Часть 24
24 февраля 2024 г., 22:00
Прямо-таки вылетев из портала отца, мы с Рихтером и Вильямом оказались возле готовящегося к отправке корабля. Если бы шли пешком — точно бы не успели.
Несмотря на быстрые сборы, наше отправление как-то затянулось. Но хорошо, что отец всё же успел наложить самые необходимые заклинания на меня. Можно хоть здесь не волноваться, что Секта по приезде распознает обман. Впрочем, то страшное видение до сих пор тревожит. Даже представить не могу, что меня ждёт на севере.
Нас должны встретить Илларинария и Винсент, отец послал весточку — птица долетит быстрее, чем мы доплывём по Шальному морю в Белвос. Но всё же… Больше я не должна глупить. Нужно вести себя в замке как Люксурия — не поддаваться на провокации и жалость. Я надеюсь, что справлюсь. Должна справиться. Если что, я всегда могу усыпить Лонвэя магией и тем самым уйти от ненужных вопросов, но это на крайний случай. Тем более король вряд ли всегда будет один.
Я прошлась по трапу следом за спутниками, погрузившись в мысли.
Пока я стояла в сторонке, сжимая посох, они уже уладили все нужные вопросы касательно нашего путешествия.
Скользнула взглядом по шипастой иллюзии в руках. Сделав пару взмахов посохом перед собой, поёжилась. На самом-то деле — обычная длинная палка, но Элронт зачаровал её под настоящий посох Люксурии, который она потеряла в песках. Простую чёрную мантию тоже изменил под стать сектантской. Всё для целостного образа Люксурии.
Но если так поразмыслить, опять же… Мы ведь не знаем наверняка, кто захватил тело Лонвэя. Что захватил, я-то почти уверена. Вдруг там не просто Праведник, а самолично их Господин? Как-то такой вариант мне только сейчас пришёл в голову. Если это окажется тот самый Данталион, то не думаю, что мы сможем с ним тягаться. А если так, то какой смысл устраивать этот спектакль? На тот маловероятный случай, что это сработает, и так мы сможем выиграть немного времени? Можно ли вообще рассчитывать на нечто подобное, если всё произойдёт… завтра? Что, если то видение было предостережением, а срок, данный Люксурии Сектой, действительно истекает завтра?
Проклятие.
Нет-нет… Нужно меньше волноваться и забивать таким голову. Я должна довериться остальным и следовать плану. Просто делать вид и держать маску холодности, пока Рия с Винсентом будут действовать, а Рихтер им помогать. Вильям же будет подыгрывать мне в замке и наблюдать за поведением короля.
Ох… В предвкушении всего я удручённо провела холодной рукой по раскалённому лицу.
— Люксурия, пошли присядем там? — Вильям аккуратно взял меня под локоть и повёл в сторону. Наверное, застыв у носа на корабле, я привлекала довольно много внимания. А если учитывать моё мрачное, благодаря мыслям, выражение лица, то я наверняка выглядела зловеще.
Мы отошли и сели на льняных тросах. Их использовали для поддержки трапа, так что до конца пути они явно никому не нужны. Я огляделась по сторонам и начала заваливать Вила вопросами:
— Почему ты сейчас меня так называешь? Привыкаешь? И куда делся Рихтер? Я что-то даже не заметила, как он отошёл…
— Он пошёл за водой, хочет сделать чай. Ты что, прослушала его слова?
— Похоже на то… — я положила посох рядом и поджала колени к груди.
Вздохнув, Вильям поправил капюшон:
— Касательно имени — ты права. Мне стоит опять привыкнуть звать тебя так. Тебе же, между прочим, тоже нужно отзываться на имя «Люксурия». Я понимаю — неприятно, хочется повременить с этим… Но не думаю, что это хорошая идея. Нужно уже сейчас готовиться к тому, что ожидает нас в Белвосе.
