Твои лиловые глаза

      За день до встречи с Кёрклендами Грязный снег у бордюров почти слился по цвету с тёмной, или даже чёрной землёй. Под тысячами парами ног подобные явления сливались в единое месиво и назойливо прилипали к светлым подошвам зимних ботинок; обмотанные цветными гирляндами голые деревья с размокшей корой красиво смотрелись в ночном покрове, но при дневном свете эта чёрная древесина, обмотанная прозрачными проводами выглядела отвратительно. Да, такая картина угнетала, заставляла плакать изнутри. Отвратительно. Мало кому по-вкусу такая зима. Особенно шестого января, сразу после Новогодних праздников. Проходя по длинным каменным улицам грязной Москвы, вы можете встретить кучки бесцельно скитающихся зомби. Группы мертвецов, пахнущие перегаром и сигаретами, ходят в поисках ларьков со "спасительным напитком жизни", а пока лишь лёгкое послевкусие мятной жвачки убивает противный вкус застоявшегося алкоголя в их ртах. Наверное такими вот "зомби" можно описать каждого второго россиянина после большого праздника, но вот только была среди этих ходячих мертвецов одна девушка - героиня сего рассказа. На первый взгляд такая же жертва алкоголя: грязно-болотное пальто, высокие сапоги из чёрного кож. заменителя, ободранные в мысах и растянутые по бокам, на голове мешковатая синяя шапка и тот же самый отсутствующий взгляд, который так присущ всем вышеописанным людям. Взглянув на неё вы подумаете, что она так же как все, идёт в угловой магазин с невзрачной вывеской "продукты" за бутылкой хмельного напитка, но это не так. Прямо перед входом, словно назло, обманывая все ваши ожидания она резко сворачивает направо, к остановке. -Неужели она совсем не пила? - спросите вы. Да нет, пила. И даже более того, сейчас, эта девушка, которая за маской безразличия скрывает жуткую боль, как физическую, так и душевную, наверное, больше всех нуждается в "поднятии сил", ведь помнится, её вечер был даже понасыщеннее, чем у других, НО... Она не хочет избавляться от похмелья, она не хочет, чтобы боль уходила, она хочет побороть эту боль. Ей нравился этот терпкий привкус горечи, этот противный запах застоялого спирта во рту, он сводил её с ума, почти возбуждал. Её голова раскалывалась, но ей это нравилось, она смаковала свои мучения. Она - мазохист, любивший упиваться своей болью. Любивший, бороть её, убивать самой. И вот, на секунду закрыв глаза, она победно улыбнулась, ведь только сейчас, почувствовала, что её тонкие пальцы полностью пропитались холодом, да, то, что нужно. Остановившись у холодной двери незнакомого подъезда, она прислонилась к ней, дабы насладиться моментом победы, и вот он, лик славы; нетерпеливо дрожа, девушка запустила ледяные пальцы под шапку, прямо в копну золотистых волос, а затем... Чуть приоткрыла рот; замерла; выпустила горячий пар. Боль ушла, она справилась с ней. Голова перестала так надоедливо ныть, кожа головы почувствовала лёгкий холод, а в черепной коробке что-то начало приятно пульсировать. - Хорошо...- Почти по слогам проговорила девушка. Ей нравилась боль, но преодолевать её ей нравилось ещё больше. Если ей что-то нужно, она это точно получит, она сильная, она справится. Такая вот она - Наталья Арловская.

