Избалованная

— Конечно. Ты же самая умная. Самая правильная. Самая лучшая Миранда Пристли, которая никогда и никого не слушает. Странно, что я вообще поверила твоим «милым детишкам», — скривившись, выговорила Сонг. А она ещё хотела извиниться. Как ей голову вообще пришло, что Миранду будет это волновать? Седовласая леди глубоко вздохнула, остановившись у самых дверей, вероятно, чтобы справиться с гневом. В молчании Мэй отвернулась в сторону окна и скрестила руки на груди. Она теперь должна будет сидеть в этой комнате рядом с Пристли несколько часов, пока дети не соизволят их выпустить? Отличная перспектива, просто потрясающая. Зачем она вообще пришла сюда? Как только появился призрак Миранды на горизонте, Мэй тут же прибежала, последовав указаниям наглых девчонок. Как будто её уже дважды бывшая начальница оценила бы это. Неужели всё самоуважение исчезло в одну секунду, едва седовласая леди поманила её пальцем? — Дай мне свой телефон, я позвоню Стелле, — наконец выговорила женщина и подошла к Сонг, протянув руку. Брюнетка хмуро взглянула на Пристли, но не стала сопротивляться. В конце концов, это и в её интересах. Гудки продолжали раздражающе повторяться, пока роботизированный голос не оповестил о том, что абонент временно недоступен. В комнате повисло молчание, пока Миранда снова и снова пыталась дозвониться до няни дочерей. — Нам придётся ждать в любом случае, — наконец вымолвила хозяйка дома и отдала девушке телефон. Мэй закатила глаза и глубже устроилась в кресле. Только с ней могло случиться что-то подобное. — Нет больше людей, у которых есть ключи? Соседи? Кто-нибудь? — вопросила кореянка, пока женщина устраивалась в кресле. — Может, запасные под горшком прячешь? — Если бы такие люди были, я бы им уже позвонила, — холодно отчеканила Миранда и закинула ногу на ногу, отвернувшись от нежданной гостьи. Сонг тоже отвела взгляд, начав пристально разглядывать ковёр и цветы на кофейном столике. Затем, нехотя смирившись со своим положением, Мэй удобнее устроила голову и закрыла глаза. Сегодня ночью она плохо спала, вероятно, из-за вина и взвинченности после вечернего разговора с близнецами. Спать не хотелось, но усталость отзывалась во всём теле. Не стоило приходить сюда. Даже если Миранда действительно много работает, даже если она не наняла новую ассистентку сразу после ухода Сонг. И несмотря на то, что женщина вымотанная засыпала за столом, кореянка не имела к этому никакого отношения. Это не её дело. Она всего лишь «никчёмная девчонка». — Зачем ты пришла? — будто почувствовав её мысли, спросила Пристли, продолжая смотреть в сторону. Холод всё ещё ощущался в её голосе, но теперь не было раздражения. Кореянка поджала губы и открыла глаза. Как объяснить то, что даже она сама не до конца понимает? Как хотя бы увидеть причину этой лёгкой зацикленности? — Не знаю, — после непродолжительного молчания вымолвила девушка. — Твои дети позвонили мне и сказали, что ты хотела поговорить. Миранда недоуменно нахмурилась и повернулась к ней. Лицо без макияжа, что немного непривычно, но в то же время знакомо. Ржавого цвета свитер с длинными рукавами . Мэй редко видела королеву моды в подобных одеяниях. Воспринимается совершенно иначе. — Я не собиралась разговаривать с тобой. И уж точно не говорила близнецам, что хочу, — лицо Пристли выражало полное непонимание. Между бровями явственно проступила тонкая морщинка. Без макияжа она выглядела ещё более острой и резкой. Секунду спустя до девушки дошёл смысл слов. Прекрасно. Это ещё лучше, чем если бы Миранда собиралась, но отказалась от этой идеи. Просто отлично, Мэй выставила себя полной дурой, да ещё и прибежала едва ли не на задних лапках. — Ты думала, что я предложу тебе вернуться? — шероховатый голос женщины неприятно резанул слух, но Сонг проигнорировала вопрос, отвернувшись. — Считаешь, я настолько глупа, чтобы снова нанять тебя? — Мне жаль, ясно? — быстро взглянув на собеседницу, выговорила Мэй. — Я действительно должна была сказать тебе об отношениях с Кристианом. Но даже несмотря на это, ты… Кореянка прикусила язык, осознав, что снова начинает вести себя вспыльчиво. И даже немного грубо. Как ни странно, ей не хотелось вновь начинать ссору. Особенно сейчас, когда она знала, что Миранда даже не думала о том, чтобы поговорить с ней о возможности продолжения совместной работы. — Ничего, — спустя пару секунд молчания продолжила Мэй и вздохнула, прикрыв глаза. — Давай просто подождём, пока твои дети соизволят открыть дверь. Обжигающий взгляд на её лице ощущался очень сильно, тело зудело от нервозности и дискомфорта. Зачем она вообще ответила? Надо было молчать и игнорировать. Теперь она выглядит