Сага о супер-герое

Славный город Эвалар можно было разглядеть издалека: сделанный из белого мрамора и обильно декорированный хрусталём и позолотой, он сверкал и переливался в солнечном свете, напоминая новогоднюю декорацию. Покрышкин облетел его по периметру, дивясь и ахая. Похоже, местная администрация не жалела бюджетных денег на строительство. Поразмыслив немного, Покрышкин решил не медлить с аудиенцией к местному правительству и приземлился прямиком в центре города, у подножия самого красивого, на его взгляд, здания. Похоже, здесь что-то праздновали: посреди площади стояли накрытые столы, за которыми сидели нарядно одетые горожане. По правде говоря, они мало чем отличались от обычных людей, разве что костюмы были пошиты из более ярких и блестящих тканей. Все без исключения носили длинные волосы, поэтому отличить мужчин от женщин казалось практически невозможно. На небольшой сцене, освещённой фонариками, играл местный фольклорный ансамбль народных инструментов. -Мир вам, добрые горожане! – произнёс Покрышкин, слезая с орла-Кобрятки (сказать «люди» он побоялся: вдруг эльфы сочтут это оскорбительным?). Музыканты перестали играть, сидящие за столами обернулись и уставились на неожиданного гостя. Возникла неловкая пауза, и Покрышкин на всякий случай церемонно поклонился театральным жестом. -Вот, я же говорила, что орлы Манвэ существуют на самом деле! - неожиданно произнесла одна из барышень, толкая свою соседку под бок. Вслед за этой репликой все оживились и наперебой загалдели. Из-за стола встал правитель – король или принц – на его голове красовалась изящная диадема, украшенная множеством хрустальных стразов. -Приветствуем тебя, гость, в славном городе Эваларе! – произнёс правитель глуховатым женским голосом, - Я князь Трентал. Позволь узнать твоё имя, о чужестранец! Покрышкин сообразил, что действительно забыл представиться. -Меня зовут Александр... э-э-э... Драконоборец, - на всякий случай лётчик решил придать своему имени весомость. -Александр... Это по-нашему Аластор, - быстро проговорила та же барышня, которая обратила внимание на орла. Князь улыбнулся, хотя во взгляде его читалось явное раздражение, и подошёл к Покрышкину. Вблизи Александр Иванович разглядел, что перед ним - существо явно женского пола, обладающее достаточно могучей фигурой, чьи формы искусно скрывались просторным одеянием из серебристого шёлка, украшенным вышивкой и стразами. Из-под густых белоснежных волос (несомненно, синтетических) торчали остроконечные уши. -Мы рады приветствовать вас на нашем ежегодном празднике Зелёного Июня, лорд Аластор. Окажите же нам честь, отведав наших явств... И князь, церемонно кланяясь, отвёл лётчика за стол, где ему тотчас придвинули золочёный стул, поставили фарфоровую гербовую тарелку и хрустальный фужер. -Благодарю вас, милостивый государь, - в тон ему ответил Покрышкин, лихорадочно вспоминая подобные вычурные обороты речи, слышанные им разве что в фильме «Война и мир». Соседи Покрышкина по столу глядели на него с любопытством: рыжеволосая веснушчатая толстушка в синем платье с обширным декольте и долговязый парень с бисерной повязкой на волосах и остроконечными ушами. Князь представил их: -Леди Эливел, что переводится как «Дева, искупавшаяся в багряном свете юного утра» и лорд Оксолин, что означает «Cокол, мерцающий в звёздном сумраке». -Позвольте узнать, лорд Аластор, как зовут благородную птицу, которая принесла вас в Эвалар? – краснея, спросила Эливел. -Птицу? – удивился Покрышкин, - Ах да, её зовут... – он лихорадочно перебрал в уме все слова, которые бы хоть немного напоминали местное наречие, - Птицу зовут Газолин. Очень шустрая, да... – он нервно улыбнулся и принялся накладывать себе в тарелку эльфийские кушанья. Про Кобрятку он едва ли не позабыл, но та сама догадалась взгромоздиться на золочёную крышу дворца, откуда зорко следила за