Trophy Wife

Имя мужчины ей ничего не дало, поэтому Гермиона только застенчиво улыбнулась. — Простите, но я все еще думаю, что не имела шанса быть вам представленной. Видимо, вы знали Корбана Яксли? — Именно, — подтвердил мужчина, снова улыбнувшись. — Мы были неплохими друзьями, и так уж вышло, что он показывал ваши фотографии. Поэтому я вас узнал. Она понимающе кивнула. — Примите мои искренние соболезнования, миссис Яксли, — продолжал дальше мистер Дамблдор. — Его смерть стала для всех нас сильным ударом. Насколько мне известно, была закрытая церемония похорон? Если честно, я рассчитывал прийти, но никак не смог с вами связаться. Надеюсь, я ничем вас не обидел? — Не примите за оскорбление, но до сегодняшнего дня я не знала о вас и ваших отношениях со своим покойным супругом, поэтому вы не могли бы меня обидеть, даже если бы попытались. Прошу прощения, вы звонили или писали? Дамблдор задумался. — Я отправил два письма и несколько раз позвонил, но ни разу не смог получить ответа, из-за чего и принял такое решение. Простите, если я ошибся. Гермиона слегка наморщила лоб, мысленно вспоминая первые дни своего возвращения с «оазиса», когда она убирала в доме и разбирала накопившуюся за неделю почту. Там были газеты, письма и записки от её подруг, счета за электричество, которые обычно приходили ближе к концу месяца, но она была точно уверена, что никаких писем от некоего Дамблдора не получала. Отследить звонки женщина, к сожалению, не могла, поэтому их наличие или отсутствие оставалось для неё загадкой. Однако, зачем кому-то лгать о такой вещи, как телефонный звонок? — Боюсь, что я не получала писем от вас, — в конце концов сказала она, — возможно, они потерялись по дороге. Почта иногда работает не очень хорошо. — Вы правы, — согласился мужчина, сунув руки в карманы, — я полагаю, что телефонных звонков вы тоже не получали? Гермиона замялась. — Если бы я услышала, то непременно бы взяла трубку, — словно оправдываясь, сказала она. — Но я не слышала. — Конечно, — легко согласился мистер Дамблдор. — Вы ведь не могли слышать телефонных звонков с Палмери-стрит, будучи за городом. У Гермионы кровь застыла в жилах. Собеседник по-прежнему улыбался, но уже перестал казаться ей просто пожилым и приятным другом Корбана. То, что она провела неделю вдали от дома, знал очень маленький круг людей, и незнакомец, по-прежнему величающий её миссис Яксли, в него точно не входил. Она незаметно сглотнула и бросила на него подозрительный взгляд. — Да, — согласилась Гермиона, не придумав, что еще ему ответить. — Мне нужно было время, чтобы прийти в себя. Уголок его губы слегка поднялся. — Отдых это прекрасно, мадам. Это вам помогло? — Очень, — с кислой улыбкой ответила она, желая уйти отсюда как можно скорее. Ей хотелось незаметно бросить взгляд за его плечо в поисках Тома, но Дамблдор неотрывно смотрел на неё, мешая это сделать. — Чудесные были дни. Он улыбнулся, и один из его усов, любовно зафиксированный гелем, слегка подскочил вверх, принявшись подпрыгивать каждый раз, как он говорил что-то. — Неделя вдали всегда помогает переключиться, — он сделал паузу и мягко ей улыбнулся, — настоящий оазис после шумного города. Гермиона в недоверии уставилась на него, не зная, что ей сказать. Нет, в прошлый раз ей действительно не показалось, старик вкладывал в свои слова скрытый смысл, изящно намекая на то, что он всё знал. Дамблдор никак не прокомментировал её взгляд, спокойно стоя напротив и ожидая ответа. Весь его вид демонстрировал умиротворение и спокойствие, которое его окутывало. О Гермионе такого сказать было нельзя. — Кто вы? — бесцеремонно бросила она, опустив тяжелые игры разума. Он поднял брови вверх. — Как? Я думал, что уже представился вам, мадам? Меня зовут Альбус Дамблдор, и я… — Миледи! — воскликнул рядом чужой голос, вынуждая Гермиону повернуться. Рядом стоял незнакомый юноша, его глаза беспокойно бегали от одного к другому, а дыхание слегка сбилось. Она была уверена, что не видела его раньше, однако то, как он к ней обращался, выдавало в нем человека клана. — Миледи, пройдемте со мной, пожалуйста. Это срочно. — Гермиона бросила сомневающийся взгляд за его спину и увидела Тома, который стремительно приближался к ним. От его вида на её душе стало легче. — Конечно, — она повернулась к мистеру Дамблдору, который с интересом осматривал парня. — Простите, сэр, я вынуждена вас покинуть. — Разумеется. Удачной