Королевство кривых зеркал

Cнег беспощадно бил в лицо. Погода разогнала по барам, ресторанам и домам. Те немногие, кто осмелев, все же покинули уют и тепло, чуть не в припрыжку рассекали по заснеженным аллеям. Сквозь буйные порывы ветра было легко не заметить подступивший на край крыши силуэт, скользнувший к нижним этажам. Окно гостеприимно распахнулось. Тихий скрежет сквозняк унёс в полумрак коридора. Деревянные половицы скрипнули под парой покоцанных берцев. Тишина казалась мнимой, высокий юноша торопиться не стал, прислушался и медленно двинулся к двери, исполосованной сигнальной лентой. Полезное занятие он предпочел пустующим в такое время кинозалам. Его голову покрывал лишь капюшон выцветшей худи несмотря на пургу. Увесистая кожаная куртка плотно лежала на широких плечах, в складках залег снег. Послышались шаги, юноша юркнул в дверной проем. − Слушай, может все-таки подождем, всего пятнадцать минут… − Отвали, ты уже согласился! Вот именно, всего пятнадцать минут, − отвечал голос погрубее. Парочка в синем по очереди пролезли сквозь полоски желтого и направилась к лестнице. − Если Рэдхорн узнает... − А ты молчи, и он не узнает, парни прикроют нас. Голоса удалялись, а затем раздался хлопок входной двери. «Отлично», подумал Джейсон. Патруль лишний раз доказал добросовестность Готэмской полиции. Не каждую же ночь он должен оставлять после себя бессознательные тела. Противный металлический запах он почувствовал ещё с порога. Кровь. Жертва сильно истекла кровью, которую не убрали и не скоро тронут. Криминалисты, детективы, все, кто по долгу службы должны были изучить здесь каждый сантиметр еще не раз откроют эту дверь. Возможно, они раскрыли бы дело, если бы они знали город, как знает его Джейсон, если бы обладали хотя бы капелькой его решительности. Включив свет в ванной, он зажмурился, а затем уставился. Кровь повсюду. На зеркале, на стенах, на потолке. Размазанный след на полу. Пришлось извернуться, чтобы не оставить и собственный. Джейсон мгновенно считал калибр и угол. Здесь не было жуткого маньяка с бензопилой, кровавый фейерверк выпустили одной лишь крохотной пулей. Зацепившись взглядом за свое отражение под разводами алого Джейсон представил, как в последнюю секунду убитый стоял на этом же месте и с ужасом заметил силуэт в зеркале. Словно в присутствии призрака, он осмотрелся в последний раз. Жилище было бедным, но ухоженным. Убитый был одинок, весь быт вертелся вокруг работы, лишенной человеческих контактов. Устаревшая техника, со следами самостоятельного ремонта, в красивой деревянной раме пухлый ребёнок обнимал родителей, широко улыбаясь, небольшая медаль светилась на груди. Ничего интересного. На кухне снова ничего. Бесконечные кучи макулатуры, полупустые коробки хлопьев. Обычная квартира обычного человека. Кто и зачем оборвал жизнь ничем непримечательного мужчины? Все дело было в пятнах крови. Патрон не был обычным – железный факт. Тут ему на глаза попался изрядно выцветший кусок пластика, гласивший: «Дэвид Шеннон, младший инженер Готэмской Телекоммуникационной сети». На карточке значились только имя и должность, рядом с некачественной фотографией самого Девида, на обороте Джейсон обнаружил штрих-код. Интересно, как быстро удаляют из базы допуски мертвых сотрудников? Джейсон упрятал карточку к себе в закрома. Из гостиной донеся скрежет, Джейсон в миг замер. Четверть часа не истекла. Конечно, если он в Готэме и следовал по стопам кровавого убийцы, путь мог пересечься с кем-то, кто подобные дела щелкал пока Джейсон только ползать умел. Возможно, этот некто знал, что Джейсон здесь. Возможно, он его и искал. Возможно, Джейсон и сам искал этой встречи. Глубокий шрам, растянувшийся на правом плече, кольнуло фантомной болью. Он осторожно выглянул на звук, на ощупь выискивая нож, но как только яркая полоска синего блеснула на широкой груди вошедшего, рука остановилась. Острое лезвие выкрашенный в угольно-чёрный кевлар и не поцарапало бы. Дрожь пробежала змейкой вниз по спине. Конечно, он знал, кто носит личину Найтвинга. Не узнать танцующего в бою первого Робина, всеми любимого подопечного Брюса Уэйна он не смог бы, даже если хотел. Вошедший озирался по сторонам. Сквозь распахнутое окно порывисто влетали хлопья снега. У Джейсона была всего секунда, чтобы разглядеть человека, которого он не видел долгие годы. Найтвинг почти не изменился. Словно сошедший с греческого пантеона, невесомый и нахрапистый. Однако Джейсон успел отметить иную осанку, нечто незримое вот-вот придавит того. А ведь плечи циркачей обычно были гордо расправлены, как подобает любимцам публики. Куда испарилась в одночасье бездонная злоба Джейсон не знал, даже инстинкты затихли. С улицы послышалась сирена и смолкла. Затихло в квартире, затихло в голове и повсюду. Гимнаст тут же прильнул окну и Джейсон разглядел как сине-красные отсветы отрисовали на лице впадинки на скулах и птичьи брови. Чужое присутствие вдруг стало реальным. А столкновение показалось неизбежным. Каких богов благодарить Джейсон не знал, но оцепенение, овладевшее им, начало слабеть, а инстинкты начали просыпаться. Тело снова принадлежало ему, а не неведомой силе. И Джейсон ринулся к выходу как безумный, оборванные ленты безвольно упали к дверным косякам. