Новая страница

- Что я тебе говорила, Алекс?! - Истеричный голос матери пробрался в его голову сквозь вату. - Она просто потеряла свою игрушку, - Натаниэлю было всего девять, когда он отошёл на площадку, чтобы помочь младшей девочке найти своё ведёрко для песка. Почти год они находились с материю в бегах, почти год они боялись каждого шороха, почти год они не расслаблялись ни на секунду, почти год он не слышал своего настоящего имени из уст матери.       Со дня побега Мэри только кричала диким шёпотом, таскала Натаниэля за волосы и сжимала его руку или лицо в своих дрожащих ладонях, царапала отросшими ногтями, стоило хоть кому-то смотреть на них дольше минуты. Мэри била его, стоило подать голос или стать слишком настойчивым или усталым, она кричала на него, если тот вдруг забывал откликаться на новые имена. Она сильно дёргала его за волосы, что часто вызывало мигрени по вечерам, когда красила волосы в пепельный цвет, заставляя Натаниэля сидеть неподвижно, как скала. Она сжимала его предплечья до кровяных синяков, если мальчик отходил на неё даже на шаг, она сдавливала его рёбра пока они спали так сильно, что на следующее утро ему было больно дышать.       Его щёку сильно обожгло, это был первый раз, когда мама ударила его так сильно, что перед глазами забегали мурашки. - Я сказала ни с кем не разговаривать, ни к кому не подходить и ждать меня на одном месте, - шипела Мэри, притягивая Натаниэля Алекса за волосы к своему лицу. – Хочешь, чтобы твой отец нашёл нас? Нашёл и порубил на кусочки? Ты хочешь, чтобы это стало твоей виной, хочешь вернуться? – Натаниэль не хотел, не хотел больше никогда видеть отца, чувствовать оцепенение в его присутствии, не хотел злить маму и очень хотел заплакать, но она так сильно сжала воротник его рубашки, что он вдруг испугался и отчеканил на автомате, как всегда делал на тренировках с Лолой, чтобы та отстала от него и перестала делать надрезы около ногтей на пальцах, если тот оказывался не слишком метким. - Нет, не хочу.       Мэри крепко прижала его к себе, до боли стискивая в районе груди и нашептывала на ухо с такой яростью, что мальчик зажмурился. - Тогда слушай меня и делай как я говорю. Никому не доверяй Алекс, никогда никому не доверяй, продолжай бежать так быстро как только можешь, даже если у тебя отнимут ноги, никогда не останавливайся. - Да, мам, - Алекс помнил, как впервые смог выдохнуть тогда, и как отшатывался от людей на улице следующие несколько месяцев, из раза в раз получая болезненные тычки в бок.       Он помнил, что случилось, когда он ослушался её, помнил верёвки, впивающиеся глубоко в кожу, растирая мясо до крови. Помнил, как Рико смелся, смеялся, смеялся, сидя на нём сверху и до тошноты прижимал его собой к матрасу, через который в спине чувствовались пружины. - Что такое, Алекс? – С садистской улыбкой шептал тот ему на ухо. - Чувствуешь себя неловко? – Он облизал его ухо, прежде чем снова надавить на нож в его рту. – Или тебе больно, Стефан? – Когда нож стал прорывать кожу миллиметр за миллиметром, не намереваясь останавливаться, Нил затрясся он перенапряжения, стараясь не кричать так громко. – Или может тебе страшно? – Нож пропал на секунду для того, чтобы появиться вновь, теперь на свежей открытой ране он пробрался чуть ли не до кости, начиная расковыривать обуглившиеся от зажигалки раны. – Тогда тебе стоит кричать громче, Оливер, и может тогда я пощажу тебя.       И Нил кричал, громко, до слёз, до срывающегося голоса, до потери сознания. И Рико никогда не останавливался и не замедлялся, продолжая смеяться, смеяться, смеяться.       Нил открыл глаза резко, с болью в голове, боясь снова обнаружить себя очнувшимся на поле после того, как он откликнулся на «неправильное» имя и получил очередной мяч по своему незащищённому ничем кроме спортивной майки и шорт телу, израненному, исколотому, прожженному и избитому. Но он сидел на диване, на котором так и заснул поздней ночью, с которого его не забрал Эндрю, хотя раньше грешил его ночными кражами, после того как смотрел в одну точку, прокручивая в голове воспоминания минувшей давно зимы, пытаясь убедить себя в том, что всё нормально, Эндрю не было рядом, но он был в порядке.       Дом не был погружён в привычный утренний холод, лицо жгло ароматным паром. Нил поднялся на ноги, игнорируя небольшую заминку в шагах. Он хотел уйти отсюда как можно скорее, сбежать от ведений, избавиться от настойчивой тревоги в голове. Пробежка могла бы помочь, но сейчас в их доме были гости, и парень чувствовал, что это будет не совсем правильным. Войдя на кухню, Нил сильнее спустил рукава своего лонгслива, намереваясь не вспоминать сегодня о наличии шрамов и тем более забыть о том, как он их получил.       Эрик готовил что-то, шепотом подпевая Алекс, которая на своём выдуманном детском языке мурлыкала под нос песенку. Девочка сидела на столешнице, как иногда делал Нил, желая позлить Эндрю и выбить себе пару яростных утренних поцелуев. Однако при мысли о том, что кто-то, даже Эндрю, попытается дотронуться до его лица или тем более ограничить воздух, по рукам пробегали мерзкие атрофированные мурашки. Девочка мяла в руках кусок хлеба, что был смочен в жидком яйце, отчего и издавал противный хлюпающий звук, но, очевидно, веселил ребёнка. Слащавость в воздухе, судя по всему, принадлежала французским тостам, которые шкворчали на сковородке, но вызвали у Нила только тошноту.       В руках у девочки был не первый ломоть хлеба, два других, уже порядком измятых, лежали рядом. Потянувшись за одним, Алекс столкнула его к краю стола и наклонилась следом, размахивая ногами над пропастью. Что-то в теле сработало быстрее чем в голове, и Нил рванул вперёд, подставляя руки именно в тот момент, когда Алекс соскользнула со столешницы. На мгновенье Нил испугался, что больше никогда не сможет дышать, несколько жутких сценариев с графичным одинаковым концом застыло перед глазами, пока парень не отмер от громкого писклявого звука. Смех. Алекс смеялась, дрыгаясь в его руках. Эрик, стоявший в паре сантиметров от них, даже не дёрнулся. Он медленно повернул голову, улыбаясь девочке и наверняка перепуганному Нилу. - Лекс, как мы должны спускать? – С озорной улыбкой спросил он у девочки, которую Нил поспешил поставить на пол. - По стулу! – Забыв о тишине крикнула девочка, подбегая к табурету и снова забираясь на столешницу. - Вот именно. Ни к чему пугать своего дядю. К тому же ты могла бы больно ушибиться, и я бы запретил тебе сюда подниматься.       Глаза Алекс сощурились, и она снова спрыгнула, только теперь целенаправленно, хихикая над тем, как Нил снова дёрнулся в её сторону. Эрик покачал головой, на что она расставила руки по сторонам, демонстрируя свою целостность. - А я и не ушибвась! – И снова засмеялась, забывая про беспорядок, который устроила на столе, начиная бегать по кухне и уже громче, но всё также неразборчиво выкрикивать слова из какой-то немецкой детской песенки. - Спасибо за бдительность, - весело обратился мужчина к Нилу, пока последние тосты дожаривались. – Не стоит так подрываться каждый раз, когда ситуация безопасна. - А если бы она упала головой вниз? – Недоверчиво ужаснулся Нил. - Ну, она точно не собиралась разбивать себе голову и планировала спрыгнуть на ноги, к тому же здесь от высоты максимум метр. - Это было правдой, что поделать раз они с Эндрю ростом не вышли. – Но всё равно спасибо, пожалуй, оставлять ребёнка с вами самое безопасное решение. - Явно только для ребёнка, - выдавил Нил, пытаясь избавиться от ощущения тремора от маленького тела в своих руках. Эрик посмеялся, хотя Нил не претендовал на звание комика дня, и выключил плиту. - Я не знал, что вы обычно завтракаете, так что делал чуть больше - Спрошу Эндрю. - Он закончил тренировку незадолго до того, как ты проснулся, - потерпев крушение при постановке речи на английском, Эрик снова переключился на английский.       Он смог так сильно погрузиться в кошмар, что не услышал ни как мимо него проходят два взрослых мужчины, ни один очень шумный ребёнок. Обычно в моменты срывов он, наоборот, становится более чутким ко всему вокруг, но небольшое количество сна не могло его не подставить.       