2. Новый-старый лагерь.
30 октября 2023 г., 18:09
Мир параллелей и вероятностей очень чуток и хрупок. Задев одну струну, ты можешь извлечь как красивый звук, так и порвать её вовсе.
Когда человек ходит в прошлое, оставляя в нём свой след, то обратно в будущее ему дано два пути: в то будущее, что было до его ухода, или то, что он создал своим действием. Большинство выбирает второй вариант, даже не задумываясь, что делает какой-либо выбор. Многие, идя в прошлое, думают, что все их действия уже согласованы и имеют свой вес в настоящем, но это не так! Любое действие, будь то просто плетение букетика или убийство человека, откликнется на будущем, в которое ты придёшь. Ведь по сути дела ты отменил свою параллель вспять и пошёл по другому пути, даже не присутствуя на нём много веков до своего настоящего. Многие говорят — временной парадокс! Только вот нет никакого парадокса, лишь сухая последовательность.
И всё дело в том, куда ты придёшь в итоге: в начальное настоящее или в последующее.
(Учебник Хронологии, 8 круг, вырезка из статьи Александра Войтуса «О вероятностях как о действительности»)
Вот уже третий час вереница из трёх школьных автобусов тряслась по суровым российским дорогам. Самый старый из автобусов будто бы нехотя плелся позади. Его висящие на соплях запчасти то и дело задевали кудрявую дорогу. Василиса дремала на заднем сиденье, запрокинув голову назад. На особо жутких колдобинах ее затылок легонько тюкался о пыльное заднее стекло. Лëшка, сидящий рядом, играл в карты с Серёгой. Серёга – будущий лагерный вожатый, самый старший в группе по ушу. В самом старом автобусе тряслись ребята из секций по гимнастике, ушу и волейболу. С передних сидений раздавался громкий раздражающий смех Инги. В такие моменты Василиса морщилась, будто съела лимон. Ребята ушуисты любили бойкую рыжеволосую гимнастку. Василиса вместе с Лёшей и его друзьями часто гуляли вместе, поэтому все были знакомы. Для временно ограниченной в движениях Василисы Серёга выделил самое лучшее место, где можно было вытянуть ноги. Пока Огнева спала, мальчики играли в карты, но старались делать это как можно тише, по сути дела, стараниями Серёги и Лëшки. Наконец вереница автобусов остановилась. Василиса отодвинула замасленную малиновую штору. За молоденькими сосенками виднелись уже знакомые обшарпанные ворота, покрашенные в зелёный цвет. — Класс, — выдохнул Лешка, потягиваясь. Было слышно, как у него хрустнула затекшая шея. Он подхватил свой и Василисин рюкзак и встал в очередь на выход. Василиса последний раз зевнула и тоже поднялась с насиженного места. На КПП их проверил грузный усатый мужчина и пропустил за ворота. Там, меж стволов деревьев виднелся лагерь. — Круто, да? — самодовольно сказал Лешка, будто сам отстроил этот самый лагерь с нуля, — А кормят тут просто прекрасно. Василиса изобразила удивление и восхищение. Ну да, конечно, он же не знает, что она тут уже полторы недели прожила. Их быстро распределили по домикам и отрядам. Василиса, как и в тот раз, попала во второй вместе с Лёшкой, только уже без эфларцев. У девочки болезненно сжалось сердце. А вдруг она их больше никогда не увидит? К сожалению, в современных реалиях, это было очень даже возможно. С тех пор, как Василиса догадалась, почему она оказалась в другой вероятности, встретиться со старыми-новыми друзьями не представлялось возможным. Пока. Да и вряд ли они вспомнят, что когда-то дружили с ней, ведь в их жизни так и не появилась Василиса Огнева, а значит все придется начинать