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что его преследуют. Буквально проломившись сквозь стекло, он семенил что было сил, не чувствуя тверди под ногами. Он несся как по воздуху сквозь рвущий лицо ветер. Наконец он обернулся. Увиденное не заставило его удивиться. Бравый супергерой мчался почти не отставая, лицо так и светилось твердой, опасной решимостью. Через один длинный прыжок Джейсон приземлился как барахтавшийся кот на лапы. Среди дымоходов он выискал момент чтобы укрыться хотя бы на миг когда услышал, как повторил его путь преследователь и судя по звуку, приземление у него вышло менее варварским. Джейсон проигнорировал укол злости, хорошо, по карманам он рассовывал самодельные примочки. С тихим шипением густое облако развернулось среди труб. Глаза Найтвинга распахнулись, руки взметнулись, но было поздно. Сквозь дым он влетел точно в трубу и повалился вниз. Легкие обожгло, из глаз градом повалились слезы. Кашель сопровождался рвотными позывами. Голова неистово кружилась, точно после карусели. Несколько мягких шагов доносились все ближе. Сквозь острую боль он все же смог раскрыть глаза, но разглядел лишь мутное пятно, которое тут же растворилось. Дик выругался и со злости стукнул головой по стенке. Выправить дыхание все не получалось. − Ди.. Найтвинг, ты в порядке? Малыш Тимми, занимавший этой ночью кресло у мониторов, явно заподозрил неладное, наблюдая за мигающей точкой на карте, которая резко покинула нужную локацию. − В порядке, − Дик не смог скрыть раздражения в голосе и продолжил, лишь бы избежать вопросов, − В квартире кто-то был. Он сбежал, как только я пришел и у него нашлась газовая граната с потрясным коктейлем. Он нервно растирал виски и старательно игнорировал звон в ушах. − Я скоро буду, ты толь... − Не надо, все в порядке. Правда, все хорошо, спасибо. Пару минут и я обратно. Как бы сильно он не старался искренне поблагодарить Тима, по заминке стало ясно, что у него не получилось. − Мне кажется, тебе будет сложно что-то там осматривать. Дик возненавидел эту неделю. *** Бежать он перестал только когда легкие покинул последний воздух. Джейсон старался не попадаться соседям, у него в подкорке сидел чудной страх столкнуться с людьми вот так повседневно. Чтобы не выражали их лица, разглядеть он мог только осуждение или отвращение. Поэтому испытывал облегчение если пройдет до своей двери в одиночестве. Пусть люди существуют где-то там, но не в его реальности. Он, конечно, мог в пару цепких движений оказаться прямо на собственном балконе. Мог, но отчего-то не всегда так делал. Последняя вылазка заставила его позабыть о нелюбви к соседям. Липкий свет фонаря сочился сквозь плотные жалюзи. Он вернул засов на место, скинул куртку по пути и почти машинально заправил кофеварку. А затем рухнул на диван тяжелой глыбой. Сердце бешено стучало. Тишину наполняло только слабое кряхтение старенькой машинки. Внезапно стало неуютно, биение собственного сердца показалось Джейсону чужеродным. Странно. Не было ни единого шанса, что их следующая стычка с Бэтменом не закончится кровавой дракой. Ему нравилась устроенная психологическая пытка и то, как лихорадил умом бывший приемный отец, пытаясь раскрыть линчевателя. То время прошло. Но он никогда не задумывался о встрече со сводным братом. Он помнил его. Он помнил многих и многое, но не касался этих воспоминаний. Зачем? Для себя он знал, что привело его обратно. Это и его город тоже. Он имеет право на свое видение справедливости. Пусть оно было более гибким, чем заскорузлый свод правил Готэмской летучей мыши. Из недр всплывали обрывки, только тем и были, обрывками воспоминаний. Одна из причин, почему он не особо стремился ковыряться в своей памяти. Любая попытка углубиться в прошлое приводила к открытию новых дыр. Он помнил запах печенья из духовки, британский акцент, сухие страницы томов, безэмоциональные комментарии, со временем ставшими упреками. А еще он помнил женские всхлипы прямо перед взрывом. Помнил, как нашел своего отца в крови. Крики матери, ее медленное помешательство, приют, улицы, покрышки бэтмобиля, дальше вспоминать не хотелось. А еще были пустоты. Джейсон чувствовал пустоты, там, где должно находиться его прошлое, привычки, вкусы. Все то, кем он был из него выбили, залили бензином и подорвали. Он, злобно посапывая, не мог разобрать, правдивы ли осколки прошлого, которые закружись вихрем в голове. Широкая улыбка, звонкий смех, мягкий румянец на высоких скулах. Дик помогает ему встать, обязательно при этом колко шутит. Морщинки весело складываются в уголках глаз. И конечно увесистая рука, ложившаяся на принимающее плечо всякий раз, когда его сводный брат и приемный отец находились рядом. Свое место среди этих воспоминаний Джейсон определял на приличной дистанции. Расстояние, которое из шагов, со временем стало разрывом из одной жизни, в другую. Те двое остались там, а он оказался, где ему быть и положено. На улице, наедине с насилием и голодом. Разве что теперь источник насилия – он сам. Злой смешок вырвался из него, когда он вспомнил, каким беспомощным был Дик всего пару часов назад. По его щекам стекали слезы, он должен был благодарить Джейсона за его милосердие. Тот мог оставить его как минимум с одной дыркой в теле. Бульканье уже давно утихло. Тягучий напиток наполнил прохладную керамику в руке. Вдыхая аромат горячего кофе, Джейсон раскинул ноги чуть не выше головы. Кружку он небрежно бросил на подлокотник. Запах быстро распространился повсюду, резко сделалось уютнее. Закрыв глаза, он опрокинулся на спинку, не сделав ни глотка, веки стали тяжелыми и его утянуло в сон.