И в каждой странице сплошное молчание

Стас сидит, склонившись над столом, подперев голову рукой и зарывшись пальцами в волосы, и что-то пишет (конспекты, история болезни, тесты - обычно все сводится к чему-то из этого), резко чиркая ручкой по тетрадке. Матвей откидывается на спинку стула и мягко перебирает струны гитары, уставившись в темный потолок. Из освещения в комнате только отблеск от экрана компьютера. Он вынимает один из наушников и берет аккорд, затем второй. Третий, четвертый. Начинает что-то наигрывать, не понимая даже, что именно, а потом до него доходит: “Выхода нет”. Забавное совпадение. - На Сплин потянуло? - комментирует Стас, не поднимая головы. Матвей прекращает играть и поглаживает гитару. - Да я как-то… машинально, - смутившись, отвечает он. Стас хмыкает: - Сыграй что-нибудь повеселее, - Матвей усмехается и начинает бодро бренчать “В траве сидел кузнечик”. Стас смотрит на экран. - Невероятно резкая смена репертуара. - Сам попросил повеселее, - бурчит он, откладывая гитару в сторону. Настроение играть пропадает. Зато почему-то очень хочется напиться. Из алкоголя в доме только отцовское пиво, купленное еще на Октоберфест, которое Матвей не выносит. Он бросает взгляд на часы в углу экрана - поздно уже, Стас, наверное, скоро будет отключаться. Авось еще не все магазины закрыты, и у него получится купить что-нибудь из спиртного. Или хотя бы энергетик в автомате неподалеку. А Стас все еще на него смотрит: Матвей замечает это боковым зрением, пока его собственный взгляд блуждает по полке над рабочим столом, где лежат его собственные справочники и учебники. Надо бы еще дифференциалы порешать, а то с этим марининым пробником совсем не сделал ничего из университетской домашки. Хотя завтра еще только суббота. Да и мысли Матвея сейчас далеко от высшей математики. - Куришь? - наконец прерывает молчание Стас. Матвей все еще сверлит взглядом полку. - Курю. - Понятно. И все, вот так просто? Матвей переводит глаза на Стаса и смотрит на него удивленно и недоверчиво, но тот уже опять уставился в тетрадку. - И что, ты даже не прочтешь мне лекцию о вреде курения? - А она тебе нужна? - незаинтересованно спрашивает Стас, продолжая что-то писать. - Нет, но… - Ну так и что? - он смотрит на него вопросительно, исподлобья, кажется, даже вне съехавших на кончик носа очков. Матвей ничего не говорит, но приподнимает одну бровь, выражая свое непонимание. Стас вздыхает и закрывает тетрадь. - Послушай, я не буду скрывать, что мне это не нравится. А еще мне не нравится, что ты не сказал мне об этом сам, и я сержусь на тебя, но… не мне тебя поучать, - он поджимает губы и отводит взгляд в сторону. Матвею хочется рассмеяться. - С каких это пор? - О, да идите вы все знаете куда? - взрывается Стас. Он откидывается на спинку стула и со стоном запрокидывает голову назад. Матвей действительно смеется. - То Кирилл, то Марина, то ты… довести меня хотите. Все, достали, тайм-аут. Делайте что хотите. - Уж спасибо, что разрешил, - усмехается Матвей, а Стас фыркает, скрещивая руки на груди. Рукава его рубашки закатаны до локтей, и взгляд Матвея застывает на его покрытых светлыми волосами мускулистых предплечьях и тонких длинных пальцах, охвативших их. Почему-то от этого вида он начинает чувствовать возбуждение. - Да ладно, не дуйся. Ну хочешь, я сыграю что-нибудь для тебя? - спешно предлагает он и устраивает гитару у себя на коленях. - Принимаю любые заявки. И он играет для него “Кустурицу” Братьев Грим.