ГЛАВА 30. Уступки, на которые приходиться идти ради сохранения брака
7 мая 2024 г., 17:40
Когда в южном уезде Жэлян наступила малая жара Хэ Тао получил долгожданный отпуск. И не успел он, как нормальный человек в первый день отпуска, поспать до обеда, как с утра пораньше в ворота их дома громко затарабанили. Открывать пошёл Ло Хуашэн, который всю ночь бодрствовал и только-только собирался ложиться спать, а потому немало напугал свои внешним видом двух мужчин, что оказались столь нетерпеливы.
— Утро доброе, или недоброе, что вам надо? — спросил зевающий Ло Хуашэн.
Мужчины растерянно переглянулись, после чего решили представиться:
— Здравствуйте, меня зовут Дань Шэнь, я чиновник третьего ранга в управлении уездом Жэлян, а это чиновник Ча Чжо, — сказал мужчина, показывая на рядом стоящего товарища. — Он чиновник четвёртого ранга и также работает в управлении уездом Жэлян.
— О, так вы пришли к господину Хэ Тао? — понимающе спросил Ло Хуашэн.
— Именно к нему мы и пришли, — добродушно улыбнувшись, сказал чиновник Ча Чжо.
— Следуйте за мной, — скомандовал Ло Хуашэн и, развернувшись, направился прямиком к части дома, что принадлежала Хэ Тао, а двое чиновников, заботливо заперев за собой ворота, последовали за ним.
— Господин Хэ Тао, Вы проснулись? — осторожно спросил Ло Хуашэн, коротко постучав в дверь спальни Хэ Тао. — К Вам тут гости пожаловали.
Услышав слово «гости», Хэ Тао, словно ошпаренный, выскочил из своей кровати и открыл дверь своей комнаты, быстро запахнув на себе ночной халат. Стоящие за спиной Ло Хуашэна чиновник Ча Чжо и чиновник Дань Шэнь весело помахали ему в знак приветствия, а Ло Хуашэн, смущённо улыбнувшись, поспешил скрыться в своих комнатах, дабы им не мешать.
— Господин Хэ Тао, кто это? — удивлённо спросил чиновник Ча Чжо.
— Мы, право слово, подумали, что Вы живёте под одной крышей с призраком, — шутливо бросил чиновник Дань Шэнь.
— Сами вы призраки, — недовольно пробубнил Хэ Тао, подозрительно поглядывая в сторону своих сослуживцев.
— Господин Хэ Тао недоволен, значит, неплохо отдохнул! — воскликнул чиновник Дань Шэнь.
— Точно-точно, у него такое же скверное настроение, когда он приходит на работу после выходных дней, — согласился чиновник Ча Чжо.
— Может быть, вы объясните, чем я обязан таким ранним визитом? — продолжая хмуриться, спросил Хэ Тао, поскольку не только он был в отпуске, а вообще все чиновники, работающие в управлении уездом Жэлян, целых два летних месяца были обязаны отдыхать и только в крайних случаях их могли вызвать на работу.
Испугавшись такой перспективы, Хэ Тао продолжал недовольно смотреть на своих товарищей, и только когда те рассмеялись, он заметил, что на них были повседневные одежды, а значит, эти два бездельника пришли по личному вопросу.
— Мы хотим пригласить Вас на рыбалку! — весело сказал чиновник Ча Чжо.
— У меня есть домик на берегу озера, где мы можем весело провести время и порыбачить вдоволь, — добавил чиновник Дань Шэнь.
— Прямо сейчас? — удивлённо приподняв бровь, спросил Хэ Тао.
— Нет, завтра на рассвете собираемся туда отправиться, уже даже повозку с кучером заказали. — выглядя до невозможности гордым собой, выдал чиновник Дань Шэнь.
— И кто ещё будет, кроме нас с вами? — осторожно спросил Хэ Тао.
— Больше никто, — весело воскликнул чиновник Ча Чжо. — Некоторые отказались, да мы не у многих и спрашивали. Хотели посидеть по-домашнему, не заботясь о правилах этикета, — добавил он, и Хэ Тао понял, почему он так говорил.
Кроме них троих, все остальные чиновники в управлении уездом Жэлян были либо заядлыми семьянинами, либо имели высокий чиновничий ранг, либо преклонный возраст, из-за чего обычные посиделки с кувшином вина с ними превращались серьёзные совещания, на которых было невозможно расслабиться.