происходящим. -Не сочтите за дерзость мой вопрос, - осведомился Оксолин, - Сколько драконов вам удалось одолеть? -По правде говоря, одного, - честно ответил Покрышкин, - Я его приручил... -Не может быть! – воскликнули хором и Оксолин с Эливел, и сам князь Трентал. Ещё пара десятков любопытных глаз уставилась на лётчика, которого смутило упоминание своего так театрально разыгранного подвига. -Ну да, чего там сложного? – засмеялся Александр Иванович, - Я приехал к нему на аэрод... эм-м-м... в логово, мы поговорили, полетали вместе, и он согласился не враждовать с людьми, а помогать им защищать город. Только и всего... На него смотрели с неприкрытым уважением и долей страха. Покрышкин почувствовал, как горят его уши, и принялся поскорее есть, пока его ещё о чем-либо не спросили. Эльфийские яства оказались салатом «Оливье», корейской морковкой и прочими нехитрыми угощениями, какие обычно продаются на развес в кулинарии. Пили эльфы обычную медовуху, впрочем, довольно неплохую. -Нет, он определённо не может быть человеком, - расслышал Покрышкин шёпот где-то сбоку, - наверняка это кто-то из нолдор, прилетел сюда, чтобы шпионить за нами... -Не, погляди на птицу! Это явно любимец Манвэ, наверняка из ваниар... -Ты что! Ваниар белобрысые все поголовно, а этот тёмненький... -А если он из авари? Покрышкин повернул голову; сплетники тотчас испуганно замолчали и уставились в свои тарелки. Но стоило лётчику отвернуться, как жужжание возобновилось: -А что если он майа? – предположил кто-то. Бряцнула упавшая вилка; кто-то подавился и раскашлялся. Александр Иванович переглянулся с Кобряткой, чинно восседавшей на крыше дворца. Лётчик пока не решил, принесут ли ему подобные слухи вред или пользу, но, по крайней мере, его здесь приняли за кого-то могущественного. Его так и подмывало сказать, что никакой он не аварец, и тем более не майя, но вместо этого поднялся из-за стола и радостно предложил: -Позвольте мне, добрые хозяева, сыграть вам! Что за пир без весёлых песен? -Сыграйте, лорд Аластор, - милостиво разрешил Трентал. Покрышкин картинным жестом махнул рукой орлу, который тотчас опустился на землю под восхищённые возгласы эльфов. Орёл осторожно отвязал клювом со своей шеи сумку и протянул хозяину. Александр Иванович вынул гармонику и заиграл. Пальцы сами плясали по кнопкам – нет, явно гармошка была не простая, а волшебная! Мелодия выходила похожей не то на финскую польку, не то на ламбаду... Мало того: Покрышкин запел, хотя и не знал финского языка, но слова сами срывались с губ:

Vei polkumme Meksikoon, Jossa elo on tequilaa. Argentiina, Columbia, Chile, el viva! Tiemme Brasiliaan, Jossa elo caipirinhaa. Argentiina, Columbia, Chile, el viva! Caipirinha, tequila, caipirinha, tequila, el viva!*

Он играл и пел, притоптывая в такт. Скоро эльфы не выдержали и пустились в пляс; их музыканты быстро подхватили мелодию на своих свирелях и лютнях. Покрышкину было весело; он позабыл про накладные уши и парики, и даже толстушка Эливел показалась ему вполне симпатичной. Он сыграл одну песенку, затем другую, третью... Незаметно наступил вечер, и на площади зажглись серебристые фонари. Наконец, Покрышкин утомился и присел отдохнуть. Рядом с ним на свой золочёный стул опустилась и раскрасневшаяся эльфийка. -Благодарю вас, благородный Аластор! – пропыхтела Эливел, - Какие чудные песни поют в вашем краю... Ух! -Скажите мне, милая леди, - Александр Иванович склонился к её розовому ушку (обычному, не заострённому), - Известно ли вам что-либо о такой вещи как «Свет Немеркнущий»? -А, сильмариллы! – девушка небрежно махнула рукой, - Кто же о них не знает... Покрышкин насторожился. -Их многие ищут, - продолжила Эливел уже будничным, не вычурным тоном, - Некоторые взаправду считают, что их можно найти... По легенде, сильмариллы утрачены: один брошен в лаву, другой – в море, третий – на небо. Но