Отбросы превратились в реликвии

      Натаниэлю шестнадцать. Хотя он сейчас не Натаниэль, а семнадцатилетний Андреа: мать сменила ему уже, наверное, двадцать имён. И вот сейчас он сидит на берегу и смотрит на дотлевающие угли — всё, что осталось от его матери. Здесь, в Сиэтле, отец сумел их нагнать — им еле удалось сбежать. Но мать оказалась сильно ранена, и Натаниэль заметил это слишком поздно. Он просто сжёг машину вместе с матерью. Что ему теперь делать? Мать мертва, а куда деваться ему? Мысли судорожно метались по черепу. Отец может прийти за ним в любой момент, и его уже ничто не остановит. Никакое бегство Ната не спасёт. Он убегал восемь лет не для того, чтобы отец его просто убил. Ему нужна защита. Он был в отчаянии. Кто его сможет защитить от его жестокого отца? Только тот, кто стоит выше. Тот, что выше… Ему пришла в голову отвратительная идея, но другого выхода не было. Он взял телефон в руки, в интернете нашёл нужный номер и приложил телефон к уху. Через минуту трубку сняли.       — Тецудзи Морияма, слушаю, — ответ прогремел над ухом Ната.       — Здравствуйте, хозяин, — Ната передёрнуло от этого обращения, но он продолжил: — Это Натаниэль Веснински.       — Натаниэль Веснински… — протянул Тецудзи. — Беглец, не объявлявшийся восемь лет. С чего вдруг ты звонишь мне?       — Я хочу стать одним из «Воронов».       — Одним из «Воронов»… Тебя ищет твой отец, а ты так просто предлагаешь мне взять тебя в команду?       — Я знаю, что мои навыки вас удивили в детстве. Немного нагнать, и я стану достойным игроком. Но я хотел бы, чтобы мне гарантировали безопасность в Гнезде.       Повисло бесконечно долгое молчание.       — Где ты сейчас находишься, Натаниэль?       — В Сиэтле.       — Если ты сможешь добраться до Западной Вирджинии целым, я посмотрю, что можно с тобой сделать. Позвони перед вылетом, я пришлю за тобой людей.       — Благодарю, хозяин.       — До встречи.       Раздались длинные гудки, звучавшие как набат. Натаниэль откинулся на песок и закрыл рукой глаза. Это отвратительная идея. Но Нату не хотелось умирать сейчас. Он искал во всём плюсы: он сможет играть в экси, встретится с давними друзьями. Лёжа, он провёл рукой по кулону Эндрю, а затем по браслету с первой буквой его имени. Интересно, как он сейчас? Помнит ли ещё своего маленького друга? Тоска и боль сдавила грудь Натаниэля и он поднялся. Нельзя поддаваться чувствам, никогда — от этого только хуже. Нужно найти ближайший аэропорт и лететь в Западную Вирджинию. Уже через три дня Натаниэль сел в самолёт до Западной Вирджинии. Каждый перелёт давался ему с трудом: документы ведь поддельные, пусть и отличного качества. Меньше чем через 3 часа он будет на месте, и его инстинкты говорили ему бежать, пока не поздно, но он уже для себя всё решил.