Я всё прекрасно понимала. И от того, что Вил прав, хотелось ещё больше закутаться в массивную мантию в надежде спрятаться и от проблем в том числе. Увы, реальность настигнет, где бы я ни была. Это не выход.
Меланхолично взглянув на суетящихся на палубе людей и матросов, я попыталась сменить тему:
— Ты успел попрощаться с девушкой, которая работает в библиотеке?
— А? — дёрнувшись, словно ужаленный, он тут же покраснел.
— Не стоит так волноваться. Я рада за тебя. Так что, как её хоть зовут?
Глаза Вильяма забегали, но всё же он смог собраться и ответить:
— Анариэль. Я забежал к ней перед отбытием. Мы договорились поддерживать связь письмами.
— Милое имя. Эльфийка, я так понимаю? — улыбнувшись, я посмотрела в его застенчивые малахитовые глаза. — Это прекрасно, что у тебя появилась интересная подруга.
— М-да… Знаешь, она порой такая правильная, а мне нравится выводить её из себя, — Вильям уставился себе под ноги и слегка улыбнулся, — и слышать её смех. Не знаю, как так вышло, что мы подружились. Настолько разные, а сразу нашли общий язык. Да и если дело касается меня, как мне показалось, Анариэль с радостью нарушает правила и расцветает пуще прежнего. Вся её строгость быстро улетучивается, уступая место задорному озорству…
Надо же, «озорству». Видимо, кое-кто пришёлся Вильяму по душе. Что ж, я могу только порадоваться за него.
К нам подошёл Рихтер, удерживая флягу и чашки. Заняв место слева от меня, он вручил чашки. Я коснулась фляги и непонимающе выгнула брови:
— Холодная. Ты собираешься как-то нагревать её здесь? Разве это не способности магов огня?
Уплотнить щит, чтобы в нём сдерживалось тепло, — это одно. А вот нагрев, да так, чтоб до кипения… Мне вспомнилась Сара, которая при первой нашей встрече чуть ли не выжгла глаза. Проглотив неприятный ком от воспоминаний о погибшей от моей руки подруге, я перевела взгляд на чашку.
Рихтер прервал затянувшуюся тишину неожиданным для нас с Вильямом ответом:
— Так уж вышло, что я съел брата. Ланшерра. Думаю, ты его помнишь. Поэтому часть его магии теперь доступна и мне.
Мы с Вильямом безмолвными статуями замерли с чашками в руках. Да и что тут скажешь? Насколько я помню, у них, конечно, были разногласия о правлении Ахрией, знати и прочем, но… есть брата?
— Что такое? Перестаньте делать такие лица. Вышло как вышло… Съесть его было самым верным решением. После того, как Фелис с Винсентом сбежали прочь из Ахрии, у нас с Ланшерром произошёл разговор. Нелёгкий, но искренний разговор между братьями в сердце бьющегося в агонии королевства. Он сам попросил об этом. Так что… это было предсмертное желание, можно сказать.
Вильям первый пришёл в себя:
— Разве можно поглотить магию, если кого-то съесть?
— Если ты будешь в форме магического животного, то да. Я же тогда превратился в истинного дракона — средоточие необузданной и всепожирающей магии, которая и впитывает силу поглощённой жертвы. Но, честно говоря, я не собираюсь пользоваться магией огня часто. Пусть рана после произошедшего ещё не затянулась до конца, но и забывать о случившемся не хочу. Всё же это было его желание…
Воспоминания о том, как Илларинария пыталась откусить мне голову в форме огромного волка, заиграли новыми красками. Что ж, даже так, чтобы съесть кого-то, нужно иметь ту ещё силу воли. Наша с ней неприятная история осталась в прошлом, но я рада, что тогда она всё-таки не решилась перейти черту, и я в итоге смогла выжить.
— Рихтер… — я легонько сжала его руку, накрыв ладонью.
