Trophy Wife

Дом семьи Блэк располагался в самом центре Лас-Вегаса, зажатый с двух сторон соседскими. Однако, в отличии от других, этой семье принадлежали все два этажа новостройки, тогда как другие имели здесь лишь по одной квартире. Том первым выбрался из машины, помогая ей выйти наружу. Гермиона поправила на руках накидку и взяла из рук Люка коробку, перевязанную праздничной лентой. Рука её мужа привычно оказалась на пояснице, и они прошли по вычищенной от снега дорожке внутрь, где собралось множество гостей по случаю дня рождения Андромеды. Младшей дочери Друэллы исполнился год, и семейство Блэков радо приветствовало всех, кто принял приглашение и присоединился к ним в этот замечательный день. На входе их встретила экономка, имени которой Гермиона уже не помнила, так как в последний раз посещала дом Блэков довольно давно. — Оставь, Тереза, я сама, — послышался сзади голос Вальбурги, и вскоре высокая фигура черноволосой женщины выросла в прихожей. — Мы рады приветствовать вас, милорд, миледи, — она кивнула им головой и улыбнулась. Девушка по имени Тереза бесшумно растаяла так же, как и появилась, а хозяйка дома провела их внутрь. — Друэлла должна быть где-то здесь. Ах, вот она. Друэлла! Брюнетка в светлом костюме обернулась, её лицо просветлело. Она оставила какой-то платок в руках прислуги и быстро направилась к ним, приветствуя гостей. Гермиона искренне улыбнулась, увидев подругу, и поддалась вперед, обменявшись с ней поцелуями в щеку. На фоне нарисовались близнецы Блэк, выразившие сначала ей, а потом Тому своё глубочайшее почтение. — Дру, где мне оставить подарок? — поинтересовалась Гермиона, все еще удерживая в руках коробку. — О, это так мило с твой стороны, дорогая, давай его мне, — она забрала подарок и повела её в левую сторону. — Пойдем, гостиная сюда. Мы немного изменили планировку. Дом у семейства Блэк был достаточно большим, чтобы вместить два семейства с детьми, однако, с недавних пор, они решили официально поделить его на две части, чтобы не мешать друг другу вести быт. Впрочем, это не мешало Вальбурге и Друэлле проводить большое количество времени вместе, а их детям — играть в гостиной или на улице. Чаще всего этим занимались сыновья Вальбурги, так как Беллатриса была еще мала, чтобы заинтересовать мальчишек, однако, она проводила с ними достаточно времени, особенно с младшим Регулусом. Вышеназванные мальчишки нашлись в гостиной, Сириус разрывал упаковку подарка, который достался Андромеде от кого-то из гостей, а Регулус стоял за спиной брата, заглядывая ему за плечо. — Мастер Сириус! — Гермиона услышала негромкий недовольный шепот, и в ту же секунду рука гувернантки ловко выхватила из его рук коробку. — Это подарок мисс Андромеды, а не ваш. Только бы я смогла заклеить её назад… В ту же минуту она заметила Друэллу, которая в компании с Гермионой вошла в гостиную и стала свидетельницей этого события. — Госпожа, простите, я не углядела, буквально на секунду отвернулась… Друэлла остановила её объяснения взмахом руки и посмотрела на Сириуса, лицо которого не выражало ни капли сожаления. — Ничего, мы бы всё равно его открыли. Забери детей, — девушка кивнула головой и увела мальчишек, предоставляя им свободную комнату. Брюнетка прошла внутрь и оставила их подарок на куче других, прежде чем со выдохом присесть на один из диванчиков. Гермиона спустя некоторое время сделала то же самое, оглянувшись по сторонам и заметив признаки небольшого ремонта, который случился в этом доме незадолго до Рождества. — Я так рада, что мы решили разделить