Было немного странно, что Эндрю вдруг решил встать рано, так ещё и первым делом пойти заниматься. Однако ощущение приятного раннего подъёма не посещало сегодня Нила. Уставившись на свой телефон в кармане, который со дня срыва не разряжался, парень обнаружил что время стремительно неслось к обеду, что вполне объясняло его вялость. Открыв дверь в их с Эндрю комнату, первое что почувствовал Нил – запах свежести и шампуня. Тёплая влажность струилась паром из открытой двери ванной, а у шкафа стоял обнажённый по пояс Эндрю. Серые штаны, которым обычно блондин предпочитал черные, мягко сидели на его ногах, топорщась на коленях и немного у ступней. Он копался на тех полках, которые были завалены одеждой Нила, что удивило парня в первую очередь. Сразу после штанов, разумеется. Волосы были ещё немного влажными и свисали на лоб, отчего блондин хмурился. Вытащив две идентичные футболки, одна из которых была розовой, а другая салатовая, он недовольно поморщился. Бросив оценивающий взгляд на Нила, появлению которого он почему-то не удивился, Эндрю упёрся взглядом в его лицо. Нил чувствовал, как тот ощупывал его глазами, подмечая каждую удручённую складочку после ужасного сна.       Ничего не сказав, Миньярд бросил вещи обратно в том же ужасно скомканном состоянии, в котором они лежали до этого и закрыл шкаф, направляясь к аккуратно заправленной кровати Джостена, на которой лежали его домашние вещи, что он носил последнюю неделю. Тёмная футболка болотного цвета мгновенно скрыла тело Эндрю, самые любимые Нилом места, правильно очерчивая силуэт его плеч и груди. Мужчина также взял его повязки с изображением лапок, о которых всегда отзывался в уничижительном тоне, и натянул их на свои голые предплечья, довольно проводя по ним руками. Видеть Эндрю в чём-то не чёрным было очень странно, однако эта смена имиджа внезапно пошла Нилу на пользу и, сам того не понимая, он расслабился.       Только когда мужчина подошёл ближе, почти вплотную, Нил наконец заметил, что изначально сбило его с толку. Лицо Эндрю было абсолютно пустым, но не в том смысле, в котором обычно. Ни на брови, ни на губе, ни даже на ухе не было привычных украшений. Это выглядело странно, но так мило, что Нил не мог не протянуть руку.       Остановившись у самой кожи, так близко, что можно было почувствовать её тепло, Нил сжал кулак и прикусил губу. Он, кажется, что-то промычал, но Эндрю не спешил трогать его в ответ. С всё тем же жёстким и серьёзным лицом он наклонился немного вперёд, так, чтобы рука парня наконец дотронулась до его брови. Прикрыв глаза, Эндрю стоял рядом и не двигался, такой открытый и доверчивый, что дыхание Нила сбилось. Проведя большим пальцем по коротким волоскам, таким ровным и гладким, Нил не смог сдержать тихого восхищения. - Ого. - Ого? – Передразнил его Эндрю. Нил редко оказывался с ним вот так, лицом к лицу, чтобы иметь возможность рассмотреть движение каждой его мышцы, во время разговора. Как глаза немного напряглись, стоило Эндрю почувствовать уверенное касание к брови и тень от ладони Нила на лице, как его рот расслабленно открывается, а ленивое движение языка способствует тому, что слова получаются такими тягучими и плавными. Как едва дёрнулся уголок его сомкнутых губ, чтобы получился этот невероятный саркастический оскал и начала формироваться очаровательная ямочка. - Ты милый, - пожал плечами Нил, переводя свой палец к виску Эндрю, приподнимая его влажные волосы, чтобы разглядеть ухо, но не трогать его кожу, помня о своей чувствительной зоне.       Ореховый мёд тут же проник в его душу. Распахнувшиеся веки не открывались широко, это были едва прикрытые ресницы сверху и снизу, легко трепыхающиеся, словно на них дул ветер. Бровь под пальцем напряглась и спустилась ниже, тщетно пытаясь сделать мягкие черты лица вновь острыми и опасными. - Не называй меня милым, - требовательно прожурчал Эндрю, но, к его несчастью, взгляд Нила был цепко прикован к его уху, выдающему ложь.       Обычно Нилу было весело подкалывать Эндрю или дразнить его, пытаясь добиться смущения, которое мужчина показывал в открытую. Но сейчас слова вылетали сами собой и в них не было и доли сарказма или хитрого веселья. Только приятная правда, внезапно настигающая парня изо дня в день. - Не могу, если это так и есть, - Нил знал, что на его лице не было улыбки. Когда её не нашёл и Эндрю, он грозно закатил глаза, не открывая их вновь. - Дырки сильно заметны? – Спросил он после нескольких минут тихого разглядывания со стороны.       Нил не сразу понял, о чём тот спросил, но, когда пригляделся к лицу, не сразу смог их заприметить. Одна точка была хорошо спрятана в волосах широкой, приподнятой в вопросе, брови, другая оставалась незаметной из-за тени под губой и в ней. А ухо было прикрыто волосами. - Не заметны, если не знать где они, - удовлетворившись таким ответом, Эндрю кивнул, хотя было видно, что сам не верил в это до конца.       Убрав руку, Нил продолжил смотреть на Эндрю, переходя с одной веснушки на другую, цепляясь то за бегающие глаза, то за мелко дрожащий нос. Когда долгое время между ними висела тишина, Нил тоже прикрыл глаза, позволив себе чувствовать Эндрю на всех уровнях, так глубоко, как он только мог забраться. - Ты красивый, - выдал он, когда снова открыл глаза и неизменно увидел перед собой расслабленного Миньярда, такого, которого не видел ещё никогда.       Фыркнув, Эндрю открыл глаза и тут же поспешил отвернуться, впрочем, уже не отвергая сказанного. - Эрик приготовил французские тосты на завтрак, - вспомнил зачем пришёл Нил. Эндрю кивнул, зачёсывая волосы назад перед зеркалом, быстро, впрочем, теряя к этому интерес и начиная поправлять повязки на руках. - Поцеловать тебя, да или нет? – Спросил он, обернувшись и снова подходя ближе. Нил хотел бы этого, но отрицательно помотал головой. - Не сегодня, - окинув взглядом парня ещё раз, словно увидев впервые за день, Эндрю кивнул сам себе и забрал телефон со стола, уже не глядя на Нила. - Тогда пошли. Я приготовлю тебе твой отвратительно не сладкий сэндвич. – И хоть брови Эндрю потянулись вниз навстречу губам, складываясь в гримасу отвращения, Нил почувствовал проблеск чего-то первого хорошего за день, не вызывающего тошноты.

***

      Сегодня Алекс была на удивление покладистой за завтраком. Она сидела между Эриком и Ники, весело болтая ногами и даже с полным ртом мягких тостов умудрялась что-то напевать, полностью игнорируя недовольного этим Эрика. Она макала свой кусок хлеба в одну или сразу в несколько мисок со сладкими допингами и сильно сжимала, даже если Ники делал ей замечания и начинал ругать за игры с едой. Надо же, Нил никогда бы не подумал, что Ники будет ругать кого-то за несерьёзное отношение вообще к чему-либо, но видимо родительство очень сильно меняет людей. Впрочем, поэтому он, наверное, не хотел бы иметь своих детёнышей и мечтал увидеть, что стало с Аароном спустя месяц активного общения с новорождёнными. Вдруг он станет более терпимым.       Ники с Эриком часто переглядывались, но Нил при всём желании не мог бы догадаться о подтексте их молчаливого общения. Вчера, когда они остались с Клозе наедине, он попытался узнать в чём дело, всё же скованность и тишина не были свойственны Ники, на что Эрик вполне грустно заявил о небольших внутрисемейных неполадках. Нил был полным профаном в плане социального взаимодействия, и считал, что раз поинтересовался, то выполнил какой-то план по вежливому общению. В конце концов, если Эрик захотел бы, он бы рассказал, что его тревожило, а если нет, то кто такой Нил, чтобы лезть к нему? Однако Эндрю дважды пнул его под столом и это Нил воспринял как намёк не пялиться, а потому он уставился на свой небольшой кусок поджаренного хлеба с беконом, огурцом и бобами. Он не мог чувствовать себя виноватым, когда семейство Клозе с таким же тихим интересом рассматривало его парня. Кроме Алекс, она была заинтересована только в уничтожении их кухни и употреблении карамельного масла.       Когда завтрак был окончен, а вернее, когда Эндрю наелся, он поднялся со стола и забрал несколько пустых тарелок. Эрик уговорил Алекс пойти умыться, а Ники сидел за столом, поворачивая голову почти на 180°, чтобы попялиться на Эндрю. Нил воспользовался выученным сегодня уроком и пнул его под столом. Ники тихо ойкнул и пристыжённо посмотрел на Нила, выходя из-за стола и забирая оставшуюся посуду. - Ты решил поменять стиль? Выглядишь… необычно? – Ники поставил посуду в раковину и присел на столешницу рядом с раковиной.       