Белая ночь

— Ну что ж. Меня волнует лишь один вопрос. Почему ты пришел ко мне так поздно? Твой отец знает об этом? — Ну... Да.— Нет, он не знал. — И ты будешь ночевать у меня. — Я ведь так-то просто зашёл, ну, погостить просто... Давно с тобой не виделись уже вот... Я чай допью и пойду. — Ты же мне пиздишь. — Меньшую часть от всего... — Значит это все пиздёшь, Толя. Я ведь могу знать об этом и использовать против тебя ничего не собирался.       Кружки опустели, атмосфера нагнетает, что показалось странным обоим. — Толь, я же просто хочу знать как твой друг. Почему ты от меня закрываешься.       Взгляд второго застыл на народной вышивке, на одном из полотенец висящих на ручке шкафчика. — Мм, слушай. Со мной действительно все в поряд... — Нет! Почему ты так себя ведёшь?! Было бы твое тело в стабильном состоянии, обычного школьника, этих кровавых пятен бы не было. Ты ведь наверняка знаешь почему так происходит, м?       Тело покрылось мурашками. Взгляд опустел. Толя ведь в действительности знал почему так происходит, но не признавал. По всей школе разлетелись слухи, что он в непозволительной близости с учителем русского. Мужчиной. — Ну я-я.. гей. — Оу... Понял...       Гемоглобин начал немного скакать. Дима встал и из дальнего угла верхнего выдвижного шкафчика достал лейкопластырь и перекись водорода. Неожиданный поворот. — Перестань, зачем тебе это? ПОЛОЖИ ЭТО НА МЕСТО И СЯДЬ. ПЕРЕСТАНЬ. —Тебя никто не спрашивал)— Прочитал Дима по слогам. Что было действительностью. Пришлось подчиниться.       Два предмета с агрессивным стуком были поставлены на стол. Рядом на столе в пустой крышке от банки лежали ватные диски, вместе с одноразовыми иглами для шприца и другими неизвестными таблетками. Дима стал напротив, разместил свою ногу между двумя другими. Тень падала прямо на Толю, что не доставляло трудностей рассмотреть Диму в полный рост. Намочив ватный диск, на первый взгляд безобидной жидкостью, тот смахнул чужие растрёпанные волосы и приподнял большим пальцем голову за лоб. Лёгкими движениями с весьма серьезным, будто обеспокоенным лицом он начал протирать проблемные места. Это приносило огромный дискомфорт второму, что тот уже сжимал зубами губы, напрягал подбородок, морщился и разводил руками резкие движения, в надежде остановить Диму и прекратить свои мучения. Но все же пришлось сжать школьные брюки и терпеть.       Настало затишье. Отрезав кухонными ножницами малую часть лейкопластыря, Дима заклеил им ранку, другую и ещё, пока с лицом было закончено. Мучения продолжались. Дима спускался все ниже. В ход пошла шея. Дальше зона у ключиц. Продолжал Дима до тех пор, пока Толя разрешал. — Расстегни рубашку. — Нет. — Да, Толя. — Тебе не нужно это, я сам потом как-нибудь...       Закатив глаза Дима перешёл на руки. А точнее запястья. Взяв под низ одно из них, он начал промакивать ваткой раны, ссадины и синяки. Так и со второй. В след пошел лейкопластырь. Дело уже выглядело намного лучше, если не без рубашки. А так. — Подпаленный солдат готов к бою. —Хахах, иди ты...       На часах красовалась достаточно поздняя цифра. Около часа ночи. — Сходи в душ. — Что-то не так? — Ты ещё спрашиваешь? Ты весь в поту и грязи. Долго собирался на земле кататься? Мученик. — Пф... — И одежду потом в стиралку закинь. — Это уже перебор, хочешь наслаждаться моим голым телом? — Это по твоей части. Я положу свою одежду в ванной. — Ну.. — Давай давай, я ее носил от силы раза два.        Толя зашёл в ванную, закрыл защелку. Снял одежду и принял холодный душ. Вода глушила все посторонние звуки. Толя был в своем мире. Не мешало бы задуматься. Как-то быстро и незаметно эти двое перескочили с одной темы, на другую. Этого словно не было. Словно Дима не заметил или не захотел замечать, что Толя гей. С изюминкой.