Глава 3. На новом месте
7 февраля 2024 г., 10:37
Леонард
Ловкость пальцев вернулась ко мне не до конца, внимание легко рассеивается, но вести машину всё равно приятно. Дорога отвлекает от тяжёлых мыслей. На въезде в город трасса становится очень широкой. Каждую минуту сюда стекаются десятки машин. Ехать в таком потоке немного страшно: в родном городке я не видел ни одной дороги шире четырёх полос. Мощные фуры с прицепами, полные песка самосвалы, бензовозы, автокраны теснят наш кроссовер, словно говоря, что нам здесь не место. Дым из выхлопных труб в свете фонарей кажется ещё гуще. Я вспоминаю пожар и непроизвольно кашляю. Пальцы вцепляются в руль, будто это огнетушитель. «Спокойно, Лео». Я пытаюсь выровнять дыхание, сосредоточиться на дороге, а не на выжженной в сознании картинке. На обочине стоит большая табличка со словом «Север». Ну, вот я и в большом городе, впервые в жизни. Примет ли меня суровый промышленный центр? Захочет ли излечить, сделать счастливым? Даст работу по душе или обречёт на смерть под забором? Въехав в город, я почти сразу сворачиваю с главной дороги. Узкие извилистые улочки плохо почищены от снега, но проехать можно. По обочинам возвышаются сугробы – раньше я видел такое только в книгах. Там, где я прожил первые двадцать пять лет, никогда не наметало столько снега. Вернее, нам казалось, что его много, особенно когда приходилось чистить участок и крышу. До этого дня я не понимал, что такое реально много снега. – Вот это сугробы! – вздыхает Бретт. – Хорошо, что мы сняли не дом, а квартиру. Там хотя бы не придётся убирать снег. Несмотря на разницу в климате, дома здесь мало отличаются от тех, что можно увидеть в родном городишке. Типовые многоэтажки, потрёпанные бараки… В новых микрорайонах и в историческом центре должно быть поинтереснее, но туда мы поедем в другой день. Сверяясь с навигатором, я еду к нашему новому жилищу. Это двухэтажный барак на окраине, недалеко от железной дороги. А неверном свете фонаря видно, что он выкрашен облупившейся зелёной краской, вокруг него – такие же унылые бараки. Я с трудом нахожу уголок, чтобы поставить кроссовер. Мы с Бреттом выбираемся из машины, разминаем затёкшие конечности. Из-за домов слышится нарастающий шум и ритмичный перестук колёс – это едет поезд. К сожалению, дома и деревья закрывают весь обзор. Я никогда не видел поездов. В нашем городишке нет железной дороги. Хочется побежать смотреть поезд, но я слишком устал. К тому же, сейчас нас ждёт хозяин квартиры. На станцию можно сходить завтра. Мы поднимаемся по скрипучей деревянной лестнице. Я гадаю, водятся ли тут крысы. Облезлая дверь с цифрой четыре – то, что нам нужно. Звонка не наблюдается, поэтому Бретт просто стучит. Нам открывает мужчина лет сорока пяти, в толстовке и потёртых штанах. – Вы – квартиранты? – спрашивает он, не здороваясь. – Заходите. В квартире пахнет старой мебелью, пылью и подгорелой едой. Крошечная прихожая с мутным зеркалом, тесная кухня, оклеенный битой плиткой туалет… Я вздыхаю. Вот и всё, на что мы можем рассчитывать теперь. Наша комната выглядит приветливее. Здесь висит большая люстра, поэтому достаточно светло. На стенах фотообои – зелёные деревья под лазурным небом. Старый диван, шкаф без дверцы и косая тумбочка выглядят как мебель, которую выбросили в этот воображаемый лес. Я отвожу в сторону штору. За ней – выход на маленький заваленный снегом балкончик. – Устраивает? – интересуется хозяин квартиры, дав нам пару минут на осмотр. – Тогда давайте деньги, подписываем договор, и я поехал. Остальное вам покажет соседка. Пока мы читаем договор, соседка по квартире выходит из своей комнаты. Это девушка примерно нашего