Красное мальборо и Lil Peep в наушниках.

      22:54. Антон брел по улицам Питера, идя домой. Парень был вымотан. Сильно вымотан. На работе сегодня был полный завал, босс был злым, заваливал поручениями всех и вся. Руки уже просто отваливались, а ноги не хотели идти. Парень достал красную пачку Мальборо из кармана и, достав перед этим зажигалку, взял сигарету. Никотиновая палочка покоилась у Шастуна между указательным и средним пальцем, пока он зажигал ее. Дул сильный ветер, на Петербург надвигалась уже не та, теплая и приятная осень, а холодная и дождливая. Пепел тлел, а после осыпался с сигареты. Ветер подхватывал этот самый пепел и нес вперед. Нес далеко и быстро, не разбирая дороги. Кончик сигареты, время от времени, светился красным, а после — затухал. Антон выдыхал клубы дыма в ночное небо и смотрел, как они рассеивались, а после и вовсе — пропадали. Пропадали так же, как и мысли парня, который все меньше стал смотреть на дорогу, но все больше уходить в себя. За это рабочее время Шастун устал не только физически, но и морально. Произошло одно, но очень выматывающее нервную систему, событие. Ира написала Антону, но написала не то, что парню хотелось бы увидеть в сообщении. А написала она о расставании. Девушка сказала, что не может объяснить причину, но и не может продолжать весь этот «цирк». Шастун вообще ничего не мог понять, о каком цирке говорит Кузнецова, но и добиться от нее же толкового ответа—тоже не мог. В общем, все, что парню удалось узнать — это было то, что они расстаются, так как это цирк и то, что Ира не может это объяснить, потому что не обязана так делать. Шастун совсем ушел в свои мысли и шел не разбирая дороги, шел будто на автомате. Сигарета уже доходила до фильтра, когда парень выкинул ее на тротуар возле круглосуточного магазина «Перекресток». Кстати, это был тот же магазин, где Антон покупал тот энергетик со вкусом кислой вишни и пачку Мальборо. Посмотрев на вывеску маркета, Шастун решил зайти внутрь, так как в кармане были какие-то купюры. Зайдя в магазин, парня ослепил яркий свет, большой контраст с улицей, на которой почти не было фонарей. Антон зажмурился, а после пошел в глубь прилавков. Людей было мало, понятное дело. Подойдя к прилавку с чипсами, парень стал рассматривать разные упаковки. Взяв в руки пачку Lay's со вкусом краба, Шастун пошел дальше. Антон достал и пересчитал купюры из своего кармана. 1204р. «На чипсы мне явно хватит, можно еще что-то взять», —подумал парень и, повернув голову налево, охуел. «Так, а он-то что тут делает? Даже, блять, в магазин спокойно не сходишь», —Антон забежал за ближайший прилавок, пока Арсений Сергеевич его не заметил. Шастун был злым и очень расстроенным, встретить кого-либо знакомого сейчас — явно не входило в его планы. В планы входили только сигареты, наушники с музыкой и, сейчас, магазин. Антон решил быстро сбегать за энергетиком с кислой вишней, который ему очень понравился, а потом, заплатив, уйти поскорее из этого магазина. Схватив энергетик, парень отправился на кассу, выискивая место, где меньше очереди.        