Я покину тебя!.. Даже ценой собственной жизни..

— Вы и перед моей матушкой должны кланяться, госпожа! — Михримах, тише. — сказала Хасеки дочке и посмотрела на соперницу. — Она это обязана делать как и другие, почему вы молчите? — задала вопрос девочка. Шах в свою очередь наблюдала, сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. — Иди к себе Михримах! Сейчас же. — сказала она шёпотом. — Михримах права Хюррем, оставь её, — заступилась Шах-Хубан за дочь падишаха. — Но мама… — Быстро. Шах взяла девочку за руку, а Махидевран в свою очередь уже поклонилась и ушла. — Михримах? — сказала её мать и перевела на неё взгляд. — Только не нужно ругать меня! Она же вам постоянно что-то делает. Наконец её сослали! Аллах услышал нас! Девушки усмехнулись переглянувшись. — Дочь ругать я тебя конечно не буду, — сказала она и поцеловала её в макушку, — однако ты тоже обязана проявлять к ней должное уважение! — Как скажите матушка… Но она же… — Тише и ни слова больше. — твёрдо произнесла жена султана. — Пойдёмте, нас уже ждёт валиде Султан, — проговорила сестра падишаха. Они в свою очередь провели целый день в покоях матери султана. Валиде была очень рада их приходу. Хюррем была её наверное уже любимой невесткой. Когда кончилась их борьба, кончились и склоки в гареме. Однако ненадолго, ведь появилась «новая Хюррем» в виде Махидевран, которая бесконечно язвила всем, хотя Хасеки без повода не ругалась, а вот матери главного наследника не нравилось абсолютно всё. Прошло ещё несколько дней. Шах прибывала в Топкапы уже неделю. Она хорошо освоилась на удивление. Что не нравилось Хатидже. Госпожа стала ревновать всех к ней, Валиде и Хюррем в особенности. Прежде они общались с ней, а её будто перестали замечать. Но она надеялась, что это ненадолго, что те по гостят и уедут. Однако она не могла предугадать будущее… О беременности Фирузе ничего не говорили, никто не знал кроме падишаха. В гареме даже не объявили. Султан сначала не хотел этого делать, а потом и вовсе забыл. Персиянка ждала внимания со стороны султана, который её и не думал приглашать, поэтому решила прийти сама. Время около полудня. Хюррем шла навестить мужа. Она хотела позвать его в сад с детьми. Пообедать и провести немного времени в кругу их семьи. Девушка ждала аудиенции султана около покоев. Однако что-то долго она уже ждала. — Фирузе, выйди на балкон. Скоро я приду. Быстро. — Как прикажите повелитель, — персиянке это не понравилось, но всё же она повиновалась. Наконец двери распахнулись и вошла жена падишаха, она поклонившись улыбнулась. — Хюррем моя, я очень рад тебе. Иди сюда, — сказал он и раскрыл руки. Девушка подошла и сильно обняла его. — Сулейман, — вдыхая его запах сказала она, — У тебя всё хорошо? — девушка снова улыбнулась. — Конечно прекрасно, моя любимая здесь. Что может быть лучше? — целуя её в макушку прошептал султан. — Сулейман... А может быть мы в сад выйдем? Погуляем немного? — А если ты опять потеряешься, мне снова нужно будет поиски объявлять? — сказал он смеясь. — Теперь только с рабынями будешь уходить. — Я не знаю как уснула… Так ты пойдёшь со мной? Если да, то скажу и детям чтоб собирались. — Хюррем поцеловала его в уголок губ. — Сейчас не получится… У меня дела есть кое-какие, — пытался отделаться он. Султан хотел пойти с ней, однако с Фирузе ему нужно было что-то решать. Хотя-бы сказать, чтобы молчала и никому не говорила, ведь султан очень боялся реакции Хюррем на это… Если хотя-бы вспомнить священный четверг… Нет. Он этого не вынесет, как и она. Поэтому вынужден скрывать. — Я могу подождать тебя Сулейман. Если хочешь здесь посижу. — пожала она плечами. — Ты сильно занят? — Не нужно, иди с детьми. Может и я приду, — ответил султан, пытаясь её как можно скорее выпроводить. Фирузе надоело ждать и она пошла обратно. Стоя на пороге проговорила, — Повелитель? Вы идёте?