Череда ерунды

      Гор хмыкнул и слегка толкнул Бессмертного в плечо кулаком, а затем кивком указал на заднее сиденье. Уставший за бесконечный день Виль спал, трогательно положив под голову руку и вытянув ноги на удивительном заднем сиденье, что меняло свои размеры в зависимости от нужд.       — День был долгим, — кивнул своим мыслям Костя.       — Я и сам был уже готов пожертвовать головой, чтобы просто побыть в тишине, — заверил Змеев.       — Ха! Невелика потеря! Сколько десятков раз в средние века ты продавал свои головы заезжим европейским рыцарям? — спросил ехидно Бессмертный.       — Расскажи, — раздался сонный голос Виля.       — И не надоело тебе слушать за сегодня? — уточнил Гор чуть ворчливо и начал. — Это было очень давно.       Голос Змеева звучал тихо и очень размеренно, словно бы убаюкивая, и Суслик будто своими глазами видел рыцарей в латах, что приходили торговаться к Горынычу. Тот был щедр — головы всё равно отрастали быстро, вот и торговал ими Гор охотно, меняя плоть на вес золота.       — А куда они потом делись? — спросил сонно Виль.       — Не все черепа динозавров — черепа динозавров. Часть — черепушки нашего Гора, — пояснил Бессмертный.       — А ты как зарабатывал? — перевернулся лицом к сиденью Суслик.       — Этот задохлик тоже не так прост, — поспешил ответить за Бессмертного Змеев. — Он столько раз проникал в чужие дворцы как труп или пленник… А потом грабил. Хотя один раз он и ошибся жутко. Попал во власть Влада Цепеша, Влада Колосажателя… Пришлось Яге его выручать. Но она не сильно спешила.       Костя фыркнул и заверил:       — На кол меня так и не смогли посадить. Всё было не так уж и жутко. Влад хотел мою силу в себя впитать, даже кровь мою пробовал пить. Я ему уже прямым текстом говорил, какую именно жидкость из меня стоит высосать… Но тут явилась Яга и всё веселье испортила.       — С Владом? Он же… — Гор скривился.       — Да плевать мне было на его морду, просто было интересно, как этот наглый высокомерный тип… — начал было Бессмертный.       — Тебе отсосёт? — продолжил Змеев, перебив.       — Типа того, — согласился Костя.       Виль больше ничего не спросил, заснув беспокойным сном, в котором рыцари сажали друг друга на колья, бегали вокруг коней с головами динозавров — почему-то в вечерних платьях, натянутых прямо на латы. Грубое железо рвало нежную ткань, и это по неизвестным причинам сильнее всего возмущало Суслика.       — Он что-то бормочет, — обеспокоенно сказал Гор.       — И? — лениво отозвался Костя. Он уже давно отпустил руль и тоже почти дремал на водительском сиденье.       — Когда Виль в последний раз занимался? Ты уверен, что его сила уже не разрушила весь янтарь? — отозвался Змеев встревоженно.       Бессмертный встрепенулся, скидывая дремоту, и как раз вовремя: огромная стая воронов, что плотной стаей окружала авто, вдруг резко рванула в сторону. Костя в последний момент успел увернуться и не врезаться в летящего навстречу птеродактиля.       — Он что… в платье? — не понял Бессмертный.       — Хоть в пончо — это динозавр. Буди Виля, а то неясно, что ещё он наколдовал, — потребовал Гор и, открыв двери, выпрыгнул из авто, в воздухе обернувшись змеем, и полетел вслед за птеродактилем.       Несчастный, давно вымерший зверь и понять не успел, что случилось, когда средняя голова Змея Горыныча откусила половину его тела. Вторая часть рухнула бы вниз, но левая голова успела подхватить.       — Виль, просыпайся! — громко потребовал Костя. — Только молчи!       Суслик встрепенулся и сонно уточнил:       — Добрались?       — Помолчи, — попросил Бессмертный и достал из бардачка очередной оберег. — Надень.       Глянув на янтарь, Вил сглотнул и, лишь когда тот прикоснулся к коже, спросил хрипло:       — Что я уже натворил? Где Гор?       — Улетел перекусить, — ровно сообщил Костя и уточнил: — Ты помнишь, что сказал? Мы видели птеродактиля. По земле не бродят сейчас динозавры?       — Не знаю, — виновато отозвался Суслик.       — Мы сейчас приземлимся, сиди в машине, — резко отправил авто на снижение Бессмертный. — Лишь стоя на своих ногах, на родной земле, я смогу раскрыть силы достаточно, чтобы отследить, что ты сделал.       Приземлились они посреди леса, на полянку, что оставил после себя небольшой лесной пожар. Костя вышел и приказал:       — Виль, не покидай машину… В случае опасности она сама взлетит.       — А ты?       — Я — бессмертный, — напомнил Костя.       Виль прилип к окну, наблюдая за тем, как Бессмертный лёг на землю, чтобы суметь исправить то, что натворил он, Суслик.       Прошло минут десять, прежде чем Костя встал. Ещё пару раз ему пришлось встряхнуть головой, чтобы убрать красный свет, которым горели глаза. Открыв заднюю дверцу, Бессмертный сообщил:       — Всё хорошо.       — Это хорошо, что хорошо, — отозвался Гор, выходя из тени деревьев.       Костя глянул на Змеева и хмыкнул очень так странно.       — Простите меня, — виновато сказал Виль.       Гор отвернулся, не сдержав отрыжку, и мотнул головой: платье явно было лишним, а затем заверил:       — Всё нормально, Виль. Это мы должны были предвидеть, что нужно проверить янтарь. У нас же огромный опыт.       — Правда, Виль, ты чего? — присел на колени рядом с авто Костя. — Ничего же не произошло! Давай, может, заедем куда-то и закажем бургеров? Ты ведь любишь такое?       — Люблю, — кивнул Суслик, чувствуя себя неловко: он привык, что за ошибки его всегда ругали, наказывали, а не пытались утешить. — Спасибо.       Гор хмыкнул, понимая, что посреди ночи поесть бургеров можно только с собой и есть их предстояло в машине. Костя терпеть не мог, когда кто-то ест в его авто или карете, но Вилю позволил. Себе Бессмертный взял лишь кофе, да и тот пил… Почти не пил. А вот Змеев себе заказал много и всего, решив, что всё равно после сожранного платья придётся выпить что-то от изжоги, а то и вовсе сожрать пачку-полторы соды.       Пока они везли Виля домой, пока все втроём проводили его до двери, пока попрощались, пока Костя подвёз Гора, наступил уже рассвет.       Открыв двери своего дома, Змеев первым делом наткнулся на вполне себе бодрую и весьма озадаченную Раду.       — Почему не спишь, хозяйка? — спросил Гор, разуваясь.       — Ты мог меня и предупредить, — с укором сказала Хозяйка Медной горы. — Просыпаюсь я в своей комнате от громкого хлопка и вижу твою черепушку.       — В каком смысле? — не понял Змеев. — Меня даже близко к столице не было…       — Так это не ты все свои черепушки по миру собрал? — удивилась Рада и, ухватив его за руку, потянула за собой. — Сам смотри! Весь дом превратился в склад костей!       Гор, всё ещё не понимая, прошёл в некогда просторную гостиную и замер с открытым ртом: вся гостиная была устлана кусками костей, кое-где были большие, пусть и грязные фрагменты черепа, а наверху, прямо на журнальном столике, стоял ухоженный отреставрированный череп. Змеев сделал пару шагов, чтобы убедиться, что перед ним его же череп из одного музея, и охнул, наступив на что-то острое.       — На собственный зуб! — возмутился Гор. — Я убью Бессмертного! Это по его мнению «всё нормально?»       — Это Константин? — не поверила Хозяйка Медной горы, благоразумно стоя в коридоре, где костей почему-то не было.       — Нет, это Виль вернул мне мои кости, — ещё сильнее запутал девицу Змеев. — Я ему рассказал о своём средневековом бизнесе, и тот, видать, приснился ему.       — А Бессмертный тут причём? — уточнила Рада, окончательно потеряв логику.       — Он сказал, что всё хорошо! Тут по дому должно быть семь черепов из разных музеев и ещё пара десятков тех, что со временем потерялись и остались в земле, — сообщил Гор, потирая виски. — Сейчас их пропажу уже явно обнаружили, и вернуть нельзя.       — Так уничтожь их, — пожала плечами Хозяйка Медной горы.       — Ты свои хвосты можешь уничтожить? Ты же ящерицей десятки раз теряла их, — напомнил Змеев.              — Они же в малахит оборачивались, зачем их уничтожать? — не поняла Рада.       — Я не могу уничтожить свои кости силой, нужно будет как-то по-другому… О, мне нужен каток: смолю кости в пыль и рассыплю, — сообразил Гор. — Но Косте я всё же отомщу. Он мог меня предупредить.       Хозяйка Медной горы пожала плечами и спросила:       — То есть если я прикажу змеям вытащить из моей спальни твой череп, ты не обидишься?       — А? — отвлёкся от созерцания собственных костей Змеев и кивнул. — Нет, не обижусь. Забава!       Домовая тут же появилась и спросила:       — Убрать?       — Да, уберись, моя хорошая, — попросил Гор, вертя в руках собственный огромный клык. — Тут такой беспорядок.       — Я не могу твою плоть из дома вынести, — предупредила Забава.       — Собери всё в одной комнате, — попросил Змеев.       Проведя обеих девиц взглядом, Гор опять повторил:       — Я тебя убью, Бессмертный!