есть те, кому интересна квента поиска, - девушка улыбнулась и поглядела на лётчика синими глазами, в которых мелькнула лёгкая грусть, - Тут ведь каждый играет, во что хочет, и всё как будто по правде... Вот сейчас в порту Лаквель – Хрустальная Гавань – некие нолдор собираются в поход за сильмариллами; если хотите – можете отправиться вместе с ними. Она пожала плечами и тряхнула рыжими локонами. -А орёл у вас настоящий? Никто из наших не смог наглючить орла, как бы ни старался. Все ведь теперь будут думать, что вы действительно эльф или полубог. Покрышкин негромко рассмеялся: -Это не совсем орёл... Но летает на самом деле. Только это совсем другая сказка... Так где находится этот Лаквель? -Всё-таки отправитесь в поход? – Эливел погрустнела, - Жаль, я думала, вы останетесь у нас хотя бы на недельку... Праздник закончился. Эльфы разбредались по домам, оставив на площади стол с горой немытой посуды. Взбираясь по хрустальной лестнице, князь Трентал поскользнулся и совершенно непафосно выругался по-русски. Александр Иванович отправился в местную гостиницу, унося в кармане пару хрустальных фонариков, незаметно отвинченных с ограды. В эту ночь ему снилась альтернативная география и озеро Титикака, соединённое с озером Бодом тоненькой перемычкой, по которой скакали на северных оленях индейцы майя. По небу летели эскадрильи орлов, из озера всплывали жёлтые подводные лодки, а где-то в маленьком домике сидела за столом Просто Мария и вышивала на машинке дракона с красными звёздами на крыльях... *** Летать верхом на орле довольно неудобно, хоть и кажется кому-то романтичным. На самом деле это довольно холодно, встречный ветер бьёт в лицо, заставляя прятать его в птичьи перья... Да и лететь приходится без седла, рискуя свалиться, а чтобы этого не произошло, приходится изо всех сил сжимать птицу руками и ногами, причиняя ей ответное неудобство. Именно поэтому, покинув Эвалар, Покрышкин велел Кобрятке принять свой обычный облик и с большим удовольствием сел в кабину истребителя, ловя себя на мысли, что это необыкновенно уютное и прекрасное место для путешествий. Перед тем он снова выпустил спутник из сумки, веля ему указывать путь на Лаквель, поскольку до эльфов после вчерашнего праздника оказалось невозможным добудиться. Лаквель стоял на берегу моря; с высоты птичье-самолётного полёта этот край напомнил Александру Ивановичу Крым и сразу понравился. Приземлившись за городской чертой, Кобрятка предложила принять более компактный облик, нежели лошадь или гигантский орёл. После недолгого спора выяснилось, что диапазон перевоплощений у неё всё-таки ограничен, и единственное небольшое животное, которым она может стать – собственно кобра. Сперва Александр Иванович такому воплощению ужаснулся, но Кобрятка искренне обиделась и демонстративно отвернулась, развернув вполне настоящий змеиный капюшон. Так они сидели и дулись до тех пор, пока солнце не начало припекать. Тогда лётчик повернулся к иссиня-чёрной змее и окликнул её: -Кобр, а Кобр, ты точно не укусишь? Кобрятка нервно дёрнула хвостом и закачала головой: -Обижаешшшшшшшь, командир! -Ну как знать, вдруг там... инстинкты и всё такое... -Скорее я себя за хвосссссст укушу, чем васссс.... -Ладно, извини! – Покрышкин осторожно погладил гладкое чешуйчатое тело змеи. Она оказалась холодной и жёсткой, как если бы состояла из тысячи крошечных стальных пластинок. -Долго ты меня на себе носила, теперь мой черёд! – рассмеялся Александр Иванович и аккуратно сгрёб змею с камня. Недолго думая, он опустил её в нагрудный карман лётной куртки, закинул на спину рюкзак с нехитрыми пожитками, гармошкой и остатками припасов и двинулся вслед за спутником в город. Лаквель странно напоминал не то Севастополь, не то какой-то из приморских итальянских городков, хотя и в нём было нечто сказочное. Небрежно-романтичный, с узкими улочками с развешанным