дороги, — он сунул руку в карман и вложил в её ладонь свернутую в несколько раз бумагу. — На случай, если вы захотите окончить наш разговор. И, повернувшись к ней спиной, мужчина скрылся в толпе, оставив её наедине с незнакомым ей парнем. Подняв руку, она принялась разворачивать записку, как вдруг её бесцеремонно вырвали из рук. Последнее, что Гермиона успела заметить — очертания синего круга, который отдаленно смахивал на какую-то эмблему. — Том! — удивленно воскликнула она, глядя на то, как кусочек бумаги скрывается в его кармане. — Что ты… Но он не спешил ей отвечать. Перехватив её под локоть, он быстро двинулся в сторону входа, увлекая её за собой. Стараясь двигаться как можно более естественно, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, она следовала за ним, бросив взгляд себе за спину. Однако, там вместо лица Дамблдора маячили лишь помощники мафии. — Том, что происходит? Кто это? — он толкнул дверь, выходя наружу и начиная спускаться по ступенькам. — Том, мы забыли мое пальто! Куда ты так спешишь? Холод обдал её оголенные плечи и шею, заставляя сморщиться от неприятных ощущений. Гермиона быстро перебирала ногами, пытаясь поспеть за его шагом и не поскользнуться на каблуках. Его хватка на руке причиняла ей определенный дискомфорт, однако она пыталась это игнорировать, не желая ничего портить. Мужчина сохранял тишину, поэтому, в конце концов, она просто сдалась, прекратив что-то спрашивать и молча следуя за ним по утоптанной дорожке к машинам. Она не видела никого из охраны, но определенно знала, что они где-то неподалеку. Том открыл переднюю дверь авто и посадил её внутрь. Гермиона видела, как он сунул руку в карман, вытащил бумажку и развернул, вчитываясь в текст. На секунду на его красивом лице отразился проблеск гнева, достаточно выразительный, чтобы привлечь внимание. Она и так понимала, что её муж находится не в лучшем расположении духа, но еще не припоминала, чтобы он был настолько злым. Записка от Дамблдора в считанные секунды оказалась разорванной на части. Остатки Том резким движением выбросил в урну. Хлопнула дверь авто, он сел на водительское место и завел мотор, выруливая со стоянки на дорогу. Гермиона молчала, слишком пораженная, чтобы говорить. Кожа руки неприятно пульсировала, сбитое дыхание постепенно приходило в норму. Если бы тот юноша опоздал хотя бы на минуту, то Дамблдор успел бы ответить на её вопрос. А теперь ни его, ни записки не было, а Том казался слишком злым, чтобы говорить. Они проехали в тишине около десяти минут, прежде чем мужчина приоткрыл окно и закурил. — Мы забыли там моё пальто, — мягко начала Гермиона, колеблясь, как себя вести с таким Томом. Он медленно кивнул. — Моё тоже. Я куплю тебе новое, не волнуйся. Женщина поджала губы, нерешительно взглянув на него. — Что он тебе сказал? — к счастью, он заговорил об этом первый. — Он представился Альбусом Дамблдором, — осторожно начала она, — сказал, что он старый друг Корбана. Видимо, он не в курсе того, что я снова вышла замуж, потому что он назвал меня миссис Яксли. Руки Тома сильнее сжали руль. — Еще? — Он спрашивал про похороны, сказал, что не смог со мной связаться, хотя очень хотел. Отправил несколько писем и звонил, но никто не отвечал. Он знает о том, где я была сразу после смерти Корбана, но я не успела спросить, кто он такой. Том, что происходит? Кто этот человек? Мужчина нахмурился, ведя машину вперед, не глядя на неё. — Что было в той записке? — настаивала Гермиона. — Он дал мне её на случай, если я захочу продолжить разговор, но я ничего не понимаю. — Очевидно, что ты его не продолжишь, — процедил он, — а если попытаешься, я запру тебя в Резерфорде до конца дней твоих, и всё, что ты будешь видеть, это голые стены своей комнаты. Женщина опешила. — Что? — Этот мужчина, — с нажимом произнес Том, — однажды совершил попытку похищения моей матери, чтобы надавить на отца, и годы спустя он пытается сделать то же самое со мной и с тобой. Это глава клана «Феникса», которые контролируют земли от Сан-Франциско до Лас-Вегаса и которым наше существование очень мешает. — Меропу пытались похитить? — в ужасе воскликнула Гермиона. — Она никогда не говорила ни о чем подобном. — Ты думаешь, она будет рассказывать об этом всем? Тем более женщине, которой, в теории, может угрожать такая же опасность? Конечно же, она молчала. Ради общего блага. — О каком благе ты говоришь? Я жила все эти месяцы и не