дом, — шепотом поделилась с ней Друэлла. — Эти мальчишки просто катастрофа. С Регулусом еще можно совладать, но вот его брат — это сущий кошмар. Они меня утомляют, — в её голосе проступили недовольные нотки. Лицо Гермионы приняла сочувствующий вид. — А что говорит Вал? — Что она может сказать? — устало откликнулась Друэлла. — Ты же знаешь, как она дорожит своими сыновьями. Для неё Сириус просто резвый ребенок, хотя я должна сказать, что он попросту неуправляем! Появление Вальбурги в компании Пенелопы Малфой не дало Друэлле возможности поведать Гермионе всё, что она думала о методах её воспитания. Блондинка, облаченная в нежно-розовый костюм, тотчас же подошла к ним, заключая каждую в объятья. Женщины обменялись приветствиями и успели немного поговорить о бытовых делах, большинство из которых касалось ремонта в доме Блэков, когда пришла Тереза и сообщила хозяйкам, что все гости уже собрались. Друэлла отправилась наверх забрать Андромеду, а Вальбурга взяла на себя обязанность сопроводить их в большую, общую гостиную, которая служила семейству нейтральной территорией. Мужчины стояли в углу, негромко переговариваясь и кивая головой. Как только появились женщины, они тут же прекратили, обратив на них свое внимание. Том подошел к Гермионе и коротко поинтересовался, о чем они болтали с подругами. — О ремонте, в основном, — тихо ответила ему Гермиона под гомон остальных гостей, — обсуждали плюсы и минусы такого решения. Но прежде, чем он успел бы спросить её личного мнения, в гостиной зазвучал приятный и знакомый голос. — Спасибо, дорогая, я сама, — и в ту же секунду среди них появилась Меропа Гонт, облаченная в красивое платье. Её темные волосы, слегка тронутые сединой, были уложены в прическу, а на шее красовалось несколько ниток жемчуга. Все были невероятно рады её видеть, включая Гермиону, которой не доводилось встречаться с ней несколько месяцев, если не брать во внимание редкие визиты, которые она ей наносила. Зима в этом году выдалась весьма снежной, покидать поместье было достаточно опасно, поэтому Том мягко рекомендовал ей оставаться в его пределах. — Меропа, вы чудесно выглядите, — сообщила её Гермиона, когда со всеми официальными приветствиями было покончено. На лице женщины расплылась улыбка, и она поспешила заключить её в свои объятия. — Спасибо, дорогая, ты сегодня тоже просто великолепна. Я надеюсь, — сказала она, понизив голос так, чтобы её могла слышать только Гермиона, — что он сделал тебе сегодня множество комплиментов? Гермиона тихо хмыкнула, бросив взгляд в ту сторону, где стоял Том, беседуя о чем-то с Абраксасом. — Конечно, он делает это каждый день. — Отлично, — Меропа казалась довольной и легко похлопала её по руке. — Мы так давно не виделись, милая, мне не терпится поговорить с тобой. Друэлла вернулась с дочерью и няней, которая её сопровождала. Это была не та девушка, которая покинула гостиную вместе с Сириусом, поэтому Гермиона сделала вывод, что это была прислуга Вальбурги. Спустя некоторое время, полное поздравлений и пожеланий, няня забрала ребенка обратно наверх, а гостей пригласили в столовую. Дом Блэков полностью соответствовал их фамилии, оформленный в темной палитре с редкими светлыми вкраплениями. Это был не самый уютный дизайн, по мнению Гермионы, но раз обеих хозяев здесь всё устраивало, то она ничем не собиралась выражать свои сомнения и просто опустилась на предложенное место рядом с Орионом Блэком. Том расположился напротив рядом с Вальбургой, в остальном же порядок их рассадки был практически идентичен тому, что присутствовал