Эндрю взял в руки грязный мокрый нож и наставил его на кузена, указывая им же на место куда он решил сесть. Ники понял намёк, выставляя руки перед собой и отходя от кухонного гарнитура на несколько шагов. - Би сказала, это может помочь Алекс быстрее привыкнуть ко мне, - спокойно пояснил Эндрю, начиная намыливать лезвие. - О, ничего себе. – Ники был в шоке и Нил мог его понять, он всё-таки знал своего брата вот уже почти десять лет, а то и больше. И всегда Эндрю придерживался исключительно стиля готов, как любил говорить Стюарт в те редкие несколько раз, когда они обсуждали Эндрю, а вернее, когда Нил пытался увести от него разговор как можно быстрее. – Тебе не стоит так… кардинально переживать. Всем детям надо адаптироваться к новым знакомым, тем более взрослым, с вами у неё это происходит даже быстрее, чем я представлял. - Не хочу её пугать, - Эндрю оставил очередную тарелку и помахал рукой в сторону Нила, который до сих пор сверлил взглядом недоеденный сэндвич, за который ему было стыдно. Он поднялся, и передал его Эндрю, уже зная, что бедному бутерброду будет уготована учесть упокоиться в мусорке. - Ты не можешь быть серьёзен, - напряжённо рассердился Ники. – Она вчера никак не могла заснуть, не пожелав тебе спокойной ночи. А как она была рада, когда увидела мольберт? Эрик сказал, она так визжала, что он боялся за её горло. - Подкупать ребёнка подарками, не лучшая воспитательная тактика, - всё ещё недовольно бубнил Эндрю, не глядя на кузена. Из ванны послышался весёлый хохот и быстрый топот ног, сначала маленьких и быстрых, а затем тяжёлых и массивных. - Но рабочий, - Ники слабо пихнул Эндрю в плечо и подмигнул Нилу, прежде чем на кухню вбежала кричащая о помощи Алекс. Она сразу же направилась к Ники и запрыгнула в его ждущие руки, крепко обнимая за плечи и громко вереща, стоило Эрику прибежать за ней следом и крепко обнять их уже вместе с Ники. Девочка радостно смеялась, и хоть Нил закрыл уши, чтобы не лишиться барабанных перепонок, на его лицо заползла скупая ухмылка. Нил не мог представить себя в её возрасте, играющим с родителями во что-то подобное. - Обнимашки! – Алекс победно вскинула руки, выворачиваясь в руках Ники и обхватывая за шею теперь Эрика, целуя его параллельно в нос. Эрик поморщился, но Ники из объятий не выпустил. Они смотрели друг на друга какое-то время, пока Ники не потянулся вперёд, невесомо касаясь губами щеки Эрика. Алекс захихикала и укусила Эрика за нос. Мужчина притворно шикнул на неё, а потом подался вперёд, чтобы оставить след своих губ на лбу у Ники. Только на этот моменте Нил почувствовал достаточно неловкости, чтобы отвернуть и помочь Эндрю протереть посуду и убрать её в шкаф.       Заслышав звяканье керамики и стекла, девочка быстро оказалась на полу, прыгая возле Эндрю и кривляясь, пока он не посмотрел на неё. - Мыть – мыть, - тихо прошептала она, улыбаясь одной из своих самых жутких улыбок.       Эндрю смерил её взглядом и дал ей мокрую тряпку, указывая на столешницу, всю измазанную хлебом и высохшим яйцом. - Сначала убери за собой беспорядок, - скомандовал Эндрю и девочка резко приложила обе руки к голове, словно хотело отдать честь, тут же заезжая мокрой тряпкой себе по лицу и начиная гоготать, повторяя движение несколько раз, пока Эрик попросил его не заливать водой всю кухню.       Когда Алекс домыла стол с уставшим громким «уф», Эндрю как раз закончил мыть посуду, но девочка, кажется, не обиделась, что помогать больше нечем. Она легла на стол и прикрыла глаза, пока рука Ники перебирала её разлохматившиеся волосы. - Мы тут, когда вчера ехали, заметили с папой небольшую детскую площадку неподалёку, - прошептал Ники ребёнку на ухо и та сразу же оживилась. - Гулять? – С искрами в глазах спросила она, и как только Ники кивнул, Нил закрыл руками уши. С громкими криками Алекс несколько раз оббежала всю кухню и скрылась на втором этаже, дважды запинаясь на лестнице, от чего, Нил мог поклясться, замерло не только его сердце. За эти несколько дней Нил точно наверстает размягчённые годами спокойной безопасной жизни реакции и вернётся в форму параноика. Вряд ли он когда-либо поймёт, как люди отваживаются посвятить себя детям и удачно справляются с сохранением их жизни, не то что воспитанием. - Я помогу, - Эрик медленно убрал руку с талии Ники и, поправив стул, который Алекс снесла, ушёл в прихожую, за уличной одеждой. На дворе хоть и было начало августа, ветер сдувал с ног. - Эндрю, - немного погодя начал Ники, по привычке сгибая пальцы на руках. Нил невольно поймал себя на том, что делает также, когда нервничает. – Мы хотели бы с Эриком сегодня отойти ненадолго. Всего на час или может полтора. Нам надо просто обсудить всё что накопилось, ещё и проблемы с садиком для Алекс, которых мы не предвидели. Она обычно хорошо устаёт на прогулке и вечером уже не такая активная. Надо будет только покормить её и… - Идите, - спокойно перебил его Эндрю, который всю несвязную тираду Ники продолжал вытирать свои руки. - Правда? Ты скажи если это трудно, всё в порядке, мы можем отложить это. - Я не говорю то, чего не хочу. И не делаю. Я сказал тебе вытащить голову из задницы и возьму на себя ответственность. - Да, но ты не обязан. Я знаю, что мы свалились к вам так неожиданно и что у вас могут быть вои дела. - Мой сезон окончен, - пожал плечами Нил, - утреннюю пробежку я пропустил, так что совершенно свободен. – И может это было ложью, и он бы с большим удовольствием закрылся где-то один, но это было то, в чём он мог помочь и Ники, и Эндрю. - Если мы захотим заняться непотребствами, у нас будем вся ваша прогулка, так что вперёд. – Нил был уверен, что никаких непотребств между ними не будет, но тем не менее кивнул на ожидающий взгляд Ники. - Правда? В смысле, спасибо! Это то, что нам надо сейчас, просто обсудить всё, хотя я и волнуюсь. – Нил не знал, почему Ники продолжает на него смотреть, но снова кивнул. – Она не гуляет меньше часа, так что точно проголодается, как мы вернёмся. Я даже покормлю её, она может проваляться несколько часов, так что можете просто включить ей мультик и этого будет достаточно, но, если вдруг что-то случиться, просто позвоните и мы сразу вернёмся, хорошо? Она не капризная, только когда устаёт начинает вредничать. Мы точно вернёмся к тому моменту как ей будет пора спать, два часа – это максимум, обещаю! - Ники, - Эндрю выставил перед собой руку и сомкнул все пальцы, то ли прося сделать звук потише, то ли вовсе затыкая. Клозе сильно сомкнул губы и, дважды кивнув, испарился на втором этаже.       Они с Эндрю смотрели друг на друга, пока Эндрю не выгнул бровь. - Разноцветный суп? – Предложил Нил и Эндрю сразу же кивнул. Этого часа им как раз хватит только на то, чтобы приготовить обед, потому что Эндрю быстро уговорил Эрика уйти вместе с Ники сразу после прогулки. Нил сел на пол, чтобы вытащить всю нужную посуду из нижнего шкафа, пока Эндрю на носочках тянулся за теми специями, которые сам убрал наверх минутой назад.       Хмыкнув, Нил провёл ногтем по приподнятой пятке, что тут же опустилась, приваливая его согнутый палец. Резкого выдернув его, Нил зашипел и надулся, глядя на не впечатленного Миньярда, который снова поднял свою чертову бровь.       Когда Алекс, уже одетая в утеплённую рубашку, прибежала к ним попрощаться и пообещать принести с улицы подарок, Нил помахал ей рукой, не ожидая, что ребёнок захочет врезаться на полной скорости в его ноги и так крепко их обнять, что парень испугался, что упадёт вместе с ней на пол. Однако позади него оказался Эндрю, придерживающий его за плечо, как всегда, уберегающий от внезапного падения. Стоило всей чете Клозе скрыться за дверью, как Нил с Эндрю выдохнули в унисон. Миньярд высыпал в раковину всё то, что надо было почистить, помыть и порезать, оставляя это Нилу, а сам поставил кастрюлю на плиту и стал искать очередной подкаст, который он пропустил за последнюю неделю. Пока какой-то мужчина, весьма приятным и интригующим голосом вещал про развитие кинематографа в пятидесятые годы прошлого столетия, Нил под строгим присмотром кромсал картофель и томаты так мелко, как любила не только Алекс, но и сам Эндрю, отвергающий крупные куски чего бы то ни было.       За последующие два часа никто из них не произнёс ни звука, а когда еда находилась в том состоянии, в котором за ней не надо было пристально смотреть, они плавно перекачивали в гостиную на один из отодвинутых в сторону диванов. Всё вокруг кричало о хаосе, но Нил знал, что он скоро закончится, а поэтому позволял ему происходить, не закрывая глаза на слишком долгое время. На главе про схождение популярности черно-белых картин Нил заметил, как голова Миньярда то и дело заваливалась на бок. Эндрю задремал, как только с разрешения и уговоров Джостена удобно устроился у Нила на плече и парню было чем отвлечь себя от кроющихся за углом сознания кошмаров. Он смотрел как грудная клетка под скрещёнными массивными руками медленно поднималась и только после этого мог сам делать вдох.