знала, что меня хотят похитить? Почему ты ничего мне не сказал? Мне нужно было быть аккуратнее, — взволнованно перебирая подвеску на шее, проговорила она. — И, конечно же, я не собираюсь с ним встречаться. Я не сумасшедшая. — Рад слышать, — с нажимом произнес Том, однако, выглядел уже более спокойным. Машина быстро двигалась вперед. — Но я не хотел, чтобы ты боялась каждого шороха и подозревала каждого вокруг. Я вполне способен уладить всё сам. — Я тебе верю, — заговорила она, провожая взглядом проезжающие мимо машины. — Но сегодня он подобрался ко мне очень близко. Лично. Зачем? Чтобы я знала его в лицо? — Возможно, он думал, что ощущение какой-то тайны заманит тебя в его ловушку. Сомневаюсь, что он вообще писал или звонил, — вытащив изо рта окурок, ответил мужчина. — Я не знаю, о чем он думал, но он об этом пожалеет. До сих пор наши кланы находились в состоянии взаимного игнорирования, но раз они выбрали грязную игру, я её приму, — твердо добавил он. Гермиона выглядела очень взволнованной. — Стоит ли? — неуверенно протянула она. — Что если всё очень плохо закончится? — Тебе не стоит переживать об этом. Просто некоторое время не покидай поместья, а если и делаешь это, то только с охраной. Не пренебрегай этим, поняла? Она кивнула. — Но почему он вообще был здесь? Я полагала, что мистер Корпер знает о том, кто ты? Значит знает и о делах мафии? — Не особенно, — Том поморщился. — Он знает о нас, считается с нашим мнением, но его не посвящают в детали, так как он не член клана. Он кивнул о чем-то самому себе, выезжая за пределы города. У Гермионы сложилось впечатление, что не только с Дамблдором будет серьезный разговор. Она поморщилась. Определенно, не знать деталей того, с чем сталкивался её муж, было гораздо приятнее, чем быть в них хоть немного посвященной. На некоторое время воцарилась тишина, каждый из них думал о своем. Том отдал ей свой пиджак, только сейчас сообразив, что она сидит в машине в одном платье. — Но Дамблдор, откуда он знал о том, что меня подозревали? — сформировав дополнительный вопрос, поинтересовалась женщина, кутаясь в его пиджак. — Везде есть уши, — бросил мужчина. — И вы их нашли? — Почти всех, — мрачная улыбка совсем немного тронула его губы. — Осталось вычислить последних, чтобы начать процесс. О каком именно процессе он говорил, уточнять было не нужно. Гермиона ощущала, что она не готова получить еще больше головокружительных деталей, особенно вкупе с тем, что она сегодня и так узнала. Этот Том, который открылся ей сегодня, был непривычным и слегка пугающим. — И долго он подобным занимается? Когда он пытался похитить Меропу? — Около десяти лет назад, — хмуро ответил Том. — Мы пытались достать его, но всё безрезультатно. Однако, это было тогда, когда клан еще не обрел теперешней силы. Она задумчиво кивнула. — Может ли быть такое, что убийца Корбана — один из его людей? — Может, — согласился он. — Здесь всё может быть. Ты можешь думать об одном, чтобы в итоге прийти к абсолютно другому. Она вздохнула. У неё разболелась голова. Том посоветовал ей попробовать поспать, пока они доедут домой, и она согласилась, повернув голову набок и прикрывая глаза. Его рука нашла её руку и крепко сжала. Но события последующего вечера всё никак не выходили из её головы, и она провела последующий час в тревожных мыслях об Альбусе Дамблдоре, записке, которую она, втайне от мужа, всё-таки хотела прочитать, и про возможные события, которые могут снова изменить её жизнь с ног на голову. В голове промелькнула мысль о возможной смерти Тома, и её сердце забилось в протесте и волнении. Она определенно не хотела этого. — Том, ты же не собираешься умирать? — внезапно спросила она, не открывая глаз. — Нет, любовь моя, я собираюсь жить еще очень долго и счастливо, — с усмешкой ответил он, вызывая в ней определенное чувство покоя и радости от того, как он её назвал. Гермиона закрыла глаза и продремала все расстояние до Резерфорд-Холла. Приехав домой, они выбрались из авто и поспешили в дом, где их уже ожидали управляющая и, как ни странно, Люк Морланд. Пройдя в гостиную, Гермиона удивленно встретилась с его взволнованными глазами и шепотом спросила: — Что такое, Люк? Ты что, принес фото? Он мотнул головой. — Боюсь, что в них больше нет никакого смысла, миледи. Скрипнула дверь, впуская следом и Тома. Морланд выпрямился и бросил взгляд на него. — Господин, новости с Гриммо. Сигнус Блэк мёртв.