почти на каждом торжестве. Это слегка напомнило ей о дне рождении Корбана, только тогда она сидела рядом с Томом, а не напротив него. Он мягко улыбнулся ей уголками губ, словно почувствовал, что она снова впадает в плен своих воспоминаний, и Гермиона поспешила вернуть ему улыбку. Они подняли бокалы с безалкогольным пуншем, и мужчины по очереди сказали тосты, прежде чем опуститься на свои места и начать праздничную трапезу. Гермиона бросила взгляд на своего мужа, занятого разговором с Вальбургой, а потом скосила взгляд к стеклянной двери, где его тут же перехватил Люк Морланд. — Обязательно попробуйте утку, миледи, — раздался голос Ориона рядом, вынуждая её обратить внимание. — Не хочу показаться самоуверенным, но, полагаю, что она будет замечательной. Гермиона кивнула и улыбнулась, решив действительно последовать его совету. Отчасти потому, что утка, и правда, выглядела вкусной, а отчасти потому, что ей нужно было сегодня наладить связь с этим человеком. Помимо Ориона Гермиона рассчитывала поговорить заодно и с его братом, но пока что не представляла как. Но, стараясь не спешить, она поддерживала с ним вежливый диалог и иногда поглядывала на время, выжидая подходящего момента. Когда с основным блюдом было практически покончено, она тихо извинилась и вышла из-за стола. Орион предложил помощь Вальбурги, но Друэлла уже подошла к ним, уверяя, что она сама покажет Гермионе нужную комнату. Дамы покинули столовую, сворачивая в коридор, в темноте которого уже стоял Люк. — Вот тебе ключи, — Друэлла торопливо сунула руку в карман и вытащила оттуда связку ключей. — Я не помню, какой из них от лаборатории, поэтому разбирайтесь сами. Если вас найдут, это не мои проблемы, — заявила она, глядя на то, как ключи скрылись в кармане Морланда. — Но, если кто-то надумает выйти из-за стола, я сообщу. Поэтому ты прислушивайся хорошенько к звукам из столовой. Если услышишь, как разбился стакан, уходи, понял? Люк понятливо кивнул. Друэлла развернулась и ушла назад, чтобы проконтролировать всё, о чем обещала быть в курсе, а Гермиона тотчас же повернулась к Морланду. — Надеюсь, мне не нужно дополнительно уточнять, как ты должен это делать? — спросила Гермиона, получив ответный кивок. — Отлично. Всё, что покажется тебе там подозрительным, запомни. — Я взял с собой фотоаппарат, миледи, — тихо сообщил ей Люк, чем ужасно её удивил. — Если что, я сделаю фото, чтобы вы сами могли всё рассмотреть. Потому что я не уверен, что именно будет и не будет подозрительным. — Неважно, — отмахнулась Гермиона, поборов в себе желание поспорить с ним по поводу наличия фотоаппарата, — делай, как знаешь, но не попадись. Спустя пару минут она вернулась назад к остальным гостям. Взгляд Друэллы заверил её, что всё в порядке. Их план был простым, но в то же время рискованным, поэтому Гермиона решилась прибегнуть к её помощи. Убедить поделиться ключом от лаборатории было не так сложно, как удовлетворить полное любопытство хозяйки Гриммо касательно причин их решения. Её муж, Сигнус, играл во время убийства с Эйвери, поэтому обзавелся алиби, пускай, и не железным. Именно из-за этих побуждений она обратилась именно к Друэлле, а не Вальбурге, и именно с подачи Друэллы она сидела рядом с Орионом. Откровенно говоря, партия в бильярд не дарила Сигнусу абсолютного алиби, так как до этого именно близнецы играли с ним в шахматы в непосредственной близости к куску торта. Но то, что Гермиона по-прежнему не выписала ни одного из них со списка подозреваемых, Друэлле было знать абсолютно необязательно. — Не думаю, что