Trophy Wife

Март в этом году был достаточно холодным. Однако, это не помешало Альберту Эйвери и Луизе де Шильо связать себя узами брака. Впервые будущую избранницу Гермиона увидела непосредственно на свадьбе, когда отец торжественно провел её к алтарю. Церковь Святой Вальбурги совсем не изменилась за те несколько месяцев, которые прошли с её свадьбы с Томом. Священник, которому выпала честь вести церемонию, отличался, однако, в остальном всё было как прежде. Эйвери обернулся и слегка приподнял уголки губ, стоило Луизе подойти к нему. Отец передал руку дочери будущему мужу и отошел. Гермиона сидела в первом ряду вместе с Томом и старалась делать вид, что ей очень приятно здесь находиться. Она пыталась уговорить его оставить её дома, но он был непреклонен. Из всех возможных вещей, которые могли бы заинтересовать её здесь, выделялась только невеста, на которую женщине было уж очень интересно посмотреть, а всё остальное затрагивало её абсолютно минимально. — Дамы и Господа, вы являетесь свидетелями знаменательного события. Два любящих сердца решили благословить сегодняшний день данью Господу, соединив себя узами брака. Речь тоже не отличалась от той, что она слышала ранее, поэтому Гермиона позволила себе скосить взгляд и отправить его блуждать по приглашенным гостям. Присутствие Мерседес намекало на то, что она полностью поправилась. Меропы не было. Блэки присутствовали без Друэллы. Вальбурга уже сняла траур, так как положенные сорок дней после кончины Сигнуса прошли, но Орион продолжал носить свой черный костюм, и даже свадьба не была тому исключением. В частых телефонных звонках, которыми теперь стали обмениваться Вальбурга и Гермиона, Блэк жаловалась, что не смогла уговорить его сменить одежду даже на такое мероприятие, и результатом этого стал только очередной скандал. По её словам, ни с ним, ни с Друэллой было практически невозможно разговаривать, каждое замечание воспринималось в штыки, поэтому в последнее время она просто прекратила пытаться как-то улучшить ситуацию. Друэлла отказалась от посещения, сославшись на слабое состояние здоровья, однако, Гермиона знала, что это была не основная причина. Её будущий муж, Бруно Лестрейндж, сидел прямо за ней, поэтому она не могла оглянуться и посмотреть на него. Хотя даже и без этого знала, что его лицо сохраняет добродушную улыбку. У Розье был строгий и собранный вид, словно он готовился к очередному судебному заседанию, а не наблюдал за церемонией бракосочетания. Гермиона была слегка удивлена тому, что Том так ничего и не предпринял касательно него, хоть и согласился, что теория имеет место быть. Казалось, он очень сомневался. И, в целом, она понимала почему, так как старший брат Друэллы после смерти её мужа превратился в настоящую полицейскую ищейку. Таким прозвищем его нарек Люк Морланд, когда пересказывал ей все усилия, которые Габриэль бросил на поиски убийцы. Он дорожил своей сестрой и её счастьем, поэтому добиться справедливости было его основной задачей. Это заставило Гермиону снова впасть в раздумья. Играл ли Розье свою роль или действительно был невиновным? Касательно Долохова всё было не так очевидно. Судя по всему, они с близнецами Блэк были не в очень хороших отношениях, но Антонин, казалось, слегка недолюбливал всех вокруг, поэтому сделать точный вывод было трудно. В его участии в убийстве сомневаться было сложнее, чем в участии Розье, потому что накануне Орион сам указал на него. Знал ли он о чем-то? Или, возможно, догадывался? Но даже если и предположить, что всё это было именно так, и Долохов действительно виновен, как и Розье, то всё снова упиралось в тупик, когда речь заходила про улики. Два свертка с ядом, и оба в цветочных горшках в коридоре. Убийца либо издевался, либо преследовал свою определенную цель. Хоть и ни на одного из них, по словам Тома, это было не похоже. Розье бы точно не стал прятать яд в таком же месте, Долохов, хоть и был склонным к извращенному юмору, обладал определенной осторожностью. Так или иначе, это всё ужасно злило Тома и огорчало Гермиону. — Передайте супруге Божье