***

То, что происходило дальше, напоминало абсолютный хаос. Том звонил на Гриммо, крича что-то в трубку. Морланд выбежал из дома по какому-то поручению, прислуга в доме засуетилась, пытаясь увести её наверх. Отмахнувшись от Кристин, Гермиона широким шагом вошла в кабинет мужа, замерев у его стола и ожидая, пока он закончит говорить с кем-то, кто был, предположительно Орионом. — Я скоро приеду, да, — бросил Том и положил трубку. — Нотт на месте? Тащите его туда, черт возьми. Он яростно отбросил от себя телефон и уставился на ошарашенную Гермиону. На его лице застыла маска удивления, смешанного со злобой. Брови сошлись у переносицы, подбородок был плотно сжат, глаза широко раскрыты. Словно он сам до конца не понимал, что происходящее реально. — Ты едешь к Блэкам? — уточнила Гермиона. — Я хочу с тобой. — Исключено, — отрезал Том, — ты останешься здесь. — Но, Том, — взмолилась она, сделав шаг вперед, — Друэлле сейчас очень плохо. Я знаю, через что она сейчас проходит, и это просто невыносимо. Разве могу я бросить её одну в такой момент, когда она была рядом со мной во время убийства Корбана? Он нахмурился только сильнее. — Я сказал, что ты останешься здесь, Гермиона. Возле неё есть Вальбурга, этого более чем достаточно. — Нет, — она покачала головой. — Вальбурге не лучше, я уверена. Это большой удар для всей семьи Блэков, и поддержка им очень нужна. Пожалуйста, позволь мне поехать, — Гермиона подошла вплотную, взяв его за руку и заглянув в глаза. Телефон снова затрезвонил. — Хорошо, но надолго не задержишься, — отмахнулся он, взяв трубку. Видимо, у него не было достаточно времени, чтобы спорить с ней. — Только переоденься, там холодно. Благословив любого, кто выбрал для звонка такое удачное время, Гермиона кивнула и быстрым шагом выскочила в коридор, направляясь в свою комнату. Кристин нагнала её, спрашивая, нужна ли ей помощь, но женщина отмахнулась, следуя по своему пути дальше. Стоило Люку озвучить эти слова, как её уверенность в том, что Блэки были виновны в первом убийстве, моментально улетучилась. Морланд изначально был прав, наличие яда в их доме было только одним попаданием, однако, все остальные не вязались к общему делу. Теперь сам факт его наличия на Гриммо вызывал сомнения. Ни Люк, ни Том не сказал, из-за чего наступила смерть, но у неё было стойкое ощущение, что яд за картинной рамой имел к этому непосредственное отношение. Она закончила одеваться и быстро спустилась вниз, где её уже ждал муж.