сначала. Если, конечно, отец все-таки заберет её в дом. А все эти тупые сто пятьдесят часов. Кто ее тогда за язык дёрнул? Вот правду говорят, что всегда и везде нужно говорить правду. Сказала бы Эфларусу передвинуть планету на сто часов, как в той реальности, сейчас бы была с ребятами... От собственной глупости и наивности девочку просто коробило. Она по неопытности нарушила ход времени и теперь в реальности, где Эфлара ушла в будущее не на сто часов, а на сто пятьдесят. И это значит, что непонятно когда возникнет потребность в Ключах. И непонятно совпадет ли цветение Алого Цветка с их желанием, хотя может ключики уйдут в прошлое. Короче, Василиса поняла, что серьёзно, очень серьёзно лоханулась. И теперь она совсем не знала, как исправить свою ошибку. Ещё её волновало то, собирается ли отец в этой реальности забирать её к себе. Раньше она нужна была для того, чтобы добыть Рубиновый ключ для Норта, а теперь что? Не заберёт её что ли? Непонятно, когда истекут сто пятьдесят часов, непонятно, когда нужны будут ключники... Ничего уже непонятно. А ведь срок Огнева независимо от столкновения заканчивался четвёртого мая, значит он, отец, уже на Эфларе, с Нортом и Дейлой. Василиса вновь тряхнула головой, отгоняя ненужные сейчас мысли, и направилась к тринадцатому домику. Сейчас там наверное, опять сидят близняшки, а потом придёт Инга... Каково было удивление Василисы, когда она, зайдя в домик, не обнаружила там близняшек. За то на кровати, которую в прошлой реальности занимала Василиса, сидела какая-то девчонка. Василиса мысленно хлопнула себя по лбу. Ну конечно! Смена-то другая, и люди другие, соответственно. — Привет! — улыбнулась Василиса своей новой соседке, кидая рюкзак на типа Ингину кровать. — Привет, — девочка слегка равнодушно кивнула и окинула Василису странным взглядом. Этот взгляд показался Василисе смутно знакомым. — Я – Василиса, — произнесла Огнева, когда поняла, что от соседки не поступает никаких предложений по продолжению знакомства. — Яна, — вновь кивнула девчонка и потеряла к Василисе интерес. Яна разложила вещи в прикроватную тумбочку и достала из рюкзака какую-то книгу. Интересно, как она у неё поместилась? Василиса и та под завязку заполнила свой рюкзак, хотя вещей было очень даже не много. Впрочем, Яна не стала надолго задерживаться в центре внимания Василисы. Огнева переоделась в более легкую одежду — на улице было жарко – и тут же убежала, а точнее уковыляла на улицу к Лëшке. После обеда была игра в волейбол, и Василиса даже немного отвлеклась от грустных неутешительных мыслей. Что ни говори, а хорошая игра вмиг проветривает голову от всех часодеев, Ключей и тому подобной фигни. Даже если ты просто сидишь на скамейке запасных и болеешь за любимую команду. К вечеру устроили небольшую вечеринку с кострами и дикарскими танцами. Василиса вернулась в домик далеко за отбой — сидели компанией в Лёшкином домике и играли в карты. Потом пришла вожатая Алёна и разогнала всех по своим домикам. Как оказалось, Инга всё-таки поселилась в домике номер тринадцать. Только теперь компанию ей составляла Светка — еще одна гимнастка. Когда Василиса вошла, Инга презрительно сощурилась: — Где шлялась, рыжая? Думаешь в гипс замоталась и всё тебе можно? — Светка закивала, соглашаясь. Яна никак не отреагировала на появление Огневой, всё так же уткнувшись в книгу. — Утихни, Инга, мне не до тебя совсем, — миролюбиво откликнулась Василиса. Сейчас её голову вновь занимали совершенно другие мысли. Инга лишь хмыкнула и отвернулась. Видимо, сама не горела желанием спорить. Всю ночь Василиса ворочалась с боку на бок. Всё в лагере ей напоминало о Часовом Круге. Ээх, она бы сейчас обрадовалась даже появлению Марка... Рука сама потянулась к рюкзаку, где, завернутый в майку, лежал Стальной Зубок. Стрелу она вновь стала носить на запястье — мало ли, понадобится. Вскоре засопела Инга, за ней на соседней койке уже видела десятый сон Светка... Только Яна тоже не спала. Не смыкая глаз, она смотрела в окно.***