благословение, — прозвучал голос священника, вырывая её из мрачных мыслей. Эйвери наклонился, взялся руками за края фаты и осторожно отбросил невесте на голову, демонстрируя яркие рыжие кудри. Девушка повернулась в профиль, что дало возможность получше её рассмотреть. Она была высокая, с прямым носом и бледной кожей. Гермиона знала, что её корни уходили прямиком в Италию, хоть она и была рождена уже в Штатах. Молодожены слились губами в поцелуе, заставляя её отвернуться. Хуже, чем просто Эйвери, был счастливый Эйвери, и смотреть на кульминацию его радости ей не хотелось. Посочувствовав Луизе, она вернула взгляд ровно тогда, когда это недолгое действие закончилось. Гости сдержанно поаплодировали, поздравляя состоявшихся мужа и жену, и встали, чтобы покинуть церковь и сопроводить их домой на вторую часть праздника. — Даже сейчас мы не можем уйти? — тихо спросила Гермиона, вынуждая Тома наклониться, чтобы лучше её слышать. Мужчина покачал головой. — Они наша семья. Разумеется, мы обязаны присутствовать, — его ладонь разместилась у неё на пояснице, провожая к авто, так, словно он не давал ей даже гипотетической возможности уйти. Гермиона сдержала разочарованный вздох. Порой он был упертым просто до невозможности. Мысленно решив, что её семьей может называться кто угодно, даже почтальон Джон Кэрли, но только не Эйвери, она села на заднее сиденье, положив сумочку себе на колени.

***

Альберт, как и множество других, отдал предпочтение отдельному дому, а не квартире, хоть его собственность и располагалась в пределах города. На удивление, это был небольшой домик, похожий на тот, в котором они с Корбаном жили на Палмери-стрит. Оставив машины, гости по-очереди зашли внутрь, попадая сначала в светлую прихожую, а после и в гостиную. — Очень рад приветствовать вас у себя дома, — поправив очки, Эйвери улыбнулся, приглашая их внутрь. — Надеюсь, праздничный обед не разочарует. Луиза временно отсутствовала, Гермиона предположила, что они с матерью вышли, чтобы поправить платье или снять объемную фату. Так или иначе, пока невесты не было, хозяин дома развлекал гостей легкими разговорами и то и дело втягивал кого-то в диалог. Наблюдая за ним, можно было определенно сделать вывод, что Эйвери любит находится в центре внимания, и свадьба — идеальный повод, чтобы это продемонстрировать. Наконец-то, Луиза появилась среди гостей, и их поспешили пригласить к столу. Гермионе выпала невероятная честь сесть рядом с Альбертом, тогда как Тома посадили возле невесты, чье каменное лицо явно демонстрировало её дискомфорт. Невольно она перенеслась мыслями в то время, когда соседство с ним и у неё вызывало подобное чувство, поэтому, чтобы подбодрить её, Гермиона поймала чужой взгляд и улыбнулась. Луиза улыбнулась ей в ответ. И та, и другая женщина предпочла если не сидеть рядом со своими мужьями, то хотя бы сесть рядом друг с другом, так как их вынужденное соседство им не нравилось. — Добрый день, миледи, — прозвучал рядом довольный голос Альберта. — Отлично выглядите сегодня. Ей пришлось на него посмотреть. — Добрый, мистер Эйвери, — сдержанно ответила она, глядя на то, как прислуга вносит первые блюда. — Вы тоже. — Ваша злость на меня, наконец-то, немного улетучилась? — миролюбиво поинтересовался он. Гермиона неопределенно повела плечом. — Вам бы этого хотелось? — О да, — заверил её Альберт. — В моих интересах поддерживать в вас хорошее настроение. — В моем муже, вы имеете ввиду? — уточнила женщина, скосив глаза на Тома. — Будем откровенны, если бы я вышла замуж за кого-то другого, вы бы так не старались. — Кто знает, — туманно откликнулся её собеседник, — зависит от того, за кого бы вы вышли. Но сейчас нет смысла об этом раздумывать, раз уж этот сложный выбор давно позади. — Он не был очень сложным, — откликнулась Гермиона, решив побыть честной. — Почти все претенденты мне не нравились, не имеет разницы, давно или нет. Он вскинул брови. — Ах вот на что вы ориентировались. Расчёт был неверным. Полагаю, я был в группе тех, кто вам давно не нравился? — рискнул предположить Альберт, на