Экономия

Доходы — 300, расходы — 290

      О своём приглашении на пироги Энтони пожалел, едва выйдя в субботу из магазина: не имел он права рисковать всем, чудесной работой и этими подарочными чеками. Омега нервничал, и всё у него валилось с рук. Только долгая привычка бережно обращаться с продуктами и внутренний страх испортить хотя бы одно яйцо и муку помогли Тони справиться с тестом.       Энтони и сам не заметил, когда привычка экономить, рассчитывать и планировать стала его второй натурой. Тони просто не мог себе позволить тратить на еду много, а так хотелось почаще покупать мясо, фрукты, овощи… Омега знал, что здоровые дети не растут на скудном рационе, но, покупая даже яблоки, Энтони привык пересчитывать, рассчитывать… И он старался экономить даже на себе, отвечая Нилу одно и то же:       — Я не голоден, я хорошо пообедал на работе.       Эта была ложь. Тони в свой обед спешил домой, чтобы убедиться, что всё хорошо, радуясь тому, что не было необходимости таскать Криса по снегу туда и обратно: Бенджамин с удовольствием присматривал за малышом.       Пироги удались. Энтони достал из тумбочки небольшой пакетик с дорогим, качественным чаем, что купил для беты именно к пирогам. Тони и сам любил чаи — хорошие, крепкие, с терпким вкусом и какими-нибудь добавками. Но омега прекрасно понимал, что после визита босса отложит чай: слишком он дорогой, чтобы пить его каждый день.       Крис вдруг заплакал, и Энтони бросился в комнату, чтобы убедиться, что с малышом всё хорошо. Маленький бета заливался плачем, а чуть сконфуженный Оли стоял в паре метров от младшего брата и что-то прятал за спиной. Тони подхватил Криса и протянул руку.       — Не отдам! Он слюнявит ухо зайки! — мотнул головой Оливер.       — Ты забрал у Криса игрушку? — сюсюкаясь с малышом, спросил Энтони.       — Свою игрушку! — напомнил обиженно Оли.       Тони хотелось сказать, что игрушками нужно делиться, но он промолчал: Энтони понимал, почему Оливер не хочет этого делать. Новых игрушек омега почти не покупал, экономя на них, чтобы не приходилось урезать расходы на одежду и еду. Для маленького Оли его зайка был дорог, и Энтони попросил сына ровно, спокойно:       — Пожалуйста, Оли, постарайся не играть с зайкой на глазах Криса, чтобы тот не хотел твоего зайку.       Оливер кивнул и затем тоже заплакал.       — А когда мне с зайкой играть?       Тони тяжело вздохнул и притянул к себе среднего сына, пытаясь успокоить обоих. За общим плачем омега не услышал, как в двери постучали, как Нил, спросив, кто за дверью, открыл её Бенджамину.       Бен зашёл, держа в левой руке крупного плюшевого мишку с огромным нарядным синим бантом. Оли замолчал, смотря на медведя с таким выражением лица, словно бы увидел чудо. В правой же руке у беты была большая пирамидка, и Крис тут же потянул к ней ручки, чётко и громко приказав:       — Дай!       — Держи, — протянул пирамидку Крису Бенджамин.       Пока малыш прижимал свою игрушку к себе, бета серьёзно уточнил у Оливера:       — Ты позаботишься о Тедди?       Оли закивал и обнял мишку, прижимая его, не бросив и зайку, впрочем.       — Смотри, какую лошадку подарил мне дядя Бенджамин! — сообщил радостный Нил. — Оли, я тебе на ней тоже буду давать скакать.       — Спасибо, — отозвался Оли и крепко обнял брата.       Энтони же улыбнулся и глянул на своего босса, пытаясь понять, не злится ли тот на то, что Оливер поблагодарил брата, а не его. Бен же улыбался, любуясь детьми, их радостью, и его, похоже, совсем не беспокоило, что омежка ещё не до конца выучил правила хорошего тона.       — Оливер, поблагодари дядю Бенджамина, — поучительно сказал Энтони. — Он тебе такой чудесный подарок принёс.       Оли тут же исправил свою ошибку, а Бен крепко обнял омежку и сообщил:       — Главное, что Тедди нашёл хороший дом! У меня ему было бы очень скучно.       Пирогов в этот раз было два: один с яйцом и зеленью, второй — с джемом. Энтони хотел испечь пирог с мясом, но не смог себя уговорить: дети пироги ели очень быстро, и тратить столько мяса на два, максимум три приёма пищи омега просто не мог. Но Бенджамин нахваливал пироги и делал то, что Тони так хотел от беты, — общался с детьми.       Энтони себе не врал — шальная мысль стать супругом босса была продиктована расчётом и усталостью. Омега хотел стабильности, пусть её ценой и станет новый брак. Без любви, но с достойным, спокойным, основательным бетой. И сейчас, наблюдая за Беном, Тони впервые подумал, что второй брак может быть не просто тихой гаванью и отличным стартом для детей. Этот союз мог быть чем-то большим и более приятным. Бенджамин весело беседовал с детьми, мягко, с настоящим интересом. И на самого Тони бета посматривал с восхищением. Так что когда пироги были почти съедены, Энтони поднялся и предложил:       — Прогуляемся? Нилу нужно делать задания, а Крису спать. Оли же от Тедди не уйдёт, а мне так хочется пройтись по свежему воздуху.       — Пойдём, — кивнул Бен и поднялся.       Тони вздрогнул, когда бета подал ему пальто. Омегу смутил не сам галантный жест, скорее, то, что внутренняя часть элегантного внешне пальто была залатана, и Бенджамин не мог этого не заметить. Но бета тактично промолчал и уже на свежем воздухе уточнил:       — Куда пойдём?       Энтони резко остановился и, смотря снизу вверх, резко, даже с отчаянием, спросил:       — Я же тебе нравлюсь, как омега нравлюсь?       — Да, — вздрогнул Бенджамин и добавил поспешно и как-то скомкано: — Но тебе не стоит думать, что я взял тебя на работу с какими-то далеко идущими планами. Я никогда себе не позволю…       — А ты позволь, — перебил Тони. — Позволь себе пригласить меня на свидание. Для начала.       Бета замер, явно хаотично думая, и предложил:       — Думаю, удобнее всего в субботу. В будни тебе нужно провести время с детьми.       Энтони кивнул и пошёл вперёд, пряча довольную улыбку в пушистый шарф. Бен, уже почти его Бен, не пытался поставить себя выше детей.       — В субботу после работы, часов в семь, — кивнул Тони, не оборачиваясь на спутника. — Мне нужно будет к детям заскочить и переодеться.