(За две недели до этого)
В кабинете было темно и пахло любимыми отцовскими сигаретами. Яна тихо вошла, прикрыв за собой дверь. — Ты звал, папа? — робко поинтересовалась она, устремляя взгляд на спинку кресла, развернутого к камину. В том, что там сидел отец, как всегда смотря на пламя, свидетельствовала струйка сигаретного дыма, вьющаяся из-за кресла вверх. — Да, заходи, — тихо, приглушенно отозвался отец. Яна поморщилась от запаха дыма, который терпеть не могла, и подошла ближе. Отец развалился в кресле, тупо смотря на огонь. В его правой руке была зажата сигарета. Он, сделав последнюю затяжку, бросил фильтр в камин и только после этого начал: — Как проходят твои каникулы? — поинтересовался он отстранённо. — Нормально, — пожала плечами дочь, слегка удивлённая вопросом, — завтра с Данилом пойдем на озеро, которое за городом. Назар дурью мается, вчера весь вечер мотался не знай где. — Озеро — это хорошо, — протянул отец, будто бы не замечая последних слов. Его худые длинные пальцы бегали по деревянным подлокотниками кресла, — Через две недели я уезжаю. — Куда? — вырвалось у Яны, — ты ведь только приехал... — Дела, — вздохнул отец, так и не отрывая взгляда от пламени. Яна незаметно вздохнула. После смерти матери отец стал редко появляться дома, с головой окунувшись в свои «дела». Её взгляд переместился на каминную полку, где в отблесках огня можно было разглядеть мамину фотографию. Сердце Яны вновь болезненно сжалось. Уже два года прошло, а всё никак не отпускает. — Назар скучает. Ему плохо без тебя, ты совсем перестал обращать на него внимание, — внезапно сказала Яна, обращаясь к отцу, — его все больше тянет на необдуманные поступки. Я боюсь за него. Отец молчал. Тоже смотрел на её фотографию. — Я поговорю с ним, — наконец разлепив губы, произнес он. — Не надо говорить, — перебила его Яна, — просто сыграй с ним в футбол, в приставку, я не знаю... Ему нужен отец. — Мужчине никто не нужен, — оборвал её отец, — только тогда он станет сильным. Яна лишь сжала губы, не соглашаясь. В блеске огня ей улыбалась мама. — Ты хотел что-то сказать, — напомнила она после минутного молчания. — Да, вы с Назаром едете в лагерь. Яна опешила ровно настолько, сколько нужно было для того, чтобы просто вылупиться на отца и молчать. — Обыкновенный детский лагерь, без всякого часодейства. — Что-о?! — воскликнула Яна. — Какой лагерь, папа?! — Я же сказал тебе – детский лагерь «Вершина».***
Красный закатный свет двумя длинными полосами разрезал комнату на две половины. В одной помещался дубовый стол, за которым сидел сухой сморщенный старик и что-то писал, в другой — диван для посетителей. И сам посетитель, стоящий у дверей, почтительно склонив голову перед стариком. — Приветствую тебя, Рок. Как твоё путешествие на Эфлару? Ты уладил все наши проблемы? — старческий, сухой и ржавый голос прорезал тишину. — Присядь. Рок медленно поклонился: — Благодарю, но я постою, — отказался он. — Огнев помог мне, в чем мог. Всё завершилось отлично. — Это очень хорошо, — постукивая кончиком ручки по столу произнес