Чонним-Дон

- Алло? Тэхен? - испуганным голосом роняет Чимин, когда тот берет трубку только с 5 попытки. - Алло? Что случилось, Чимин? - сонный голос приятно касается барабанных перепонок, словно пытаясь не задеть ненароком, и не взорвать пузыри звуков. - Ты чего так долго трубку не берешь? Обычно ведь с первого отвечал. - привыкшие к родному голосу уши Чимина, не испытали ничего необычного. - Я спал. Так ты по поводу? - Почти. - старший бросает только два слова: Тэхен сразу понимает о чем он, и зачем звонит. - Хосок. Юнги. - Ясно. Сейчас приеду. *** - Ты как? - А ты как думаешь? - Хосок лежит на диване в маленькой квартирке Чимина, чувствуя себя самым ничтожным существом на свете. Квартира хоть и небольшая, но бывать в ней доставляло согревающее душу, спокойствие. - Кстати, ты почему уже второй день на парах не бываешь? - Слабость по утрам, не могу встать с постели. Не пойму из-за чего, мама предполагает, что я простудился, или еще чего. - потирает нос. Тэ сидит на краю дивана, смотря на Хосока сверху вниз. - Ты не пробовал в больничку сходить? Вдруг что серьезное. - хмурится Чон. - Да ну, здесь не нужно быть врачом, чтобы понять что с ним не так. - заходя в гостиную из кухни с тряпкой в руках, нагло прерывает разговор друзей. - Он вкалывает и там и здесь, работая и ночью и днем. Изводишь ты себя, Тэхен. Я же предлагал тебе съехать ко мне, мне одному в этой коморке жить не по вкусу. - садится к ногам Чона, смотря на Тэхена как родитель, чей ребенок провинился, готовясь отругать как следует. В душе Хосока неспокойно. Тэхену не здоровится. «Вдруг у него что-то серьезное? Опухоль…. а то и рак…. может… подхватил какой-то опасный вирус..?» - Хосок? - голос разрывает из мыслей, заставляет чувствовать себя пулей, исходящей из головы. - А? - испуганно смотрит на блондина, распахнув глаза широко-широко. - Нужно поговорить. О тебе. - не совсем аккуратно, но начал Чимин. - Ой, да о чем мне говорить, Чимин? Вы оба все прекрасно понимаете. - закрывает лицо ладонями. - Хосок, так нельзя. Тебе нужно забыть его. Прошло ведь уже 4 года… время, вроде как, лечит… - толкает речь в свою очередь Тэхен. - Рана, может и закрылась, превратившись в шрам, но иногда кровоточит, Тэхен. Я знаю, что вам сложно понять мои чувства, потому что он был вашим другом, а мне…. он был… - делает паузу, - намного больше, чем просто друг. - Хочешь сходить к нему? - Чимин, поглаживая колено Чона, предлагает своим самым ласковым голосом, на который только способен. - Сейчас? - Почему бы и нет? - соглашается Тэхен. Снаружи достаточно прохладно. Вечерняя атмосфера встречает проблески Луны. Кладбище ему никогда не казалось чем-то пугающим или копилкой паранормальных явлений, коим ассоциировали его в обществе. Даже до того, как умер его самый дорогой человек (после родителей, конечно), Чон считал это место точкой соприкосновения мертвых с живыми душами. Но несмотря на это, ему тут не нравилось. Мысли о том, что ему в свои 21 повелось побывать здесь немало раз, все напоминали о том, что когда-нибудь в будущем, придется попрощаться с кем-нибудь еще, носить с собой больше одного букета белых хризантем. На кладбище кроме тройки друзей, недалеко виделись макушки четырех парней, предположительно ровесников, но из-за севшего за горизонт солнца, при тусклом свете пары еще работающих фонарей, разглядеть их было невозможно. - Привет, Юнги. Я снова пришел. - на слове "снова" Хосок не сдерживает чувства. Стон боли вырывается из груди пробкой от шампанского, горло окутывает неприятно горячей температурой и прожигающей болью. Хосок падает на колени. Слезы гуляют по лице молодого человека, не стесняясь показывая все горе, слегшее на плечи обладателя. Они не были здесь с прошлого года. Чимин закрывает рот кулаком, чтобы не добавлять в и без того зависшее в воздухе напряжение, драму. Он подходит к Хосоку, сидевшему на коленях, успокаивающе поглаживая по плечам. ”Хосока… - хриплым голосом проговаривает больной, вытаскивая наружу все силы, что только остались в его еле живом теле. - Обещай, что… забудешь меня…что… не будешь всю жизнь… жить с этим… - парень, к которому обращаются, рыдает изо всех сил, кивая головой в отрицательном жесте, прося замолчать. - Пожалуйста, Хосока…. ради меня… ради нас. - небольшая пауза. Руки теряют напряжение. Тишина. И только жужжащий аппарат рядом, изображает прямые линии. Вздох. Его больше нет.” - Я помню твою просьбу. Я забуду тебя, обязательно. Просто мне нужно время… - Юнги! Юнги! - издалека слышится голос одного из тех четырех парней. Один из них подходит к тройке, - Извините, вы не видели здесь невысокого парня, брюнет, вроде был с нами рядом, а вроде и отстал от нас давно..? Не можем найти его.. - мальчишка, на вид лет 18, спросил с отчетливым ощущением чужого страха. Хосок не дышит. К собравшейся компании, подходят и остальные. - Здравствуйте, мы тут искали кое-кого… - парень жмурится и замолкает на пару секунд, кажется, узнав парней, - Чимин? Не ожидал вас здесь увидеть. - большие глаза расширили свой кругозор от удивления. - Да уж, ни дня покоя от вас. - недовольно бросает Чимин, отворачивая голову, максимально стараясь