это принесет успех, — задумчиво сказала брюнетка, бросив сомневающийся взгляд на Гермиону. Она сидела на кресле, а сзади стоял Люк, заложив руки за спину. Гермиона поддалась вперед, пытаясь убедить её помочь. — Дру, милая, у твоего мужа есть прекрасное алиби, но я не могу сказать такого за его брата, — твердо, но тихо сказала она. — Корбан не редко говорил, как Орион его раздражал, у них были частые ссоры. А яды это то, с чем он работает. Друэлла усмехнулась. — Это то, с чем они работают, Гермиона. Сигнус раздражал твоего покойного мужа не меньше, чем Орион, хоть я и уважаю твои попытки не расстроить меня. Впрочем, если тебе так хочется, то ты можешь перевернуть его лабораторию хоть вверх дном, это неважно. Найдет ли твой мальчик там что-то или нет, меня не касается. Гермиона удивленно вскинула брови. — Даже если кто-то из них и виновен, значит виновны оба, — добавила Друэлла. — Я дам вам ключи от лаборатории на дне рождения Андромеды. Но надеюсь, ты не будешь меня осуждать за то, что я не хочу, чтобы вы там действительно что-то нашли. Обыскать лабораторию было не очень сложно, так как помещение представляло собой небольшую комнату с нужными инструментами и небольшой склад. Однако, из-за того, что Друэлла не помнила, какой ключ они используют для нужной двери, их план мог бы растянуться на дольше, если вообще не провалиться. Но она хотела доверять способностям Морланда, который проявил инициативу в этом задании и сам, можно сказать, всё организовал. Предложение о так называемом сотрудничестве, которое она услышала от него в прошлом месяце, существенно облегчило ей жизнь. В итоге она поделилась с ним всей информацией, утаив лишь некоторые детали, так как пока что не до конца ему доверяла. Но за прошедшее время он не дал ей повода в себе сомневаться, поэтому она начала подумывать о том, чтобы рассказать всё полностью. Проникновение в дом Блэков окончательно склонит чашу весов в пользу любого из её решений. А пока что ей нужно было продолжать обедать и как ни в чем ни бывало поддерживать диалог с Орионом, чтобы не дать никому из них заподозрить себя в чем-либо. Особенно Тому. Она метнула взгляд на него, чтобы поймать его за разглядыванием своего лица. Догадывался ли он о чем-то? Гермиона снова ему улыбнулась, и черты лица мужчины разгладились. Меропа отвлекла его чем-то, и он отвел взгляд от жены. Либо же Морланд всё ему рассказал? Гермиона взволнованно поерзала на стуле. — Вам не нравится еда? — учтиво поинтересовался Орион. — Вы выглядите бледной. — Ни в коем случае, — заверила его женщина. — Я, наверное, просто нанесла много пудры на лицо. — Ах да, разумеется, — согласился Блэк, поддав анализу её гладкую кожу. — Мы очень рады видеть вас и вашего мужа на дне рождения моей племянницы. Спасибо, что приняли приглашение. — Как же мы могли не прийти, — взглянув ему в лицо, вежливо ответила она. — В конце концов, не каждый раз ребенку исполняется год. Мы благодарим вас за приглашение. Орион учтиво склонил голову. — Как вы, мистер Блэк? — спросила Гермиона, пытаясь вернуть диалог в нужное русло. — Кажется, мы давно с вами не виделись. — Вы правы, — подтвердил её слова мужчина, прокрутив вилку в руке, — кажется, мы не виделись с вами с момента похорон вашего предыдущего супруга. Ах да, прошу меня простить, миледи. Я забыл про то, что имел честь наблюдать, как вы снова выходите замуж. В его словах промелькнула насмешка, такая характерная манере разговора близнецов Блэк, что она едва смогла её обнаружить. Улыбка Гермионы слегка дрогнула. — Именно, — подтвердила