***

      Джостен перестал быть уверенным в решении Эндрю уже спустя две минуты после того, как ребёнка полностью оставили на их попечение. Стоило Эрику прочитать короткий нравоучительный урок Алекс как надо себя вести в гостях, он забрал переживающего Ники и закрыл за ними дверь, обещая быть на связи, а девочка, что была воодушевлена уходом родителей, просто разлеглась на полу в прихожей, отказываясь раздеваться и мыть руки. Десять минут его старательных увещеваний сделать хоть что-нибудь разбились о простое «нет» из уст ребёнка. Пьяным Кевином манипулировать было проще, однако Нил тоже не был так прост, он имел опыт переговоров с особенно несговорчивым, очень капризным и ворчливым Эндрю, а потому решил воспользоваться проверенной тактикой и упал рядом с ней. Тактика сработала, он смог привлечь к себе внимание, Алекс захихикала, но сделать то, что её попросили так и не надумала. Она подползла к Нилу и соприкоснулась с ним макушками, раскинув ноги и руки в сторону. Нил сделал тоже самое и в таком положении их и нашёл Миньярд спустя пару минут. - Цветные макароны или динозавры? – Спросил он у Алекс. Девочка положила грязный палец в рот, раздумывая, а потом вскинула ладошку вверх. - Динозабвы! – Нил не стал объяснять, что динозавры являются теми же самыми макаронами, во многом из-за того, каким взглядом на него посмотрел Эндрю. Миньярд же, получив нужную ему информацию, снова исчез. Блондинистый засранец.       Данная поза напоминала Джостену несколько ночей в «Гнезде», когда у него попросту не хватило сил подняться самостоятельно, а Жана не было рядом. Нил поспешил встать, когда понял, что его спина начала затекать, и теперь девочка смотрела на него обижено. - Я устал лежать, - пожал он плечами. – Как устанешь - приходи, но учти, что с грязными руками Эндрю выгонит тебя с кухни. - Хей! – Девочка поднялась вслед за ним, - ты лежал на полу! У тебя тоже гвязные луки! - Нил посмотрел на свои руки, на которых, конечно, ничего не было видно. - Ты права, - сразу же согласился он, выставляя ладони перед собой. – Я хочу получить свой десерт после обеда, - нагло соврал Нил, направляясь в сторону ванны, слыша за спиной возмущённые пререкания девочки, что собиралась перегнать его.       Она закинула свою рубашку на одну из вешалок очень небрежно, так, что та собиралась в ближайшем будущем свалиться на пол, и побежала в ванну, отнимая у Нила мыло и от усердия разламывая размокший кусок на две части. Одну из них Нил забрал себе, надеясь, что это отговорит девочку от слёз, но та была слишком увлечена их соревнованием.       За столом уже стояло три тарелки, пышущие кипятком. Предупредив об этом, Нил отодвинул стул, и Алекс забралась на него с коленями, вытягивая перед собой ладошки, показывая Миньярду насколько они чистые. Нил сделал тоже самое и Эндрю, выдохнув короткое «пойдёт», раздал им ложки. - Твапеза! – Выкрикнула девочка, прежде чем набрала супа в ложку и начала так сильно на него дуть, что он почти весь вернулся в её тарелку.       Нил был удивлён такому возгласу от пятилетки, хотя и мог предположить, что привычка подобным образом желать приятного аппетита, принятая в германии в офисном этикете, перекачевала к ним в дом из-за Эрика. Это в любом случае нравилось ему больше, чем неловкие молитвы, которые вызывали у него только дискомфорт, а потому он повторил фразу, только уже на немецком и Эндрю тихо вторил ему, отчего Алекс, кажется, была безума.       Неугомонная энергия Алекс всё же покинула её к концу обеда, локти всё дальше и дальше уезжали по столу, а голова опасно приблизилась к тарелке. Даже свой десерт она встретила не с таким энтузиазмом, а съесть его смогла только наполовину. Нил высказал тихое беспокойство по этому поводу, в то время как Эндрю тут же принялся строчить сообщение Ники.       С лёгкой апатией Алекс помогла справиться Пушистик, которая вылазила поесть вчера ночью и сегодня в утренний перерыв, когда дома никого не было и никто её не тревожил. Однако она видимо устала прятаться и совершила ошибку, приняв тишину за безопасность. Увидев кошку, Алекс тут же оживилась и спрыгнула со своего места. - Она может укусить тебя или поцарапать, если ты будешь гладить её против её воли, - отметил Эндрю. Алекс развернулась на него, недовольная такими правилами. - Откуда я знаю хочет она или нет? – Надувшись истерично заканючила Алекс. Нил напрягся, ожидая плача. Эндрю напрягся сам по себе. - Есть возможность спросить это даже у животного. – Эндрю подошёл ближе к Пушистику, которую застали врасплох. Она не просто так походила на них с Эндрю, она дико не любила бегать, вот и сейчас замерла, ожидая своей участи. Присев рядом с ней, Эндрю вытянул перед собой руку, медленно двигая её к усатой мордочке. – Дай ей себя обнюхать, и она сама решит нравишься ты ей или нет, - объяснял он подходящей ближе Алекс. Девочка присела рядом с Миньярдом и немного резко вытянула руку вперёд. Пушистик дёрнулась и её глаза широко раскрылись. Она резкими тычками приближалась к пальчикам девочки, которые подрагивали от нетерпения погрузиться в её длинную шерсть.       С третьего или пятого раза Пушистик подошла ближе, тыкаясь носом в маленькую ладонь, чтобы сильнее принюхаться и привыкнуть к новому для неё запаху. Алекс взвизгнула от щекотки и Пушистик резко от неё отстранилась. - Если ты будешь громко себя вести, то можешь напугать её. Она меньше и пугливее, а защититься может только когтями, - объяснил Эндрю, но усталая девочка отказалась принимать это, убирая ладошку и снова нахмуриваясь. Пушистик ушла от них на диван, сворачиваясь там калачиком, внимательно наблюдая за новым гостем. - Что думаешь по поводу мультика? – Уступчиво предложил Эндрю, очевидно всё больше и больше разочаровывающийся в себе от неспособности нормально коммуницировать с Алекс. – Ники разрешил посмотреть то, что ты захочешь, - Нил не помнил такой формулировки от Ники, но был готов подтвердить эту маленькую ложь во благо. - Алиэль, - буркнула девочка, уходя по лестнице на второй этаж, рассержено топая. Эндрю так не делал, но, когда был с чем-то крайне несогласен, старался придать своим движением значимости, как и она сейчас. Нил растерянно смотрел туда, не зная, что делать. Они ведь не могли просто зайти к ней в комнату? Обычно с Алекс всегда уходил Эрик. Эндрю, такой же растерянный стоял рядом, но слава всем богам они не долго находились в панике, потому что Алекс вернулась, переодетая в свою розовую пижаму и пушистые тапочки на перевес с каким-то мультяшным зверьком. Усевшись на диван, она начала немного подпрыгивать, что разбудило задремавшую кошку, но не согнало с места. Нил снова оставил при себе замечания о том, что спать ей, к сожалению, было рано.       Эндрю подвинул диван ближе к центру и развернул телевизор так, чтобы в него было удобно смотреть и стал искать мультик на их платформе, где обычно они смотрели документалки. - Кто такая Ариэль? - Шёпотом спросил Нил Эндрю, который вбивал название в поисковой строке. - Русалочка, - пояснил Эндрю, находя нужную картинку и выбирая её к просмотру.       Нил знал почти всех принцесс Диснея только по их внешнему виду, мультфильмы про немногих видел отрывочно с девочками, когда те приглашали его на незапланированные вечера кино уже после своего выпуска на съёмных квартирах, чтобы отвлечь его от тяжких ссор с младшекурсниками и от грусти из-за разделявшего их с Эндрю расстояния. Однако его знания о «Русалочке» заканчивались наличием у полуголой девушки рыбьего хвоста. Зная это, Миньярд, что кажется был ярым поклонником этих принцесочных мультиков, осуждающе отослал его на диван.       Алекс была полностью поглощена просмотром мультфильма, она подвывала песням, которые, кажется, слышала не впервые и задерживала дыхание, когда появлялись злодеи. Нил чувствовал сковывающий дискомфорт от вида Урсулы и Эндрю, хмурящийся на неё, положил свою ладонь на его сжатые пальцы, успокаивая позорно испуганного парня. Хоть Нил и хотел свести сегодня телесные контакты к минимуму, меньшее чего он хотел, это чтобы Эндрю отпустил его. С середины мультфильма Пушистик боком грелась о девочку, а Алекс, забыв про свои обиды, гладила её за ушко, слегка сжимая на волнующих моментах. К окончанию увлекательных полутора часов Нил мог признать себя морально вымотанным и усталым, тогда как Алекс, наоборот, оживилась. Набравшись энергии, она упросила Эндрю вернуть ей её недоеденный кекс, как и заверил их Ники, ей просто надо было немного отдохнуть, чтобы снова стать поглощающим энергию монстром.       Алекс съела не только свой кекс, она также одолжила ещё один в счёт своего полдника и ещё один авансом за ужином, хотя Нил был уверен, что она просто заранее спланировала огромную вечернюю истерику, чтоб после ужина вытребовать ещё одно угощение. Но когда Эндрю ей отказал, она стала канючить, бесконечное количество раз повторяя «пожалуйста». И если Эндрю, дёрнувшись, промолчал, Нил повернулся к Алекс, успокаивая её взглядом. - Мы с дядей Эндрю не очень любим это слово, - вкрадчиво постарался объяснить он, но Алекс была для этого ещё слишком мала. - Почему? – Она склонила голову на бок и Нил не мог отделаться от того, как знаком ему был этот жест от Эндрю, было странно проводить так много параллелей между поведением ребёнка и поведением Эндрю, взять даже как тот сдержанно кивал головой в такт песням, в то время как Алекс, не сдерживаясь, фальшивила голосом. - Потому что они связаны с плохими воспоминаниями? – Немного вопросительно сказал Нил, как бы торгуясь за принятие такого варианта. - Их говоили плохие люди? - Нет, - втиснулся Эндрю. – Плохие люди хотели, чтобы мы это говорили. – Нил кивнул. - Теперь мы не говорим это из принципа, - Настала очередь Эндрю согласно кивать. - Из… чего? – Очевидно некоторые слова тяжело ей давались, как и большие предложения. Её маленькие ноги под столом обрели свою жизнь и дёргались из стороны в сторону, заставляя стул под девочкой елозить по полу с противным скрипом. - На зло, - подсказал Эндрю. – Мы так пакостим.       