показать свое неодобрение. - Ладно, сейчас не об этом, Намджун. Нам нужно Юнги найти. - нарушает бесцельную болтовню самый высокий, видно, заплаканный, но приятный на вид парень. Хосока бросает то в жар, то в холод. Он уже несколько минут, с еще первых зовов незнакомца по имени, втыкает в одну точку: в черно-белое фото парня на памятнике. Ведь как иронично получается - они пришли сказать покойному о том, что он обязательно его отпустит, как слышит то же имя, что и бывшего друга. - Прости. - обращается к товарищу, поворачивается обратно к знакомым лицам, - Я хотел спросить, - Намджуна перебивает уже подходивший раньше с идентичным вопросом. - Нашел! - радостно кричит где-то возле дальних памятников, таща под рукой чужую. - Можешь так не кричать, они бы все равно узнали успехи ваших поисков. - юноша, кажется постарше, как удивительно, и Намджуна, и парня, что ведет его рядом, который вроде как потерялся, из-за чего было ощущение, будто ему 10. Увидев вместо ожидаемого маленького ребенка взрослого парня, остальные перекинулись удивленными взглядами. Один только Хосок, продолжал глядеть перед собой. От голоса некого Юнги, разрывало душу. Такой же. - Я отошел покурить, а телефон оставил дома. Чего разорались посреди бело дня? - Ну, во-первых, не посреди, а в конце, во-вторых, не бело дня, а уже глубокий вечер. - произнес Чимин. - Я понимаю, что вы испугались, что потеряли, на вид 25-летнего мужика, но необязательно было подходить в момент, когда мы все тут проливаем слезки. - очевидно, Чимин переживал за Хосока. - Все в порядке. - наконец, заговорил Чон, вставая с колен. - Всякое может быть. Пойдем домой? - парень не смотрит на незнакомца, лишь поворачивается к ним спиной, и не получая ответа, просто делает шаг вперед. - Стой, у тебя там упало че то, - Юнги подходит к памятнику, чтобы поднять выпавшую вещь, но ненароком заметив имя покойного, дергается. Теперь понятно, почему он показался таким странным. Хосок останавливается. Поворачивает голову, направляя взгляд сначала на свою вещь, в чужой руке, а потом на лицо молодого парня. "- Он не похож. - фыркает, - Как я мог подумать, что это ты, Юнги? Как я мог спутать тебя?" Он резкими движениями выхватывает платок из рук парня. Юнги понимает причину. Чимин и Тэхен еле слышно прощаются с Намджуном, послушно уходят за другом обратно домой. - Что вы вчера делали на кладбище? - А что же, Намджун, люди делают на кладбищах? Мы вот, в арифметическую игру играли, минус, плюс, все такое. - В смысле? Плюсы на кладбище? - Ну понимаешь, я найду плюсы везде – даже если это кресты на кладбище. - Так ладно, а сейчас без шуток. - Вообще-то, я первый хотел задать этот вопрос. Мы вчера посетили нашего давнего друга, которого, кстати, зовут также, как и вашего потерянного. - Юнги что ли? - Именно. - Намджун понимает. - Боже, извините. Я не знал.. - Ничего. Бывает. - Чимин не был особо обижен. - У моего парня умерла мать пару месяцев назад. Он хотел сходить к ней. - Ты… - Намджун перебивает: - Да. Я гей. - Да я не про это… Забей. У меня последняя пара, я лучше пойду. - указывая на выход из столовой, парень направляется в нужный кабинет. Шагая по полупустым коридорам в обеденный час, Пак натыкается на знакомое лицо –виновника бессонной ночи своего друга. Он шел навстречу ему, весь в черном, в большом худи, почти такого же роста что и сам Чимин. Вчера парень не замечал, насколько этот новоиспеченный знакомый был бледным. Пак радуется, когда Юнги проходит мимо, кажется, даже не узнав его. Заходя в аудиторию, Чимин первым делом смотрит на спящего на парте Хосока и подходит поближе. Он замечает, что места возле него заняты: справа уже сидит некая девушка, а слева, на стуле стоит черный рюкзак, оповещающий о занятости места. - Хей, ты в порядке? - аккуратно касается плеча, намереваясь разбудить друга к паре. - А? - парень резко поднимает голову, быстро заморгав глазами, морщась от такого контраста света. - Ты в порядке, я спрашиваю? - Да..да, просто не спалось ночью. - Я заметил. А чей это рюкзак? Обычно ведь с тобой сижу только я или Тэ. - Чимин неуверен, что заставило ему сказать это - ревность или любопытство? Во всяком случае, он знает, что будет рад, если Хосок решит завести новых друзей, не забыв старых. - Я сам не в курсе. - звонок на пару перебивает Чона. - Мне, если честно, все равно, лишь бы этот человек не говорил со мной. - Ладно, я если что там. - указывает на задние парты, там же занимая место. В аудиторию, словно овцы в сарай, толкаясь, в пару секунд залетает толпа студентов, сразу же заводя за собой комок шума, что заставляет обратно лечь на парту и закрыть глаза. Хосок чувствует движение слева от себя - кажется, пришел его новый сопартник. Он лишь лениво поднимает голову, медленно поворачивая в сторону незнакомца, но увидев саму персону, замирает. Внутри неоднозначные чувства; безумное желание узнать этого человека поближе; ненависть к этому человеку, за то, какого имени он является носителем; злость за наглость, что посмел сесть рядом с ним, будто зная, что так он сделает ему больно; но Чон лишь резко отводит взгляд, направляя его на входящего в помещение препода.