых цветов и ступающего в ледяной ручей. За ним следовал толстый сверток, бегущий по берегу на коротких ножках. Состояние Чэнь Хэ значительно улучшилось. Когда он только прибыл в долину Черных Глубин, он был слаб и задыхался; теперь его лицо выражало спокойствие, а дыхание было ровным и глубоким. Техника управления дыханием, которая возникла из внутренних боевых искусств, была влита в подсознание Чэнь Хэ благодаря технике ликерной мудрости. Поначалу для Ши Фэна ставилась задача заставить Чэня бежать до тех пор, пока он не начнет задыхаться, чтобы активировать технику. Затем он использовал бы свою собственную духовную энергию, чтобы направлять циклический поток дыхания в течение тридцати шести дней. Но это заняло меньше десяти дней. Теперь, когда Чэнь начинал бегать, его тело бессознательно регулировало свое дыхание, чтобы поглощать Ци из внешнего мира. Поскольку он не знал, как остановиться, его тело поддерживало это состояние в течение всего дня. Все прекращалось только тогда, когда он засыпал. Даже если Чэнь ничего не помнил, его тело все равно не могло забыть. Тренировка, которой он подвергся, Ци, собранная в его ядре, они не исчезнут просто потому, что разум забыл. Пронизывающе холодные воды ручья текли через всю долину Черных Глубин, а в конце ручья было озеро, где Ши Фэн занимался своим ежедневным культивированием. Молитвенные четки, обернутые вокруг его запястья, были прозрачными, с ясным серебряным блеском. Продолжая идти дальше, он погрузился по самые икры, а затем и по колени. Наконец он поднялся на замшелую скалу. Его одежда, намокшая от плавания в бурлящих водах, была ярко-красного цвета и казалась очень темной. Нить четок была такой длинной, что ее конец оставался погруженным в воду. Бусинки, каждая из которых была одинаковой формы и размера, скользнули между его пальцами, их блеск стал более ярким. Он не читал сутры и не читал буддийских доктрин. Там он сидел молча, его взгляд был сдержанным и торжественным. Когда Чэнь пробегал весь путь до берега озера, все это время тупо глядя на Ши Фэна, он врезался головой в старейшину с длинными бровями, который дожидался его там уже долгое время. — Осторожнее, малыш, — взмахом своего рукава он поймал Чэнь Хэ, не касаясь его напрямую. Не в силах остановиться, маленький комочек споткнулся о левую ногу и покатился по земле, после чего принял сидячее положение. Внезапно различные совершенствующиеся, задержавшиеся на берегу, заговорили: — Погода сейчас все еще прохладная, но что нам делать, когда придет лето, ахаха! Старейшина с длинными бровями тоже сдерживал свой смех. — Малыш, ты ведь играл дома в пруду на заднем дворе, не так ли? — спросил он, положив одну руку на детскую шапочку с тигровой головой. — Может, ты случайно попал сюда после того, как упал в воду? Глаза у Чэнь Хэ загорелись.