возраста, но одета она весьма странно. На ней что-то вроде японской школьной формы, в волосах – ободок с кошачьими ушками. Когда хозяин квартиры уходит, мы знакомимся. – Ания́, – представляется девушка, делая анимешный приветственный жест. – Леонард. – Бретт. – Какие красивые имена! Вы друзья, да? Откуда приехали? Мы рассказываем о том, что решили попытать счастья в большом городе, не уточняя, почему уехали из маленького. Ания бодро кивает. – Я тоже уехала сюда из своей дыры. Тут весело. Есть косплей-фестивали, всякие тусовки. Вы не смотрите аниме? Мы синхронно качаем головами. Я когда-то смотрел подобное, но потом надоело. Бретт вообще не любит мультфильмы. – Жаль. Ну ничего, может, вы измените своё мнение. Втроём, ещё и с вещами, в прихожей слишком тесно. Бретт осторожно отодвигает Анию и проходит в нашу комнату. Я следую за ним. – А вы прикольные, – говорит Ания, заглядывая в дверь. – Один такой широкий, а второй худенький. Вам удобно будет спать на одном диване? – Как-нибудь справимся, – бурчит Бретт. Ания внимательно смотрит сначала на него, потом на меня. – А вы случайно не геи? – интересуется она вкрадчиво. – А если да, то что? – спрашивает Бретт с вызовом. – Вы правда геи? Ураааа! Прежде, чем я успеваю что-либо сообразить, Ания бросается мне на шею. – Я так рада, так рада! – повторяет она. – Чему рада-то? – Я осторожно отцепляю Анию от себя. – Всегда мечтала посмотреть настоящих геев в реале, не только в аниме, – объясняет сияющая девушка. – Но мы ведь ничего не утверждали… – Ну для меня вы геи. – Ания пытается обнять Бретта, но тот не даётся. – Нам бы хотелось разложить вещи, – говорит он. – А ещё мы весь день ехали и очень устали. Давай ближе познакомимся в другой день. – Хорошо. Ания, улыбаясь от уха до уха, выходит. Почти сразу хлопает дверь в её комнату. Я сажусь на диван. – Зачем ты всё ей рассказал? А если она разболтает? – Таких никто не слушает, – отмахивается Бретт. – Анимешницы типа неё везде видят яой. А ещё – лучше сразу расставить все точки над i. Если бы она заявила, что ненавидит геев, мы смогли бы сразу начать подыскивать другую квартиру. – Пожалуй, ты прав. Я вздыхаю. Именно из-за яойных стереотипов я перестал смотреть аниме: не получалось ассоциировать себя ни с кем из главных героев. Ни супермощный брутал, ни истеричный инфантил мне не близки. Первый парень, Стейн, любил сравнивать меня с женственными пассивами из подобных аниме – из-за этого мы в итоге и расстались. Я понял, что он видит во мне картинку, а не живого человека. Одно время я смотрел приключенческие аниме и гет, но даже они напоминали о Стейне и наших неудачных отношениях. В итоге японская анимация стала мне противна, и я её забросил. Сейчас раны от тех отношений давно зажили, но аниме меня по-прежнему отталкивает. Я надеюсь, что Ания не будет слишком настырно навязывать свои интересы. Бретт убирает в шкаф наши немногочисленные пожитки, кладёт на диван сложенную простыню. – Давай стелить и спать. Я помогаю расправить простыню на диване. Она чуть узковата, но другой всё равно нет. Я вспоминаю Агнессу, которая подарила нам постельное бельё. Сейчас в посёлке вечер, как и здесь. Жители один за другим возвращаются домой. Курт на коне, Юлиан и остальные на машинах. Все садятся ужинать, рассказывают новости, строят планы на другие дни. Мы больше не жители посёлка. Нам нужно строить новую жизнь. Бретт ложится со стороны двери, я – ближе к окну. Мы тушим свет. Когда люстра не горит, становится видно падающий снег за окном. Время – как метель: оно заметает следы. Через несколько месяцев родной город забудет о нас. Его память засыплет снег. Банда Шалого больше нас не найдёт.