женщина, игнорируя желание вывернуть содержимое тарелки на его голову. — Я не могла присутствовать на похоронах Корбана, к моему великому сожалению. — Поверьте мне, миледи, мы все об этом сожалели, — поспешил заверить её Орион, хотя его голос звучал так, словно ему вообще не было до этого никакого дела. — Полагаю, для вас его смерть тоже была ударом, — ступив на скользкий путь, заговорила Гермиона, понизив голос. — В каких бы ужасных вы с ним не были отношениях. — Ах, это он вам так говорил? — протянул Блэк. — Поверьте мне, мы с братом, может, и не отличаемся приятными характерами, но всегда уважали со-основателя. В конце концов, мы те, кем являемся, благодаря ему. Если покойный Корбан считал нас занозами, то, может, и был немного прав, но не до такой степени, как вы себе надумали. Гермиона поджала губы. — Надеюсь, вы не считаете, что я обвиняю вас в чем-то, — наконец сказала она, бросив взгляд на дверь. — Это просто пришлось к слову. — Ни в коем случае, миледи, — улыбка расползлась на его тонких губах. — Я считаю, что не заслуживаю подозрения в столь любительском деле. — В каком смысле? — удивилась женщина. — Это было очень некрасивое убийство, — начал Блэк. — Соглашусь, что в нем есть логика, но нет изящества. Если бы мне пришлось убивать кого-то, то я бы сделал это за пределами клана, а не в его кругу, подставляя себя под удар. Это дело рук кого-то сообразительного, но без чувства самосохранения и, если вы позволите мне выразить такую вольность, абсолютно без вкуса к подобному роду деяниям. Отравление — искусство, миледи. Её глаза против воли прошлись по сидящим гостям. — Например? — Например, — он выдержал паузу, — Антонину Долохову? — Почему? — негромко спросила она. — Опять же, не примите за самоуверенность, но я очень наблюдательный человек, миледи, — склонив голову, не прекращая улыбаться, начал он. — И даже факт того, что мой брат играл тогда в бильярд, за чем я неотрывно следил, не помешал мне хорошенько глазеть по сторонам. — Вы нашли его поведение подозрительным? — понизив голос еще сильнее, так, что ему пришлось слегка подвинуться ближе, спросила она. — Нет? — пожал плечами Блэк. — Но в наших реалиях что угодно может казаться подозрительным, вы согласны? То, что кажется нам ненужной деталью, в итоге может оказаться самым важным элементом дела. Гермиона кивнула, вспоминая свой последний диалог с Долоховым, где она сказала ему почти то же самое. — Сколько ненужных деталей вы заметили? — уточнила Гермиона, заставив его рассмеяться. Том бросил на них короткий взгляд. — Несколько, — уклончиво ответил Орион. — Одна из них может быть совсем неинтересной, но вот другая может вас заинтересовать. Гермиона молча подняла брови, ожидая, пока он закончит. — Эти глаза клянутся, что видели, как Антонин и его трость на пару минут отлучались из комнаты, — заговорщицки сказал ей Блэк, заставляя её сердце крайне напряженно застучать. — Но они, разумеется, ничего не утверждают и не несут ответственность за то, какие выводы вырастут в вашей голове. Женщина отвела взгляд от Долохова, который в этот момент непринужденно разговаривал с Лестрейнджем, и метнула его на лицо Ориона. Его глаза светились от неизвестного ей удовольствия. Несколько мыслей пролетели в её голове, но она внезапно сказала самую неожиданную из тех, что могла: — Ваша стратегия разговора намекает на то, что вы отличный шахматист. Мужчина казался удивленным. — Нет, миледи, уверяю вас, я проигрываю каждую партию, за которую берусь. Фигура Люка Морланда ненавязчиво прошла мимо дверей в столовую.