Расплатившись, парень быстро выскочил из магазина, стараясь не светиться лишний раз. Антон вышел на улицу. Уже было 11 часов ночи, на улицы Петербурга опустилась ночь. Шастун зашел в какие-то дворы и остался незамеченным от глаз преподавателя. Парень стоял за каким-то домом так, чтобы его видно не было, но сам Антон видел ауди А8. Спустя минуты 3, как Шастун стоял за этим домом и ждал, пока Арсений уедет, чтобы вернуться на ту дорогу к дому, парню стали слышаться какие-то шорохи. Антон оборачивался и вглядывался в темноту, но причину этих звуков найти никак не мог. «Да кто там, блять, ходит», —крутилось у Шастуна в голове, когда звуки стали его напрягать, но выходить из-за этих углов Антон все-таки не собирался. Попасть на глаза психологу не хотелось сильнее, чем хотелось выйти отсюда на тротуар с фонарями. Шорохи стали раздаваться все ближе и все чётче походили на чьи-то шаги. Если изначально они были где-то в дали, то сейчас казалось, что из этой самой темноты на тебя кто-то нападет. Парень поёжился и стал вслушиваться в звуки, уже не обращая внимание на ту ауди. Как только Антон спросил тихое: «Кто там?», звуки сразу пропали, а шаги (или что это вообще?) прекратились. Вот тут уже Шастуну стало страшно, так как будь это обычный прохожий, он бы не остановился от элементарного вопроса, как сделал это «этот кто-то». Быстро обернувшись на ауди, которая там все еще стояла, «Что можно в магазине столько делать»—пролетела секундная мысль в голове парня, он решил забить на учителя и спасать свою задницу от возможного маньяка, насильника, убийцы и вообще кого угодно. Не спуская свой взгляд со стороны темноты, чтобы не напали со спины, Антон стал потихоньку пятиться назад, в сторону улицы с фонарями. Воображение уже не на шутку разыгралось, рисуя все более страшные картины того, кто мог бы скрываться в темноте. Шастун старался быть скептиком по отношению к потустороннему миру, но тех же страшных фильмов или игр всегда боялся. Вот и сейчас парень старался не думать, что там может быть что-то потустороннее, но выходило это не очень хорошо. Антон остановился на секунду, чтобы прислушаться, есть ли это звуки, так как в своих собственных шагах и потоке мыслей парень их не замечал. Прислушавшись, Антон ничего не услышал. «Что за хуйня происходит», —подумал парень, на секунду даже расслабившись, так как «угроза» миновала. Только Шастун стал приходить в себя, как резко вздрогнул. Блять. Все происходит как во сне. Пелена на глазах. Парень бежит. Бежит, не зная куда. Ему нужно только одно. Свет. Свет, люди. Спасение. Антон выбегает из-за переулка на улицу с фонарями. Плевать он хотел на Арсения, который может его заметить, а он, кстати, в этот момент и вышел с магазина. Только Арсений Сергеевич повернул голову на шум, как увидел Антона, который даже не посмотрел в его сторону. Парень бежал, а вслед за ним гнался какой-то мужик. Арсений только стал звать Антона по имени, чем чуть сбил с толка этого мужчину, но ни Антон, который даже не слышал учителя, ни незнакомец, не остановились. Шастун бежит. Бежит и не оглядывается. Сердце колотится как бешеное. Арсений вообще ничего не понял. Ему стало страшно за парня. Не совсем эта ситуация походит на то, что Антон просто играл в догонялки со своим знакомым в одиннадцать часов вечера. Психолог даже не смог ничего сделать, он конечно мог броситься за ними, но что бы это дало? У него в руках пакеты, пока машину откроет и загрузит покупки, а после закроет и бросится бежать, то они уже будут далеко. А если ехать на машине за ними? Тоже промах, они завернули во дворы, туда не проедешь. Так учитель и остался наедине со своими переживаниями. «Что это вообще было», —пролетело в голове психолога, —«Я ведь даже его номера не знаю, что бы написать и спросить, все-ли хорошо», —Арсений сидел за рулем своей машины, положив голову на сложенные руки. «Так, у меня ведь есть номер старосты, а у нее можно и Антона попросить», —Психологу стало чуть-чуть легче от этой мысли. Хоть и была ночь, но учитель все же решил написать Насте, которая и являлась старостой.

