Медные трубы

Июнь

Италия. Маранелло. Академия «Феррари»

      Во время почти двухмесячного перерыва между Испанией и Австрией про своих юниоров вспомнила «Феррари», выдернув воспитанников Академии на несколько недель на базу в Маранелло и заперев за высоким забором уже знакомого им двухэтажного дома.       Шарля, как и зимой, поселили вместе с Фалько, решившим на сей раз не тянуть кота за хвост и забраться к соседу в койку в первую же ночь.       — Лори, какого чёрта?! — Шарль от души засадил перелезавшему через него итальянцу локтем под рёбра.       — Я хочу к стенке, — ещё активнее завозился Лоренцо, заползая под служившую им одеялом простыню и прижимаясь к соседу всем своим тощим жёстким телом. — Тебе жалко, что ли?       — Я спрашиваю: какого хера ты сюда припёрся? — конкретизировал свой вопрос Шарль.       — А ты видишь смысл спать одному, когда можно спать с кем-то? — обдав кожу тёплым дыханием, хихикнул ему в шею итальянец.       — Не вижу, — вынужден был согласиться со столь логичным аргументом Шарль. За последние полгода он и сам уже привык спать в обнимку с Крисом или вечно мёрзнущим Пьером, а Лори казался не самым худшим вариантом плюшевого мишки. — Грабли только не распускай.       — И в мыслях не было! — снова ухмыльнулся Фалько, явно намеренно задев губами шею соседа.       Вот ведь настырный!       Шарль для острастки отвесил ему подзатыльник.       Фалько насмешливо фыркнул, но всё-таки угомонился.       Правда, только до следующего вечера.       — Лори, я же просил! — Шарль с лёгким раздражением перехватил попытавшуюся пробраться к нему в трусы руку. — Чего тебе неймётся?       — Ну, ты ж ещё не спишь. Какой смысл просто так таращиться в потолок? — повторил свою попытку сосед.       — Лори! — сильнее стиснул пальцы у него на запястье Шарль. — Хочешь трахаться — вали к Джетте.       — Ага, а Мартинелли мы куда денем? Третьим позовём? — провёл языком по его шее неугомонный итальянец.       — Не припомню, чтобы вам двоим третий особо мешал, — раздражённо дёрнул плечом Шарль. — Блять! Лори! Сказал же: отвали!       — Да ладно ломаться-то! Тебе же нравилось, я помню, — пустил в ход зубы Фалько. — Помнишь, как в прошлый раз было весело?       — Ага. А наутро вы с Джеттой смотрели на меня, как на кусок дерьма. Не уверен, что хочу повторять подобный опыт.       — Ты что, обиделся, сладкий? — приподнялся на локте Фалько. — Обиделся, что тебе утром никто завтрак в постель не принёс?       — При чём тут завтрак в постель?! — Шарль тоже сел. — Но хотя бы не вести себя как полные мудаки вы могли? А то один джинсами в лицо швыряет и велит прикрыться, второй по стенке размазывает и угрожает…       — Никко тебе угрожал?       — Будто ты не в курсе!       — Меня там не было.       — Ещё скажи, что это не ты попросил его со мной «поговорить». Он же не за свою репутацию пёкся, когда мной стены вытирал!       — Никко защищал… меня? — едва различимо в темноте приподнял бровь Лоренцо.       — Что тебя удивляет? — снова огрызнулся Шарль. — Разве ты не за этим подставляешь ему задницу? Не ради его протекции и защиты?       — Разумеется, именно ради этого! — после короткой растерянной паузы вскочил на ноги Фалько и, перепрыгнув через Шарля, шумно рухнул на свою кровать, с головой укрывшись простыней.       Выбитый из колеи столь неожиданной реакцией Шарль ещё с минуту посидел, растерянно глядя на неподвижного соседа, после чего тряхнул головой и упал обратно на подушку. В конце концов, делать ему больше нечего, как разбираться в странностях парня, которого он и приятелем-то назвать не может — не то что другом!       Вот только на следующую ночь Лоренцо к нему не пришёл.       И через ночь — тоже.       И через две…       На третий вечер Шарль решил взять инициативу в свои руки и сам забрался к соседу в кровать, молча оттолкав его к стенке и обхватив всеми четырьмя конечностями, как обычно поступал с дрожащим от холода Пьером.       