Нил не знал имеет ли Алекс такую же сверхспособность, как и он сам понимать эмоции Миньярда с полу прищура, но девочка хитро растянула слово «пакости» таким образом, что Нил начинал думать, а не пожалеют ли они об этом позже? Но такой вариант вполне устроил ребёнка, вот только не заставил забыть о жажде сладкого, и чтобы она снова не начала хныкать, Нил предложил показать своему второму дяде, как хорошо она умеет рисовать. Слово «дядя» странно ощущалось на языке, особенно когда он так говорил про Эндрю, Эндрю, который молча проговаривая слова из песни про русалочку никак не тянул на титул дяди.       Пока Алекс убежала за огромными наборами, убеждая что покажет всё-всё, Эндрю быстро избавился от следов сладкого, что выглядело так, словно он хомяк, вот только за щеками у него всё не поместилось и пришлось искать дополнительные нычки.       Как бы Нил не старался за эти несколько секунд ожидания придумать, чем занять время для Алекс, лишь бы та не начала плакать, развлекательную программу для них всё-таки пришлось придумать ребёнку. Эндрю мог позволить себе расслабиться, только когда они все втроём находились в одном месте и двое из них были у него строго под присмотром, поэтому, когда девочка придумала передавать друг другу рисунки и делать что-то смешное, он согласился без особых усилий, не понимая, что никогда этим не занимался. Не придумывал что-то весёлое в рамках пятилетки. Нил столкнулся с этим ещё вчера и был готов к продолжающемуся кризису.       Они передавали по кругу один и тот же листочек, выбирая цвет для следующего участника, но каким-то образом у Нила всегда оказывался оранжевый, у Алекс голубой, а у Эндрю розовый, и хоть каждая деталь должна была оставаться для других секретом, пока к ним не попадёт листок, Алекс бегала между Эндрю и Нилом, смеясь на их маленькие несмелые дополнения к её фантазиям. Эндрю с фломастером в руке выглядел странно, его волосы не были уложены, брови от хмурого вида постоянно переходили в обычный расслабленный режим, а одежда не была сплошным черным пятном, так что Нил не винил себя в том, что слишком на него засматривается. Фломастер дрожал в пальцах Эндрю, пока тот криво выводил на бумаге вьющуюся гриву голубого единорога, закрашенного в отвратительный оранжевый цвет, который он сам из раза в раз давал Джостену.       Когда настал момент, что от листа бумаги они перешли к своим рукам, у Алекс на тыльной стороне ладони появилась розовая звезда, очерченная по её родинкам, у Эндрю на пальце появилось несколько голубых колец, а у Нила несколько торчащих из-под рукава шрама были обведены голубым, как щупальца у Урсулы. Нил отнёсся к этому скептично, надеясь, что этот мультяшный образ не найдёт воплощения в сегодняшних ночных кошмарах.       Стоило двери открыть и послышаться громкому радостному голосу Ники, как Алекс тут же подскочила на ноги и унеслась в коридор с громким визгом. В отсутствии ребёнка весь этот кружок рисования сразу же потерял смысл. Эндрю поднялся первым, словно не хотел, чтобы его застали за таким компрометирующим занятием как рисование, а следом помог встать Нилу, у которого затекли сложенные друг на друга ноги. Миньярд сперва натянул его рукав пониже, уверяя что краска смоется простым мылом, и только потом обернулся на пропавших непонятно где на четыре часа родителей. Ники светился от счастья и делился своей новообретённой энергией с Алекс, которая не преставала лазить то по его рукам, то по рукам Эрика, который подозрительно часто находил возможность поцеловать подставленное лицо Ники.       Воспользовавшись моментом, Эндрю схватил Нила за рукав и потянул на улицу. Они стояли на крыльце, слыша приглушенные громкие разговоры внутри, пока сами медленно курили. Эндрю ненавязчиво выставлял свою сигарету в сторону и в одном из трёх таких случаев, Нил обхватывал её губами, делая поверхностную затяжку. Парень хотел спросить, что произошло такого, что Эндрю решил снова начать заниматься в зале, лучше ли он себя чувствует, или же ему снова нужно ненадолго сбежать ото всех, когда он успел посмотреть этот грёбанный мультик и какой из серии ему нравится больше всего. Но все эти и множество других вопросов остались невысказыны. Пальцы Эндрю, не занятие сигаретой, крупно дрожали. Ветер почти стих, да и будь он сейчас было бы понятно, что причина не в нём. Не желая нарушать комфортной тишины, Нил ответил Эндрю той же любезностью, взяв его пальцы в свои и немного сжав их, грея самые кончики.

***

      Вечер казался полным безумием. Алекс была рождена дикарями, и её естественная среда обитания совершенно точно была джунглями, потому что в ней хранилось столько не угомонённой энергии, что одной прогулки явно было маловато. Также Нил совсем не мог понять, что значит «она перевозбуждена» от Эрика вкупе с тихим отчаянием, когда Алекс снова и снова бегала из комнаты в комнату, что-то неразборчиво крича, то там, то тут опрокидывая вещи и дерясь со всем, что попадёт под руку, и со слезами на глазах и с диким смехом.       Она не хотела больше рисовать, игрушки, которыми Ники пытался её увлечь, были свалены в кучи на полу, и Алекс перепрыгивала через них с громкими воинственными возгласами индейцев, а стоило сделать ей замечание или попросить не снести себе голову, она начинала воспроизводить беспорядок с двойными усилиями. Ни один из предложенных мультиков не мог её заинтересовать настолько чтобы она села и хотя бы начала его смотреть, поэтому после получаса бесполезных плясок родителей, вокруг взбесившегося дитя, все уселись на диван, позволяя этому случиться.       Миньярд едва справлялся с накатившей на него тревогой. С того самого момента, как они вошли в дом, мужчина всё никак не мог перестать дрожать или совершать необдуманные движения, вздрагивая от каждого громкого писка ребёнка. Эндрю хотел было уйти на кухню и заняться ужином, отчего его настойчиво отговорили Ники с Эриком, убеждая что они вполне могут обойтись сегодня доставкой, и что Эндрю не обязательно ради них целую неделю безвыходно стоять у плиты. Со стороны может и казалось, что он так себя изматывает, но Нил знал, что это была одна из его защитных реакций, один из способов почувствовать себя нужным и способным сделать что-либо в критичной ситуации. Однако Нил помнил контраст чистой плитки с красными каплями, и пусть это было всего два-три пятнышка, Джостен запомнил их единой кровавой лужей, напоминающей, что он опоздал. Эндрю точно нужно было время переваривать всё происходящее, ему нужно было дышать и успокаиваться до допустимого уровня тревоги, поэтому, когда Ники предложил им отдохнуть и заняться своими обычными делами, парень с удовольствием встретил это предложение, если бы не одно но. Он понятия не имел, чем они с Эндрю занимаются в свободное время. Чаще всего день проходил в приятной тишине, о которой сейчас не могло быть и речи, или же они лениво валялись на диване с просмотром очередного шоу, что также не принесло бы сейчас им никакого удовольствия. Нил бегал или занимался в зале, чтобы унять тревожащие его мысли, но настроя на спорт, что не навредил бы ему в данную минуту, не было, и ради своего же блага Нил решил воздержаться временно от пробежек. В «Гнезде» было не так много свободного времени и вспоминать что с ним делали во время этого самого отдыха не хотелось. Если Эндрю скучал, то тратил часы на чтение, но даже такое базовое для них мероприятие как перелёт могло выбить его из колеи и мешать сосредоточиться, не говоря уже о сходящем с ума пятилетнем ребёнке в их доме.       Схватить Пушистика с Эндрю и укрыться где-нибудь в тишине и безопасности, возможно, было единственным желанием Нила, которое не могло сбыться сейчас по множеству причин, поэтому, когда Ники включил романтический сериал, который они недавно начали смотреть с Эриком, Нил предложил Эндрю подняться на верх, не ожидая получить в ответ яростное сопротивление.       