Арсений:

—Здравствуй. Извини, что очень поздно пишу. Если у тебя есть номер Антона Шастуна, дай мне его, пожалуйста.

00:12

Анастасия Ларетова: —Здравствуйте, ничего. Номера Антона у меня нету, но могу дать номер Димы Позова или Сережи Матвиенко, они с Антоном дружат, у них его номер можете попросить. 00:15

Арсений:

—Хорошо, дай пожалуйста номера обоих.

00:15

Анастасия Ларетова: —Дима: +7 (812) 777-64-19 Сережа: +7 (812) 645-29-87. 00:17

Арсений:

—Спасибо огромное. Еще раз извини, что пишу ночью. Пока.

00:18

Анастасия Ларетова: —Пожалуйста. До свидания. 00:18 Арсений сразу скопировал номер Матвиенко и написал ему в телеграмм.

Арсений:

—Здравствуй, Сережа. Извини, что пишу очень поздно, но дай мне, пожалуйста, номер телефона Антона.

00:22

Сергей Матвиенко: —Здравствуйте, а зачем он вам нужен так поздно? 00:23

Арсений:

—Так, Матвиенко, давайте, пожалуйста, без лишних вопросов.

00:23

Сергей Матвиенко: —Ладно, вот: +7 (812) 342-45-14 00:24

Арсений:

—Хорошо, спасибо. Еще раз извини, что пишу поздно, пока.

00:25

Сергей Матвиенко: —Да ничего, я не спал. До свидания. 00:25        Сережа не понял, зачем Арсению вдруг понадобился номер его ученика, да еще и так поздно. «Что ж, потерял своего Антошку,»—по-хихикал парень, —«потом у Антона спрошу, что же такое писал ему его любимый психолог, а пока надо бы и Позу сообщить об этом», —Сережа тут же зашёл в чат с другом и стал ему записывать голосовое сообщение.       Арсений тут же скопировал номер Антона и вбил его в поисковую строку телеграмм. «был (а) вчера в 20:53»—Черт, он в сеть уже почти 4 часа не заходил,—Психолог решил все же написать парню, но с каждой минутой волнение нарастало все больше.