Фалько настороженно замер на несколько секунд, но ничего не сказал и под рёбра локтем не двинул.       Что ж, раз не прогоняют, значит, не возражают. Верно?       В целом от предыдущей сессии эта отличалась мало: всё тот же скудный завтрак, чуть более приемлемый обед и смехотворный ужин, работа на симуляторе, кросс до блевоты, занятия на тренажёрах или боксёрские спарринги с «сержантом» Романо. А в качестве отдыха — скучнейшие лекции по материаловедению, динамике и математике, словно Академия планировала из своих воспитанников сделать не пилотов Формулы-1, а инженеров-конструкторов.       Нет, ну серьёзно: на кой им все эти интегралы и дифференциалы?! Они им скорости добавят, что ли?!       Утешало только объявление, что экзаменов по этой чепушне не будет как минимум до осени, а значит, корпеть над учебниками ещё и по вечерам не придётся.       Впрочем, если кто корпеть и планировал, так исключительно один лишь Джетта: Мартинелли смотрел на исписанную формулами доску с ещё большим недоумением и ужасом, чем Шарль, а Фалько считал мух на потолке, вполуха слушая преподавателя и, очевидно, надеясь снова выплыть на экзамене за счёт чертовски хорошей памяти.       На свою память Шарль тоже никогда не жаловался и потому решил особо не упарываться над горой учебников. Ну, потому что, если Лори зимой сумел сдать теорию, ни разу не открыв учебник, то и он сумеет — не тупее некоторых.       Мысль о том, что об экзаменах на этой сессии можно не беспокоиться, сняла тяжёлый психологический груз, позволив смириться со спартанскими условиями и даже начать получать удовольствие от учёбы. В конце концов, если выбросить скучные теоретические предметы, остальные были не так уж и плохи. Да, под конец кросса Шарль по-прежнему выкашливал лёгкие под ближайшим кустом, но только дистанция теперь была уже на три километра длиннее, чем зимой, и по более сложному маршруту, к окончанию которого даже Никко с Мартинелли шатались и дышали, как загнанные лошади. И только неубиваемый Фалько привычно скалился и спрашивал, не принести ли кому водички. Блядский робот!       Несмотря на то, что практически всю сессию они с Лоренцо проспали в одной кровати, ничего серьёзней обнимашек между ними за это время не было. До самого последнего дня, когда уже по традиции в их комнату заглянул Джетта с бутылкой дорогущего бухла и после пары стаканов разложил бывшего напарника едва ли не на коленях у Шарля.       Наверно, самым правильным в этой ситуации было поскорее убраться в гостиную на первом этаже, предоставив темпераментным итальянцам вколачивать друг дружку в матрас…       Но какого чёрта!       Эти, значит, будут тут жрать, бухать и трахаться, а он — сидеть всю ночь внизу, как шавка подзаборная?!       Хрен вам, дорогие мои!       И матрас, между прочим, тоже его!       Шарль цапнул пластиковую тарелку с принесённым Джеттой на закуску ароматным окороком, позабытую итальянцами бутылку граппы и, устроившись в углу кровати, принялся неспешно уничтожать угощение, с любопытством наблюдая за разворачивающимся перед ним представлением.       Нет, ну а что?! Если эти двое не хотели, чтобы на них пялились, не надо было устраивать свои оргии в его присутствии! Чёрт их знает: может, у людей фетиш такой — нравится делать это на глазах у других!       Шарль сделал ещё глоток, с интересом наблюдая за действиями Никко.       Между прочим, весьма познавательно — в порнухе как-то всё немного не так было…       Первое, что он отметил — Лори, в отличие от Пьера, происходящее явно нравилось. Ну, потому что, если б не нравилось, он бы так довольно не стонал и не выгибался, насаживаясь на пальцы Никко. Верно же?       Шарль вспомнил собственные ощущения, когда подобное с ним самим делал Крис.       Чёрт!       А он, кажется, неслабо возбудился, наблюдая бесплатное итальянское порно!       