***

Доходы — 300, расходы — 280

      Бенджамин выбрал для первого свидания ресторан, и Тони невольно отметил, насколько бета не похож на его первого мужа. Рейнер, даже когда семейство Стоун отвернулось от непокорного сына, предпочитал дорогие заведения, пусть даже один ужин в подобном и стоил им треть оклада альфы. Бен же пригласил омегу в уютный семейный ресторанчик, в котором цены были умеренными, а порции — большими. Зато Энтони понимал, что может себе позволить заказать и горячее, и салат, и десерт. Даже молодое вино.       Бенджамин признался:       — Я ваше семейство приметил сразу, как только вы заселились в квартиру. Но тогда, когда ты мне на лавочке признался, что ты в беде, я понял, что ухаживать за тобой не смогу. Не хотел, чтобы ты подумал, что я, как стервятник, хочу воспользоваться твоей бедой.       — А тебе вообще нужен был помощник? — хохотнул Тони.       — Я думал, что нет, даже гадал, чем тебя нагружать, чтобы ты не решил, что я дал тебе работу из жалости, — признался бета. — Но оказалось, что помощник-омега — это отличная идея! Покупателям стало гораздо удобнее.       Энтони кивнул своим мыслям и признался:       — Я принял предложение, не веря, что тебе нужен помощник. А потом уже поверил, что это не жалость. Хотя ты мне платишь слишком много! Омегам столько не платят.       — Я плачу тебе столько, сколько бы платил помощнику другого пола, — не согласился Бенджамин. — Никогда не понимал, почему омегам можно платить меньше.       — Всё очень просто — кроме проституции, работ для омег мало… При прочих равных всегда выберут альфу или бету, они ведь не обременены воспитанием детей, ведением хозяйства. На омег соглашаются только те, кто не может много платить или не хочет, — горько сказал Тони. — А я ещё и сирота: омег в приюте не устраивают в ученики, не отправляют после школы на обучение. Зачем? Всё равно омега выйдет замуж и осядет с детьми дома. А что делать вдовым, как я? Или тем, кто родил вне брака? На что жить, пока мужа юный омега ещё не нашёл?       Бен промолчал, не зная, что ответить.       — А я не мог и мужа искать, ещё Рея не оплакал тогда, да и дети… Мои дети. Кому нужны чужие дети? — вздохнул Энтони. — Кто своих и чужих будет любить одинаково?       — Я буду, — пообещал Бенджамин твёрдо. — Да, я не смогу подарить тебе ещё детей, но этих буду любить.       — Я знаю, ты им подарки покупать начал гораздо раньше, чем я решился… — кивнул Тони и накрыл рукой ладонь беты.       Бен кивнул и уточнил:       — А как ты понял, что я подарки покупал, а не приносил то, что осталось от племянника? Я же санками пользовался целый день, возил на них всякое, даже слегка поцарапал их, пришлось попробовать разные инструменты.       Энтони рассмеялся, представив, как бета пробудет всякие стамески, рубанки, отвёртки и прочие инструменты, чтобы потом выдать новые санки за старые, а потом только ответил:       — Они пахли деревом — старые санки уже так не пахнут.       — Об этом я не подумал, — сознался бета и тоже рассмеялся.       Когда они поужинали, Бенджамин без стеснения попросил упаковать десерты с собой: кормили тут хорошо, но ни омега, ни бета до десертов так и не добрались. Тони попытался сопротивляться и вручить коробки Бену, но бета возразил:       — Пусть и детям будет вкусно.       — Спасибо, — смутился Энтони.       Бета, как и положено, провёл омегу до дома, а на прощание очень старомодно поцеловал Тони руку. Уже дома, наблюдая за тем, как дети жадно поедают десерты, Энтони вдруг вновь глянул на поцелованную руку и отметил, что ему приятно думать об этой невинной ласке.