Стоило им оказаться наедине в прохладе балкона, как Нил на физическом уровне почувствовал недовольство Миньярда. Не став долго томить, Эндрю тут же обозначил проблему. - Я не бомба с механизмом, чтобы постоянно оттягивать неизбежное, - Нил вздохнул, понимая, что лёгкой тишины не будет. - О какой неизбежности ты говоришь? – Нил отошёл к стене и присел на пуфик, выставляя ноги перед собой во всю длину. - Ты знаешь, о чём я, - раздражённо закатил глаза Эндрю и развернулся, уставившись в открытое окно. – Этот маскарад примитивен, - Эндрю отдёрнул край футболки, толкая оконную раму вперёд. – Самое бредовое из всего, что я делал. А ты, как всегда. С самого начала ты каждый чёртов раз оттягиваешь меня от пропасти, становишься ультиматумом, принимаешь весь удар на себя, но как мы поняли, со мной это абсолютно бесполезно. – Нил не хотел думать о новых шрамах на запястье Эндрю. – Меня бесит, что ты каждый раз забираешься под кожу и всё переиначиваешь. Я могу решить, когда с меня хватит, а когда я могу выдержать ещё. - Бесит, что я каждый раз стараюсь держать тебя на плаву и не даю сорваться в кошмар, или ты просто не можешь принять факт заботы о себе из-за какого-то гиперболизированного чувства ответственности? – Джостен не любил ощущать на себе острый взгляд ярости, но после этих четырёх часов они оба устали. – Ты придумал себе маску непробиваемого защитника, крепкого парня, которого ничто не волнует, и держался за неё столько лет, плюя на самого себя. А теперь говоришь, что ненавидишь меня лишь за то, что я полюбил настоящего тебя, прячущегося от чувств столько лет, боящегося даже допустить мысль о том, что ты можешь быть нужен кому-то просто так? Иди ты в задницу, если до сих пор думаешь, что плохо стараешься, или, что «это», - Нил показал между ними, - слишком хорошо, чтобы быть, между нами. Я хочу проявлять заботу о тебе, не вешай на меня чувство вины, только потому что не можешь этого принять. - Хочешь заботиться или не можешь перестать жертвовать всем ради других? Уже неделю ходишь как труп, и вместо того, чтобы попросить помощи, думаешь, как бы всем вокруг было бы комфортнее. Налаживаешь всё вокруг, делаешь вид лучшего в мире воспитателя, говоришь сраные комплименты и даришь призрачную надежду на хороший финал, прежде чем сбежать? – Впервые за, кажется, несколько дней они по-настоящему разговаривали друг с другом, впервые затронули те темы, что так старательно обходили, не желая задеть другого. Впервые обнажили свои ножи друг против друга, не желая отступать в доказательстве своей правоты. - Называешь меня мучеником, а сам из раза в раз заставляешь себя страдать, повторяя ложь, к которой привык. Называешь себя бесполезным и сам решаешь, когда паника станет достаточной, чтобы снова взяться за лезвие? Взыграли старые привычки? – Глаза Эндрю сощурились в отнюдь не шутливом призрении. - Пошёл ты, - Эндрю больше не смотрел на него, отворачиваясь к окну и доставая упаковку сигарет из заднего кармана штанов. - Говоришь, что я решил сбежать, а уходишь от разговора первым, - фыркнул Нил, насупливаясь от настойчивого холода и складывая руки на груди. – Этот месяц дерьмовый, ты знаешь это лучше всех. Я сказал, что справлюсь, а ты сказал, что дождёшься, сказал, что будешь рядом и будешь держать меня. И я согласился, зная, что это когда-нибудь причинит боль нам обоим, что мы оба готовы принять это. – Нил помнил все те моменты, когда, просыпаясь от кошмаров он видел злобного Эндрю, помнил, как был благодарен ему за мгновения тишины, за то, что он больше не задавал вопросов, а с молчаливым смирением помогал ему прийти в себя. Нельзя было думать, что его смирение продлиться долго, не тогда, когда он был таким переживающим. - Когда я увидел тебя в ванной, я думал, что упустил тот момент, когда должен был удержать тебя, что это станет концом, потому что в тот момент я больше не был тебе нужен. Но когда ты сказал мне «да», я подумал, что ещё есть шанс всё исправить. И ты позволил мне это, держать тебя, и я буду это делать пока мне будет хватать сил или пока ты не скажешь мне «нет». Можешь и дальше отвергать свою чувственную натуру и продолжать считать себя монстром, если так нравится, но перестань брыкаться, когда я говорю обожаемую тобой правду, доказывая обратное. – Эндрю смотрел на бесполезную сигарету, сильно сжимая её пальцами. – Я не собираюсь сидеть и смотреть как ты измываешься над собой, проигрывая битву в голове. Ты волен сам решать как хочешь избавляться от стресса, уничтожая свои лёгкие или меня, но пока я могу, я не позволю тебе разрушать себя. И пошёл ты в задницу, я никуда не уйду просто из-за того, что ты решил побыть мудаком.       Эндрю крутил в руке разломанную сигарету, переставляя её останки между пальцев. Нил прислушался к визгам детей на улице, к хлопкам дверей снизу и гудкам автомобилей и велосипедов. Он думал, что скоро задремает, пока тихий скрипучий бас Эндрю не добрался до его ушей. - Ты не имеешь право сбежать после всего что наговорил, когда я потребую, чтобы ты принял помощь, - серьёзность его тона пугала и настораживала одновременно. Но ещё более сильное воздействие оказало то, что минутой назад Нил буквально имел в виду то же самое. И поймав только на краткий миг то, что их переживания друг за друга зеркальны, Нил неуверенно кивнул, зная, что в последний момент он всецело довериться Эндрю.       Этот месяц был полон жутких видений и кошмаров, раздирающих душу криков по ночам, как его, так и Эндрю. Столько боли и страхов связались тугим узлом за последнюю неделю, что Нил боялся расслабиться на секунду, боялся упустить что-то важное, что-то, о чём будет жалеть. И этот ком грозился никогда не рассосаться, навсегда перекрыть доступ к кислороду и отзываться болезненным грузом до самой смерти, что не казалась очень далёкой. И только сейчас, чувствуя тяжесть и страх от слов Эндрю, внимая его искренности, принимая его опасения, соглашаясь с его условиями, Нил почувствовал, что готов отпустить часть. - Я испугался, - наконец-то признался Нил, - увидев тебя тогда, я был очень напуган. Сначала я пытался понять, зачем ты это сделал, почему не сказал мне, но потом это оказалось неважным по сравнению с той помощью, которую я хотел оказать. Я просто не хочу потерять тебя, из всех людей особенно не тебя. И если я могу, я буду держать тебя так далеко от края, насколько это возможно. Но клянусь, если ты снова попытаешься доказать мне, что недостоин всего этого, я полезу в драку. - Ты ужасно заканчиваешь драки, - фыркнул Эндрю без капли веселья. Было ясно как день, что Нилу против Эндрю выставить нечего. - Ты стоишь пары синяков, - легкомысленно ответил Нил, ещё больше съёживаясь. - Ты такой глупый, - чуть погодя вздохнул Эндрю, закрывая окно и садясь рядом на пол. Нил вздохнул и вытащил из-под себя тонкую подушку, тыкая ей Эндрю в бок. Миньярд вырвал её из чужих рук и положил под себя, толкая параллельно Нила в плечо. - Я не могу с ней справиться, - выдохнул Миньярд, доставая ещё одну сигарету. Очевидно, он имел в виду Алекс. - Тебе не нужно справляться с ней, - Нил опустил руки на бёдра, соединяя их в замок, чтобы не начать ковырять пальцами шрамы. – У неё есть сразу два отца, невиданная щедрость. Они смогут позаботиться о ней, я уверен. Нас здесь используют как моральную поддержку, и мы вроде не плохо с ней справляемся. – Судя по довольным лицам Клозе, они смогли решить свои небольшие семейные проблемы, передавая их им с Эндрю. – Что до воспитателя, это не так. Я за всю жизнь имел дело с маленькими детьми от силы два раза, если мы с матерью попадали в социализацию, прячась в толпе. Я не умею с ними сюсюкаться или придумывать игры, всё моё детство сплошной триггер для нормальных людей, но я могу попробовать порисовать с ней или почитать книгу, если ей этого так хочется. Я могу это сделать просто так, не чувствуя себя хорошо или плохо. К тому же она достаточно осознанная, чтобы сказать, что чтец из меня не очень хороший, как и художник. – Эндрю молча сидел рядом, делая редкие и глубокие затяжки. Нил был первым, кто посмотрел на него. – Тебе не надо справляться со всем вокруг тебя, просто позволь всему происходить, проявляя посильную помощь. Ты не можешь успокоить гиперактивного ребёнка, но ты можешь дать отдохнуть его родителям и побыть немного хреновым аниматором. Смотри-ка, все в порядке. - Кроме того, что я решил вылить это на тебя, - резонно отметил Эндрю. Парень пожал плечами. - Ни к чему держать это в себе. Ты побыл мудаком, я поделился своими мыслями. Ничего не случилось. - Мне жаль, - внезапно перебил его Эндрю. – Жаль, что я сделал это. - Нет не жаль, - твёрдо сказал Нил. – Тебе не жаль. Это произошло и точка. Бетси наверняка многое тебе сказала по этому поводу, но тебе не должно быть жаль. Я был напуган и это правда. Но мои чувства не должны делать тебя виноватым, не тогда, когда ты жертва своей головы. Я пообещал, что буду ближе в другой раз и ты сказал, что позволишь мне это. А когда беда случиться со мной, я хочу, чтобы ближе стал ты. – Теперь Эндрю тоже смотрел на него. – Я знаю, как тяжело выбраться отсюда, - Нил наставил палец на свой висок, - поэтому я не позволю тебе вариться там долго, и поэтому я верю, что ты вытащишь меня, когда посчитаешь это нужным, пусть меня это и пугает.       Эндрю искал что-то на его лице, и Нил старался, чтобы там оказалась вся уверенность, на которую он способен. Недокуренная сигарета отправилась в пепельницу, сделанную из разбитой когда-то Нилом кружки, а сам мужчина не мог оторвать от неё взгляда, слегка покачивая головой. - Ты очень глупый. - Повторяешься, - хмыкнул Нил. Он был полностью вымотан, но рад, что недопонимание, нависнувшее над ними, немного прояснилось. – А когда-то ты говорил, что всё что я говорю честно – мило. - Я говорил это про твои чувства, - с неохотой поправил его Миньярд. - Ты назвал мои комплименты сраными, такая себе мотивация – Нил облокотился на стену, полностью расслабляясь и только сейчас замечая, что одна рука Эндрю находится в кармане. Должно быть он замёрз. - Потому что ты говоришь глупости. - Я в восторге от всего, что есть в тебе, - пожал плечами Нил, - придётся запастись терпением, пока я не выскажу тебе всё.       Эндрю снова покачал головой, сгорбливаясь. Он смотрел перед собой, крепко захватив запястье одной руки другой. Нил подумал, что на этом они должны сегодня закончить. Слишком многое было сказано, слишком многое ещё хранилось внутри. Теперь им обоим следовало начать словесное переваривание. Но внезапно блондин повернулся на него, глядя то в глаза, то на губы, которые парень от случайного нервоза облизал.       