***

Если её дом на Палмери-стрит напоминал живой муравейник, когда отравили Корбана, то дом на площади Гриммо застыл холодным каменным изваянием. В окнах почти не горел свет, и было очень тихо. На крыльце они заметили фигуру Ориона, который вышел, чтобы их встретить. Других машин не было видно, что заставило Гермиону задуматься о том, кто здесь сейчас находился. — Гермиона приехала для Друэллы, — коротко объяснил Том после того, как они вышли из машины. Орион, чье бледное лицо делало его похожим на призрака, коротко кивнул, закрыв за ними дверь. — Тереза! — прислуга появилась сзади, взяв их верхнюю одежду. — Проведи миледи к хозяйкам. Господин, сюда, пожалуйста. Том кивнул и, переглянувшись с Гермионой, свернул налево, в библиотеку. Она же последовала за экономкой по пустым темным коридорам на самый верхний этаж, где располагались спальни. Тереза подвела её к одной из дверей и тихо постучала. Изнутри послышался невнятный шорох, а после шаги. Дверь открылась, показывая взволнованное лицо Вальбурги. Она выглянула на площадку, заметив Гермиону, и едва заметно выдохнула. — Гермиона, заходи, — она посторонилась, пропуская её внутрь. — Друэлла уснула, Джон уколол ей снотворного. Гермиона прошла внутрь, протянув руку к ладони Вальбурги, чтобы слегка сжать её. Блэк ответила на это с куда большей энергией, схватившись за протянутую руку. Её лицо напоминало ей выражение лица Ориона, однако, степень её взволнованности больше склонялось к испугу, чем к отчаянию, которое было присуще её мужу. — Всё так плохо? — шепотом спросила Гермиона, глядя на фигуру Друэллы, лежащую на кровати. Её волосы были спутаны, лицо покраснело и опухло от слез. — Полагаю, — рассеяно ответила Вальбурга. — Хорошо, что ты здесь. — Я еле уговорила Тома взять меня с собой, он хотел, чтобы я осталась дома, — она подошла и осторожно присела на стул. — Вал, что произошло? Старшая Блэк замерла возле окна, перебирая пальцами цепочку на шее. Её лицо было очень хмурым. — Неизвестно. Всё было хорошо, как вдруг он начал задыхаться и быстро умер, — негромко ответила она. На лице Гермионы пролегли тени. — Мне очень жаль, — Вальбурга кивнула, не поворачиваясь от окна, — Друэлла очень плохо отреагировала, как я понимаю. — Да, я едва заставила её согласиться на укол, — шумно выдохнув, она повернулась и сделала несколько шагов вперед, чтобы сесть, — она думала, что это успокоительное, но я попросила Нотта дать ей снотворного. Еще чуть-чуть, и она бы сошла с ума. Том что-то говорил? — Нет, но его это шокировало, — ответила Гермиона, наблюдая за тем, как пуговицы Блэк блестят в полумраке. — Он говорил о чем-то с твоим мужем, но деталей я не знаю. Вальбурга кивнула. — Останешься с ней? Я хочу пойти узнать, что там. — Конечно, — заверила Гермиона, сев ближе к Друэлле. Вальбурга покинула комнату. Однако, гостья не долго находилась в одиночестве, вскоре после ухода хозяйки дома в спальню заглянул Люк. — Можно, миледи? — Тебе нельзя здесь находиться, — с сомнением протянула Гермиона, — но ты уже все равно зашел. Морланд тихо закрыл за собой дверь и приблизился к ней, наклоняясь, чтобы прошептать на ухо: — Они обсуждают возможность отравления. Господин очень зол. Гермиона взволнованно взглянула на него. — Снова? Может ли это быть тот самый человек, который убил Корбана? — Возможно, — протянул Морланд, потерев щеку. — А может быть и нет. Зависит от того, что покажет вскрытие. То есть, если это отравление, нужно понять, какой яд использовали. — Похоже на «Конго»? — поинтересовалась Гермиона, бросив взгляд на спящую Друэллу. Люк сощурился, демонстрируя свою неуверенность. — Возможно, да, а возможно, и нет, разные дозы по разному влияют на людей. Особенно учитывая состояние здоровья и комплекцию. Мистеру Блэку понадобилось бы и несколько грамм. А такому как мистер Лестрейндж, например, нужно больше. — Ты, кажется, хорошо разбираешься, — прокомментировала Гермиона. — Спасибо, миледи, — ответил Морланд, — я читал много литературы. — В любом случае, — задумчиво проговорила женщина. — Есть ли вероятность, что это тот самый яд, который ты нашел? — Не хочу прозвучать самоуверенно, но что-то подсказывает мне, что это он, — ответил он. — Возможно, он до сих пор там лежит. Хотя место недостаточно надежное, если вдруг нужно будет обыскать дом. Гермиона подняла на него тяжелый взгляд, а потом перевела его на Друэллу. Она крепко спала. — Ты думаешь о том же, о чем и я, Люк? Сзади раздался негромкий вздох. — Боюсь, что да, миледи. Теперь весь дом под подозрением.