что получил её утвердительный кивок. — Так я и знал. — Очередной повод потешить ваше самолюбие? — полюбопытствовала она. — Только если слегка, — в тон ей ответил Эйвери. — Большое количество негатива порой утомляет. Нужно разбавить его чем-то приятным. Или кем-то приятным. Как вам моя супруга? — Очень красивая женщина, — искренне ответила она. — Полагаю, она пока не в курсе о ваших страстных пристрастиях к чужим волосам и пальцам? — Пока нет, — лаконично откликнулся он, сделав глоток воды. — Но я и не собираюсь её об этом уведомлять. Хотя вы, конечно, решили сделать это за меня? — Я не настолько мстительна, — отмахнулась Гермиона. — На фоне того, чьей женой она стала, это может показаться мелочью. — Разумеется, — согласился хозяин дома, и между ними наконец-то повисло долгожданное молчание. Пускай, его дом и напоминал о её старом жилье, главным различием здесь было наличие прислуги, которая презентовала блюда, встречала гостей и отлучалась по мелким просьбам приглашенных. Скорее всего, в обычное время их было намного меньше, но количество было увеличено специально на время свадьбы. Гермиона вспоминала те дни, когда сама занималась всеми делами, и время от времени удивлялась, как она всё это успевала. Всё-таки иметь хотя бы одну помощницу уже огромное облегчение, не говоря уже о том, если у тебя их целая группа. К счастью, гостиная не подразумевала танцев, поэтому приглашенные просто наслаждались обедом, время от времени звучали тосты, гости общались между собой и слушали музыку. Луиза, казалось, слегка привыкла к соседству Тома рядом и уже не выглядела такой зажатой, Гермиона заметила, что они даже немного поговорили. Удовлетворившись, она наклонила голову к тарелке, чтобы аккуратнее отрезать кусочек мяса. — Как продвигается ваше любительское расследование? — голос Эйвери выдернул её с мыслей, заставив снова с ним разговаривать. Откровенно говоря, она не хотела говорить ему ни слова, а особенно общаться на подобную тему. — Нормально, — только и сказала она, положив кусок мяса в рот. — Замечательно, — откликнулся мужчина. — Надеюсь, вы порадуете нас. — Разве этим должна заниматься я, а не вы? — искренне полюбопытствовала женщина. Альберт хмыкнул. — Дело не в обязанности, а в заинтересованности. Я вижу в вас большую заинтересованность, миледи. Гермиона нахмурилась, не глядя на него. — А вы заинтересованы? — По-своему, — коротко ответил он. — Но, знаете ли, быть слишком умным не всегда правильное решение. — Почему? — Блэк тоже был слишком умным, и поглядите, где он сейчас? — Эйвери передернул плечами. — Был так любезен указать вам пальцем на кого-то из этих джентельменов, что поплатился за это жизнью. Я умею учиться на чужих ошибках. — Вы снова думаете, что это я? — выгнув бровь, спросила она. — Нет, ну как можно, — мужчина покачал головой. — Конечно, это не вы. Хотя это было бы занимательно. В любом случае, убийца очень внимателен. — Кстати, Сигнус ни на кого не указывал, — вспомнила Гермиона. — Это сделал его брат. — Нет, — с улыбкой протянул Альберт. — Это сделал не просто его брат, это сделал его брат-близнец. А они совсем не имеют привычки отличатся друг от друга. Выбрать нужного довольно сложно, вы так не думаете? Кто знает, — он понизил шепот и слегка наклонился к её уху, — быть может, мы провели в последний путь совсем не Сигнуса. Гермиона бросила на него взгляд, полный сомнения. — Вы, кажется, так сильно переживаете за свою жизнь, что придумываете абсолютно нелепые варианты развития событий. Эйвери пожал плечами. — Переживать за свою жизнь свойственно всем людям, а особенно тем, кто что-то знает. — Вы хотите сказать, что относите себя к их числу? — уточнила женщина. — Может быть, а может быть и нет, — он поправил очки кончиком пальца и откусил кусок хлеба. — Но к дуракам я себя уж точно не отношу. — Возможно, вам стоит пересказать это моему мужу, — подметила она, заставив его перестать жевать. — Думаю, он оценит ваши увиливания по достоинству. Альберт перевел на неё взгляд, но она уже отвернулась, уделяя всё внимание жаренному куску мяса перед собой.