Однозначно, это всё из-за недотраха. По большому счёту, после ухода от Роджерса у Шарля ничего и не было, кроме одного-единственного разочка с ладошкой Мэнди в Испании. Прямо скажем: не густо за два с лишним месяца! Настолько негусто, что как-то даже возникла мысль развести на потискаться спавшего у него тогда под боком Пьера. К счастью, Шарль успел сообразить, что это плохая идея, прежде, чем перепугал и без того зашуганного друга.       Шарль сделал глоток прямо из горла, на ощупь пошарил по тарелке в поисках закуски, обнаружил, что та пуста, и спихнул её с кровати, чтобы не мешалась.       Секунду подумал и, натянув простыню повыше, сунул руку в штаны.       Через какое-то время он поймал себя на том, что дрочит не просто так, а в такт движениям Никко, и почти физически ощущает, как колени Лори стискивают его собственные бока.       Шарля вдруг накрыло диким желанием оказаться на месте Джетты. Вместо него целовать пахнущие виноградом влажные губы и трахать, трахать, трахать такое отзывчивое и податливое тело, пока перед глазами не взорвётся фейерверк.       Рука в штанах непроизвольно ускорилась.       Томный, чуть расфокусирований взгляд скользнул по простыням и остановился на бутылке.       — Хочешь глотнуть? — догадался Шарль.       Фалько медленно облизнулся.       В паху тут же отозвались воспоминания с прошлого выпускного, когда они с Джеттой, ещё более пьяные, чем сегодня, в четыре руки ласкали и поили граппой стонущего и извивающегося под их ладонями Лоренцо.       Шарль, выпутавшись из простыни, на четвереньках подполз поближе, но вместо того, чтобы приложить к приоткрытым губам Лори горлышко бутылки, прижался к ним собственными.       Кажется, Фалько на секунду растерялся, но до того, как ситуация стала чертовски неловкой, Шарль почувствовал ответное прикосновение чужого языка.       Где-то у него над ухом грязно выругался Никко. Ухватил Шарля за задницу, влажно, по-животному лизнул в шею и со стоном кончил.       На лице Фалько мелькнула досада.       Ну да, он-то кончить не успел!       — Дружеская рука помощи? — не придумал ничего более остроумного Шарль, опуская лежащую на груди Лоренцо ладонь ниже, но пока не переступая черту.       Джетта, чуть отстранившись и всё ещё загнанно дыша, впился взглядом в его пальцы.       Шарль понял, что его сейчас убьют. За то, что посмел покуситься на любимую игрушку на глазах её хозяина.       — Я не… — Шарль поспешил убрать руку, судорожно придумывая, что именно он «не», но затуманенный граппой мозг отказывался работать в оперативном режиме.       — Тш-ш-ш. — Реакция у Джетты и впрямь была феноменальной. Хотя и пил он сегодня меньше Шарля, что тоже наверняка сказалось в его пользу.       Теперь уже Шарль смотрел на свою ладонь, прижатую рукой Никко к животу Лори.       — Ты, кажется, собирался кое-что сделать…       — Я?! — позорно сорвался на фальцет Шарль, но сумел быстро взять себя в руки. — Нет! Я просто…       — Ты просто — что? — крепче стиснув ладонь Шарля, подался ему навстречу Джетта. — Просто хочешь Энцо?       — Д-да. То есть нет. То есть… Чёрт! Никко, я пьян и не соображаю, что творю. У меня и в мыслях не было тебя сердить.       — А я разве сержусь? — Голос Джетты стал опасно вкрадчивым, как у Фицроя, когда тот обнаруживал очередной косяк своего пилота, но не размазывал сразу, а вначале играл с ним, как кошка с мышкой.       — А разве нет? — не попался в ловушку Шарль.       — Если бы я сердился, разве бы я сделал так?       Поцелуй оказался настолько неожиданным в этой ситуации, что Шарль оторопел.       Когда он пришёл в себя, Никко уже вкрадчиво поглаживал его бок под задравшейся футболкой.       Осознание, к чему всё идет, мгновенно отрезвило, заставив разорвать поцелуй и отшатнуться.       