Отбросы превратились в реликвии

      Эндрю чувствовал себя неуютно в таком роскошном автомобиле. Мэри Веснински показалась Эндрю очень подозрительной. Она то и дело бросала косые взгляды на друга сына.       Мэри сильно переживала за Натаниэля: «Что это за мальчишка? Откуда он взялся? Не причинит ли он её сыну боль?». Её сыну и так не повезло родиться в их семье, в которой царило насилие, боль и смерть, и она не хотела, чтобы этот мальчишка сделал больно Натаниэлю. Чем больше Мэри смотрела на двух мальчишек, тем больше успокаивалась: Нат вёл себя с Эндрю очень открыто и искренне: улыбка не сходила с лица её сына, и она этому радовалась. А ещё взгляд Эндрю: она видела, как он подозрительно и осторожно на неё смотрит, готовый в любую минуту дать дёру, но, когда он смотрел на Натаниэля, его взгляд менялся, становился мягче и доверчивее. Так что Мэри просто смирилась, что в жизни сына появился этот маленький ангел со взглядом взрослого.       Когда они подъехали к стадиону, Эндрю буквально прилип к окну. Стадионы он видел только по телевизору, даже на матче он ни разу не был. А тут вот он, стадион, прямо перед ним! Эндрю хотелось быстрее оказаться внутри, увидеть это своими глазами. А ещё он хотел увидеть Натаниэля на поле, посмотреть, как он играет. Эндрю был рад этому дню и моменту.       Видя блаженство на лице своего друга, Нат невольно улыбнулся. Именно этого он и хотел: хотел, чтобы Эндрю восхищался чем-то также, как и он сам. Мальчишки выпрыгнули из машины, и Нат повёл Эндрю внутрь.       Эндрю не ожидал увидеть в раздевалке троих парней, которые выглядели на год, а то и два старше. Он растерялся и встал за Натаниэлем, будто хотел спрятаться.       — Привет, ребята, — обратился к троице Нат.       — Привет, — вразнобой проговорили Рико, Кевин и Жан. — Рады снова увидеть тебя, — добавил с улыбкой Жан       — Кстати, я хотел вас познакомить кое с кем, — Нат посторонился и все устремили взгляд на Эндрю.       — Это кто? — с любопытством спросил Рико.       Нат немного подтолкнул Эндрю в бок локтем. Тот поднял глаза и сказал:       — Меня зовут Эндрю. Я друг Натаниэля.       — Он будет играть с нами? — сощурился Кевин.       — Нет, мы просто приехали вместе. Я хотел показать Эндрю стадион и нашу игру.       — Тогда здесь ему не место, — бросил Рико, — это место для тренировок, а не проходной двор.       — Тебя забыли спросить, — сразу вспетушился Эндрю. — Нат позвал меня, потому что ему разрешили. Я пришёл посмотреть на ЕГО игру.       У всех троих разом отвисла челюсть, но Нат знал, что не стоит вестись на ангельскую внешность Эндрю: он и укусить может. Жан постарался исправить ситуацию:       — Всё, всё, прости, Эндрю. К нам редко кто-то приходит, и то это взрослые заглядывают к тренеру. У нас не бывает посетителей, просто Рико не умеет общаться с людьми, — поддел Рико Жан. — Я — Жан, вот этот зануда — это Кевин, и Рико.       — Ладно, — меланхолично отозвался Эндрю. — Я не буду мешать, просто посмотрю с трибун.       Все кивнули и продолжили переодеваться. Нат показал Эндрю, где можно присесть и тоже начал переодеваться. Жан, Рико и Кевин уже видели его шрамы, а Эндрю, увидев, не задаст вопроса — Нат был в этом уверен. Так и было. Эндрю смотрел, его глаза чуть округлились, но взгляд не давил, не был напористым — просто чистый интерес.       