***

Вальбурга вскоре вернулась и спровадила Морланда. Она выглядела более спокойной, чем до этого, однако, глаза то и дело бегали по комнате. К сожалению, никаких новостей она не передала, так как ей не позволили вмешаться. Гермионе так и не удалось поговорить с Друэллой, Том послал за ней прислугу раньше, чем та проснулась. Он выглядел уставшим, круги залегли под глазами, а от одежды сильно пахло сигаретами. Мужчина распорядился, чтобы Морланд забрал её на ночь в Резерфорд, хоть хозяева дома и предложили остаться. Элита клана собралась здесь почти полностью, не хватало только Антонина Долохова. Все они выглядели хмуро, напряжение застыло на их лицах. Звонила Пенелопа и леди Гонт, однако, им, как и Гермионе, пришлось ограничиться разговором со старшей Блэк. — Позвони, когда приедешь, хорошо? — попросил Том, посадив её в машину. — Да, — согласилась Гермиона. — Позвоню. Он выдохнул и закрыл дверь авто, прежде чем скрыться в двери дома Блэков. Не теряя ни минуты, женщина вышла из салона, чтобы пересесть на переднее сиденье и пристегнуть ремень безопасности. Две черные машины последовали за ними. — Есть причины для волнения? — поинтересовался Морланд, бросив взгляд в зеркало. Гермиона вздохнула. — Полагаю. Ты знаешь что-то о человеке по имени Дамблдор? Он наморщил лоб. — Впервые слышу, миледи. Что с ним? — По словам Тома, мягко говоря, неприятная личность. Глава другого клана. Мы столкнулись с ним на приеме у мэра и немного поговорили. Я очень удивилась, когда он обратился ко мне по фамилии покойного мужа. — Миссис Яксли? — переспросил водитель. — Он правда так сказал? Почему? Гермиона пожала плечами, тяжело вздохнув. — Этого я не знаю. Представился старым знакомым Корбана и задал мне несколько вопросов. Но мы не успели договорить, потому что Том, к счастью, успел вовремя. Он даже дал мне какую-то записку, чтобы я могла с ним связаться, но я не разобрала, что там. — Так плохо написано? — Люк оглянулся назад, чтобы было удобнее свернуть на другую дорогу. — Нет, я просто не успела. Но, кажется, там было что-то похожее на синий круг. Ты не знаешь, что это может быть? Морланд задумался, а потом покачал головой. — В мире слишком много синих кругов. Возможно, эмблема его клана? — Разве кому-то нужно печатать эмблему преступной группировки? — усомнилась женщина. — Да, пожалуй, вы правы. И что с ним? — Он когда-то пытался похитить леди Гонт, когда еще был жив Том Реддл-старший. Но потерпел поражение. И существует вероятность, что он попытается сделать это еще раз. Поэтому усилили охрану. — В таком случае, это хорошее решение, — согласился Люк, сжав руль. — Господин рассматривает его причастность к смерти мистера Яксли и мистера Блэка? Гермиона качнула головой. — Не знаю за второго, но на счёт Корбана… возможно. Мы не говорили об этом напрямую, однако, полагаю, что да. Если это так, то это всё меняет. Не хочу, чтобы Друэллу обвинили в чем-то. — Скорее всего, будет обыск, — машина наконец-то выехала за город. — Хотя не знаю, что это им даст, в доме достаточно ингредиентов и готовых образцов, чтобы незаметно добавить что-то в еду или напиток. Это как искать определенную соломинку в стоге сена. Но так как мы уверены в том, что это убийство, помимо обыска они еще устроят допрос, который коснется всех, от прислуги, до хозяев. Так посудить, это мог быть кто угодно, как человек, нанятый Альбусом Дамблдором, так и его собственный брат. — Орион? — недоверчиво протянула Гермиона. — Нет, только не Орион. Если и был человек, который пользовался исключительным доверием Сигнуса, так это он. Ты разве не видел, в каком он был состоянии? Люк с сомнением покачал головой — При большом желании можно изобразить всё, что угодно, но, пожалуй, в ваших словах есть смысл. Остается другой вопрос: зачем хранить яд отдельно от лаборатории, если их дом и так полон подобных веществ? Гермиона потерла виски. — Возможно, отравитель до этого не додумался. — А я думаю, что дело было в другом, — она бросила на него