Джетта удерживать не стал — лишь с улыбкой медленно, как будто смакуя оставшийся на губах вкус, облизнулся, после чего, не сказав ни слова, наклонился к молча наблюдавшему за ними Фалько.       Шарль, глядя на целующихся как ни в чём не бывало итальянцев, почувствовал, что у него съезжает крыша.       Или он набухался виноградной водки и спит, а вся эта дичь ему просто снится.       Лори застонал в поцелуй, становившийся с каждой секундой всё более жарким и неистовым. Было видно, что с Фалько Джетта абсолютно не церемонился, полностью отпуская тормоза, как случалось с самим Шарлем в постели с Денизой.       А вот Шарля он целовал совсем иначе — мягко и бережно. Даже бережней, чем Крис, у которого от желания время от времени рвало крышу и которого в такие моменты приходилось отрезвлять укусом или дёрганьем за волосы. Никко же отступил сразу, как только Шарль отстранился, и настаивать не стал, переключившись на бывшего напарника и предоставив Шарлю полную свободу действий.       Эта мысль потянула за собой другую: Джетта безопасен. После их поцелуя Шарль отчего-то был уверен, что Никко его не тронет. Но и возражать, если Шарль решит присоединиться к их с Лори веселью, тоже не станет. Итальянцы не скрывали, что им весьма неплохо вдвоём, но и присутствие третьего их вполне устроит. В том числе — и активное присутствие, как уже успел намекнуть Джетта.       Шарль нервно облизнулся, зачем-то бросил взгляд на дверь и, пока не пропала решимость, потянул футболку через голову.       Заметивший его движение Никко одобрительно хмыкнул, приглашающе протягивая руку.       Фалько ограничился лишь томным взглядом через плечо, когда увлекаемый Джеттой Шарль, всё ещё чувствуя некоторую неловкость, словно не делал так еженощно последние две недели, прижался к его спине и осторожно провёл по животу подрагивающими от нервов и возбуждения пальцами.       Джетта, полюбовавшись созданной им композицией, коротко поцеловал Фалько и потянулся к брошенной на стул одежде.       Шарлю на миг показалось, что Никко сейчас встанет, оденется и уйдёт, оставив их с Лоренцо наедине, но тот лишь порылся в кармане брюк, после чего вернулся обратно, с улыбкой искусителя протягивая машинально схватившемуся за пояс штанов Шарлю свою добычу.       Фалько насмешливо фыркнул и, кажется, намеревался поёрничать на тему кое-чьей излишней торопливости, но его отвлёк поцелуем Джетта.       Это дало Шарлю время справиться с волнением и решить для себя, готов ли он к тому, что сейчас предлагал ему Никко. К тому, чего у него прежде не было даже с Роджерсом — в первую очередь потому, что ложиться под кого бы то ни было Шарль не собирался. А сверху ему с Крисом однозначно не светило: ну где вы видели, чтобы тощий сопляк нагибал здорового взрослого мужика?! Да в любой гейской порнухе именно двухметровый лохматый викинг натягивал молоденького щупленького монашка, а никак не наоборот!       А вот с Фалько они были на равных… И, судя по тому, как Лори довольно стонал под Джеттой несколько минут назад, побыть снизу он был совсем не против.       Так что, если когда и пробовать с мужиком, то именно сейчас. С покладистым и уступчивым Лори. И в присутствии более опытного в этих делах Джетты, который догадается вовремя вмешаться, если что-то пойдёт не так или если внутренние демоны Шарля начнут брать верх над своим хозяином, превращая его в дикое животное.       В общем, время решаться.       А раз так…       Шарль теснее прижался к Лоренцо, и тот, раззадоренный поцелуями и ласками Никко, сразу же подался ему навстречу, призывно потираясь задницей.       И вот тут тормоза у Шарля действительно отказали.       Лоренцо недовольно зашипел в подушку и попытался освободиться, когда Шарль, навалившись сверху, по привычке загнал ему сразу на всю длину.       Джетта, до этого наблюдавший за ними со стороны, негромко выругался и резко дёрнул Шарля за плечо, вынуждая остановиться:       — Дюран! Рехнулся?!       