Пара банальностей

— Я проредила ряды Сородичей достаточно, чтобы мочь завести птенца? — Откуда вдруг такие мысли? Ты сама ещё едва на ногах стоишь. У нас и без того много новичков, бери любого под крыло.       О чём они говорили? В полусне я просто перевернулась на другой бок и продолжала цепляться за обрывки бледных сновидений, потому что этот разговор про пернатых я совсем не понимала. — У тебя есть дитя? М?       Второй промолчал. — Мне кажется, нет смысла ждать. Уже ходят слухи, что Камарилья скоро снова нагрянет с новым набором на все должности. Наш покойный князь был, конечно, тем ещё шутом гороховым, но нигде в их сраном кодексе я не нашла строчки про то, что нельзя подставлять своих агентов.       Второй всё ещё молчал. — А на меня смотрят как на убийцу… агнца божьего. — Это только доказывает, что ты правильно делаешь, девочка. А с птенцом… ты спешишь. Это она? — Да.       Тихо щёлкнул замок, голоса стали ещё глуше. — У каждого есть слабости. Я хочу, чтобы она осталась со мной и могла защититься сама. — Я не князь, у меня не нужно спрашивать разрешения.       Голос второго очаровывал своей теплотой, но сейчас в нём прозвучали ноты неприязни. — Я не спрашиваю разрешения — мне нужен был твой взгляд.       Мой Сир ответила спокойно. Я уснула в одну из своих последних смертных ночей, не зная, что за хлипкой стенкой — так называемый Барон Анархов.       Позже, уже в новой жизни, мне не доводилось увидеть лично Найнса Родригеса. Когда прижало — а прижимает всегда невовремя и неожиданно — меня к нему попросту не пустили. Я ведь не камарильский агент, так, девчонка с улицы — посреди бара на задворках Даунтауна я поняла, будто мысли Эвы наконец пробились в моё сознание: иерархический строй есть даже у Анархов, как бы Найнс ни отнекивался от всученного ему баронства и как бы ни брызгали слюной его все-из-себя-свободные мордовороты у лестницы, ведущей наверх. Заяви я о своём просветлении вслух, мне бы в лучшем случае пришлось залечиваться с помощью случайных прохожих: почти все Бруха в этом баре были готовы кинуться на меня без какой-либо причины, я это видела и без разглядывания их аур. Тут всё переливалось бы красным.       Как насчёт этого, Эва?       А спросить сейчас мне было не у кого: мой Сир уехала. Она предупреждала, что может настать такой момент, когда мне придётся справляться одной. Прошло немало ночей, пока я научилась не поддаваться собственному соблазну, и перестала хлопать глазками каждому встречному, и настроила «коробку передач», чтобы не продемонстрировать посреди улицы с камерами, как быстро умеют двигаться Тореадоры. Мне оставалась только одна тайная радость: угадывать настроения прохожих по цвету их ауры. В тёмных закоулках это помогало ещё и видеть лучше кошки — я до сих пор свято уверена, что лишённые солнечного дня не могли бы получить более приятного дара.       Я вышла в разноцветный город, подождала, пока в ушах перестанет пищать после оравшей в баре музыки. Идти было не к кому и некуда: закусочную, где я работала, закрыли через пару недель после отъезда Эвы. Нагрянула инспекция, сунулась на кухню — а там пиздец, наш повар валтузит невесть откуда взявшихся крыс лопаткой для гамбургеров. Мы все в один голос клялись, что крысы у нас такими стадами не бегали — но бледная аура инспектора говорила, что хрен нам, а не выручка в ближайшие ночи. Думаете, я не попыталась его соблазнить? Самой смешно от той попытки: он снисходительно потрепал меня по щеке и сказал, чтобы вечерком заглянула к нему в офис.       Все думали, что ну недельку простоит наша несчастная забегаловка, ну две. Но вот прошёл уже месяц, и другой протащился за ним — и я поняла, что дело там затягивают намеренно. По глупости я ещё пробовала походить по стрип-барам, но местные дельцы в свежем мясе не нуждались. Я обшарила все заначки и начала думать, куда податься. Собственно, в бар к Анархам я ходила «только спросить», куда бы мне лучше сунуться и не огрести с порога — ответ я получила самый однозначный.       В интернет-кафешке я заказала кофе (который заберу с собой, потому что не хочу, чтобы видели, как я его вылью в канализационную решетку) и погуглила карты Санта-Моники.