***

После десерта хозяйки дома Блэк пригласили женщин в гостиную, а мужчины удалились в библиотеку. Перед тем, как покинуть столовую, Том приблизился к Гермионе и коротко спросил: — Я давно не слышал, чтобы Орион так смеялся. О чем вы говорили? Женщина состроила задумчивое лицо. Пытливость Тома в ненужные моменты заставляла её напрягаться. Её первой мыслью было солгать, но она вовремя себя остановила. — Ты, кажется, и сам уже понял о чем. Лицо мужчины разгладилось, и он слегка приподнял левую бровь. — В любом случае, я рад, что вы говорили именно об этом. Мне не нравится идея того, что Блэк может смеяться в твоей компании по любой другой причине. Постарайся больше не говорить ему ничего смешного, потому что его довольное лицо слегка раздражающе. — Что? — переспросила Гермиона, слишком удивленная тем, что он говорил. — С тобой всё хорошо? — Более чем, — он поднял руку, чтобы поправить прядь волос с её прически. — В следущий раз попробуй сказать ему что-то грустное, может, мы полюбуемся на то, как он рыдает. В любом случае, я на это надеюсь. Не задерживайся, Друэлла ждёт. И прежде, чем она успела сказать хоть слово, Том убрал руку, развернулся и двинулся через пустую столовую в сторону библиотеки. Гермиона постояла на месте еще несколько минут, чтобы прекратить посмеиваться себе под нос, и последовала в гостиную, где собрались все женщины и дети. — Вот ты где, Гермиона, — голос Друэллы прозвучал слегка натянуто. — Я подумала, что ты потерялась. — Нет-нет, — женщина подошла ближе и села на пустое кресло. — Том меня задержал. Блэк приподняла брови, безмолвно спрашивая, всё ли в порядке, и Гермиона так же заверила её, что всё хорошо. Женщины расселись полукругом возле столика, на котором стоял чай и немного сладостей. Но из-за того, что все и так достаточно насытились за столом, их никто не спешил попробовать. Вальбурга и Меропа вели долгий разговор о воспитании наследников, Пенелопа временно отсутствовала, а Друэлла в это время удобнее усаживала свою старшую дочь на стул. Сириус и Регулус тоже были здесь, дети открыли подарки для Андромеды и с интересом их разглядывали. Скрипнула дверь, и в комнате появилась Пенелопа с обновленной помадой на губах. — Великолепный костюм, — заметила Гермиона, когда блондинка села рядом, обдав её ароматом своих духов. — Коллекция Мадмуазель? — Именно, — подтвердила женщина, поправляя кудри. — Стоило мне увидеть этот цвет, я сразу же сказала Абраксасу, что мне нужен точно такой же. К сожалению, пришлось подождать, пока его сделают и отправят в Штаты, но результат того стоил. Женщины закивали головами, соглашаясь с ней. — Но, милая, разве он не весенний? — с сомнением уточнила Меропа. — Это осенняя коллекция, — ответила блондинка, взяв себе чашку с чаем. — Но пока всё было готово, уже наступила зима. Я была так расстроена, но потом подумала, что мне ничего не мешает начать носить его сейчас. — Я переживаю, чтобы ты не заболела, — разделяя настрой с Меропой, заговорила Вальбурга. — Лучше бы подождала пару месяцев. Пенелопа насупилась. — Мне совершенно не холодно, ткань просто замечательная. За пару часов ничего не случится, скажи, Гермиона? Гермиона кивнула головой, потому что действительно считала, что за пару часов в хорошо отапливаемом доме с ней и правда ничего не случится, даже если и была в чем-то согласна с Вальбургой и Меропой. — К слову, о болезни, — заговорила Друэлла, бросив попытки успокоить Беллатрису, которая желала присоединиться к мальчикам на полу. — Как дела у Мерседес? Мерседес была супругой Джонатана Нотта, чье здоровье особой крепкостью не отличалось. Несколько месяцев в году она страдала от воспаления болезни и ограничивала общение с другими людьми, довольствуясь компанией своего мужа. Но когда ей становилось легче, женщина охотно наведывалась в гости и проводила с ними время. — Думаю, что скоро у нас появится возможность с ней встретиться, — ответила ей Вальбурга. — Недавно я смогла дозвониться к Ноттам и поговорить с ней. Она сказала, что боль уже меньше её мучит и позволяет ходить по дому. Думаю, что к весне она полностью поправится. Женщины довольно переглянулись, принявшись обсуждать новости, которые передала им Вальбурга. Пока они делились мнениями касательно Мерседес и её мужа, Друэлла незаметно нагнулась к Гермионе, чтобы спросить, как всё прошло. К сожалению, ей еще не удалось поговорить с Люком, поэтому она знала не больше самой Блэк. Брюнетку этот ответ, разумеется, не удовлетворил, но она сообщила, что Морланд успешно отдал ей ключи, хоть и отказался как-либо комментировать ситуацию. — Хорошо ты его воспитала, — процедила Друэлла. Впрочем, раз ключи вернулись к Блэк, то ей не стоило беспокоится о том, что кто-то мог застать Люка за столь неожиданным занятием. В голове крутились мысли о прислуге, которая могла бы рассказать кому-либо о том, что водитель Гонтов копался в хозяйской лаборатории, но она надеялась, что тот был аккуратным. А так она могла вернуться к разговорам и на время забыть о том, что произошло.

