Закрывать уши, воруя колокольчик

      За почти что месяц совместного проживания в одной кровати Хэ Тао так привык к Ло Хуашэну, что больше не чувствовал неудобства от чужого присутствия. Ему было легко и спокойно, и однажды утром он проснулся без единого признака кашля.        — Господин Ло Хуашэн, кажется, Вам пора возвращаться к себе, — сказал он, усевшись на кровати спиной к Ло Хуашэну.        — А Вы уверены, что помощь Вам больше не нужна? — обеспокоенно спросил тот.        — Я очень благодарен Вам за Вашу заботу, господин Ло Хуашэн, — тихо проронил Хэ Тао. — Но думаю, настал тот день, когда нам нужно вернуться к тому, что было ранее.        — Понимаю, — еле слышно отозвался Ло Хуашэн и без лишних слов выскользнул из кровати Хэ Тао и вернулся к себе.       Собственная комната казалась ему холодной и мрачной, и он с превеликой радостью вернулся бы обратно к Хэ Тао, да вот только слишком уважал выбор своего мужа, чтобы его ослушаться.

***

      По прошествию двух дней Хэ Тао, который чувствовал себя гораздо лучше, решил вернуться на работу, но весь день вместо того, чтобы разбирать завалы бумаг, он думал о Ло Хуашэне и об его мягких и заботливых руках, которые осторожно обнимали и гладили, когда ему было хуже всего. Работать не очень-то и хотелось, вместо этого Хэ Тао бы предпочёл, чтобы заботливые руки ещё немного его погладили по спине, но то, что происходило между ними, он считал непозволительным, поэтому предпочёл отдалиться прежде, чем его глупое сердце сделало бы ошибку.        — О, кто тут у нас! Господин Хэ Тао! До невозможности рад Вас видеть, — весело воскликнул чиновник Тун Сюэ, подходя ближе к рабочему столу Хэ Тао.       Его громкий возглас вывел Хэ Тао из его нерадужных раздумий.        — Я тоже очень рад Вас видеть, господин, — коротко кивнув, сказал Хэ Тао.        — Чувствуете себя уже лучше? Кашель более не мучает Вас? Если ещё беспокоит, может, Вам выпросить ещё один отпуск? — обеспокоенно спросил господин Тун Сюэ, на что Хэ Тао лишь мягко ему улыбнулся и ответил:        — Спасибо, но не нужно … Я уже здоров.        — Нашли действенное лекарство, да? — выпучив огромные от удивления глаза, спросил чиновник Тун Сюэ.        — Можно сказать и так, — тихо проронил Хэ Тао, и посмотрев куда-то вдаль, мыслями вновь вернулся к Ло Хуашэну.        — Рад за Вас, очень рад, и за Ло Хуашэна тоже рад, он небось весь испереживался, пока Вы болели.        — Да, Ло Хуашэн тоже очень помог, — осторожно сказал Хэ Тао, отчего чиновник Тун Сюэ в миг засиял как медная монета.       — Вы должны его благодарить, — как бы невзначай кинул он, и насвистывая себе под нос что-то весёлое, начал отдаляться от Хэ Тао, заставив того призадуматься.       Ло Хуашэн и впрямь очень сильно ему помог, ведь будь на его месте кто-то другой, он бы непременно оставил Хэ Тао самому разбираться со своим недугом. Сам же Хэ Тао, который в отличие от Ло Хуашэна, знал всю правду и не считал того своим мужем, мало когда действительно ему помогал. Думая об этом, он почувствовал себя виноватым и решил, что должен был сделать хоть что-то для Ло Хуашэна и потому отпросившись с работы чуть пораньше, отправился на рынок покупать свежие овощи, поскольку ему вспомнился давний разговор с Ло Хуашэном, когда тут говорил, что тот с ранних лет мечтал о том, чтобы его супруга хорошо готовила и баловала его вкусностями. И Хэ Тао, хоть и не был законным супругом, решил ненадолго им стать.       Вернувшись с рынка, он еле слышно открыл ворота дома, и словно вор прокрался мимо комнат Ло Хуашэна. Он хотел сделать тому небольшой сюрприз, потому оказавшись на кухне незамеченным своим ненастоящим мужем, с завидным усердием принялся за готовку. Тушёные рёбрышки, прожаренный тофу с кунжутом, рис с овощами и луковый суп и еще с десяток блюд, были красиво расставлены по тарелочкам и ждали своего оголодавшего дегустатора в зале для гостей, где, судя по количеству еды, Хэ Тао решил устроить званый ужин. Но несмотря на приятный запах, что разносился по всей округе, важный гость не спешил показываться, и потому Хэ Тао решил самолично его пригласить.        — Господин Ло Хуашэн, Вы спите? — довольно громко спросил Хэ Тао, после чего два раза постучался к тому в дверь.       Ло Хуашэн сразу же открыл дверь и засиял яркой улыбкой при виде своего мужа.        — Я давным-давно уже проснулся и занялся написанием новых стихов, и так увлёкся, что совсем позабыл о времени. Между прочим, я хотел Вас встретить с работы, но что уж поделать, — смущённо выдал он и опустил взгляд вниз.        — Я тоже сегодня увлёкся, — коротко улыбнувшись, сказал Хэ Тао. — Увлёкся приготовлением ужина и сделал больше, чем нужно было, поэтому хотел пригласить Вас поужинать со мной, если Вы, конечно же, не против.        — Конечно не против! — весело воскликнул Ло Хуашэн, и дождавшись короткого кивка от Хэ Тао, последовал за ним.       Он прилично удивился, когда Хэ Тао повёл его не на кухню, а в гостевую комнату, и стоило ему увидеть праздничный стол, щедро накрытый разными блюдами, как тут же обомлел.        — Господин Хэ Тао, Вы кроме меня названный ужин пригласили ещё половину города? — удивлённо спросил Ло Хуашэн и слегка боязливо уселся за стол.        — Нет, господин Ло Хуашэн, я надеялся поужинать только вдвоём с Вами, — выдавив из себя неловкую улыбку, сказал Хэ Тао, после чего сев напротив Ло Хуашэна, подтолкнул к нему тарелку с тушёными рёбрышками.        — Это некая благодарность, да? — понимающе спросил Ло Хуашэн.        — Да. Вы очень сильно помогли мне в трудные времена, — пристально глядя Ло Хуашэну прямо в глаза, сказал Хэ Тао. — Признаться честно, я раньше пренебрегал Вашей заботой, а теперь мне стало из-за этого совестно... Я захотел Вас чем-то отблагодарить, потому и приготовил покушать… А ещё... Хотел Вам предложить вот так, как сейчас, ужинать вместе каждый вечер... Если Вы не против, конечно…        — Я с радостью! Только обещайте, что последующие разы не приготовите так много блюд, а то, не ровен час, и мы с вами растолстеем до невообразимых размеров, — весело улыбнувшись, сказал Ло Хуашэн, и схватив палочки, принялся за еду.        — Хорошо, не буду больше так много готовить, — смущённо улыбнувшись, выдал Хэ Та. — И, я надеюсь, Вы будете не против в те дни, когда я вернусь слишком усталым с работы, отужинать вместе со мной в каком-нибудь заведении этого города?        — Конечно не против! Вы знаете, я перепробовал еду в каждой харчевне и трактире этого города, и знаю по меньшей мере три десятка мест, куда можем сходить и попробовать новые блюда. Я уверен, Вам непременно понравится, — сказал активно жующий Ло Хуашэн.        — Не сомневаюсь, — мягко ответил Хэ Тао и принялся кушать, то и дело подталкивая тому то или иное блюдо.       Ло Хуашэн раз за разом хвалил всё, что успевал пробовать, а в особенности луковый суп.        — Это божественный вкус! Я серьёзно никогда не пробовал ничего более вкусного! Как же мне теперь жить без этого супа?        — Как и жили до этого, господин Ло Хуашэн, — ответил Хэ Тао.        — Ну уж нет, жизнь без него мне более не мила, — весело сказал тот.        — Уверен, что, если бы Вы им питались каждый день целую неделю, забрали бы свои слова назад, — тут же парировал Хэ Тао.        — Ни в коем случае, я готов питаться им хоть целую жизнь! — весело ответил Ло Хуашэн и ярко улыбнулся.       Хэ Тао же, коротко на него взглянув, отвёл в сторону смущённый взгляд, потому что каждый раз, когда тем вечером он смотрел на широкую улыбку Ло Хуашэна, его сердце замирало.

***

Смятая постель, Рядом теплый ты, Как же сладко мне, Глупые мечты.

      На следующий день зачитав своё утреннее стихотворение, Ло Хуашэн смущённо улыбнулся и раскрасневшись, словно свежесваренный рак, поспешил быстро скрыться в своих комнатах и так и не увидел, каким долгим и влюблённым взглядом проводил его Хэ Тао, а вечером, дабы вновь ему угодить, тот вновь приготовил луковый суп, который даже через время Ло Хуашэну так и не надоел.