Глава 5
29 января 2024 г., 08:20
10 июля. Воскресенье
Великобритания. Лондон
Великобритания. Нортгемптоншир. Автодром «Сильверстоун»
Пьер не только не ответил на сообщение, но и не пришёл ночевать. Похоже, ему, в отличие от друга, вчера всё же обломилось покувыркаться с какой-то альбионовской фанаткой. И даже зависнуть у неё до утра. Вот кто бы подумал, что даже малохольный Цыпа обскачет его, Шарля, в этом вопросе! Оборжаться! Вылезать из тёплой постели и тащиться в душ, а затем самому готовить себе кофе и завтрак чертовски не хотелось, но выбора не было. Шарль ещё раз открыл переписку с Пьером, намереваясь высказать приятелю всё, что он думает о его ночных похождениях, и беззвучно выругался, поняв, что сообщение-то он вчера написал, а вот на кнопку «отправить» почему-то не нажал. И где в таком случае эта идиотина ночевала?.. «У мистера Роджерса», — последовал на переписанное и всё-таки отправленное сообщение крайне внезапный ответ. Шарль аж застыл от удивления с зубной щёткой во рту. «А как ты там вообще оказался?!» «Мы оставались в гараже самыми последними. Он спросил, почему я не еду домой. Я сказал, что ты привёл девушку, и я жду от тебя сообщения, что можно возвращаться. Мистер Роджерс сказал, что нет смысла ждать в гараже и предложил переночевать у него. Или вернуться от него к себе, если девушка уйдет». «И ты к нему поехал?! Ты ж его боишься до усрачки!» — напомнил, из-за чего всё пошло наперекосяк, Шарль, закончивший с умыванием и теперь с попеременным успехом воевавший с дешёвенькой, вечно ломающейся кофеваркой. «Тебя — тоже. Но я же живу с тобой». Шта?! «Ты боишься меня?! Цыпленок, ты охренел совсем?! С каких это пор ты меня боишься?!» «С тех пор, как ты изменился». «Изменился? Я?!» «Да. И не в лучшую сторону». «И теперь ты меня боишься?» «Да». «То есть меня ты теперь с какого-то хера боишься, а Роджерса — нет?» «Да. Мистер Роджерс — хороший. Он мне даже помогал решать проблемы с домовладельцем, когда ты был в Академии». «А сейчас он тебе какие проблемы решать помогал? Проблему отсутствия члена в заднице? Так ты чего молчал-то всё это время? Попросил бы — я б давно по-дружески помог. Как Фаби». На последнее сообщение Пьер не ответил. Ишь, обидчивый какой стал! А вот нечего на правду обижаться! Тем более — от человека, который ради тебя променял довольно неплохую жизнь с Роджерсом на эту дыру. Скотина неблагодарная! «Раз я так тебя пугаю, можешь не волноваться: я съеду обратно к Роджерсу, — мстительно набрал Шарль уже из машины. — А ты живи тут один, как хочешь». Ответа пришлось ждать почти полчаса — тот пришёл, когда Шарль уже парковал «шкоду» на стоянке автодрома. «Ладно». В смысле — ладно?! — Цыпа, да ты вконец охренел, я смотрю… Шарахнув дверцей, Шарль, почти не тормозя, пронёсся через турникет на пропускном пункте, влетел в боксы «Альбиона», запнулся за какой-то провод, едва не грохнулся мордой о «даллару», выматерился и только после этого огляделся. — Парни, где Роджерс? — Ещё не приехал, — прищурился из-за ноутбука Деннис. — А чё надо? — Ничё, — огрызнулся Шарль. — Хуею я с дисциплины в команде — вот чего. Рабочий день уже начался, а шеф всё никак со своей новой шлюхой не натрахается! — Эй, Отелло, полегче! Лады? — поднял руки моторист. — Мало ли какие у него дела с утра! Ты сам-то чего такой заведённый? Недоёб, что ли? Так иди в сортире передёрни — может, мозги на место встанут. А тут нечего свои психи на нас вываливать. Давай-давай! Или рассказать, как это делается? — Ну да, ты ж в этом специалист! — Что тут за крики? — растерянно озираясь, появился из-за пластиковой перегородки Фессенден. — Что вы не поделили? — Его спроси, чего он на всех кидается, как сучка! — тут же принялся ябедничать моторист. — Французик как от Роджерса съехал, так его и понесло вкривь и вкось! Он и раньше, конечно, был — не подарок… — Зато ты — подарок! — Во, слыхали? — Деннис, Чарли, прекратите немедленно! — Фессенден снял очки и потёр пальцами переносицу. — Нам ещё день работать, а вы уже переругаться успели. — Так он первый