— Хорошо, я подумаю. — задумчиво протянул Хэ Тао, которому идея с рыбалкой даже понравилась.
Он редко когда выбирался из дома в последнее время, и в основном делал это, будучи в сопровождении Ло Хуашэна, а перспектива неплохо отдохнуть в компании своих сослуживцев и, может быть, даже укрепить свои связи с вышеупомянутыми чиновниками, была довольна манящей, тем более что, Хэ Тао давно подумывал о том, что неплохо было бы с кем-то из них подружиться, а в дальнейшем заручиться их поддержкой.
— Если не сможете — пришлите письмо с отказом к моему дому, а если письма не будет, то я сочту, что Вы согласны, и завтра утром на рассвете повозка с кучером будет ждать у Ваших ворот. — сказал чиновник Ча Чжо и, попрощавшись с Хэ Тао, взял под руку чиновника Дань Шэня, и весело что-то с ним обсуждая, покинул дом Хэ Тао.
***
Хэ Тао отправился досматривать пушистые сны, а когда ближе к обеду проснулся и вышел из своей комнаты, то увидел на крыльце дома напротив Ло Хуашэна, и малость его испугался. Одетый в белоснежных одеждах для сна, с распущенными чёрными волосами, доходящими до пояса, усталым лицом и красными от недосыпа глазами Ло Хуашэн выглядел весьма пугающе, и впрямь чем-то походил на призрака, которого, кажется, имел неосмотрительность рассердить сам Хэ Тао. — Случилось чего, господин Ло Хуашэн, или просто воздухом решили подышать? — полюбопытствовал Хэ Тао, надеясь, что Ло Хуашэн опомнится и вернётся к себе. — Случилось, — тяжело вздыхая, ответил тот. — Вы расстроились по поводу утренних стихов? — спросил Хэ Тао, поскольку вчера вечером по возвращению с работы, он обратился к Ло Хуашэну с небольшой просьбой и попросил его на время его отпуска повременить с утренними стихами, поскольку их надобность в защите Хэ Тао отпала. Ло Хуашэн явно был не в восторге от этой затеи, но Хэ Тао говорил уверенно, улыбался, да и в целом вёл себя достаточно обворожительно, чтобы Ло Хуашэн, несмотря на всё своё нежелание, согласился. — Нет, не поэтому, — отстранённо бросил тот, и продолжил прожигать Хэ Тао тяжёлым взглядом. — Тогда почему? — теряя всякое терпение, спросил Хэ Тао, которому казалось, что этим утром он, словно искусный генерал, выпытывает у своего врага местонахождение вражеских войск. — Потому что Вы уходите на рыбалку, — грустно протянул Ло Хуашэн. — И Вы, по каким-то личным соображениям, не хотите меня туда отпускать? — спросил Хэ Тао. Ло Хуашэн громко шмыгнул носом, встал со своего места и, еле волоча ноги, подошёл к Хэ Тао, мельком взглянул на него, после чего опустил взгляд и тихо пробубнил: — Завтра в храме Тинчжи проведут жертвенную церемонию в честь богини милосердия… Эту церемонию проводит лишь раз в год, и моя матушка всегда на неё ходила… В этот год я хотел осмелиться туда самолично пойти в память о своей матери и… Вы ведь знаете, как сильно я боюсь храмов, так что хотел Вас попросить меня сопроводить, а иначе я сомневаюсь, что смогу туда войти… Но вместе с Вами, я уверен, что смогу преодолеть свой страх... Выслушав такое, Хэ Тао тяжело вздохнул. Выбрать что-то одно было действительно трудным, потому решив, что ему непременно нужно всё тщательно взвесить, сказал: — Господин Ло Хуашэн, Вы и сами понимаете, что я не могу сразу решить… — Почему? — взволнованно спросил тот. — Мне нужно всё тщательно обдумать, прежде чем дать Вам ответ, — спокойно ответил тот. — Вы выглядите устало, так почему же Вам не поспать немного, а ближе к вечеру, когда Вы проснётесь — получите мой ответ. — Не хочу спать, — капризно протянул Ло Хуашэн. — Я буду сидеть тут и ждать Вашего ответа. — Господин Ло Хуашэн, — прикрикнул на него Хэ Тао. — С каких это пор Вы взяли за привычку не слушаться Вашего мужа! Мои слова кажутся Вам пустыми? — Нет, ни в коем случае, — виновато промямлил Ло Хуашэн. — Тогда отправляйтесь в свою комнату и отдохните. Если не можете заснуть, хотя бы полежите в кровати, поскольку, судя по Вашему виду, Вам это сейчас просто необходимо, — строго сказал Хэ Тао, и скрестив руки на груди, хмуро смотрел на Ло Хуашэна, пока тот не развернулся, и то и дело виновато оглядываясь назад, не скрылся в своей комнате.***