как слабачка, которая не в состоянии даже держать язык за зубами. Вдруг Миранда встала с кресла и сделала несколько шагов, оказавшись рядом с Мэй. Брюнетка с хмурым недоумением подняла голову. — Ты сейчас похожа на дикого и взъерошенного зверька, — неожиданно сообщила Пристли, задумчиво наклонив голову к плечу. На зверька? Миранда окончательно сошла с ума в этом огромном доме. — И что это, черт возьми, значит? — подозрительно спросила девушка, с опаской глядя на седовласую леди. — Ничего особенного, — негромко выговорила женщина, продолжая рассматривать лицо брюнетки каким-то совершенно незнакомым взглядом. — Ты правда поняла, что подставила меня? — Я подставляла многих людей, но ты не одна из них. Кристиан не был в курсе, что я на тебя работала, — сухо ответила Сонг. — Это не ответ на мой вопрос. Мэй сглотнула, борясь с Мирандой взглядами. Что это вообще значит? Почему они не могут просто молча подождать, пока близнецы откроют дверь? — Допустим, да, — нехотя согласилась кореянка и прикусила щеку с внутренней стороны, отвернувшись. — И тебе жаль, что ты так поступила? — продолжая сверлить девушку взглядом, сказала Миранда. Сонг чувствовала себя всё более и более неуютно. — Да, — угрюмо проворчала Мэй. — Что «да»? — явно начиная забавляться ситуацией, спросила Пристли. Неловкость и дискомфорт стучали по голове брюнетки маленькими молоточками, усиливая раздражение. — Я сожалею! — вспылила кореянка и подняла взгляд. — Зачем ты вообще нависаешь надо мной и спрашиваешь всякую ерунду? — Это не ерунда, — почти с ухмылкой возразила Миранда и скрестила руки на груди, распрямив плечи. Девушка вновь ощутила на себе ауру главного редактора. — Скажи мне, ты готова даже извиниться, Мэй? У тебя хватит на это сил? Переполненная смущением и раздражением Сонг резко поднялась с кресла и отошла от седовласой леди, встав возле окна. Ей ужасно хотелось уйти отсюда и не чувствовать этот пронизывающий голубой взгляд на себе. Миранда решила поиграть с ней, как кошка с мышью, а Мэй не была сейчас готова давать какой-то серьезный отпор. Сегодняшний день с самого начала ощущался как хлипкий мостик, и девушка представляла себя зависшей над пропастью. — Тебе всё равно некуда бежать. Дверь закрыта, — весело хмыкнула Пристли и вновь приблизилась к кореянке. — Давай, Мэй. Остался всего один шаг, и всё закончится. Нужно лишь извиниться. Брюнетка не видела лица бывшей начальницы, но затылком чувствовала, как ухмыляется женщина своими тонкими губами. Вероятно, её взгляд блестит мельчайшими искорками веселья. — Ты ненавидишь извинения, — уверенно выговорила Сонг, глядя в окно. Это правило она хорошо помнила ещё со времён «Подиума». Так странно. Казалось, это было очень давно. — Да, ненавижу, — не стала спорить Пристли. — Но твой случай исключительный. Так что повернись ко мне и попроси прощения, глядя мне в глаза. Мэй со вздохом повернулась и взглянула на Миранду. На секунду на лице девушки промелькнуло недоумение: седовласая леди смотрела на неё с предвкушением и нетерпеливым ожиданием. И это всё из-за бредовых извинений? Такая глупость заставляет её глаза настолько сильно блестеть?.. — Я прошу прощения, — наконец, медленно выдавила из себя Сонг. Не сумев сдержаться, она тут же подняла подбородок, пытаясь создать хотя бы какую-то иллюзию внутренней уверенности. Эта незащищённость, даже уязвимость, действовала на нервы. Едва последнее слово слетело с губ девушки, лицо Миранды мгновенно вспыхнуло удовлетворением. Довольно оглядев собеседницу с ног до головы, она продолжила сверлить своим взглядом глаза Мэй. Весёлые искорки тут же затанцевали в её зрачках. — Хорошая девочка, — с лёгким самодовольством похвалила Миранда. — Не так уж и сложно, верно? — Иди к черту, — мрачно процедила Сонг и вновь отошла от женщины. Она чувствовала себя словно тигр в клетке, который нервничает и беспрестанно ходит по кругу. За спиной раздалось насмешливое фырканье. — Раз уж ты так искренне попросила прощения, я даже скажу тебе «спасибо», — ни чуть не расстроившись, выговорила Миранда и села на диван. — Этот мальчик, Пол, кажется, весьма талантливо рисует. Он придумал мне логотип и сейчас работает над брендбуком. Сонг повернулась в сторону Миранды, не понимая, куда исчезло это напряжение в их разговоре. Они будут болтать, как будто Мэй просто уехала на эти две недели в глухие леса? — Почему ты говоришь мне это? Вдруг я передам всё Кристиану? — с опаской поинтересовалась брюнетка, теребя пальцами пуговицу на своей бежевой рубашке. — Не передашь, я знаю, что вы расстались, — хмыкнула Миранда, с дьявольской полуулыбкой глядя на кореянку. — Я попросила своих знакомых приглядеться к