— Всё нормально, Фелис. Вот рассказывал бы я это, если бы мне было слишком тягостно? Будучи драконом, даже во время снов, я всё время размышлял о произошедшем. Так что, в некотором смысле, я сделал выводы и отпустил всё. В той или иной степени.
Освободив свою руку от моей хватки, он достал травы из сумки и, закинув их нам в чашки, залил уже горячей водой.
— Это от Элронта. Нам нужно всем успокоиться и помнить, ради чего это всё. Нельзя совершать ошибки и идти на поводу у эмоций, ясно? Не забывайте о цели.
— Извини, Рихтер, ты прав, — я посмотрела на медленно кружащиеся лепестки в чашке, над которой поднимался пар.
Невероятно. Учитывая всё его прошлое, тут уж сомневаться не приходится — Рихтеру больше всех досталось от жизни. А он нашёл в себе силы идти дальше и сейчас ещё и подбадривает нас. Может, конечно, внутри у дракона ураган чувств, но внешне он выглядит совершенно спокойно.
Немного отпив, я вновь посмотрела на него:
— Рихтер, касательно кольца… ты не обижаешься? Я бы хотела держать его на цепочке, но мы так и не успели её зачаровать, сделать невидимой, а это может быть опасно.
— Милая, кольцо — это символ чувств. Главное, что есть в сердце. А кольцо… — он довольно хмыкнул, — никуда ты от него не денешься, ты ведь уже согласилась. Тем более в следующий раз я не позволю его снять.
Подмигнув напоследок, мы обменялись довольными улыбками. Сбоку оживился Вильям:
— И когда свадьба?
— Когда всё закончится. Но это будет тихо, без каких-то шумных церемоний, привлекающих внимание, — негромко ответив, я отхлебнула чая и расслабилась.
Подобные разговоры придавали уверенности, настраивали на веру в лучший исход. Когда-то же плохое должно закончиться?
— Согласен с Фелис, всё же нам ещё предстоит отстроить былую столицу и замок Ахрии. Это довольно-таки сложно, но я многое уже продумал и распланировал. Завёл знакомства благодаря Элронту.
Услышав его слова, я подавилась, немного закашлявшись. Рихтер, конечно, говорил что-то такое ранее, но я не приняла это во внимание. Тем не менее, если он этого хочет, я, конечно, ему помогу и во всём поддержу.
Коснувшись моей руки, он с вопросом взглянул на меня. В ответ я потянулась к нему магией, пытаясь передать свои мысли о том, что я готова поддержать в любом случае. Не знаю, правильно ли сделала, но, судя по расцветшей широкой улыбке, он услышал.
Всё же это что-то слишком личное, то, что касается преимущественно только нас с Рихтером. Слишком много говорить о подобном при Вильяме было бы грубо. Но, судя по реакции Вильяма, его мало беспокоили наши переглядывания и улыбки с Рихтером. Зря я волновалась. Юноша, наоборот, заинтересованно протянул:
— Ничего себе планы. Будете возрождать Ахрию? Или же создавать что-то новое?
— Сперва нужно установить связи с теми, кто уцелел. Думаю, всё, что было заложено моими родителями, я оставлю, а вот само правление изменю… — Рихтер начал отвечать Вильяму, и они увлечённо погрузились в управленческие темы.
Удивительно, как быстро они нашли общий язык и принялись обмениваться мнениями и опытом на эту тему. Судя по всему, работы, что у нас в Ахрии, что у них в Белвосе — непочатый край. Рано или поздно, но всё возвращается к событиям прошлого, к ошибкам, которые нельзя забывать и следует учесть в построении лучшего будущего.
Нужно постараться укрепить веру в Духов во всех королевствах, чтобы Купол продолжил защищать нас от демонов. Вот бы ещё удалось достичь полного взаимопонимания и доверия, чтобы мы все вместе, плечом к плечу смогли противостоять неожиданностям извне. Чтобы подобное произошедшему в Белвосе не повторилось.
