NSFW алфавит (на пейринги)

      Такого Сигма ещё не чувствовал. Его тело жгло, словно кровь, что течёт по телу, вовсе не принадлежит ему. Она есть нечто из недр ада. И весь этот лавовый поток скапливался в одном месте. Ему очень хотелось убежать, но одновременно и с тем собственное любопытство, делающее его так похожим на обычного человека, заставляло всё ещё находиться в этой комнате.       Одежда и вправду была лишней. Её стянули настолько быстро, даже показалось, что перед ним черти, а не эсперы. Руки блуждали по девственному телу, то приятно проводя по талии, то царапая сосок. На секунду парень взглянул на Гоголя, который взял передышку и жадно глотал воду из бутылки. Сигму тоже замучала жажда. Он открыл рот, чтобы попросить воды, как на шею приземлились губы Дазая, тут же прикусывая кожу и зализывая место укуса. Фёдор тем временем уже скользнул под нижнее бельё, проводя по члену Сигмы. Для трёхлетнего парня это всё странно и необычно и так приятно. Он знал, что такое секс и понимал, чем тут занимались до этого Дазай с Колей, но Сигма не думал, что сам окажется в такой ситуации. — Сигма-котёнок, кого бы ты хотел поцеловать из нас троих? Только честно, — проговорил Достоевский на ушко.       Эспер не ожидал такого вопроса. Дазай также отлип от шеи и внимательно взглянул в глаза Фёдора. Тут же что-то осознав, он хитро улыбнулся и посмотрел на Сигму. — А, ну… — замялся парень — Мне точно нужно выбирать? — Конечно, — ответил Дазай, не сбавляя улыбки и поглаживая по спине Сигму. — Эй, что вы задумали? — надул губы Коля.       Сигма метнул взгляд на Гоголя и подумал, что из всех троих более всего его привлекает Коля. Эту мысль он тут же отбросил. Подумал «что за бред. что происходит. дайте мне уйти.»       Сигма абсолютный девственник. Он даже и не думал никогда о пошлостях. Не рассуждал о том, что ему нравится и не нравится. В эти секунды, после вопроса Достоевского он задумался.       Фёдор скорее эстетичный — худощавый с красивыми ключицами, бледный, изящными кистями рук с чуть выпирающими костяшками, искусанными губами вкусом крови и очень симпатичным лицом.       Дазай же выглядел немного болезненно. Особенно когда Сигма приметил чуть заметные шрамы в местах, где чуть сползли бинты. Парня это слегка отталкивало и пугало, но даже так у Осаму такой взгляд — слишком страстный. Сигма даже предположил, что он скорее всего нереально хороший любовник. Да и что скрывать, Дазай смазливенький.       Гоголь другой. Он очень сексуален. И выглядит здоровым, только в физическом плане конечно. У него прекрасное в меру подкаченное тело, сочные ляжки, крепкие руки, широкая спина и приятная внешность. — Николая… — вырвалось у Сигмы.       Сигма сам не ожидал, что скажет это. Он скорее просто случайно озвучил мысль. Фёдор и Дазай тихо посмеялись. — Понятно, — кинул Достоевский и повернул голову Сигмы в сторону Осаму.       Детектив тут же впечатался губами в губы парня. Сигма не сразу понял, что его целуют, а затем даже и вбиваются языком в рот. Языки столкнулись и это отдалось где-то внизу живота чем-то покалывающим и приятным. Далее пришло осознание, что его обманули и своровали первый поцелуй в жизни без разрешения. В чём тогда был смысл спрашивать? — Коль, — выдал Федя.       Фёдор подошёл к Гоголю и жестом показал повернуться.

прим. автора — ох, бл

***

      Сигма смотрел как голова Николая двигается туда сюда. Судя по лицу Дазая, который сидел облокотившись на спинку кровати, Гоголь очень в этом хорош. Глаза прошлись по широкой спине вниз. Сигма неуверенно провёл ладонью по ягодице эспера, который тут же слегка выпятил свою пятую точку на встречу прикосновениям. — Сигма, солнце, я понимаю тебя. Большая часть девственников думают и представляют как наконец произойдёт это, а как наступит момент истины, который всегда приходит слишком неожиданно, теряются, — говорил Фёдор на ушко парня.       Достоевский прилип к спине Сигмы. Он то и дело шептал Сигме пошлости и подбадривания. Руками он обнял парня за плечи, одной иногда проходясь по лицу эспера. — Не бойся.       С первой попытки Сигме не получилось войти. Фёдор помог, взяв член парня в руку и направив. Сигма толкнулся неуклюже, но легко, благо Гоголь был очень хорошо растянут, даже слишком. Но Сигме всё равно было приятно. Внутри Коли горячо, очень горячо. Мысли в голове отключились, было только это чувство. Когда Федя начал оставлять засосы на шее Сигмы, парень откинул голову на плечо Достоевского и отдался моменту.       Дазай протяжно застонал и тихо посмеялся, извиняясь за что-то. Возможно за то, что не сдержался и кончил, увидев всю картину целиком. Гоголь проглотил сперму и начал всё заметнее стонать, улыбаясь. Осаму погладил волосы Коли, словно говоря тем самым «хороший мальчик».       Сигма быстро освоился и понял как надо. Фёдор наконец выждал момент когда эспер навеселиться и пристроился поудобнее, чтобы вставить и свой член.

***

— В чём был смысл спрашивать? — спросил Сигма. — Если бы я спросил кого ты хочешь, ты бы просто покраснел и не ответил, — начал объяснять Федя — Поэтому тот кого ты бы хотел поцеловать и должен был предоставить своё тело. — А если бы я никого не выбрал или сказал бы, что хочу поцеловать каждого? — проговорил Сигма. — Если бы никого, мы бы заставили тебя смотреть как это делаем. Если всех, то мы бы тебя по очереди трахнули, — вмешался Дазай, который сразу же понял замысел Фёдора.