поперёк них бельём, разноцветными домишками с черепичными крышами и непременно увитыми цветами балкончиками, огромными площадями, откуда взлетали голубиные стаи, тенистыми бульварами и парками с коваными фонариками и оградами в виде якорей... С холма открывался потрясающий вид на лазорево-голубое море, и Александр Иванович остановился, чтобы полюбоваться им. Опомнился он лишь тогда, когда Кобрятка высунула из кармана голову, и кто-то из случайных прохожих заметил её и с визгом кинулся прочь. Спустившись по изящной мраморной лестнице, Покрышкин оказался в районе порта. Спутник медленно летел над улицей на уровне третьего этажа, и прохожие не обращали на него внимание. Наконец, спутник завис над зданием; бронзовая табличка у входа гласила, что это – управление порта. Не успел Покрышкин подойти поближе, как дверь управления распахнулась, и из неё выскочил человек в длинном плаще, скрепленном серебряной перевязью. За ним бежал другой – по-видимому, портовый чиновник в мундире с блестящими пуговицами. -Не дам! – кричал чиновник, - Не дам я тебе корабль! Катись к чертям, алкоголик! Человек в плаще остановился посреди улицы; он был небольшого роста, полноват и немолод. Длинные осветлённые волосы торчали лохматыми патлами во все стороны, а багровый нос подтверждал характеристику, данную его владельцу. Но, обернувшись к портовому начальнику, лохматый приосанился, глянул на него с презрением и заорал в ответ: -Да ты знаешь, кто я такой??!! Я король эльфов, а ты - pezzo di merda! Arschgeige! -Алкоголик! – рявкнул чиновник, - Убирайся, не то позову жандармов! -Ты ещё пожалеешь об этом! – «король» погрозил ему волосатым кулаком, - Не дашь корабль, я пойду и сам возьму! Он прибавил к своим словам ещё несколько ругательств (видимо, на эльфийском языке) и пошёл прочь. Покрышкин замер на месте, пытаясь сообразить, что же происходит, как портовый чиновник неожиданно повернулся к нему и принялся жаловаться: -Уже третий раз приходит, жульё несчастное! Управы никакой нет на этих самозванцев! Говорит, я Феанор, король эльфов, дай мне срочно корабль, чтобы плыть в экспедицию! – он помахал руками, передразнивая интонацию короля, - Как же! Сам в плаще из занавески, а король! Видел я эту морду: пару лет назад говорил, что он – Леониде, царь спартанский... А сейчас, видать, решил в эльфы податься... -А что за экспедиция? – полюбопытствовал Александр Иванович. -Ясен пень, за сильмариллами! – фыркнул портовый начальник, небрежно смахивая соринку с рукава мундира, - За чем же ещё может Феанор ринуться за океан? Он постоял ещё немного на крыльце и ушёл. Александр Иванович почесал затылок: неужели тот лохматый бродяга и есть тот, о котором упоминала Эливел? Спутник, тем временем, качнулся в воздухе и медленно поплыл в ту сторону, куда направился Феанор. Покрышкин пожал плечами и зашагал в нужном направлении. В трактире «Лютый Феникс» дым стоял коромыслом, и Покрышкин едва не раскашлялся. Курили, впрочем, явно не только табак. Здесь заседала довольно разнообразная и пёстрая публика, как и полагается портовому трактиру: моряки из разных стран, жулики всех сортов, грузчики, шлюхи, гадалки... Лётчик огляделся и увидел тех, кого искал: посреди зала за накрытым столом собралась компашка из шести человек, одетых в длинные плащи. Во главе стола заседал король Феанор, который к этому времени уже так поднабрался, что с трудом удерживался на стуле, вцепившись в стол. Это, однако, не мешало ему громко ругать начальника порта и возмущаться на нескольких языках. Покрышкин направился к столу, но его осторожно тронул за локоть здоровенный детина, хозяин заведения. -Вы не спешите туда, мил человек, - быстрым шёпотом заговорил он, - Его величество, король эльфов Феанор, бухать изволят... -У меня срочный доклад к его величеству, - огрызнулся лётчик и продолжил путь. -Я ему покажу, собачьему сыну, кто