***

Глядя на Луизу Эйвери, сложно было сказать, устала она, стесняется, или ей просто невыносимо скучно. После обеда мужчины и женщины снова разделились, Луиза, как новоиспеченная хозяйка, повела их в гостиную на втором этаже, а мужчины собрались в небольшой библиотеке. Гермионе не удалось поболтать с Томом, поэтому она просто улыбнулась ему с дальнего конца комнаты, прежде чем последовать за остальными гостьями наверх. Отсутствие Друэллы и Меропы компенсировала мать Луизы, Ванда, а так же Мерседес Нотт, которая уже полностью оправилась от своей сезонной болезни и наслаждалась минутами, проведенными в обществе. Прямо сейчас она рассказывала всем, рецепт какого замечательного пирога она изобрела за месяцы изоляции в доме, и приглашала всех обязательно навестить её на следующих выходных. — Ах да, а потом я решила добавить еще немного масла, чтобы сделать его более вкусным, и, знаете, это сработало! — довольно поделилась она. После неудачного выхода на приеме у мэра, её внешний вид и состояние заметно улучшились. На лице появился румянец, а глаза приветливо блестели. — Мы с удовольствием примем ваше предложение, миссис Нотт, — вежливо кивнув, пообещала Ванда, женщина лет сорока пяти, с худой, можно даже сказать, тощей фигурой. — Правда, Лу? Луиза кивнула, слабо улыбнувшись. — Обязательно, — добавила она, — спасибо за приглашение. Мерседес казалась довольной. — Отлично, вы все должны прийти, — она улыбнулась. — Вал, как ты думаешь, сможешь уговорить Друэллу? Вальбурга, сидевшая чуть дальше, холодно улыбнулась. Видимо, ей не очень понравилось как Мерседес поставила вопрос, принимая во внимание то, что они находились с малознакомыми людьми. Однако, это была очевидная и очень отличительная черта миссис Нотт, от которой она не могла или не хотела избавляться. — Я передам ей твои пожелания, однако, посмотрим по состоянию здоровья. Уверена, что Друэллу не стоит уговаривать прийти куда-то, только если ей что-то не сильно мешает. — Прошу прощения, Друэлла это… миссис Лестрейндж? — поинтересовалась Луиза. Вальбурга сильно поджала губы. — Формально, пока нет, — вмешалась Гермиона. — Свадьбы еще не было, поэтому она остается миссис Блэк. — О, — женщина удивилась. — Мой муж представил её как миссис Лестрейндж, поэтому я так и подумала. — Он отправил приглашение на это имя? — спросила молчащая до этого Пенелопа. — Боюсь, что я не знаю, — покачала головой Луиза. — Я не видела их. — В целом, он прав, — продолжила Гермиона, держа в руках чашку с чаем. — Просто слегка поторопил события. Луиза кивнула, и разговор переключился на что-то другое, Друэллу они больше не вспоминали. Невеста время от времени бросала на Гермиону заинтересованные взгляды, но никаким образом больше не настаивала на более тесном знакомстве или дружбе и вопросов не задавала. Иногда она смотрела и на других девушек, из-за чего Гермиона сделала вывод, что ей просто любопытен круг общения, в который та вошла, а она, как супруга дона, вызывала дополнительный интерес. Спустя несколько чашек чая, круга занимательных бесед и пары мелодий на пианино, которые исполнила для них Вальбурга, в дверь постучали. После приглашения войти на пороге показалась незнакомая девушка из прислуги и негромко сказала: — Прошу прощения, миссис Друэлла Блэк хочет поговорить с миледи Гермионой. — По телефону? — уточнила Гермиона, поднимаясь на ноги. Девушка кивнула. — Да, госпожа. Она ожидает на линии. — Прошу прощения, дамы, я скоро вернусь, — извинившись перед остальными, она вышла из комнаты следом за незнакомкой. Спустившись вниз, прислуга завела её в маленькую комнатку, где стоял телефон, и вышла. Сделав пару шагов к нему, Гермиона подняла трубку и сказала: — Алло? Друэлла? — Гермиона! — на той стороне послышался взволнованный, даже слегка раздраженный голос подруги. — Почему ты ничего не сказала мне о том, что ты и тот парень нашли в моем доме? Несколько секунд у Гермионы ушло на то, чтобы сообразить, о чем она говорила. — Ты про яд? — с сомнением спросила