***

Спустя некоторое время Гермиона выскользнула в коридор, чтобы слегка передохнуть от изобилия разговоров и духоты гостиной. Помимо этого, она надеялась встретить Морланда и хотя бы немного расспросить у него о результатах взлома лаборатории, хотя, с другой стороны, заводить об этом разговоры прямо посреди дома у тех, к кому ты вломился, было бы неразумно. Прикусив язык и приказав себе ждать, она прогулялась к общей гостиной и выглянула во двор, заметив там несколько машин. Видимо, водители уже понемногу съезжались к площади Гриммо, ожидая, когда их господа покинут дом. Тихий звук сзади заставил её обернуться, чтобы заметить в нескольких метрах от себя Сигнуса Блэка. Он выглядел так, словно не желал быть увиденным, заставляя её гадать о возможных причинах такого поведения. Но, когда она его увидела, ему не оставалось ничего, кроме как кивнуть ей головой и сделать несколько шагов вперед, поравнявшись с гостьей. — Миледи. — Мистер Блэк, — поздоровалась Гермиона, не веря своему счастью. — Тоже вышли проветриться? В большой компании людей довольно душно. — Да, — на выдохе ответил он, и она заметила, что у мужчины было довольно бледное лицо, а на лбу выступил пот. — Ваша правда. — Вам нехорошо? — с сомнением протянула Гермиона, глядя на то, как он время от времени облизывает губы, глядя по сторонам. — Может, позвать кого-то? — Нет, в этом нет необходимости, — поспешил заверить Блэк, качая головой. — Понимаете ли, я сидел у камина, поэтому, в конце концов, мне стало очень жарко. Я надеюсь, что холодный воздух приведет меня в чувство. Гермиона улыбнулась, взявшись за ручку на окне. — Обязательно, позвольте мне открыть его для вас. Он принялся качать головой, словно сама идея о том, чтобы она трогала это окно вызывала у него ужас. Однако, клацнул замок, и окно распахнулось, впуская внутрь свежий морозный воздух. — Миледи, я должен настаивать, чтобы вы либо закрыли окно, либо вернулись в гостиную, потому что было бы очень прискорбно, если вы заболеете. Женщина покачала головой. — Ни в коем случае. Я тоже здесь для того, чтобы освежиться. Да и кто знает, что может случится, если оставить вас здесь совсем одного. Прошлый случай не принес никому радости. Сигнус был вынужден сесть, а Гермиона осталась стоять так, чтобы порывы ветра до неё не доходили. — О каком случае вы говорите? — устало поинтересовался мужчина. — Однажды у нас сломалось окно в курительной комнате, — она начала издалека, — и кое-кому из гостей стало плохо. Однако, что там, изначально все подумали, что смерть Корбана была вызвана именно этим. На лице Блэка проступило моментальное понимание. — Это может прозвучать плохо, но если бы это действительно оказалось правдой, то я была бы более спокойна, — вела дальше Гермиона. — Но боюсь, что сейчас это продолжает душить меня. Сигнус промычал что-то невразумительное, заставив её усилить напор. — Мистер Блэк, — она подошла к нему ближе, возвышаясь над кушеткой, на которой он сидел. — Сегодня мы немного поговорили с вашим братом об этой ситуации, и мне хотелось бы знать и ваше мнение. — Конечно, — он тяжело выдохнул и моргнул. — Конечно. Но, боюсь, я не могу рассказать вам так много, как мой брат. Вы же хотите узнать о том, кто его убил, да? Орион сказал мне, о чем вы двое говорили, — он прокашлялся. — После партии в шахматы мы сразу перешли за бильярдный стол, я и