Хэ Тао, который уже и вещи свои для поездки на рыбалку успел собрать, весьма задумчиво отправился на кухню, дабы приготовить обед на скорую руку. Нарезка овощей всегда его успокаивала, и он думал, что когда обед будет готов, он найдёт решение из сложившейся ситуации. Занимаясь овощами, он начал взвешивать все за и против: налаживать отношения с коллегами по работе было важно для него, и в то же время немаловажными были отношения с Ло Хуашэном, поскольку если не позаботиться о последних, то и первых может не стать в одночасье, ведь Ло Хуашэну было под силу испортить всю жизнь Хэ Тао. Двое недовольных чиновников было ничем по сравнению с недовольством всего мира, если Ло Хуашэн обнародует их несуществующие отношения, потому Хэ Тао действительно не знал, что же выбрать. Когда овощи были готовы, Хэ Тао услышал позади себя тихий шорох и, обернувшись, обнаружил сидящего на стульчике около двери Ло Хуашэна, который по-прежнему был в одеждах для сна и, прижимая свои колени к груди, пристально на него глядел. — Господин Ло Хуашэн, почему Вы меня не послушались? — тяжело вздыхая, спросил Хэ Тао. — Мне подумалось, что Вам одиноко и я захотел, чтобы Вы более его не чувствовали… — Что не чувствовал? — непонимающе хлопая глазами, спросил Хэ Тао. — Одиночество, — тихо отозвался Ло Хуашэн, и смущённо спрятал свою голову за коленями. Хэ Тао в очередной раз тяжело вздохнул, и подойдя ближе, наклонился к Ло Хуашэну так, чтобы их глаза были на одном уровне, после чего осторожно прикоснулся к его плечу, и когда тот вздрогнул всем телом и вскинул голову, мягко спросил: — Господин Ло Хуашэн, Вам действительно так важно, чтобы я сопроводил Вас в храм? — Не знаю, не знаю, — еле слышно отозвался тот. — Может быть и не важно, а может быть и важно. Я просто… Хотел сделать хоть что-то для своей почившей матушки, но я такой неблагодарный сын, что… Боюсь и шагу ступить в храм, и… Точно знаю, что без Вас побоюсь туда пойти… Простите, я не хотел мешать Вашей рыбалке и понимаю, что отношения с коллегами по работе очень важны, но… Думал, что моя просьба тоже важна… Или нет… Простите… Ло Хуашэн громко всхлипнул, а потом затравленным взглядом посмотрел Хэ Тао прямо в глаза. Тот казался решительным и холодным, и Ло Хуашэн, поняв, что ему сейчас откажут, вновь спрятал своё лицо. — Господин Ло Хуашэн, — осторожно позвал Хэ Тао, прикоснувшись к его плечу. — Что? — громко всхлипывая, спросил тот, наконец-таки убрав руки с лица. — Пойдите и отдохните, — улыбаясь, сказал Хэ Тао, глядя прямо на Ло Хуашэна. — Завтра нам предстоит долгое восхождение к храму, а это занятие не из лёгких… Хэ Тао улыбался, а Ло Хуашэн, не в силах справиться со своими собственными чувствами, дёрнулся к нему, и крепко обнял за шею. — Вы — самый лучший муж на свете! — прошептал он на ухо Хэ Тао, после чего, отстранившись и утерев тыльной стороной ладони покрасневший нос, сорвался с места. Ло Хуашэн побежал к своей комнате отсыпаться, как и велел ему его дражайший муж, а Хэ Тао стоял посреди кухни и растерянно глядел ему вслед. Ему пришлось приложить немало усилий, дабы справиться с волнением и внезапно накрывшим его сильным сердцебиением, а долгие мгновения спустя, совсем позабыв о своём обеде, он отправился в свою комнату и написал короткое письмо чиновнику Дань Шэню, в котором попросил прощения за то, что не сможет принять их с чиновником Ча Чжо предложение из-за семейных обстоятельств.
