Враг?!

      Прошло около суток. Команда медленно возвращалась в деревню. Раны ныли, принося некий дискомфорт в области ушибов и ссадин, но разве это сравнимо с бесконечно ноющим чувством разочарования в себе и бывшем друге? Каждый считал, что провал операции только его вина и, чем больше об этом размышляли ниндзя, тем сильнее замыкались в себе. Они двигались молча, лишь иногда обменивались парой фраз во время остановок. По прибытию Сакура, Ли и Хината направились прямиком к Хогаге. Хьюго до сих пор не сказала товарищам о случившимся. Более того, приняла решение чтобы не случилось молчать об этом происшествии и придерживаться слов, сказанные Сакуре. Выслушав отчет прибывших шиноби, Тцунаде отправила ребят в больницу, а оттуда по домам. Придя к себе, каждый занялся своим делом, но при этом из головы не выходил только один человек — Наруто. Может, по их виду это и не было заметно, но с каждой последующей минутой, проведённой в деревне, внутри все сильнее бушевало чувство злости и сожаления. Ли сразу же начал яростно тренироваться, изможденная Хината легла спать,а Сакура переоделась и пошла в больницу помогать мед. сестрам.       Прошло еще около недели. Об Узумаки ничего не было слышно и все население Конохи потихоньку привыкало к его отсутствию. Некоторые даже начали о нем забывать, что не могло не задеть бывших друзей. Тяжелее всех это время переносила та троица, что недавно виделась с нынешним главным врагом. Хьюго по ночам не могла уснуть, а, если и засыпала, то ей снился человек, терзавший душу при свете дня. Всякий раз видя его, то улыбающегося той широкой улыбкой, что она запомнила надолго, то ласкающего ее тело с такими пустыми и в тоже время наполненными болью, желанием глазами, то уходящего куда-то далеко без возможности догнать, не осознано наворачивались слезы. В такие моменты, просыпаясь, хотелось кричать: «Больно… Мне слишком больно… Спасите меня…», но брюнетка молчала и держала это где-то там, внутри. На полке рядом любовью.       День за днем в голову Хинаты все чаще проникали мысли о том, что, возможно, при следующей встрече с Наруто, она не будет такой жалкой и сможет что-нибудь сделать с возлюбленным, но все заканчивалось, тем, что раз за разом проигрывала, поддаваясь собственным эмоциям. Как бы Хьюго не пыталась бороться, ничего не выходило. От этого ее бросало, то в отчаяние, то в неописуемый страх крайней бесполезности, и не важно, что все ее встречи с ним происходили лишь в ее голове. Этого было достаточно для того, чтобы все мысли были только обо одном. Хотя это, впрочем, как всегда. Нельзя сказать наверняка, как относятся к этому вся деревня - чем больше проходило времени, тем сильнее расходились мнения об Узумаки. Однажды до бывшей команды 7 донёсся слух о том, как кто-то устроил дебош из-за разногласий. Вскоре все чаще стали происходить ссоры, а то и драки. Не прошло и недели как об враге номер один стало запрещено говорить в слух. Но кто же запретит людям шептаться дома? Все это очень напрягало близких друзей Наруто. Никто не мог смириться с таким положением дел, но, только заходила речь о враге, так сразу же Хокаге приказывала замолчать. Настало, кажется, невыносимое время, когда важного человека объявляют в розыск с припиской живым или мертвым. Это ужасно давило и, в конце концов, некоторые просто сдались. Как пойти против всех или тупо биться головой о стену, надеясь пробиться через нее? Пожалуй на это был способен только Узумаки. Он этого добивался не раз, но что делать остальным? С каждой ночью, днём, неделей и месяцем становилось все тяжелей и сложней...