Сидя в своих мыслях, я допила чай, время от времени прислушивась к вовсю разгоравшемуся разговору юношей. Не хотелось им мешать, но к определённым выводам я тоже пришла. Наверное, это всё-таки хорошо, что мне пришлось столько путешествовать, так или иначе побывать во всех королевствах, кроме Элатрикса. Туда меня дорога так и не привела. Но не думаю, что с эльфами будут проблемы. Да и моя матушка оттуда родом, так что некая связь имеется. Надеюсь, мы сможем всё преодолеть и построить крепкие, хорошие отношения между всеми королевствами.
Казалось бы… год назад я и помыслить не могла, что буду вот так спокойно рассуждать о подобных вещах, о будущем. Но размышления об этом прибавляют мне сил.
Вильям пересел к Рихтеру ближе и стал говорить тише, чтоб не привлекать лишнего внимания. А я расположилась с другой стороны жениха, склонилась на широкое плечо и задремала, обнятая тёплой рукой.
Проснулась я от сильного качания, лёжа на ногах Рихтера, как на подушке. Было темно, но прекрасно слышно, как волны то и дело с шумом разбивались о борт, покрывая белой пеной палубу. Я чуть приподнялась, задев ногой Вильяма. Он, похоже, пересел и придерживал мои ноги. Судя по виду и ощущениям, мы не промокли.
Кинув взгляд на мелькающую за облаками луну, я зашептала:
— Рихтер? Ты наложил щиты?
Дракон дремал, но от моего голоса проснулся. Погладив меня по голове, он тихо ответил:
— Да, не волнуйся. Мы втроём в безопасности.
— Спасибо, но я, пожалуй, пройдусь. Ноги затекли, — развернувшись, я убрала руки Вильяма с себя и аккуратно поднялась. — Сколько нам ещё плыть?
— Около двух часов. Тебя сопроводить?
Хрустнув поясницей, я прогнулась и ответила:
— Не хочется оставлять Вильяма одного… Он так крепко уснул.
Рихтер поднялся следом за мной.
— С ним ничего не случится, мы скоро вернёмся. Пошли, а то тебя ветром снесёт, если меня рядом не будет.
Я не стала спорить, мне хотелось прогуляться с ним. После сна голова была ещё безмятежной, но я прекрасно помнила, что в Белвосе нам придётся проводить времени намного меньше. Если оно вообще будет. Рихтеру нужно будет помогать Винсенту и Рие, а мне быть возле короля с Вильямом.
Взявшись за руки, мы направились к носу корабля.
Несколько матросов суетились, видимо, налаживая управление судном в непогоду. Остальных пассажиров нигде не было видно, скорее всего, попрятались по каютам.
По меркам моря — это не такой уж и сильный шторм. Да, корабль бросает с волны на волну, но не переворачивает, да и грозы я не вижу, просто сильный ветер. Так что беспокоиться не стоит и навязываться в помощь тоже. Сами справятся, а сила нам самим ещё понадобится.
Мы дошли к борту, глядя на бушующие снаружи чёрные волны. Корабль очередной раз качнуло, и я поскользнулась на влажной палубе. Рихтер придержал меня и бережно прижал к себе.
— Спасибо… — я подняла на него глаза и, облизнув пересохшие губы, потянулась к его лицу.
На мгновение он метнул взгляд в сторону, я повторила за ним. Над нами вырастала огромная волна, готовая обрушиться. Не успев наложить щиты или что-то сказать, я была поцелована.
Всё моё внимание и тревоги забрал поцелуй. Тёмная масса разбилась о щиты Рихтера, как о скалу, окутывая белой пеной на расстоянии вытянутой руки. Как волна поглощала пеной палубу, так и мужчина забирал моё дыхание и стук сердца своими ласковыми прикосновениями.