Альберт… Орион был рядом, я следил только за игрой, ничего больше не видел. На этом, пожалуй, всё. Он выдохнул и качнул головой. Гермиона с сомнением взглянула на его лицо и предложила позвать кого-то из прислуги, на случай, если ему станет хуже. С удовольствием бы она задала ему еще несколько вопросов, но внешний вид мужчины не располагал к дискуссиям, поэтому женщина решила отступить. Сигнус попросил позвать Друэллу, и Гермиона торопливо покинула гостиную и последовала по коридору к женской комнате. — Дру, с твоим мужем что-то не так, — тихо сообщила она Блэк, получив недоуменный взгляд. — Ему, кажется, плохо, он просил тебя позвать. — Плохо? В каком смысле ему плохо? — оставив Беллу на попечение Вальбурги, брюнетка быстро встала и направилась к двери, заслужив всеобщее внимание. — Прошу прощения, я на секунду. Однако, секунда растянулась на несколько минут, и вскоре их покинула и вторая хозяйка дома, позвав к детям гувернантку. Гостьи остались на своих местах, скованные присутствием прислуги и вынужденные и дальше разговаривать на отвлеченные темы. В голове Гермионы крутились самые разнообразные мысли, и в глубине души она надеялась, что ни одна из них не сбудется. Спустя некоторое время Вальбурга вернулась в комнату. — К счастью, ничего страшного, — заверила она, сев между Гермионой и Пенелопой. — Ему просто стало очень жарко возле камина. Каких-то полчаса, и Сигнусу полегчает. Простите, если мы заставили вас поволноваться. Гостьи успокоились, Гермиона незаметно выдохнула. — Друэлла сейчас с ним, но должна скоро вернуться. — Дорогая, может быть мы поедем домой? — вежливо уточнила Меропа. — Если ему нужен отдых. Не хотелось бы утруждать вас надобностью быть с нами. Вальбурга заверила всех, что всё в порядке, Друэлла действительно присоединилась к ним чуть позже, сообщив, что с её мужем все хорошо, и нет повода для волнений. Поэтому дамы провели еще некоторое время в гостиной, наслаждаясь чаем и десертом, пока не пришла пора покинуть дом. Сигнус их не провожал, Орион передал гостям его искренние извинения, которые были приняты не менее искренне. Гермиона пожелала ему скорейшего выздоровления и вышла из дома, поискав глазами знакомую черную машину. Том нагнал её сзади, предложив свою руку и кивнув водителю, чтобы тот подъехал ближе. — Что случилось с Сигнусом? — поинтересовалась Гермиона. Мужчина взглянул на неё, зажав сигарету между зубов. — Ничего, — он повел плечом и открыл перед ней дверь. — Перегрелся у камина. — Хорошо, если так. — Доктор сказал, что с ним всё будет в порядке, — сев в авто, ответил Том. Люк Морланд вывернул руль, бросив на неё короткий взгляд в зеркало. — Полежит полчаса и придет в себя. Гермиона удовлетворенно кивнула. — Я отвезу тебя домой, а потом вернусь в город, нужно еще кое-что уладить. — Зачем тебе ехать в Резерфорд? — удивилась Гермиона, когда они выехали на главную дорогу. — Ты мог бы остаться, а потом вернуться, разве нет? — Как, я уже успел тебе надоесть? — наклонив голову, полюбопытствовал Том. — Господи, — вздохнула она, отвернувшись и вызвав у него смешок. Она покачала головой, метнув веселый взгляд на его лицо и совершенно не обратив внимания на черную машину с белой полосой, которая стояла неподалеку от дома Блэков. Человек, сидящий внутри, проводил отъезжающий автомобиль глазами и кивнул сидящему рядом попутчику. — Это она.