Они вышли к трибунам и Эндрю пошел вверх по лестнице, чтобы видеть сразу всё поле, а остальные двинулись на поле. Он поднялся на рядов пятнадцать вверх и сел, разглядывая поле. Оно было огромным, и это вызвало у Эндрю смешанные чувства: он может и хотел присоединиться, но знал, что это бесполезно. Родители просто не позволят этому случиться. Так что Эндрю делал то, что умел лучше всего — наблюдал. Всю тренировку он не сводил глаз с поля и думал. Жан ему понравился больше других. Он спокойный, неконфликтный — такой и мухи не обидит. И акцент у него странный — видимо, он не из Америки. Рико был невысоким, но от него исходили волны опасности. Эндрю это чувствовал и думал, будет ли в порядке Нат, не сделает ли ему что плохое Рико? Зря переживал. При столкновении Натаниэль рухнул на паркет (в этот момент сердце Эндрю остановилось), но Рико протянул ему руку и поднял. Эндрю поставил небольшой плюсик Рико (может он и не такой плохой?). Ещё Рико был похож на мужчину внизу, наверное их тренера, и Эндрю решил, что они родственники. Кевин был, наверное, трусливым. Так Эндрю показалось на первый взгляд. Если на поле происходил опасный момент или Кевин сталкивался с Рико, Кевин всегда уходил с дороги и уступал. Интересно. А ещё у Эндрю возник вопрос по поводу цифр на лицах этой троицы.       Конечно Эндрю не обманул и Ната. Он смотрел и видел совершенно другого человека. По полю Нат носился молнией, не боялся получить удар или упасть. Такое ощущение, что ему совершенно не знакомо понятие боли. Хотя это не удивительно. Вспомнив холст шрамов на груди и спине Ната, Эндрю невольно вздрогнул. Что же пришлось пережить его другу? Но больше всего его привлёк ожог левом плече Ната. Он был идеальной треугольной формы, с кружочками по краям. «Утюг!» — дошло вдруг до Эндрю и совсем стало не по себе. Такой след нельзя заработать просто случайно. Но Эндрю промолчит, отдавая должное Нату — тот тоже никогда не задавал вопросов по поводу бинтов.       Смотря на счастливого Натаниэля, Эндрю решил дать шанс этим троим: не часто удаётся видеть такого Ната. Уезжая, Эндрю задал лишь один вопрос:       — Можно я буду всегда приезжать с тобой?       Это сказало Нату куда больше, чем предполагал Эндрю:       — Тебе понравилось? — с надеждой в глазах произнёс Натаниэль и после кивка Эндрю засиял: — Да, конечно, Дрю. Я всегда буду рад тебя видеть здесь.       Так и продолжили они встречаться на своём месте около заброшенной церкви, ездить в Эвермор вместе. Эндрю даже однажды вышел на поле и попробовал играть в роли голкипера с парнями. Это было лучшее время в жизни обоих. Но, как и всё хорошее, это не могло длиться вечно…       Эндрю собирались вернуть обратно в детский дом в конце апреля. Он не был этому удивлён (как будто в первый раз такое), но ему стало тошно: сейчас он потеряет Ната и всё, что у него было здесь: стадион, друзей и понимание. Идя на встречу с Натом, которая будет последней, Эндрю был в раздумьях: «Как сказать об этом Нейту? Как он воспримет эту новость?». Увидев друга, Нат обрадовался, но тут же заметил тени на лице Эндрю:       — Эндрю, что-то произошло?       Эндрю боялся и не хотел произносить этого вслух, но он не мог оставить Ната в неведеньи.       — Нейт, я уезжаю, — лишь смог выдавить он.       Натаниэля будто ударили, его мысли были в полном беспорядке: «Как? Куда? Зачем? Я не хочу терять тебя…»       — Нейт, — выдернул его исступления Эндрю, — мне очень жаль, но эта семья хочет вернуть меня обратно. Я не смогу здесь остаться. Но, поверь мне, я этого не хочу.       — Дрю, это правда? — поражённо взирал на друга Натаниэль, будто ему явился призрак. — Ты действительно уедешь?       — Да. Но знай, что ты был лучшим, что со мной случалось. Спасибо тебе, — Эндрю благодарил за всё: стадион, дружбу, доверие и понимание.       — Ты ведь меня не забудешь? Скажи, что мы сможем ещё встретится?       — Я не знаю, — признался Эндрю, — я правда не знаю, но хочу в это верить, Нейт. Если мы и встретимся и кто-то из нас узнает другого, просто назовём наши сокращённые имена. Согласен, Нейт?       — Да, Дрю.       Натаниэль еле сдерживал слёзы, в глазах Эндрю читалось тоже. Эндрю развёл руки в приглашающем жесте и Нат влетел в объятия. Он не хотел, не хотел отпускать своего ангела, своего Дрю. Также как и Эндрю не хотел отпускать рыжеволосого чертёнка. По щекам Ната потекли слёзы. Рубашка Эндрю промокла от слёз Натаниэля, а Эндрю гладил его по голове, приговаривая: «Мы ещё встретимся».