Руки нырнули под мантию, скользнув по изгибам тела. Даже сквозь одежду я ощущала его раскалённые пальцы, желая, чтобы они никогда не останавливались.
Дракон оторвался от моих губ и прошептал:
— Ты вся дрожишь… — ногти впились сильнее, — я не дам тебе замёрзнуть.
От этих слов по всему телу пробежали мурашки. Ахнув, я выгнулась, ощутив движение его руки вниз.
— Рихтер, нас увидят… не нужно.
— Ты серьёзно? Люди видят только двух людей в огромных плащах, стоящих рядом, не более.
Ладонь проникла под ткань белья, лаская…
Впиваясь ногтями в его широкие плечи, я застонала. В ответ на мою реакцию жених страстно поцеловал меня. Лаская мой язык своим, он вошёл одним пальцем внутрь. Нежные и такие желанные касания сводили с ума. Он неторопливо играл со мной: то медленно двигаясь, вынимая их, то ускоряясь, добавляя ещё один палец.
Я задрожала, закончив с очередным ударом гигантской волны о щиты. Ноги ослабли, а колени подогнулись. Дракон переместил руки мне на талию и приподнял, усаживая меня на ограждение на краю палубы.
— Рихтер…
— Когда ты стала такой скромницей? Я ведь чувствую, как сильно ты этого хочешь.
Может, он не только чувствовал, но и прочитал мысли? Ведь я хотела, чтобы именно сейчас, в этот самый момент, он был напористей. Я хотела его. И не важно, где мы и что происходит вокруг.
Схватившись за деревянный борт, я откинулась назад. Рихтер придерживал меня одной рукой за талию, а второй провёл пальцем по швам лосин, и те послушно разошлись.
— Я всё верну обратно, расслабься…
Ощутив его внутри, я на придыхании раскрыла глаза и увидела бушующую тёмную зыбь. Она то и дело вздымалась и падала на нас, занимающихся любовью. Но не достигала, продолжая тщетно разбиваться о прозрачные щиты белой россыпью.
Как красиво…
Горячее дыхание и тело любимого, сверкающая в свете вышедшей луны пена и необузданные волны, заглушающие мои стоны. Это было чарующе во всех смыслах. Я могла полностью расслабиться и доверить нашу безопасность жениху, зная, что он всё держит под контролем. Зная, что он защитит меня и от этих огромных волн, и от всего мира.
Рихтер целовал мою шею, оставляя небольшие укусы, распаляясь ещё больше и двигаясь всё быстрее. Ощущая, что уже на грани, я впилась ногтями в его плечи, прижимаясь к неимоверно приятно пахнущему телу, и закончила. Дракон не заставил долго ждать и последовал моему примеру.
Соединив наши тяжёлые дыхания нежным, полным любви поцелуем, он опустил меня на палубу и немного отстранился. По-прежнему придерживая рукой мою талию, второй он поднялся к груди, сжал её и сладострастно прошептал раскалённым дыханием возле уха:
— Сменим позу?
В знак согласия я кивнула и, довольная, развернулась лицом к бушующему морю, опираясь руками на борт.
Испробовав несколько живописных вариантов, объятые солёным бризом, мы насытились друг другом и принялись приводить себя в порядок. В основном время потратили на меня. Удивительно, как Рихтер мастерски починил одежду. Словно ничего и не было.
Как ни в чём не бывало мы пошли обратно. К моей радости, Вильям так же крепко спал. Матросы были по-прежнему заняты своими делами. Пожалуй, притихли лишь волны, став в разы меньше: корабль рассекал их уже без прежней качки. Что ж, похоже, мы действительно остались незамеченными. А может, Рихтер с самого начала скрыл нас заклинанием, и я зря так волновалась? Как знать.
Мы сели обратно, решив не будить юношу. Вильям, почувствовав появившуюся опору, склонился мне на плечо. Рихтер же, заговорщицки улыбнувшись, умостился с другой стороны. Нам удалось ещё немного подремать.