Астрагор. — Просто прекрасно. Кстати, как он там? — Огнев? Или... — Огнев, — отрезал старик. — Нормально. Восстановил своё прошлое влияние. Непонятно, кого больше слушают: его или Астариуса. Астрагор изогнул сухие губы в улыбке: — Это нам на руку, нам нужен свой человек на Эфларе. Особенно когда он на очень коротком поводке. А наш другой мальчик? Как он? — Вы о Маркусе Ляхтиче или... — Как Маркус? — изогнул бровь Астрагор. Рок медленно кивнул: — Он сейчас за этими дверями ждёт вашей аудиенции. Астрагор, кажется, был слегка удивлён оперативностью сына. — Позови. Рок отворил двери и пропустил в кабинет высокого худого паренька лет шестнадцати. Марк вошел, почтительно поклонившись, и вперился подобострастным взглядом в духа. Рок вышел, чтобы не мешать разговору. — Здравствуй, Маркус, — проскрипел старик. — Для меня большая честь присутствовать здесь, господин... — Марк замялся, не зная, как лучше подобрать обращение. Дух заметил смятение мальчика и милостиво промолвил: — Можешь называть меня господин учитель, теперь ты будешь учиться и у меня. Глаза Марка сверкнули от волнения чёрными искрами, но он тут же потупил взор. — Я искренне вам благодарен за это, господин учитель, — пробормотал Марк. Дух кивнул. — Как твои дела, Маркус? Ты уверен, что получишь ключ? — Конечно, — выпятил грудь Ляхтич, — в школе нет достойных соперников, разве что ваш... Эээ.. Бывший ученик. — Значит он тоже претендует на Ключ, — пожевал губами Астрагор, — что же, можешь не беспокоиться насчет него. Ключ будет твой. Марк опять поклонился, еле скрывая радость. Ещё бы, он же, по сути дела, заручился поддержкой самого Великого Духа Осталы. — Благодарю, господин... — начал Марк, но дух оборвал его на полуслове: — Ты хороший мальчик, Маркус. Я думаю, что будь ты немного постарше, я бы даже мог бы включить тебя в Орден... Марк упал на колени: — Я готов. Хоть сейчас готов. — Я подумаю. Но ты ведь понимаешь, что нужно ещё и заслужить моё доверие, — дух прищурился, наблюдая за ним. Марк мелко-мелко закивал и чуть ли не кинулся целовать ботинки духа. Астрагор удовлетворённо улыбнулся. — Я думаю, этот мальчик принесёт нам гораздо больше пользы, чем Фэш, — проскрипел, будто мел о доску, Астрагор, когда Маркус скрылся за дверью, а Рок вошёл обратно, — племянник нам больше не пригодится там. Можем возвращать его. Рок замер, глядя на отца из-под густых бровей. — Я думаю, оно того не стоит, господин учитель. Фэша мы всегда сможем вернуть и привязать к нам. На то у нас и есть Захарра. А Марк... Он вас обожает и умрёт за вас, но кто знает, не изменит ли он своё мнение? Нам нечем его держать. Астрагор задумчиво посмотрел на сына. — Да, пожалуй, ты прав. Фэш ещё может побороться за ключи, но Золотой уже для Ляхтича. Посмотрим, если племянник всё-таки урвёт себе какой-нибудь Ключ, оставим при нём. Наша вторая собачка на очень коротком поводке, — рассмеялся дух. — Бестужев приехал уже? — резко оборвал он своё веселье. — Ещё нет, но должен быть с минуты на минуту. — Отлично, ты знаешь, что ему нужно сделать. Отдай команды от моего имени. Пусть не приходит сюда, мне нужно отдохнуть. Моё тело уже старо для разных переживаний, — прокряхтел Астрагор, вставая со стула. — Вас проводить, отец? — с тревогой спросил Рок. — Иди встречай Бестужева, мне не нужна помощь.***
