Берега Слоновой Кости

— Это шутка? — Нет! Нет, клянусь вам, это правда! Видите ли, моя мать не очень-то заботится обо мне, поскольку я единственный ее отпрыск мужского пола, и... Люмин беспокоилась, что она будет делать, пока ее и моей младшей сестры Паймон не будет, поэтому я пришел как леди. — Итэр быстро объясняет, готовясь... ко всему. — Значит, все это время вы были... парнем? — Да. — Потому что ваша сестра боялась, что ваша мать будет делать, пока ее не будет. — Верно. — А Сора - это вообще ваше настоящее имя? — Нет, я Итэр. — Итэр. — хмыкнул Дилюк, словно пробуя на вкус это имя. — Да... Итэр. — И все это не просто большая шутка, верно? Я могу спросить вашу сестру, и она подтвердит это? — Да, но на самом деле нет. Сомневаюсь, что она вам что-то скажет, она ведь так старалась, чтобы я купил платье и все такое для первого вечера, а на втором балу все пошло прахом. — усмехается Итэр, представляя, как герцог пытается вырвать правду у его дорогой сестры. — Ну, это... не то, чего я ожидал от этого разговора. — вздыхает Дилюк, положив руку на шею. — Да... неплохой поворот, да? Значит, теперь вы не будете вызывать на меня стражу или что-то еще, верно? — Нет, но, должен сказать, трудно поверить, что вы не леди. — Хихикнул Дилюк, — Вот это бомба, сброшенная на кого-то Сор... Итэром. Рука в черной перчатке ложится на левый висок Дилюка, который отчаянно пытается все осмыслить, а его брови нахмуриваются в раздумье. — Я понимаю, мне очень жаль, но мне просто нужно было выговориться, и... и я буду чувствовать себя виноватым, если вы просто признаетесь мне во всем этом, а я не поделюсь с вами ни единой унцией своего секрета. Вы ведь понимаете? Я не сумасшедший? — Итэр неловко смеется, в его глазах плещется нервозность. — Нет, нет, я... понимаю, — медленно произносит Дилюк, тщательно подбирая слова, — но вы должны понять, как странно и шокирующе для меня то, что я наконец-то доверился вам и набрался смелости признаться в этом, а потом вы просто сбрасываете эту бомбу на кучу. Мне нужно немного времени, чтобы полностью переварить и обдумать ваши слова. — Да, конечно, я понимаю, что вам нужно столько времени, сколько это нужно. — быстро говорит Итэр, — А теперь, гм, может, займемся пошивом платья? — Да, приступим.

__________

В помещении раздается жужжание неустанно работающей машины, а старательные руки проводят под ней два куска ярко-красной ткани, время от времени вытаскивая булавку, которая скрепляла эти два куска, а теперь ее заменяет красивая нить золотого цвета. Золотистые волосы Итэра, как и цвет нити, стянуты в небрежный пучок, чтобы волосы не попадали на лицо и машину. Когда ткань заканчивается, те же самые руки тянутся вверх, чтобы выключить машину, и кружатся вокруг нее, чтобы положить только что сшитое изделие на манекен позади себя. Итэр отходит немного назад, чтобы полюбоваться своей работой. Это ярко-красное платье с накладным подолом, короткая часть которого начинается чуть выше середины бедра. Самая длинная, задняя, часть платья заканчивается примерно на уровне голени. Верхняя часть, или лиф, платья покрыт прозрачным сетчатым слоем, который украшен мерцающими золотыми хлопьями. Рукава тоже золотые, они оканчиваются у основания плеча. Он улыбается, глядя на свое почти готовое изделие: осталось убрать несколько стежков сзади, и все будет готово. По мнению Итэра, с момента начала работы прошло не менее четырех-пяти часов, но из-за отсутствия окон в помещении он не может быть полностью уверен. Он бросает взгляд на спящую фигуру в углу: Дилюк уснул примерно через час после начала работы. Он сидит на одном из мягких стульев, опираясь локтем на стоящий рядом стол и положив голову на руку. Его ноги скрещены, а тело слегка наклонено вперед, так как он спит. Его бровь то и дело подергивается, предположительно из-за сна, в который решил погрузиться его мозг. Итэр раскручивает манекен и быстро исправляет все ошибки, которые он мог допустить, прежде чем подойти к герцогу. Он осторожно трясет Дилюка за плечо, наблюдая за тем, как трепещут его ресницы, когда он открывает глаза. — А? — пробормотал Дилюк, возвращаясь в реальность. — Я закончил с платьем, теперь мы можем уходить. — пробормотал Итэр, негромко улыбаясь ему. — Правда? — Дилюк говорит, наклоняясь, чтобы взглянуть на платье. — О! Оно прекрасно, отличная работа. — Спасибо, — улыбается Итэр, на его щеках появляется небольшой розовый румянец, — можно ли оставить его здесь? Или его нужно где-то хранить? — Здесь все будет в порядке, этой комнатой редко кто пользуется. Я заберу это завтра, чтобы вручить леди Джинн, спасибо, Итэр. — говорит Дилюк, вставая и разминая спину и руки. — Конечно, Дилюк, в любое время. Пойдемте, уже, наверное, поздно? Мне кажется, я работал несколько часов. — говорит Итэр, осматривая многочисленные зазубрины и порезы, украшающие его руки после того, как ему пришлось вручную сшивать несколько наиболее детализированных фрагментов. — Мм, — мягко хмыкает Дилюк, позволяя своим рукам нависнуть над Итэром, — могу я взглянуть? — Конечно. — говорит Итэр, подталкивая свои руки к Дилюку. Герцог осторожно осматривает его руки, время от времени переворачивая их и стараясь не задеть порезы. Он обращается с руками Итэра, как с фарфором, словно это самая прекрасная пара бриллиантов на Земле. — Я провожу вас в вашу комнату и заверну их для вас. — заявляет Дилюк, отпуская руки блондина, и вместо этого приобнимает его за локти. — А, ладно, вам действительно не нужно, хотя они уже заживут к завтрашнему свету. — говорит Итэр, когда они выходят из швейного цеха. — Ерунда. — ворчит Дилюк, притягивая его ближе.

_______

Дверь в его комнату со скрипом открывается, пропуская Итэра и Дилюка. Итэр, как и было велено, садится на кровать, а Дилюк роется в ванной. Вскоре он появляется с бангадой и мазью в руках. Герцог молча опускается перед ним на колени, отвинчивает крышку с мази и набирает щедрую порцию на средний и указательный пальцы. Он втирает прохладный гель в каждый порез, пока не останется доволен. Вытерев излишки в черные брюки, Дилюк берет бинт и аккуратно начинает обматывать каждую руку, достаточно свободно, чтобы пальцы могли двигаться, но достаточно туго, чтобы не соскользнуть за ночь. Закончив, Итэр прерывает наложенное на себя заклятие молчания: — Спасибо, Дилюк, правда. — Конечно, Итэр, в любое время. — улыбается герцог, подавая блондинке одну из своих прошлых реплик, — Я откланиваюсь, не бойтесь позвать меня, если вам что-то понадобится, а я имею в виду все, что угодно. — Я буду иметь вас в виду, Дилюк, увидимся завтра. — легкомысленно улыбается Итэр. — До завтра, Итэр. — кивает Дилюк и закрывает за собой дверь, тихо выходя из комнаты. Легкие шаги постепенно затихают, когда он уходит в свою комнату на ночь.