Первым, ожидаемо, проснулся через некоторое время Вильям, не дав мне полноценно погрузиться в глубокий сон. Он сразу растормошил нас с Рихтером своим бодрым голосом. Мы ещё раз выпили чаю, болтая о всяких мелочах, и заметили, что многие пассажиры вышли на палубу, готовясь к высадке.
Оставшееся до прибытия в порт время прошло быстро. Матросы деловито суетились, готовясь к швартовке. Путешественники оживлённо что-то обсуждали: некоторые из них, судя по всему, впервые решились отправиться на север. Тем временем множество огней порта Белвоса на горизонте были всё ближе и ближе.
Несмотря на тяжелую ситуацию, какая-никакая торговля с другими королевствами всё же продолжалась. Хоть Зверства Секты Ночи и отпугивали многих, всегда находились смельчаки наподобие нашего капитана. Но, судя по тому, что я услышала, даже он не рискнёт здесь задерживаться надолго. Немудрено.
Надеюсь, у нас всё получится. Негоже подобному продолжаться. Люди севера и так настрадались…
***
Корабль пришвартовался. Пассажиры незамедлительно замаячили у выхода на причал. Движения стали резче, а голоса громче. Всем хотелось побыстрее разобраться с делами насущными и укрыться в тепле от кусачего мороза. — Начало весны, а ночи на севере такие же холодные и неприветливые… — сказала я, выпуская клубы пара изо рта и ещё крепче сжимая руку Рихтера. Вильям указал на загруженный людьми трап, натягивая капюшон пониже: — Лучше спуститься по-обычному, а то последователи Секты могут быть и здесь. Лишний раз демонстрировать магию не стоит. Я поёжилась, вспоминая, как в прошлый раз сюда приехала. Тогда меня встретил Вил, разбавив своим появлением чёрствую реальность. Но сейчас я — другая. Я понимаю, с чем нам предстоит столкнуться. И, что не менее важно, я не одна. Рихтер аккуратно потащил меня за руку к выходу. — Ступайте за мной, я осторожно освобожу путь. Догадываюсь я о его «осторожности». Но если никто ничего не заподозрит, то будет хорошо. Благополучно оказавшись на причале, мы быстро направились к тёмным домам с небольшими светящимися окошками. Я схватила Вильяма свободной рукой за запястье, чтобы мы не разделились во мраке и толпе. И почему здесь постоянно так много людей? Что ночью, что утром… Странно, Рихтер так уверенно идёт. Он ведь здесь первый раз. Неужели… Я приподнялась на носочки, пытаясь разглядеть, что там дальше. Поодаль, в свете факела, стояли две высокие тени в плащах. Они держались в стороне от зевак и прочих людей за углом заброшенного дома. И дракон тащил нас к ним. Слегка обернувшись, он сказал мне: — Выследил их по хвостатому… Стоило нам подойти и остановиться в шаге, как меня кто-то приобнял. Я неуверенно выглянула из-под капюшона. Руки в перчатках сжали меня ещё крепче и, оторвав от спутников, приподняли, словно пушинку, и крутанули. Я перепуганно обняла в ответ, чтобы не упасть. — Фели! Живая! Я так испугался, когда кольцо исчезло! — Духи, Винсент. Не привлекай внимания, опусти её… — голос Илларинарии, надменный и сладкий, было ни с чем не спутать. Меня поставили на ноги, но катмер не унимался: — Но мы так давно не виделись, словно вечность прошла. Ты прости, я просто очень рад, что ты жива-здорова. Я аккуратно отстранилась, улыбнувшись: — Винсент, я тоже рада тебя видеть, но Рия права. Кстати… — не сильно хочется, но ладно, — Рихтер познакомься, это Илларинария. Она придворный маг Белвоса и моя сестра по отцу. Дракон чуть поклонился и, галантно приподняв свободную руку