короткий заинтересованный взгляд. — Вы бы заметили, если бы на вашем рабочем столе появился какой-то новый предмет? Даже самый маленький? Я бы тоже заметил. Близнецы Блэки от нас в этом не отличаются. Люди хорошо знакомы с местом, где часто находятся, в их случае это лаборатория. Яд не хранили там, потому что владельцы бы быстро это заметили. И на что нас наталкивает такой вывод? Гермиона задумалась, наклонив голову вниз. — На то, что… яд изначально не принадлежал им… — медленно сказала она, боковым зрением замечая, как кивает Люк, — он им предназначался… Некоторое время они просидели в тишине, слишком ошарашенные возможной новой теорией. — Предположим, что близнецов Блэк хотели отравить. Кто-то за пределами клана, — заговорил Морланд. — Но можем ли мы связать это со смертью мистера Яксли? — Я не знаю. Я возьму блокнот? — он кивнул, Гермиона полезла рукой в ящичек перед собой и вытащила небольшую записную книжечку, где они хранили все свои мысли и крохотные кусочки новой информации. Держать это у Люка было более безопасно, чем у себя в комнате. — Не думаю, что это возможно. В конце концов, у Блэков была прислуга, которая могла быть к этому причастна, а у нас никого не было. Морланд согласился. — Значит, мы так или иначе останавливаемся на привычном кругу подозреваемых? — Кажется, да. Блэки были теми, кто удачно подходил под наличие мотива для убийства, но они, очевидно, выбывают. Орион указал мне на Долохова на дне рождения его племянницы, но он не выглядит так, как будто ему это нужно. У меня такое ощущение, что это всё просто не имеет никакого смысла. — Дело и впрямь довольно запутанное, — вздохнув, добавил юноша. — Новая смерть только добавляет работы. Но так же немного и проясняет ситуацию. Если мистера Блэка отравили с помощью «Конго», то наша находка может им помочь. Вы планируете рассказать об этом дону? — Я… не знаю, — с сомнением протянула Гермиона. — Наверное, нам стоит подождать результата вскрытия, чтобы принять решение. Мне не очень то хочется признаваться ему, что мы копались в вещах Блэков. — Он должен быть скоро, не так ли? — проезжая мимо леса, спросил Люк. — Как быстро это было с мистером Яксли? Гермиона пожала плечами. — Кажется, довольно быстро. Если честно, то я не знаю, проводили ли они вскрытие вообще. Но, пожалуй, да. Блэки и Нотт могли только сделать предположение о том, что случилось, но им по-прежнему было нужно подтверждение. — Джон Нотт хороший специалист, но, пожалуй, не настолько, чтобы сразу сделать четкое заявление, — протянул Морланд, вынуждая женщину бросить на него взгляд. — Он единственный, с кем я еще не говорила, — поделилась она. — Возможно ли? — Он врач, — неопределенно ответил попутчик. — Они знают, как сделать так, чтобы не вызвать подозрений. Гермиона задумалась, пытаясь вспомнить, что ей говорил Эйвери. — Орион, а не Нотт задумался об отравлении первым. Кажется логичным для того, кто работает с ядами. — Возможно, но так ли он хорош, чтобы определить яд в организме без дополнительного вскрытия? — Я не знаю, — вздохнула Гермиона. — Скорее всего, проводили. Я более чем уверена, что в больнице работают люди мафии. Разговор исчерпал себя на время, Люк молча вел машину, а женщина аккуратно записывала всё, что пришло в их головы за сегодняшний вечер. Когда машины остановились возле Резерфорд-Холла, Морланд помог ей выйти и провел до дверей, коснувшись рукой шляпы. Попрощавшись, она вошла в дом, перебросившись парой фраз с управляющей, и сразу же последовала к телефону, чтобы подтвердить свое присутствие дома. Спустя несколько томительных минут ожидания, она услышала на другой стороне голос своего мужа. — Да, я уже на месте. Всё хорошо, — рассказала Гермиона. — Как у вас? — Мы практически уверены, что его отравили, — зазвучал тяжелый голос Тома. — Тот же яд, который убил Корбана. — Вы его нашли? — сглотнув, поинтересовалась она. На секунду повисла пауза, прежде чем он сказал: — Да. Мы нашли сверток в цветочном горшке. В коридоре.