Осколки весны

У всех Учиха, обладающих шаринганом, были злые глаза — кровавые самоцветы, таящие в своей беспросветной темноте пережитые страдания и медленно тлеющий гнев. Глаза Учиха — их родовое проклятье. Прямо и стойко в глаза Учиха смеют смотреть только самоубийцы или умалишенные — Тобирама никогда не относил себя ни к одним, ни к другим, но по его исключительно научным наблюдениям, у нее глаза были грустными. Самуи — младшая двоюродная сестра Мадары. Куноичи без семьи и любви, в которой с древних времен так нуждются все Учиха. Война отняла у нее практически всё, оставив, в качестве платы за все жертвы, лишь силу воли и силу глаз. Отец, мать, дядя, родные сестренки — все они давно погибли «благородной» смертью на облитом кровью поле бойни. Из родных оставались только двоюродные братья, но сейчас Изуна уже четвёртый или пятый год лежит на фамильном кладбище Учиха, а Мадара… Мадара, единственный для нее символ истинного мужества и силы, буквально испарился, исчез из деревни, не оставив после себя ничего, кроме названия селения. Самуи Учиха была одна, и Тобирама прекрасно это понимал. Несмотря на то, что вся её семья погибла от рук Сенджу, куноичи не питала ненависти к его клану, что, разумеется, очень льстило Тобираме, но сказать об этом… Самуи — практически запретный плод. Сильная, правильная, одинокая, грустная — идеальная для Тобирамы, однако он слишком горд и, наверное, черств, чтобы признаться в подобном проявлении чувств даже самому себе. Кагами невероятно гордился тем, что имеет возможность тренироваться с ней лично. Однажды он озвучил мысль о том, что «Тобирама-сама и Самуи-сан могли бы, как лучшие шиноби Конохи, провести им совместную тренировку» — Тобирама-сама резко и сразу отсек это предложение. Сенджу прекрасно знал, что в моменты волнения он особенно сильно хмурится — не хватало ещё в молодости заработать глубокую морщину между бровей из-за одних только спарингов с Учиха… Самуи всегда относилась не только к Хашираме, но и к нему, младшему брату Бога шиноби, всегда второму, с неподдельным уважением и даже неким фанатичным восхищением, чего Тобирама никогда не понимал, так как считал, что не обладает чем-то таким, что было бы достойно её внимания. Тобирама знал, что в ближайшем будущем в Коноху прибудет делегация с невестой для него из какого-то благородного клана, название которого даже не хотелось запоминать, и что ещё через какое-то время, если все пройдёт удачно, Тобирама Сенджу будет уже женатым человеком. Он знал это, потому что все эти события, в точности до мелочей, происходили не так давно с его старшим братом, только вот тот свою жену, Узумаки Мито, полюбил всей своей огромной душой, что, вероятно, было взаимно — Хашираму Сенджу трудно было не любить. Полюбит ли Тобирама свою будущую жену? Этого он уже не знал… Единственное, в чем он был уверен — эта девушка точно будет не Самуи, а значит, и о любви здесь никакой речи быть не может…