Эндрю вытащил из кармана не только руку, но и что-то ещё. Два небольших браслета из обычного мягкого пластика, оба были чёрного цвета с белыми надписями, которые Нил не мог нормально рассмотреть. Эндрю держал их перед собой, разглядывая какое-то время и Нил не перебивал его размышлений. После, казалось, вечности, Миньярд разорвал держащий браслеты вместе пластиковый прутик и протянул один из них Нилу. Белая кляксовидная надпись складывалась в простое «любовь». Ухмыльнувшись, Нил не стал поднимать глаза на Эндрю и наверняка смущать его ещё больше, он протяну руку и взял браслет, осматривая его вокруг. Потом потянулся за вторым и беспрепятственно забрал, читая предсказуемое «ненависть». На этот раз усмехнувшись, будучи полностью поражённым в самое сердце, Нил покрутил их в руках и оставил один у себя на ноге, а второй вытянул к Эндрю, но не дал забрать. - Надеть на твою руку, да или нет? – Эндрю смотрел только перед собой, гадая какую надпись Нил решил присвоить себе. - Как будто я в силах изменить то, что ты уже задумал. – Встретившись с наглой ухмылкой, он ответил, - да.       Нил дождался, когда блондин выставит руку перед ним и пальцами обеих ладоней, надел браслет, только после этого перекручивая его так, чтобы слово «любовь» было хорошо видно Эндрю. - Ты неправильно его надел, придурок, - беззлобно проворчал Эндрю, держа руку перед собой. - Я хочу, чтобы, когда он был на твоей руке, это читал ты, а не все остальные. – Нил не знал точно, что это значило для Эндрю, но тот ненадолго завис, тяжело дыша и краснея ухом, которое мог видеть Джостен. А после он забрал браслет, что оставался неподвижным на ногах у Нила и парень быстро вытянул руку вперёд, принимая свой подарок.       Слово «ненависть» могло смотреть на каждого, кто обратил бы внимание на опущенное запястье Нила и Эндрю лишь слегка хмыкнул на это. - Твоему глупому рту это подходит, - он посмотрел Нилу точно в глаза, сжимая его пальцы в одной руке и проводя другой по пухлым губам, - единственное, что вызывают вылетающие отсюда слова.       Нил поджал губы от холода, но через мгновенье они натянулись в острую ухмылку. - Тебе нравится, когда я смущаю тебя, - наверняка его глаза сложились в щёлочки, до того довольным он вдруг себя почувствовал, но лишь до тех пор, пока Эндрю не ответил ему. «Нравиться» от Эндрю было похоже на дуновение ветра, на лёгкий бриз, на приятный сон, и даже если Нил сам покраснел в ответ, а сердце на мгновенье сбилось с привычного ритма, он продолжал улыбаться и ухватился за руку Эндрю ещё крепче. - Доставка наверняка давно приехала, - вдруг сменил тему Нил, вздрагивая всем телом, от прошибшего его холода. Эндрю сжал его руку крепче, словно мог согреть. - Еда скорее всего остыла, если эти варвары не уничтожили её.       У них не возникло бы никакой проблемы с тем, чтобы заказать ещё еды, но Нил подумал, что меньшее чего бы ему сейчас хотелось – это возвращаться вниз и снова погружаться в шум. Он бы хотел наконец отдохнуть и просто поспать, но нельзя было расслабляться и позволять минутной вольности заманить себя в очередную ловушку. - Что думаешь о еде вне дома? – Нил всегда был приверженцем стряпни Миньярда, но сегодня им обоим нужен был перерыв. - С каких пор, ты приглашаешь меня на свидания? – Пренебрежительно фыркнул Эндрю, выпуская руку Нила из своей и позволяя ему подняться. - Ники сказал, что их отсутствие – плохой тон. – Они действительно вчера, по причине обоюдной бессонницы, разговорились по поводу своих жизней. Вернее, Ники говорил, а Нил активно слушал, заглушая пустым трёпом пространство для тревожных мыслей. Ники не упустил возможности удостовериться, что их с Эндрю интимная жизнь пришла в нужное проникновенное русло, что они не ссориться, что никто никого не обижает, что у Эндрю всё действительно в порядке со здоровьем, а Пушистик хорошо кушает. Они немного погрустили по прошедшем будням в университете и Ники высказал отдельно печаль о поездках в «Сумерки», убеждая Нила, что так весело им больше никогда не будет, и дело не только в недостаточном количестве выходных дней или их родительстве, а в том, что возраст и атмосфера больше им этого не позволят.       Обычно, когда Нил начинал грустить по этому поводу, будучи на последнем курсе, борясь с хандрой и наступающими экзаменами, Мэтт умел успокоить его и заставить смотреть на будущее под позитивным углом, веря, что новая жизнь приносит новые радости, а больший возраст больше интересных возможностей. Но вчера на тёмной кухне с хнычущим по своей молодости Ники, он не смог подобрать тех слов, что подбирал Бойд, которые останавливали слёзы Джостена и заставляли его беспечно смеяться с рыбными печеньями во рту. Нил хоть и был атрофирован в своих эмоциях по большей части, но ощущать тоску и светлую ностальгию умел, а потому до появления среди разговора Эндрю едва держался, чтобы самому не пустить слезу. - Так и знал, что ваши ночные секреты не приведут ни к чему хорошему, - Эндрю устало, потёр своё лицо, напрягаясь от действительно обволакивающей прохлады. - Позволишь мне позаботиться о тебе? – Тихо спросил Нил, протягивая Эндрю руку, тот не задумываясь ухватился за неё, вставая больше самостоятельно, чем действительно опираясь на предложенное тело. - Никакой заправочной еды и секса в машине, - прохрипел блондин, разминая свою спину. - Тогда я придумаю что-то другое, - весело фыркнул Нил, словно действительно собирался разжиться парочкой дешёвых хот-догов и раздвинуть ноги на их и без того не особо широких задних сиденьях. Хотя идея о хот-догах была не плоха. Да и попробовать отсосать он, наверное, мог, если максимально отодвинуть сиденья.       Пока он краснел, задумываясь о всех вероятных возможностях, Эндрю отпихнул от себя его лицо, направляясь на выход с шипящим: - Угроза.

***

      Эрик с Ники не поняли почему они решили куда-то уехать, ведь оставшуюся пиццу можно было разогреть, но Нил лишь отмахнулся от них, прикрываясь важными вечерними делами. Алекс была слишком увлечена смешиванием соли с сахаром на полу кухни, чтобы обратить на них внимание.       От ночной прохлады они захватили с собой лёгкие куртки, и пусть по началу Эндрю отказывался утепляться, Нил всучил ему свою, слегка обтягивающую тканевую куртку, а сам утонул в огромной кофте Миньярда, невольно вдыхая оставшийся на ней сладкий одеколон вперемешку с сигаретами. Блондин слабо попытался отстоять право побыть водителем, но Нил был тем, кто первый схватил ключ и добежал до машины, поэтому Эндрю с закатанными донельзя глазами занял пассажирское место, удобно в нём разваливаясь и включая музыку, чтобы Нилу не пришлось занимать тишину собой.       Руль приятно ощущался под руками, в то время как разум подкинул несколько воспоминаний о том, как они с матерью сбегали ночами из городов, когда подозревали, что их могли выследить. Помнит, как они хрустели сухой лапшой или целые сутки развлекали себя разговорами о еде, когда не могли позволить себе остановок. Помнит, как валялся с воспалением лёгких на задних креслах в нескольких машинах подряд, бредя, помнит проливные дожди, застающие их в самые неподходящие моменты, помнит дрянные запахи, царящие на заброшенных заправках и свалках, помнит почти каждую деталь, непременно связанную с матерью.       Он горько усмехнулся, заворачивая на пустынную трасу, чем привлёк заинтересованный взгляд Эндрю. - Вспомнил как мы с мамой скрывались от местной полиции, на границе Франции. Мне было одиннадцать, и я подхватил ветрянку. – Он усмехнулся раз, прежде чем его полностью прорвало на смех. – У нас колеса подстрелили и надо было собрать все вещи в машине, а я никак не мог сосредоточиться, потому что всё чесалось. И я пролил бутылку кока-колы, которую плохо закрыл. И когда нас нагнали и заставили выйти и объясниться какого хрена мы скрывались на бешенной скорости, мать вытащила лихорадочного меня и сказала, что не знает, что такое ветрянка, испугалась, что я умираю и случайно села в соседскую машину, перепутав её с нашей. - И они поверили? – Бровь Эндрю слегка приподнялась. - Нет, но мама сказала, что в машине есть ещё ребёнок, и пока они пошли проверять, сказали нам сесть к ним назад, а мать запрыгнула на водительское и стартанула так, что у меня при температуре звёзды в глазах двоились. Нам пришлось бросить их машину через несколько километров и пол ночи пробираться по полю, чтобы не оставлять следов и добраться до её экстренного контакта.       Эндрю кажется не нашёл историю столь весёлой, но Нил не мог прогнать улыбку с лица. - Мамой она была отстойной, но иногда с ней было весело. Это похоже на то, что я снова пытаюсь сбежать, только теперь вместе с тобой. – Они остановились на светофоре и Нил на долю секунды нашёл понимание в тёмных глазах. - На этот раз ты знаешь, что вернёшься.       Нил кивнул. Он не может не вернуться. Теперь у него есть дом, в котором его ждут и семья, которая его любит. Пусть это странное и иррациональное чувство, но Нил почти привык к нему. - Вернусь, - наконец Нил не ощущал тяжести от того, что привязан к чему-то, что он больше ни один и что ему больше не надо сбегать.       Они заехали в первый попавшийся ресторанчик на отшибе и купили хот-доги там, такого же качества как на заправке, но на пару долларов дороже. Эндрю был доволен, заставляя Нила платить за еду, надавливая на то, что именно он позвал его на свидание, а значит и он будет распоряжаться тратами. Нил посчитал это логичным, беря вдобавок бутылку газировки. В конечном счёте они всё равно притормозили на заправке, паркуясь в отдалённой зоне. Они открыли двери, чтобы запустить свежий воздух и ели в тишине, если таковая могла иметься на крайней заправке перед длительной трассой, что вела загород. Наблюдать за чужими драмами было всяко веселее, чем участвовать в своих.