она, понизив голос. — Именно! — воскликнула Друэлла. — Почему ты мне ничего не сказала?! Она буквально кричала. — Я думала, ты знаешь, — озадаченно сказала она. — Когда я хотела тебе сказать, то ты была не в том состоянии. — Какого черта ты решаешь в подходящем я состоянии или нет?! Гермиона поморщилась. — В чем дело? — Где вы его нашли? — потребовала Друэлла. — Кажется, за какой-то картиной, но я не знаю точно… — Черт возьми, — выплюнула Блэк. — А кто знает? Этот твой помощник знает? Где он? Женщина бросила взгляд на дверь и задумалась. — Знает, он же его нашел. Дру, в чем дело? — Где он, Гермиона? — настаивала она. Сообразив, что ничего от неё не добьется, женщина приоткрыла дверь и увидела ту же девушку, которая стояла вдали, ожидая, чтобы сопроводить её назад. — Позовите Люка Морланда сюда, пожалуйста, — обратилась она. — Это водитель. Как можно скорее. Брюнетка кивнула и поспешила на улицу. Через несколько минут она вернулась в компании юноши, который стремительно приближался к ней. — Вы звали, миледи? Гермиона кивнула и передала ему трубку. — Миссис Друэлла Блэк хочет у тебя кое-что спросить. Морланд с удивлением взял её и прислонил к уху. Вопросов Друэллы Гермиона слышать не могла, поэтому ей пришлось руководствоваться только его репликами. — Люк Морланд здесь, мадам. Да… — он замолк, — за рамкой. Я не очень хорошо помню комнату, — снова замолчал. — Это было на втором этаже. Да, большая комната, да… с голубыми обоями. Что было на картине? Кажется, это были лошади. Нет лошадей? Ах да, погодите… — он задумался. Внезапно за их спинами скрипнула дверь. Гермиона обернулась, встречаясь лицом к лицу с Томом. Он вошел внутрь, держа в руках какой-то листок и с интересом осмотривая их обоих. Его бровь поползла вверх. — Чем вы заняты, могу поинтересоваться? — вытащив сигарету изо рта, спросил он. — Гермиона? Люк слушал то, что ему говорит Друэлла, поэтому не мог ему ответить. Он просто поклонился и продолжил слушать. Женщина сделала пару шагов к нему и объяснила ситуацию. Том был заинтересован, поэтому остался с ними. — Да… лошади это в другом месте, там есть цветы? Это была картина ближе к окну… ах да, нарциссы, это она, правильно. Как он выглядел? Если мне не изменяет память, то это был фиолетовый атлас, да. И ремешок из того же материала. Я… Он отнял трубку от лица и удивленно взглянул на них. — Повесили трубку. — Друэллу интересовало, где ты нашел яд и как он выглядел? — спросил Том. — Да, господин, — коротко ответил Морланд. — Какой она была? — Мне показалось, что довольно взбешенной, — честно ответил Люк. — Простите за такое слово. Том просто кивнул. Для него это не имело никакого значения. — Иди на улицу и жди меня там, — юноша кивнул и тотчас же вышел за дверь, оставив Гермиону и Тома одних. Мужчина задумчиво хмыкнул и сощурился. — О чем ты думаешь? — спросила она, двинувшись к выходу. — О том, что мы сейчас услышали, — просто ответил ей он. — Это… занятно. Они вышли в коридор и замерли у основания лестницы. Девушки, которая сопроводила её к телефону, уже не было. — Почему? Большая ли разница, где его изначально нашли? В итоге же все равно перепрятали. Он помолчал, бросив взгляд за её спину. Гермиона повернулась. — На что ты смотришь? — Ни на что, — он вернул внимание ей и улыбнулся. — Возвращайся к подругам. Она задумчиво кивнула, глядя на то, как удаляется его спина, и начала подъем по лестнице. Ничего такого, что могло бы привлечь его внимание здесь не было, и она забыла об этом аккурат к тому времени, как вернулась назад. Женщины вытащили семейный фотоальбом Эйвери с полки и прямо сейчас листали его, потешаясь над забавными картинками. Пенелопа сидела рядом с Луизой и её матерью, Мерседес рассматривала другие книги на полке, возможно, пытаясь найти там что-то вроде медицинского справочника, которые муж запрещал ей читать дома, а Вальбурга отдаленно сидела на кресле, держа перед лицом сборник паритур. Улыбнувшись, Гермиона вошла внутрь, пока что оставив тревожащий звонок Друэллы позади.