***

      Прошёл месяц с последней встречи с Эндрю. Нат ходил печальный всё это время: ему ничего не приносило удовольствия, даже экси. На тренировках он просто был. Не было той искры, того озорства и адреналина. Натаниэль просто был. И ребята заметили это изменение. Они видели, что Нат ходит темнее тучи, а этот светловолосый парнишка с ним больше не приезжал. Он решили с ним поговорить.       — Нат, что произошло у тебя с Эндрю? — обеспокоено спросил Жан. — Он не хочет больше ходить на тренировки?       — Нет, у нас с Эндрю всё в порядке, — не успел Нат договорить, как его перебил Кевин:       — Ничего не в порядке, мы же видим! Расскажи нам, может мы можем чем-то помочь, — протараторил он.       — Было, — закончил своё предложение Нат. — Эндрю уехал.       В раздевалке повисло гробовое молчание. Сколько оно длилось: секунду, минуту, час? Решился его нарушить Жан:       — Что-то то случилось?       — Его семья была приёмной, и его вернули в детский дом.       — Нат, — прошептал Рико.       — Я в порядке, просто не могу поверить, что он исчез из моей жизни. Ведь у меня, кроме него и вас, никого нет, — тускло сказал Натаниэль.       — Чем мы можем тебе помочь? — поинтересовался Жан.       — Ничем, — слишком честно. — Мне просто нужно время, а вы… Просто будьте рядом.       — Конечно, — сказал Жан и заключил Ната в объятья.       Это было крепкое дружеское объятье, но Нат сразу вспомнил Эндрю. Да, он действительно навсегда останется в его памяти.

***

      После этого разговора прошла неделя. Натаниэль лежал в своей кровати и думал об Эндрю. Как он там? Нашел ли новую семью? Счастлив ли он?       Вдруг дверь в его комнату отворилась и вошла Мэри. Она была чем-то взволнована.       — Мама?       — Натаниэль, — шепотом, но властно проговорила Мэри, — нам нужно срочно уходить. Вот рюкзак, возьми только самое необходимое. У тебя есть 10 минут. Соберись и жди меня здесь.       Натаниэлю не нужно было повторять дважды. Он понял, что мать торопится, так что, не теряя времени, начал собирать вещи. Он засунул в рюкзак пару штанов, маек, взял куртку, кроссовки. Взял он свои ножи: так, на всякий случай. Он хотел было застегнуть рюкзак, но тут его взгляд упал на полку, где лежала коробочка с браслетом и кулон. Кулон, который подарил ему Эндрю в их последнюю встречу.       — Возьми это, — Эндрю протянул Нату какой-то кулон. — Пусть он напоминает обо мне.       Это был обычный кулон: на цепочке висела сделанная из дерева морда лисы. Очень аккуратная и тонкая работа.       — Но почему именно лис? — поинтересовался Нат.       — Потому что ты на него похож, — лишь это сказал Эндрю.       Нат схватил кулон, надел его на свою шею, забросил коробочку с браслетом в рюкзак и закрыл его. Теперь точно всё. Мэри зашла за Натаниэлем спустя минуты 3.       — Идём, только тихо.       Они спустились в подвал, столь ненавистный Натаниэлю. Здесь крылась самая страшная тайна семьи Веснински. Для всех Натан Веснински был крупным бизнесменом, но на самом деле он прислуживал семье Морияма и был их «палачом». Сколько людей погибло в этом подвале, и, если прислушаться, можно ещё услышать вопли жертв Мясника.       Они с матерью выбрались из дома через туннель, который выходил в гараж: им пользовались, чтобы выносить трупы. Выбравшись, Натаниэль последний раз окинул взглядом свой дом, который таковым не являлся, и они скрылись с матерью в темноте.