***

      Нил был рад, что первая онлайн сессия с семейным психологом и свободное для половых утех время заметно улучшили отношения между Ники и Эриком. Хоть его никто и не просил, Ники вполне ярко расписал, как ощущал душевное и не только восстановление с Эриком, как он рад, что они смогли нормально поговорить и услышать друг друга, какой он был дурак, что понял всё не правильно, и как Эрик жалел, что не смог нормально высказать свои чувства, отчего они просто не поняли друг друга и стали избегать встреч, не зная как начать трудный разговор.       Эрик не постеснялся несколько раз уточнить, что их семья самое важное детище, над которым он старается, и что он ни в коем случае не жалеет о том, через что они прошли и ещё пройдут, и как он дорожит и любит не только Ники, но и Алекс, и что самому Ники стоит отпускать поводья контроля, потому что он не должен тянуть все накатившие проблемы один. Эрик также решил, что им стоит подумать над няней, или договориться с его семьёй, чтобы те позволяли им уделить немного времени на себя, пока Алекс не готова выйти в мир детского сада и свободно общаться вне кругу семьи. Ники радостно расписывал Эндрю, что точно пойдёт в новый проект и стал на бумаге для рисования расписывать ему презентацию разрабатываемого продукта. И пусть Эндрю был очень сонным, он ни разу не прервал кузена, кивая раз в несколько минут и слегка дёргаясь ото сна, когда Нил слабо пихал его своим коленом.       И пусть ярое интимное примирение было странным для Нила, он попытался подержать воодушевление Ники по поводу новых открывшихся перед ним горизонтов. Эрик, среди этих безумных эмоциональных речей поблагодарил, что они дали им немного личного времени и вразумляющих подзатыльников, а также сказал, что они собираются вложить все силы в нормальную социализацию Алекс. Нил не думал, что с этим возникнул проблемы, только если излишняя энергия и громкость не помешают ей, или может частая смена настроения и плохой контроль силы, но смотря на Ники, Джостен правда был уверен, что девочка справится. За те несколько дней, что они гостили у них с Эндрю, Алекс показалась Нилу очень смышлёной, пусть и торопливой, и неуклюжей, и немного вредной. Не имея достойного опыта общения с детьми, Нил примерно так и представлял себе их общую массу, что каким-то образом успокоило Ники.       Возможно, первый месяц для них дался слишком сложно из-за того, что всё было непонятно и спонтанно, груз неизлечимой болезни, море ответственности и совершенно новый уклад жизни, но сейчас Нил видел лишь одну из граней нормы. Ники пошутил, что если они снова будут думать, что не справляются, то устроят поочерёдную поездку к каждому из лисов, а ещё со своим, на тот момент уже приобретённым опытом, Аарон скорее всего станет первым. Момент общей радости слегка пошатнулся, поскольку Эндрю наотрез отказался снова поднимать тему их взаимоотношений с близнецом, но расстроившийся Ники тут же нашёл как перевести тему разговора на упражнения для концентрации внимания, что им посоветовал врач, чтобы Алекс задействовала несколько двигательных систем и в формате игры ей было интересно заняться чем-то физически сложным и развлекающим одновременно.       Узнав все точности и на другой день наблюдая за тем, как Ники вместе с Алекс задорно пытаются устоять на тонкой качающейся перекладине и кидать друг другу мяч, не мог не расстроиться, что не узнал об этом раньше, чтобы занимать слишком активного Ники в университете, а не мотаться по клубам каждую неделю. Эрик попробовал повторить упражнение, но свалился несколько раз, Эндрю наотрез отказался в этом участвовать, и все просьбы и увещевания свалились на Нила, который снова не смог отказать Алекс. С первой же попытки он нашёл равновесие, но чуть не свалился, когда разыгравшийся ребёнок кинул ему мяч. Джостен наигранно недовольно посмотрел на Эндрю, который обещал купить ему такую же штуку, чтобы тот не утруждал себя дополнительными тренировками, но отвлекшись, не смог вовремя среагировать и соскочил с тренажёра под хохот свалившейся за ним девочки.       Спустя четыре дня прибывания гостей дома, Ники предложил Эндрю и Нилу прогуляться с ними. Неподалёку действительно была детская площадка, парень обходил её стороной во время утренних пробежек. Она не была большой или навороченной, но свой первый микроинфаркт они с Эндрю словили стоило Алекс забраться на горку. Она перепрыгивала через ступеньки и Нил вполне ярко мог представить, как она спотыкается и летит вниз, в лучшем случае ломая ногу, или она поскользнётся после ночного дождя на мокром подиуме и перевалится через ограду, что была там наверху чисто символической, или она застрянет в горке или зацепится обо что-то и вся раздерётся отчего занесёт себе какую-нибудь заразу. До самого её благополучного приземления на ноги, Нил едва дышал, ощущая рядом с собой напряжённого блондина. Алекс бегала по всей площадке, играя с Эриком в догонялки, раскручиваясь на карусели и спрыгивая с неё, каждый раз падая в песок, а Нил не мог отделаться от ощущения приближения чего-то неизбежного. Когда Алекс упала и случайно стукнулась затылком о стойку качелей, Нил мгновенно представил как Ники вместе с Эриком попадут под ответственность за смерть по неосторожности. Не выдержав и получаса, Нил попросил Ники прекратить это, выглядя действительно панически. Он не понимал, как тот не думает об этом всём, почему он не заинтересован в безопасности ребёнка и вообще водит её в такие места, тихо жалуясь лишь на то, сколько одежды придётся сегодня перестирать.       Когда на другой день Ники с Эриком вновь отпросились уединиться и спросили смогут ли они с ней погулять сами, Нил за них с Эндрю ответил категоричным отказом, не желая принимать участие в добровольном убийстве. Джостен искренне не понимал, какого чёрта Эрик смеётся над ним, называя трусостью адекватность. К тому же тот день им с Ники не было суждено провести вместе, так как после обеда Алекс начала раздражаться и плакать, наотрез отказываясь заняться чем угодно и слушать кого бы то ни было. Уже спустя пять минут надрывного плача из-за неправильно сложившегося пазла, Эндрю позвонил кузену и те сразу же вернулись домой, до конца дня мучаясь головной болью оттого, что Алекс была просто неуправляема. Капризное состояние Алекс стало оправданным после того, как ночью у неё поднялась температура и стал мучать кашель, от которого она ещё сильнее плакала и не могла дышать из-за постоянных соплей. Нил бы предпочёл другой способ избегания своих кошмаров по ночам, но выбирать не приходилось.       Ники пытался извиниться за то, что болезнь настигла их так внезапно, что Эндрю пресёк на корню, отправляясь в ближайшую ночную аптеку. Под утро Алекс удалось задремать, а когда Нил ближе к вечеру закончил тренировку в зале, то увидел её на диване, укутанную в одеяла и смотревшую в очередной раз русалочку. Алекс пытаясь заставить Пушистика сидеть рядом и держать градусник под лапкой. Кошка была не в восторге от такой затеи, но девочка не давала ей убежать, приговаривая не капризничать, совсем как делал с ней вчера Ники, обнимая пол ночи в кровати и выпаивая её водой каждые десять минут.       Эрик придумал для неё игру в ресторан, предлагая меню из тёплых жидких блюд, которые она могла бы съесть, чтобы чувствовать себя лучше. Алекс выбрала три вида супа для себя и один «жаеный стек» для Пушистика, постукивая её по голове, словно знает толк в кошачьей еде. Из трёх тарелок супов, вернее одного и того же бульона с разными макаронами, Алекс съела по две ложки и сказала, что больше не хочет, и не забыла проследить за Пушистиком, пока та полностью съедала свою порцию мягкого корма, выложенного в форме стейка.       На несколько минут Нил снова стал манекеном, Алекс изъявила желание поиграть в парикмахерскую, но на третьей косичке Нил почувствовал, как на него навалилось маленькое тело, а волосы в чужих руках расслабились и стали расплетаться. Сон её длился ровно до нового приступа кашля, от которого она снова начала плакать. Спустя несколько таких кратковременных засыпаний Эрик отнёс дочку наверх и расположил её в кровати, в тишине и темноте, чтобы та попыталась нормально уснуть. Успехом план не увенчался и ещё пол часа она постоянно рыдала, успокоившись только когда жаропонижающие начали действовать, и Эндрю предложил ей почитать. Потребовав, чтобы все, кроме Эндрю из комнаты вышли, она наконец замолчала, а через десять минут кашель прекратился.       Нил сел на их с Эндрю кровать, желая дождаться мужчину, и сам не заметил, как после бессонной ночи и трудного дня его стало клонить в сон. Прислонившись к стене, парень и не заметил, как его глаза прикрылись от тихого спокойного шёпота Эндрю за стеной. Голова свисла на бок и даже если через сон Нил чувствовал, как шея стала затекать, он не мог заставить себя открыть глаза, пока что-то холодное не подняло его лицо за подбородок. Нил ожидал увидеть перед собой Эндрю, с трудом разлепляя глаза и не понимая отчего у него заболела голова и рот, а потом он увидел хищную улыбку. Рико, что сидел на нём сверху и крепко ухватился за шею, не позволяя вдохнуть, наклонился ближе. - Доброе утро, Натаниэль…