сестры, оставил поцелуй: — Наслышан. Надеюсь, сработаемся. Её загоревшийся взгляд был заметен даже в полумраке: — А как же иначе… Я думаю, во многих смыслах сработаемся. Вздохнув, я постаралась смягчить неловкую ситуацию: — Рия, давай без этого. Рихтер мой жених. Она громко рассмеялась, пряча широченную улыбку за длинными пальцами: — Серьёзно? Ещё один? А что брат сказал? — Тише, он… Альфред не знает. Отправился по заданию в другое королевство ещё до моего возвращения. Успокоившись, она расправила плечи и хмыкнула: — Неудивительно, ты знатно его помучила. Я рада, что он уехал. Надеюсь, забудет тебя поскорее и будет жить счастливо. На удивление, Винсент ничего не сказал, узнав новости о моей помолвке. — Винсент, я… — Не нужно, я всё понимаю, Фел. Значит, так было суждено. Главное —чтобы ты обрела счастье на этом пути. — Правда? Спасибо. Но… я бы хотела, чтобы вы с Рихтером обсудили… то самое. Хорошо? — Если ты хочешь, чтобы мы были связаны, то так тому и быть. Рихтер странно посмотрел на нас. Я надеюсь, новость, что Винсент его брат по матери, хоть немного порадует дракона. Хотелось бы, чтобы он имел поддержку не только в моём лице. Винсент по-прежнему сама доброта и учтивость, хотя раньше я думала, что это всё было лишь притворством. Но, похоже, он такой и в действительности. На него можно положиться. — Так, хватит тут топтаться. Сейчас мы все отправляемся сначала в башню у дворца. Я с Винсентом и Рихтером расположусь там, но и в замке буду иногда появляться. А вы двое, — Рия сверкнула единственным глазом на меня и Вильяма, — после того, как мы всё обсудим, вернётесь в замок. Лонвэй обрадуется. Договорив, Рия затушила факел о небольшую горку снега и свернула в подворотню. Мы змейкой последовали за ней, не издавая ни звука. Голову предсказуемо наводнили мысли об услышанном. Действительно ли обрадуется Лонвэй? Странно рассуждать об этом. Эмоции эльфа всегда были столь чисты в отношении меня, что даже я, скорее всего, не смогу сразу понять, если что-то будет не так. Хотя, учитывая мой опыт с Люксурией, уж мне-то должно быть виднее — одержим Лонвэй или нет. Обогнав юношей, я нагнала впереди идущую эльфийку: — Рия, расскажи хоть в двух словах, как Лонвэй? Он цел? Вредил ли себе? Сестра промолчала, словно я к ней и не обращалась, и продолжила идти. — Рия, не смей молчать! — я схватила её за рукав, вынуждая обратить на меня внимание. Она небрежно отряхнула его на ходу, откинув мою руку в сторону. — Перестань уже, Фелис! Прицепилась, как пиявка… Сама всё увидишь. Чего ты от меня хочешь? — Чтобы ты была не просто украшением замка, но и хоть что-то делала! Касательно того, на чьей ты стороне, у меня больше всего сомнений! Остановившись, она резко обернулась всем телом ко мне. Рихтер и Вильям молча застыли за моей спиной. Свет из дома поблизости озарил эльфийку светом, так, что в этот миг она отбросила длинную и зловещую, как мне показалось, тень. В алом глазе вспыхнула обида, быстро сменившаяся злостью: — Послушай сюда, ты… Я ему не невеста. Мне всё равно что с ним, безразлично, что у него там под одеждой. Жив — и это главное! Я поступаю так, как считаю нужным. Если тебя это не устраивает, то я могу спокойно уйти и не помогать вашей своре! Кажется, от её слов у меня аж челюсть отвисла. Чувствуя неимоверное напряжение во всём теле, я не смогла сдержаться: — Да как так-то?! Ты обязана нам помочь! Как же твоя клятва королю Белвоса? Выходит, никудышный из тебя