***

      Натаниэль стоит перед Тецудзи, как будто ему 8 лет. Только теперь это не маленький мальчик, изучавший все вокруг, а парень, которому пришлось слишком быстро повзрослеть. Всё-таки он помнит свою фамилию и держится соответственно. Здесь стоял Натаниэль в самом его естественном виде: рыжие волосы и льдисто-голубые глаза (в бегах Нат всегда красил волосы и носил цветные линзы для прикрытия). Тецудзи согласился взять Натаниэля в команду и не сообщать старшему брату, главе клана Морияма, Кенго, что они нашли младшего Веснински.       — Да, да, пришлите в мой кабинет Дженкинса, — приказал Тецудзи, повесил трубку и обратился к Натаниэлю: — Натаниэль, теперь ты полностью принадлежишь мне. Тебе следует усвоить несколько правил, если не хочешь оказаться на том свете. Ты прекрасно знаешь нашу семью и на что мы способны. Во-первых, меня ты называешь только Хозяин, и никак иначе. Второе — ты слушаешь все мои указания касательно тренировок. Здесь мы работаем по 16 часов в день, так что расслабляться не будешь. Третье — здесь всё основано на парной системе. Ты потерял право быть отдельной личностью, как только перешагнул порог «Гнезда». Ты не имеешь права пойти куда-либо без сопровождения. Всё остальное тебе расскажут потом.       В дверь постучали, и вошел высокорослый смуглый парень:       — Звали, Хозяин?       — Да, Дженкинс. Это наш новенький, отведи его во вторую комнату в Чёрном крыле. Натаниэль, следуй за ним — он покажет тебе твоего напарника и расскажет, как устроено «Гнездо».       Дженкинс поклонился и вышел, Натаниэль следом за ним. По дороге в комнату Дженкинс показал Натаниэлю кухни, тренажёрные залы, комнаты отдыха. Когда они подошли к развилке, он объяснил:       — Здесь, в правой стороне, находится Красное крыло. Здесь живут запасные и «обычные» игроки. А слева — Чёрное крыло, здесь живет Рико и его приближенные. За мной.       Он привел Ната в комнату. Всё, от потолка до пола, было чёрным: полотенца, бельё, мебель. Ему указали на пустующую кровать:       — Это твоё место. Сейчас позову твоего напарника, — сказав это, Дженкинс покинул комнату.       Нат присел на кровать и вперил взгляд в пол. Он влип. Конкретно. Но пока ничего лучше его мозг не придумал. Он поставил сумку на пол, открыл её и достал папку, в которой хранилось множество зашифрованной полезной информации: номера телефонов, места, деньги — в общем всё, что нужно было Нату с его матерью для выживания. Эту папку он отложит на некоторое время, до лучших времён. Он настолько задумался, что не заметил пришедшего в комнату человека. Инстинкт сработал мгновенно и он поднялся на ноги, готовый бежать, и тут же опешил, увидев перед собой знакомое лицо.       Жан Моро изменился с их последней встречи. Сейчас он на сантиметров 30 выше самого Натаниэля (спасибо матери за гены), черты лица огрубели, но что-то не изменилось. Черные вьющиеся волосы, тройка на скуле, и серые большие глаза, в которых сейчас было множество эмоций: страх, удивление, шок, осознание, радость. Как же Нат был рад увидеть старого друга.       — Натаниэль? — тупо спросил Моро и после кивка снова спросил: — Нат, это и вправду ты?       Когда Нат снова кивнул, Жан бросился к нему с объятиями:       — Нат, ты не представляешь, как я рад тебя видеть, — горячо говорил Жан. — Мы боялись, что тебя больше никогда не увидим. Нам сказали, что твоя мать сбежала вместе с тобой и что твой отец тебя повсюду ищет. Сколько мы не виделись? 5, 6 лет?       — Восемь лет, — сказал Нат, всё ещё обнимая Жана, — восемь лет я был в бегах. Но теперь я здесь, с вами.       — Но как? Почему ты оказался здесь после стольких лет? Зачем ты вернулся сюда? — спросил Жан, отстраняясь от Ната.       — Моя мать мертва, отец её подстрелил в Сиэтле, а я не знал, куда пойти, но знал, что мне нужна защита. Здесь она у меня будет.       Жан помрачнел:       — Нат, ты не знаешь, на что подписался, придя к «Воронам».       — Ну почему? Здесь у меня есть ты, Кевин, Рико…       — Подожди, Натаниэль, — холодно произнёс Жан, — сначала пойми, что уже всё не так радужно, как было в детстве. А особенно Рико. Он изменился, и это не сулит ничего хорошего. Если старину Кевина ты и узнаешь, то Рико — нет. Сейчас Рико жесток и жаждущий крови. Здесь всё построено на насилии и страхе. За малейшую провинность ты будешь наказан. Посмотри сюда, Натаниэль.       Нат опустил глаза на руки Жана. Запястья пересекали красные полосы, на предплечьях были шрамы: и зажившие, и совсем еще свежие. Нат не мог отвести взгляда, а Моро тем временем продолжил:       — Да, может ты ещё помнишь того мальчишку, но это уже не он. Тебе повезло, что твоим напарником стал я. Я смогу, если что, защитить тебя.       — Нет, Жан. Не нужно меня защищать. Ты ведь знаешь, кто мой отец? — Жан нервно сглотнул и кивнул. — Я умею прекрасно обращаться с оружием, а еще у меня дерьмовый характер, так что я в любом случае вляпаюсь в неприятности, — улыбнулся Нат. — Не переживай, я смогу защитить и себя, и вас с Кевином. Я всё ещё помню, что мы были братьями.       Жан выглядел подавленно, но кивнул:       — Ох, Нат, тяжело тебе будет. Ты хоть клюшку не разучился держать? Кстати-и, пойду-ка я найду Кевина, — Жан уже собирался уйти, как в дверях столкнулся с парнем, влетевшем в комнату.       А Кевин ничуть не изменился. Сейчас он исступлённо замер в дверях и молча смотрел на Натаниэля. Нат улыбнулся своей самой яркой улыбкой, на какую только был способен.       — Это ты? Это действительно ты? Жан, скажи, что мне не показалось…       — Да, Кев, это действительно наш Нат, живой и невредимый.       Кевин дошел до кровати и рухнул на неё, закрыв лицо руками:       — Господи, Боже, Натаниэль, ты живой, — слова были еле слышны из-за рыданий Кевина.       Нат подошёл ближе, обнял друга за плечи:       — Да, я жив и теперь буду с вами, — тут он резко переключился на французский: — Жан, когда это он стал таким сентиментальным?       Жан тупо хлопал глазами, а потом рассмеялся. И вместо Жана ему ответил Кевин:       — Эй, ты совсем охренел? Я вообще-то очень рад был тебя видеть до этого момента, а сейчас ты начинаешь меня бесить, — Кевин поднял глаза и увидел шокированный взгляд Натаниэля: — О, чёрт, не хотел у тебя инфаркт вызвать. Жан учил меня французскому всё то время, пока мы здесь жили.       — Только не говори на французском в присутствии Рико — он терпеть не может, когда говорят на языке, который он не понимает, — на английском предупредил Жан.       — О-у, а какие языки он знает? — поинтересовался Нат.       — Японский и английский, — сказал Кевин, — так что тебе придётся учить японский. Мы его уже успели выучить.       — Ну бли-и-ин, какая жалость, — уже на японском протянул Нат, — а как мне другие языки-то отрабатывать.       — Вот чёрт, сколько же языков ты знаешь?       — Эм, английский, японский, французский, немецкий, испанский, немного китайский и русский.       — Полиглот бронированный, — проворчал Кевин, — весь в мать. Кстати, как она тебя отпустила?       — Она мертва, умерла пару дней назад, поэтому я здесь.       — Прости, Нат, я не хотел…       — Всё в порядке, я теперь с вами и этого достаточно, — он снова солнечно улыбнулся.       — Мы правда очень рады тебя видеть, но тебе ещё нужно до тренировки встретится с Рико. Хозяин сказал, что приедет новенький и будет в паре с Жаном, но он не говорил, что это будешь ты. Так что лучше не будем злить его. Пойдем за мной. Встреча с Рико прошла ломано. Рико выглядел так, будто увидел призрака, но смотрел с таким высокомерием и презрением, что Нат поежился. Он даже не попытался обнять Ната, будто вовсе забыл, что они были братьями.       — Слушай, Натаниэль. То, что мы давно знакомы, не значит, что к тебе будет особенное отношение. Здесь я — король, и лучше меня никого нет, уяснил?       — Посмотрим на поле, — вскинул голову Натаниэль, — помнится, в детстве ты мне уступал в подготовке? Жаль, я упустил столько времени, и, видимо, буду тебе уступать, но это ненадолго.       Нат увидел ярость в глазах Рико и прежде, чем он успел увернуться, Рико ударил его по лицу. Нат чудом устоял на ногах и вытер разбитую губу. Рико взял Натаниэля за шиворот:       — Я научу тебя, как нужно обращаться с королём. После тренировки мы встретимся здесь, — он отбросил Натаниэля и махнул рукой, мол, проваливайте.       Жан быстрее потащил Натаниэля в свою комнату.       — Ну ты, конечно, не мог промолчать? — злился Жан. — Ты представляешь, какую боль он тебе причинит?       — Жан, успокойся. Я привык к боли, ты же знаешь. Я не боюсь его и сделаю всё, чтобы вас оградить от него. Давай, идём, а то нам ещё за опоздание накостыляют, — усмехнулся Нат и пошел к выходу.       — Идиот, — закатил глаза Жан, — смотри, не умри здесь.       — Не, багет, я не собираюсь умирать.       — Как ты меня назвал?       — Багет. А что, вполне подходящее прозвище, — засмеялся Нат и едва успел увернуться от Жана: — Эй, полегче, мне еще у Рико страдать сегодня.       — Реально идиот, — заключил Жан.       Он удивлялся Натаниэлю, его бесстрашию и наглости, но всё же был рад, что этот лучик солнца вернулся в их жизнь.