Кристиану, на случай, если ты действительно рассказала ему что-нибудь. И так оказалось, что он ходит на свидания с Мелиссой Баррера. Если ты не знаешь, это мексиканская звезда. — Ах, так теперь с меня сняты все обвинения, верно? — с лёгкой обидой в голосе, спросила Мэй. — Как приятно, Миранда. Безумно благодарна тебе за это. Я так счастлива, что восстановилась справедливость! — Не язви, — закатила глаза Пристли, вернувшись к своему обычному, чуть прохладному тону. — Ты начинаешь раздражать, когда ведёшь себя вот так. Сонг вздохнула и вновь подошла к окну, просто чтобы собраться с мыслями. Сегодняшний вечер наверняка войдёт в список самых странных вечеров в её жизни, когда она даже не была пьяна. Будучи трезвой Мэй всё равно не могла понять, что вообще означает сейчас этот диалог. Какого черта происходит в эту самую секунду? Почему она так нервничает сейчас? Почему, в конце концов, Миранда так жаждала услышать именно её извинения? — Будешь дуться, как маленькая девочка? — с насмешливой холодностью выговорила Пристли. — Даже мои близнецы так не ведут себя. — Зато они запирают свою мать и отказываются открывать дверь. Какие зрелые дети. И как же хорошо ты их воспитала, — не успев даже осознать свои слова, выговорила Мэй, не глядя на женщину. Мгновение спустя она ощутила изменение в атмосфере в комнате. Седовласая леди не терпела, когда что-то говорят о том, как она воспитывает Кэссиди и Кэролайн. Упс, кореянка задела особый нерв. — Закрой. Свой. Рот, — отчеканила Миранда ледяным и острым тоном, который пускал мурашки даже по спине Сонг. — Неприятно, когда тычут в больное место, верно? — неожиданно для самой себя спокойно выговорила брюнетка и повернулась к Пристли. Голубые глаза блестели ледяными осколками. — Предлагаю перемирие. Никаких унижений, договорились? Миранда прищуренно смотрела на собеседницу, будто бы пытаясь найти что-то в её лице. Какое-то скрытое значение или потаённый смысл. Очевидно, так ничего и не обнаружив, хозяйка дома откинулась на спинку кресла. — Странно слышать это от человека, который столько раз оскорблял меня и называл «жалкой», — холодно и жёстко вымолвила седовласая леди. — Это перемирие, — повторила девушка. — Так ты согласна? Пристли повернула голову в сторону, задумчиво постучав по подбородку. Всё ещё прямая спина, но расслабленные плечи. Почему-то у брюнетки появилась странная ассоциация с оригами. Словно Миранда также была сделана из бумаги. — Хорошо, — наконец решила женщина и вновь взглянула в глаза Мэй. В восприятии Сонг это мгновение сначала расширилось, заполнив весь её разум странным ощущением, а затем сузилось до обычного размера. — Хорошо, — эхом ответила брюнетка, и в комнате повисло молчание. Что она должна сказать? А надо ли что-то говорить? Что вообще означает их «перемирие»? Кореянка не знала ответов. Но вместо их поиска она в безмолвии смотрела в голубые глаза Миранды и думала о бренде одежды. — Ты покажешь мне логотип? — осторожно спросила Мэй, чувствуя, как под ней шатаются кирпичики. — Кхм, — Пристли отвела взгляд, обратив свое пристальное внимание на рукава своего кардигана. — Полагаю, мы всё выяснили насчёт Кристиана. Похоже ты… действительно не говорила ему ничего. — Именно так, — подтвердила брюнетка, удержавшись от язвительного замечания. Не сейчас. — Что ж, — с глубоким вздохом выговорила женщина, продолжая истязать рукав кардигана, — в таком случае мне не следовало тебя увольнять. Я слегка поспешила с выводами. Мэй сглотнула, ощутив, как сердце стучит где-то в желудке. Почему она такая доверчивая? Почему единственный намёк на возвращение к этой работе заставляет её наполняться неистовой верой? Даже… надеждой? — Если ты… — начала было кореянка, но её тут же остановило резкое движение руки седовласой леди. — Дай мне закончить, — сказала Миранда, наконец оторвав взгляд от своего чертового рукава. — Мне, вероятно, потребуется помощь: я не смогу успевать везде. И кто-то должен приводить этого Сойера в чувство, потому что мальчик едва ли не падает в обморок от одного звука моего дыхания. Сонг против воли тихо фыркнула от смеха. Господи, существует ли что-то в этом мире, чего Пол не боится? — Я подтолкну его, если понадобится, — пообещала Мэй с лёгким кивком. — Отлично, — зеркально кивнула Миранда, а затем посмотрела на дверь хмурым взглядом. — Позвони девочкам. Пусть готовятся к очень серьезному наказанию. Брюнетка поджала губы, пытаясь скрыть ухмылку, и взяла свой телефон. Близнецов ждёт явно что-то жуткое за их проделки. С другой стороны, это помогло наладить какое-то подобие мира между ней и Мирандой, но Сонг всё равно не собиралась отговаривать седовласую леди от наказания.