* * *

      Пробежав черт-его-знает какое расстояние, Антон стал замедляться. Оглянувшись, он никого не увидел. Мда, такой марафон Шастун бежал впервые за последние годы. Парень чуть наклонился и опёрся руками об колени. Сердце все еще не сбавляло свой темп. Страшно. Антону было страшно. Руки все также тряслись. «Что. это. было.», —только эти три слова крутились в голове. Не смотря на свою усталость, Антон побрел в сторону дома. Идти осталось буквально минуты 3, так как большую часть расстояния Шастун пробежал. От страха даже сигарета в рот не лезла. Антон просто шел. Шел и не разбирал дороги.       Наконец Шастун дошел до своего подъезда. Шел постоянно оглядываясь и шарахаясь от каждого звука. Парню было непонятно, что хотел от него этот мужик. А что, если бы Антону не удалось убежать и его бы вообще уже не было на свете? Или он сейчас был бы в заложниках, в каком-нибудь подвале? От таких мыслей было еще страшнее.       Как только железная дверь за спиной парня закрылась, стало чуть-чуть спокойнее. «Ну не может же этот полу-маньяк быть в моей квартире, верно? Конечно так и есть, ведь он даже догнать не смог, как бы узнал мой адрес? Ха-ха, смешно», —такие мысли чуть успокоили Антона и он стал подниматься на свой этаж. Надо было чуть чуть проветрить голову, поэтому парень предпочел подниматься на свой 12-й этаж пешком, не смотря на свою усталость. «Надо на такие случаи какую-нибудь перцовку приобрести или что-то вроде того», — Антон уже даже прикинул, в какую стоимость ему обойдется перцовый баллончик, как, поднявшись к своей квартире, замер. Стоп. «Что это, блять?»—Пронеслось в голове парня, когда его руки стали подрагивать от страха, который сковал все тело. Возле квартиры Антона, под половым ковриком у входной двери, лежал лист бумаги, свернутый так, что походил на конверт. Шастуну стало страшно. Реально страшно. Липкий страх прошёлся по всему телу неприятной волной. Парень резко обернулся, так как было чувство чьего-то присутствия тут. Никого нет. Как можно быстрее Антон достал из кармана рюкзака ключи и, открыв квартиру, схватил сверток и влетел в коридор, закрывая за собой дверь. «Если это от того, про кого я думаю, то это пиздец», —Антон стоял в квартире, прислонившись к входной двери спиной. В правой руке был тот самый конверт, который навел на парня огромный страх. На часах уже было где-то пол первого ночи, когда парень только стал разуваться. «Ладно, была не была, может это вовсе не от того мужика, щас и посмотрим», —Антон стал тихонько разворачивать конверт. Это оказалось письмо. Сделано оно было на листе А4, причем слова написаны буквами из газет, как это обычно делают преступники в фильмах, —Блять, это точно от него, причем написано так, что бы полиция не нашла по принтеру, мне конец, —Антона бросило в дрожь, причем не секундную, парня прям начало трясти от понимания того, куда он влез. Хотя сам Антон ничего противозаконного не делал и дороги никому не переходил, тогда за что ему это все? Шастун взял себя в руки и стал читать текст, сквозь небольшую пелену на глазах. «Ну здравствуй, Антон. Если я тебя не поймал сегодня, то это не значит, что я не доберусь до тебя завтра или послезавтра. Мне нужно знать о тебе все. Абсолютно все. Мне нужен ты. Поверь, я знаю о тебе очень многое. Адрес, фио, знаю где живут твои родители, а точнее мать с отчимом (которых ты ненавидишь, это я тоже знаю:)) и многое другое. И посмей только подать в полицию, я тебя найду и убью. Я наблюдаю за тобой. Только ты двинешься в сторону полицейского—тебе конец. Пусть только ты вякнешь кому-нибудь о этом письме—тебе конец:). Не скучай, Антошка.» Конец. Это он. Так страшно Антону не было никогда. Хотя, может и было, но явно не последние пару лет. Парня трясло. Трясло всего. «Что мне делать?», —только один вопрос был у Антона. Тут ведь даже никому не скажешь. Когда Ира написала о расставании Шастуну, ему казалось, что день стать хуже уж точно не может. Как же он ошибался. Может. Сейчас Антон даже и не вспомнил о Ирине. Все его мысли были заняты этим недо-нападением. Перцовка. Парень вспомнил о своей идее и тут же достал телефон. 23 уведомления от телеграмма, 4 пропущенных вызова. —«Что им всем от меня надо? Явно не сейчас, подождут. Мне сейчас не до каких-то там приколов от Поза с Серым», —с такими мыслями Антон даже не посмотрел, от кого были эти звонки и сообщения, а сразу открыл интернет-магазин. На карте как назло не хватало денег, —«Блять, ну что за конченный день? Нахер этот универ, завтра в банк с утра схожу, денег положу и закажу перцовку,»—Антона морально просто убивал этот день и отсутствие денег на балансе добило окончательно. Не хотелось абсолютно ничего, кроме душа. Душ обычно помогал парню избавиться от лишних мыслей. Смыть с себя этот день. Шастун скинул рюкзак в прихожей, кинув где-то рядом заблокированный телефон. Антон даже не стал есть, а сразу направился в комнату за сменной одеждой, а после в ванную, так и не посмотрев на сообщения с телеграмма, ни на содержание, ни на имена отправителей.

* * *

—«Уже час ночи, он так и не ответил мне, даже в сеть не зашёл», —Арсений сидел у себя на кухне и каждые пять минут просматривал профиль Антона, а вдруг он сейчас зайдет в сеть? Учитель накручивал и корил себя с каждой минутой все больше.« Вот почему я не побежал за ними? Почему не поехал на машине? Может вообще в полицию обратиться? А вдруг с Антоном что-то случилось? Нет, все хорошо, с ним все хорошо. Это же его знакомый? Наверняка так и есть. Нет, что я себя утешаю, он его не знает. А вдруг..», —психологу стало страшно от собственных мыслей, он повертел головой и попытался их отогнать, —«Завтра в универе все спрошу, все хорошо», — с такими мыслями мужчина решил идти в душ, а потом спать, так как работу завтра никто не отменял.