— Давай, Василиса, ещё немного! — кричала Ольга Михайловна из другого конца зала. Василиса последний раз провернулась и изящно поймала мяч. Музыка закончилась. Девочка, запыхавшись от танца, тяжело дышала. — Молодец, прыжки пока плоховаты, но не критично, это из-за расслабления мышц в гипсе, — Ольга потрепала Василису по макушке. В зале они были одни, все давно ушли по домикам, а тренерша всё никак не отпускала Огневу. — Тебе сейчас только тренироваться и тренироваться, — говорила она, — иначе не подтянешь форму до соревнований. Василиса молча с ней соглашалась. Сейчас она решила всё свободное время отдавать гимнастике. Это хорошо отвлекало от мыслей о часодействе. Как только ей сняли гипс, девочка в эту же ночь полетала над лагерем — размяла крылья. Жаль, в часодействе она совсем плоха, стрела ей была почти без надобности. Да и что она умела ей делать? Всего лишь перематывать время, останавливать его и чертить огненные кресты. Вот и все её навыки. И непонятно теперь, заберет её отец или нет... — Ладно, Василиска, беги, отдыхай.— смилостивилась тренерша и, напоследок обняв девочку, отпустила её. Над лагерем уже сгущались сумерки, Василиса устало брела по направлению к летнему душу. Он находился рядом с умывальниками, прям под открытым небом, и состоял из двух частей: части мальчиков и части девочек. Кроме неё здесь никого не было, и поэтому у умывальников было темно — завхоз жалел электричество. Василиса повесила полотенце на крючок и зашла в кабинку. Где-то в районе умывальников раздались шаги. Девочка прислушалась. — Назар, сколько раз тебе говорить, запишись куда-нибудь, — раздался знакомый голос. Спустя несколько мгновений, Василиса поняла, что он принадлежит Яне. Новая соседка была довольно странной. Молчаливая и равнодушная. Свои тяжёлые русые волосы она заплетала в сложную косу, независимо от погоды носила кофту с длинными рукавами, как бы стараясь прикрыть запястья. Василиса пару раз пыталась с ней заговорить, но та не шла на контакт, отвечала односложно и тут же садилась за свою книгу. Книга была старинная, в красивом переплёте, Василиса хотела бы посмотреть на неё поближе, но Яна вечно её прятала, а Огневой как-то не хотелось рыться в чужих вещах. — Отстань от меня, — ответил ей какой-то мальчик, — сама ходи на свою атлетику. Мне и так здесь хорошо. — Это спортивный лагерь, Назар. — спокойно ответила Яна. — Ну и что, я вообще не хотел сюда ехать. Почему нам нельзя было остаться дома? — заныл незнакомый Василисе Назар. — Раз отец сказал, значит так надо. К тому же отсюда мы можем посещать занятия у него. — Да плевать я хотел на этого дядьку Астрагора, мне не нужны его уроки. Василиса застыла, боясь пошевелиться. Не значит ли это, что эти ребята — часовщики? — Молчи! Дурак. Об этом нельзя кричать. Ты должен быть ему благодарен: не каждый Драгоций учится в Змиулане, а нам, левым людям, просто так разрешили посещать некоторые лекции, — Яна стала отчитывать непутевого мальчишку. Василиса стояла как громом поражённая. Ей надо срочно подружиться с этой Яной. Уж кто-кто, а она сможет ей помочь или немного поучить часодейству. Вот только как ей всё сказать... — Сегодня ночью опять пойдём? — устало спросил Назар. — Нет, но завтра ночью нам пришлют маячки. Пошли отсюда. Василиса ловила каждое слово и старалась даже не дышать — не дай бог заметят. И как всегда сработал самый главный закон вселенной — закон подлости. Василиса совершенно случайно дёрнула рукой и, как назло, баночка с шампунем полетела вниз и загрохотала по деревянному настилу под душем. Сердце Василисы ушло в пятки. Её точно услышали.
Примечания:
А хде отзывы, ребятушки? Автор тут старается, пальцы о клаву разбивает...
(наглость - второе счастье. Это про меня)