придворный маг! — Ах-ха-ха! Уж точно ничуть не хуже, чем из тебя сестра и невеста! — она посмотрела на меня сверху вниз, заносчиво ухмыльнувшись. Я сжала кулаки. Вот же стерва! А я-то думала, что мы сможем быть нормальными сёстрами. Что все обиды позади. А она… она! Вильям резко оказался между нами: — Рия, пожалуйста, мы же обсуждали это ранее. Иначе ты не оставишь мне выбора… Переменившись в лице, она отвернулась и продолжила движение, небрежно кинув: — Пошли. Хм, интересно, о чём это они? Что Вил может знать такого, чтобы повлиять на Рию? Что вообще может быть для неё настолько важным?.. Я почувствовала, как Рихтер коснулся моей руки, выводя из ступора. — Не обращай внимания, оно того не стоит. — Всё нормально, у нас «взаимная любовь»… — я улыбнулась, провожая взглядом спины отдаляющихся Вильяма и Илларинарии. Впрочем, а чего я ожидала? Я же знаю её. Было даже предсказуемо, что она поведёт себя подобным образом. Но мне тревожно насчёт Лонвэя… могла ведь просто сказать, что всё нормально. Нет же, нужно юлить… Вот язва. Справа подошёл Винсент: — Не обращай внимания, Фелис. На самом деле она тоже нервничает. Волнуется, что не получится воплотить наш план. Ещё и сны мучают, не спит почти… Поэтому и ведёт себя подобным образом. Так что, не обижайся на неё. С Лонвэйем всё в порядке. Почти всё время с твоего отбытия он держался. Но… — катмер оглянулся по сторонам. — Как раз накануне твоего возвращения его словно подменили: и дня не проходило, чтоб он не попытался как-то изувечить себя. Так мне Рия рассказала. — Но тогда нужно срочно к нему! Вдруг за ваше отсутствие он что-нибудь натворит? — Нет-нет, она его усыпила, так что на данный момент он ещё должен спать. Игрушки его новые спрятала, дверь в комнату заперла. Может, конечно, при большом желании выброситься из окна… Но не думаю, что это то, что Секте Ночи нужно от короля. Ответ катмера меня несильно успокоил, поэтому я придержала его, когда он сдвинулся с места: — Винсент, подожди. Ответь, пожалуйста, как Проводник Духов, ты чувствуешь его душу… здесь, в нашем мире? Ты же наверняка должен ощущать какую-то связь, не так ли? — Хороший вопрос, Фелис. Скажем так, я никак не могу на него повлиять, как Проводник. Сейчас Лонвэй вроде бы и прежний, в то же время как будто он из другого мира, недостижимого мне. Проводники и Праведники — противоположные стороны одной монеты, — туманно произнёс катмер и зашагал дальше. Странный ответ. Это только подтверждает то, что не всё так просто с королём. Впрочем, сейчас попусту волноваться не стоит —нужно держаться стойко и уверенно, увижу Лонвэя сама — пойму. Под покровом ночи мы продолжили путь и спустя какое-то время добрались к башне Альфреда. Даже при входе на территорию замка стражников я не обнаружила, как бы ни вглядывалась в темноту. Как-то это… неправильно. Но, судя по всему, главная охрана здесь — это сплетни и слухи, что король сам является Владыкой Ночи и руководит Сектой. Поэтому все боятся, что его приспешники придут во сне и отнимут жизнь того, кто посмеет задумать неладное против Его Величества. Подобный бред мне довелось услышать и на корабле, и на пристани, а значит, в эти небылицы много кто верит. Ужасно. Такими темпами очередное восстание не заставит себя ждать. Пока всё держится на страхе, но, отчаявшись, и через него можно перешагнуть. Понимает ли это сам Лонвэй?.. С другой стороны, во сне действительно все уязвимы. Во сне мы не можем тягаться с Ночью.