Шарль замер, остановленный не столько чужой рукой, сколько окриком. Уже показавшее было клыки чудовище исчезло, вернув трезвость мышления.       — Медленее. Не нужно делать Энцо больно. — Никко ещё одним толчком, но без всякой злости, заставил их с Фалько перевернуться на бок. Цепким взглядом всмотрелся в лицо Лоренцо, успокаивающе погладил его по скуле и, что-то неразборчиво прошептав, принялся целовать. Неторопливо и нежно, как до этого — Шарля.       Оказавшись в объятиях Джетты, Фалько сразу же прекратил трепыхаться и сердито шипеть, с готовностью потянувшись за лаской.       — Что мне?.. — Шарль заметался растерянным взглядом по лежащим рядом с ним обнажённым телам, не понимая, должен ли он после произошедшего с позором убраться, остаться и извиниться или что-то третье, до чего он сам додуматься оказался не в состоянии.       — Ничего. Пока просто лежи, — снисходительно усмехнулся Джетта, наклоняясь за поцелуем уже к нему и одновременно принимаясь неторопливо дрочить Фалько.       Через пару минут Шарль всё-таки сообразил, что «ничего не делать» не подразумевало руки и губы, и принялся осторожно повторять недавние действия Никко, а затем и добавлять кое-что от себя, почерпнутое из арсенала штучек Роджерса, от которых у него самого крыша улетала почти мгновенно.       Дело и впрямь пошло заметно лучше. По крайней мере, стонал Лоренцо уже не болезненно, а вполне себе довольно. Откинув голову Шарлю на плечо, подставлял горло под кусачие поцелуи и тёрся задницей всё настойчивей и настойчивей.       Вторую попытку Шарль не залажал, сконцентрировавшись на темпе, задаваемом рукой Никко и ответными движениями бёдер Фалько. Сам он, конечно, предпочёл бы побыстрее и пожёстче, но Лори подобное явно пришлось не по душе, а Шарль не собирался уподобляться мудаку Фаби — достаточно и того, как он уже успел облажаться.       Заласканный в четыре руки Фалько кончил первым, и Шарль от непривычно сильного сжатия мышц вокруг его готового излиться члена тут же последовал за ним.       Ну, что называется, с почином…       Когда он немного пришёл в себя и поднял голову, чтобы осмотреться, Никко с Лори опять целовались.       Шарль, секунду поколебавшись, потянулся к ним.       В этот раз поцелуй Джетты был куда менее нежным, чем предыдущие, и Шарль, запаниковав, поспешил отстраниться, отгородившись лежащим между ними Фалько.       Никко недовольно поджал губы, словно рассчитывал на совсем иную реакцию.       — Боже, мне надо в душ, — зашевелился, распихивая их в стороны, Лоренцо. — Никко, тебе тоже. В противном случае будешь спать не со мной, а с Дюраном и использованными гондонами. Не думаю, что оно того стоит.       Шарлю показалось, что его только что отхлестали этими самыми использованными гондонами по щекам.       Нет, ну вот как можно быть таким… таким… Мудаком!       Он возмущённо открыл рот, но, так и не найдя, что сказать, молча запустил подушкой вслед поднявшимся с кровати итальянцам. Подумал секунду и завалился по диагонали на разворошённой постели. А эти пускай потом катятся на соседнюю — ему и одному отлично!       Судя по тому, что никто на него сверху так и не свалился, спать после душа оба его случайных любовника и впрямь ушли на другую кровать. Чистую и аккуратно застеленную.       Мудаки!       Утром Джетты в комнате не оказалось — по всей видимости, свалил до того, как проснулись преподаватели и Мартинелли. Фалько же, хоть и болезненно морщась, снова сделал вид, что ночью между ним и Шарлем ничего не было. И, если в прошлый раз подобное отношение Шарля взбесило, то сейчас он испытывал к итальянцам благодарность за их «деликатность»: обсуждать с Лоренцо свой первый опыт с мужчиной Шарль был точно не готов. А так…       Шарль проводил взглядом слегка прихрамывающего соседа до двери, понимая, что, пожалуй, будет совсем не против, если зимой им снова достанется общая комната.