начал! — всплеснул руками Шарль. — Я только спросил, где Роджерс, а он в дурь попёр! — Чарли, довольно! — кажется, впервые на его памяти повысил голос Фессенден. — Иди переодеваться. И поторопи Барнетта с ван Дейном. — Я — пилот, а не мальчик на побегушках, — огрызнулся уже на Фессендена Шарль. Ну, потому что… Да, блин, бесит просто уже всё! И все. — Сами этих придурков ищите, если они вам нужны. Или Пьера за ними отправьте — от него всё равно никакого толку нет. Ах да, не получится — он же с шефом сейчас немного другим занят! — Вот о чём я и говорил! — снова влез со своим «ценным» мнением Деннис. — Прям по стопам Джейка — один в один. — Чего?! — офигел от такой предъявы Шарль. — Ты меня сейчас с этим говном сравниваешь?! Вконец обурел? Думаешь, если Роджерс тебе всё позволяет, потому что ты в команде единственный моторист, то тебя и укоротить некому? Незаменимым, блять, себя считаешь? Да вас таких незаменимых… — Чарли, бегом переодеваться! От удивления, что рявкнул не кто-нибудь, а нюня-лорд Уильям, Шарль аж запнулся на середине фразы. Ладно, этого злить, пожалуй, всё же не стоит — побежит жёнушке нажалуется, а та выебет так, что мало не покажется. Дракониха — не Роджерс, сюсюкать не станет и на трепетание ресничками не поведётся. Значит, придётся подчиниться, не доводя до конфликта с хозяйкой. Шарль стиснул челюсти, гордо вскинул подбородок и нарочито неторопливо направился к задней двери гаража. Послушной собачонкой, сломя голову несущейся выполнять чужие распоряжения, он быть в любом случае не собирался. К моменту выхода на старт Шарль уже успел немного остыть и даже помириться с Деннисом. Роджерс ожидаемо приехал вместе с Пьером и теперь носился возле своей новой «девочки», как некогда вокруг Шарля. Вот и всё его люблю-не могу! А ведь клялся и божился, что Цыплёнок не в его вкусе! Хотя с недотраха, вишь, и Цыпа уже сгодился. Парочку предателей Шарль решил демонстративно игнорировать. Тем более впереди был старт с седьмой позиции, означавший, что легко в гонке не будет. Шарль, уже занявший своё место на стартовой решётке, внимательно огляделся по сторонам на предмет возможных неприятных сюрпризов со стороны соперников. Ван Дейн вчера превзошёл все ожидания, финишировав не на девятом, а на пятом месте, набрав таким образом больше очков да ещё и оказавшись далеко от стартующего восьмым Барнетта. Из хорошего: голландец теперь находился впереди Шарля и Фалько, среди относительно слабых пилотов, что обещало в группе лидеров весёлую заварушку и, как следствие, — возможный отыгрыш нескольких позиций за счёт сошедших. А заварушка и впрямь случилась. — Да он просто конченый! — не сдержал эмоций Шарль, едва успев дёрнуть свою «даллару» вправо, по кромке объезжая летящие в разные стороны куски машин и валяющиеся на асфальте острые обломки. Фалько занимался тем же самым на левой стороне трассы. — Если этому уроду сейчас не вкатят по полной, он в следующий раз точно кого-нибудь на тот свет отправит! «Принято». — Фессенден не стал спорить или напоминать, что дисквалификация ван Дейна ударит не только по самому пилоту, но и по «Альбиону». Видимо, понял, что убеждать Шарля в непредумышленности действий голландца бесполезно. А, возможно, капитанскому мостику сейчас в принципе было не до разговоров: наверняка, стюарды уже полоскали Роджерса за действия ван Дейна, а оставшийся один с тремя машинами Фессенден пытался определить степень поломок каждой из них. «Распоряжение судей: всем машинам следующий круг ехать через пит-лейн. Следующий круг через пит-лейн». Уильям давал информацию скупо, то появляясь в эфире, то пропадая — по всей видимости, переключался с канала на канал между пилотами. — Принято, — не стал приставать с уточняющими вопросами Шарль. Хотя какие уж тут вопросы, если вся стартовая прямая обломками усыпана! Пит-лейн бурлил, словно забытый на горячей плите кофе: инженеры на мостиках махали руками, механики носились туда-сюда с покрышками, инструментами и носовыми обтекателями. Несколько машин, имевших повреждения, воспользовались ситуацией