Like an Oleander

– Почему мы перестали разговаривать? Вопрос сотрясает стены в тяжёлой тишине. (Это оказывается так легко произносить.) И, боже, Укун впервые за несколько лет поднимает на него глаза. Злые, яркие жёлтые глаза, окаймленные красным солнцем. – Потому что ты не пытался? Михоу вздрагивает. (Он не ожидал, что Укун отреагирует, он не думал, он не…) – Я хотел с тобой поговорить столько гребанных раз! – голос Укуна где-то в затылке. – Но ты вёл себя, как недотрога всё это время! Михоу прижимает уши. – Ты не пытался! Ты совершенно не пытался. Он не смотрит на Укуна. (Он боится того, что может там увидеть.) – Мне было плохо! Мне было так больно! Я не понимал, какого черта мой лучший друг начал вести себя так, будто мы никогда и не были знакомы. Будто… Сунь Укун равно выдыхает сквозь стиснутые зубы. – Меня не существует… О. О, дорогой Укун… – Я слишком поздно понял, как далеко это зашло, – Продолжает Укун с тяжёлым выражением лица. Он хмурится, а его взгляд расфокусирован туманом воспоминаний. Михоу выдыхает так тихо, как только может. (Это всё равно ощущается громко.) – Я не понимал, что сделал не так. А ты даже не хотел мне объяснить! Его сердце стучит слишком громко. – Знаешь, почему мы перестали общаться, Михоу? Перестань – Потому что ты молчал! Пожалуйста – Потому что ты отказался пытаться! Я знаю что я сделал – Ты решил: «глупый Сунь Укун не стоит объяснений, глупый Сунь Укун не стоит моего внимания, глупый Сунь Укун должен выпрашивать моё прощение»! …это не так – А я решил, что… Он на секунду замолкает. – Я решил, что это не стоит того. Михоу щёлкает ухом, настороженно поднимая голову. – Я не стою того? Что-то во взгляде Царя Обезьян меняется. Калейдоскоп эмоций отражается в его глазах, а потом мягкие черты лица приобретают странное, необъяснимое выражение. – Может быть. – его голос решителен, его голос холоден, его голос напоминает железо, нож, который отрезает все пути к нормальному диалогу. И Михоу не остаётся ничего, кроме как отвернуться. – Ты всё ещё важен для меня, – слабо отвечает Михоу. Взгляд Царя Обезьян не становится мягче. – Если бы я был важен для тебя, уже бы давно был на свободе! – Я не могу тебя выпустить! – Михоу подаётся вперёд, всплескивая руками, его голос едва дрожит. – ТЫ НЕ ХОЧЕШЬ! ТЫ ДАЖЕ НЕ ПЫТАЛСЯ! Михоу замирает. – Это единственное, что имеет для тебя значение? – Нет! – Укун трясёт головой. – Конечно же нет. Но ты… ты просто эгоист. – Я… – Михоу заикается, опуская глаза в пол. Почему-то его взгляд становится безжизненным. – Боги, я действительно был так плох? – Ты вёл себя так, будто я никогда не имел для тебя значения, – грозно настаивает Царь Обезьян, опускаясь до загадочного шепота. Михоу выдыхает, его лёгкие трещат от болезненного осознания. – Извини. – он прикрывает рот дрожащей рукой, падая в кольцеобразный портал. – Мне нужно… побыть одному.