такой царь Леони... то есть, я хотел сказать, король Феанор! – продолжало бушевать оскорблённое величество. На этот раз он вскочил из-за стола, выхватывая меч и грозя им невидимому противнику. Но то ли от резкого движения, то ли от древности, от рукояти оторвалась крупная гайка и со звоном покатилась по полу. Очевидно, гайка составляла основу конструкции меча, поскольку вслед за нею точно так же упало и лезвие. Король тихо ойкнул и уставился на пол. -Спокойно, папа, ты пьян! – весело констатировал один из сидевших за столом, высокий носатый парень с рыжеватыми длинными волосами и улыбкой до ушей. Покрышкин, тем временем, нагнулся и поднял с пола гайку, подкатившуюся аккурат к его сапогам. -Держите, вашество, - он учтиво поклонился и протянул гайку королю. Тот схватил её обеими руками и плюхнулся обратно на своё место. Один из присутствующих со вздохом поднял лезвие и принялся собирать меч заново. -Куда путь держите, добрые люди? – продолжил любопытствовать Покрышкин, подсаживаясь за свободное место. -Мы не люди, - шикнул на него один из свиты, - Мы феаноринги, славные сыновья короля эльфов! -Прошу прощения, - поправился Александр Иванович. По правде говоря, из всей компании на эльфа смахивал только один – рыжий. Да и то, не на такого эльфа, каких лётчик видел в городе Эваларе. К тому же, на сыновей короля все собравшиеся не тянули, поскольку были немногим его моложе. Впрочем, сейчас Покрышкину было не до родственных отношений у эльфов. -Я слышал, что ваше величество отправляется в экспедицию, - продолжил лётчик, - И хотел бы попроситься к вам в команду. -А вы что, близнецы? – рявкнул король, с трудом фокусируя взгляд на Покрышкине. -Никак нет, - озадачился тот, - Я рыбы... Один из сыновей, который своей небольшой бородкой и шапочкой больше напоминал гнома, нежели эльфа, что-то зашептал на ухо королю, показывая ему сперва один палец, затем два. -А, ты один, - разочарованно протянул Феанор, - Жаль... У нас не хватает Амрода с Амрасом... -Играть умеешь? – спросил рыжий и улыбнулся Покрышкину. Улыбка эта была столь открытой и искренней, что Александр Иванович отбросил остатки смущения. -Конечно, умею! – ответил лётчик и, улыбнувшись в ответ, вытащил из рюкзака гармонику. -Отлично, тогда сыграемся! – рыжий показал большой палец, - меня, кстати, зовут Маэдрос. Он вскочил и вытащил из чехла, висевшего на спинке его стула, гитару. Не успел Александр Иванович и глазом моргнуть, как Маэдрос уже вскочил на стол вместе с гитарой и запел: Yam ! Bam ! Mon chat Splash gît sur mon lit A bouffé sa langue En buvant tout mon whisky Quant à moi, peu dormi, vidé, brimé J'ai dû dormir dans la gouttière Où j'ai eu un flash En quatre couleurs...** Покрышкин прислушался и принялся подыгрывать ему на гармошке; пальцы сами находили нужные клавиши, выводя мелодию в такт. Песня была о каком-то плане, но Александр Иванович не знал французского и смысла не понял. Но вся таверна уже глазела на этот необычный концерт, и когда песня закончилась, посетители разразились бурными аплодисментами. -Поедешь с нами, - подмигнул Маэдрос, спрыгивая со стола. Он представил Покрышкину всех своих братьев, но имена оказались столь мудрёными, что лётчик позабыл их через десять минут. -У нас нет корабля, - проворчал Феанор, - Questo stronzo нам не дал ни одного, так что придётся завтра захватить один из тех, которые сейчас готовятся к отплытию... Сыновья приуныли; им явно не хотелось идти на штурм ограниченным количеством. -Ваше величество, а что если договориться? – предложил Покрышкин, - Решим всё мирно и бескровно... -Договаривайся! – Феанор стукнул кулаком по столу столь ретиво, что едва не упал со стула, - Добудешь нам корабль – возьмём тебя в поход за силь... Сыновья зашикали на непутёвого батьку, и один даже закрыл ему рот рукой, а Покрышкин в который раз подумал: «А меня-то кто за язык тянул?...»