и выпали из образовавшегося паровозика возле своих механиков. Дождавшаяся появления пелетона машина безопасности, сверкая мигалками, заняла место во главе, задавая веренице «даллар» предельно допустимую скорость. — У меня порядок, повреждений нет, — счёл своим долгом отчитаться Шарль, во время проезда через пит-лейн выхватив взглядом прильнувшего к мониторам Фессендена, эмоционально беседующего с кем-то через микрофон гарнитуры Роджерса, бегущих с колесами в руках Санни, Енота и Феликса. — Прокола, вроде, нет, но по возможности присмотрите за давлением в шинах — мне кажется, пару кусков я всё же цапанул. «Принято». — Уильям был по-прежнему лаконичен. И лишь через полтора круга голосом Роджерса последовал более информативный ответ: «Давление в норме. Прокола нет». Ну, уже неплохо. Шарль попытался прикинуть, на какой позиции находится. Между ним и мигалками машины безопасности мельтешили жёлтый «джет» Фалько и красно-белый «альбион» ван Дейна, который, устроив заварушку, умудрился каким-то чудом выбраться из неё относительно целым. Перед голландцем, кажется, мелькало что-то синее, но из кокпита было не разглядеть. — Позиция? — решил не играть в угадайку Шарль. — Четвёртый, — подтвердил правильность его подсчётов Фессенден. Шарль мысленно кивнул: выходит, стартовавший с поула Мюллер всё же успел оторваться на достаточное расстояние, чтобы не попасть в спровоцированный ван Дейном замес. — Остальные? — Ван Дейн — второй. Пока, — судя по всему, Фессенден не сомневался, что за устроенную на старте бойню голландской торпеде сейчас накатят по полной. — Барнетт — пятый, но у него медленный прокол, едет на пит-стоп. Вот это подарочек! За него Шарль был готов ван Дейна даже расцеловать. По всему выходило, что из реальных соперников оставались лишь Фалько и Мюллер. Стартовавшему с последнего места Доннингтону на подлатанной за ночь машине до очковой зоны было, как самому Шарлю до пяти чемпионских титулов в Формуле-1. После пары кругов затишья Фессенден снова вышел на связь, сообщив, что ван Дейну присудили десятисекундный штраф. Не самое суровое наказание, но за коллизии на старте вообще редко штрафовали. Видимо, ван Дейн так достал стюардов своими выходками, что те решили немного остудить его дурную голову. Но, похоже, лишь усугубили ситуацию: на рестарте ван Дейн снова рванул, как умалишённый, стремясь отыграть у соперников побольше времени и таким образом компенсировать полученный штраф. Наверняка прекрасно видевший в зеркалах во время первого старта, на что этот псих способен, Мюллер предпочёл синицу в руках и испуганно шарахнулся в сторону, пропустив не только «альбион», но и «джет». Шарль в оставленное пространство втиснуться уже не успел, но решил особо не церемониться и остался на траектории, полагая, что слегка дезориентированный двумя обгонами соперник на рожон не полезет. Не полез. Что ж, теперь задача не отстать от повисшего на хвосте голландца Фалько и броситься в атаку, как только представится малейшая возможность. Чёртов Фалько возможности не предоставлял, больше кроясь от Шарля, чем сражаясь за победу. Скорее всего, он тоже получил информацию о штрафе ван Дейна, поскольку атаковать соперника прекратил, но и оторваться больше, чем на две-три секунды, ему не позволял. Шарль, которому позарез нужны были очки в борьбе за титул, на последних кругах даже попробовал несколько довольно отчаянных атак, однако Фалько их все методично отбил — что ни говори, но в обороне Лори был почти гениален. На финише после добавления к результатам ван Дейна выписанного ему штрафа Шарль переместился на второе место и даже искренне поздравил сияющего Фалько с первой в этом году победой. Ещё больше настроение подняло сообщение Уильяма: у Барнетта, помимо прокола, оказались и другие повреждения, так что по ходу гонки напарник откатился едва ли не в хвост пелетона, не набрав ни одного очка. А это означало что? Что лидером чемпионата вновь становился Шарль. Пусть и с равенством очков, но кого это ебёт! Он всё ещё лидер чемпионата. Точка. Идите нахуй!