***

Быстрее, быстрее, быстрее... Мысленно Наташа подгоняла себя. Она ведь опаздывала на работу, а как пример для остальных девушек она категорически не может себе этого позволить. Ей не страшно, она всё равно знает, что успеет. - Ну, я вхожу. - Наконец добежав до входной двери здания, девушка гортанно проконстатировала свои действия.       Вдох. Наташа положила руки на металлические ручки входных дверей. Выдох. Медленно надавила на них, заставляя замок глухо щелкнуть. Вдох. Дверь, динамично проскрипев открылась. Выдох. Девушка сделала широкий шаг вперед. Стоило Наталье войти, как уже у дверей её встретил назойливый хохот "сестры по несчастью": - Хо-хо, кого я вижу неужели наша "идеальная" опоздала, что, под бутылками будильник не нашла? - Сладковатый голос с нотками издёвки радостно поддел блондинку. - А ведь Феличиано уже на месте... - Вечная соперница Наташи - Виктория облокотилась на стол, слегка показывая ей пышный бюст (грудь - одна из немногих преимуществ Виктории над Наташей) и начала вглядываться в реакцию девушки. И весьма не случайно. Феличиано Варгас - её начальник, никогда не приходил на работу во время, поэтому Наташа (а по совместительству его главный секретарь) могла позволить себе опоздать на работу на пятнадцать, а то и сорок минут, начальник мог появится и концу дня, если вообще появится. Но сейчас "Господин Сиеста" соизволил прийти пораньше, конечно, её это испугало, ведь так и места рабочего легко лишиться. Подумав обо всём этом молочное лицо Натальи побледнело ещё больше, а сама она встала в стойку "солдатиком". Так она простояла ещё около минуты, пока, не осознала всю горечь ситуации. Тогда, она ринулась к металлическим дверям лифта, надеясь, что ещё не так поздно. Сейчас, даже невысокие каблуки мешали ей бежать, мешковатая шапка, кажется, упала где-то на ресепшене, но даже в таком положении девушка находила для себя "вызов",в одном только опоздании она находила неизмеримую дозу адреналина. Он сочился по венам, вытесняя даже кровь, она чувствовала это всем телом. Оно почти горело и ей это нравилось, такое чувство опасности. - Чёрт. - Когда девушка подбежала к лифту и нажала на кнопку вызова, обнаружила, что лифт не на первом этаже, а это значило, что "подождать лифт" тоже займет какое-то время.

Быстрее, быстрее, быстрее... Осталось совсем немного...

И вот, яркий дисплей показал гордую цифру "1" и двери заветного "коридорчика" открылись, Арловская быстро проскользнула внутрь зеркальной комнаты как вдруг... - Подождите меня, я иду. - Голос был явно мужским, но при этом каким-то подозрительно тонким, даже слишком, как будто голос ребенка, во взрослом. - Извините... - В двери, которые, как казалось уже закрылись скользнула бледная рука. Металлическая дверь противилась руке и поспешно открылась. - Фу-ух, успел. - Уголки тонких светло-розовых губ чуть приподнялись, делая лицо молодого человека искреннем, наверное даже чуточку глуповатым. Кажется, он действительно радовался своей маленькой победе. - Кха-а, - тихий, словно шёпотом вздох девушки лёгким эхом раздался в её же ушах, так она показала своё восхищение парнем. Тогда она подумала, что видит такого красивого человека впервые. Высокий, стройный, мускулистый - мечта любой девушки, но даже не это так зацепило Наташу. Его волосы, зернисто - пшеничного цвета, почти такие же, как и у неё. Его кожа, бледно - молочная, почти такая же, как и у неё... Ну а эти глаза, глубоко - лилового цвета, они пропитаны заботой и чем-то ещё, чем-то родным, чем-то знакомым... От этого так тепло становилось на душе. Вот тогда Наташа и поняла, он - её новая цель; и она не остановится не перед чем, чтобы заполучить его. - А, извините, как Вас зовут? - После небольшой паузы девушка решила начать разговор. - Иван. А Вас? Вы здесь работаете? - Парень тепло посмотрел на Наташу, как казалось, совсем не ожидая от неё ответа, он будто бы топил её в своём взгляде. От его тела, кожи, губ, даже от его речи, отовсюду чувствовался холод, кроме глаз, они утешали и именно от этого млела девушка. - Наташа. - Дама незаметно покраснела и отвела взгляд в пол. Не то чтобы она сильно застеснялась, просто это была её методика "захвата". Милые девочки нравятся парням больше упёртых. Это она уже узнала на опыте. - Да, я здесь работаю, - всё так же тупя взгляд, почти прошептала Ната, - А Вы? Я Вас ни разу здесь не видела. - Я здесь не работаю, я пришёл навестить своего старого друга. Он здесь главный. - Феличиа... Вы говорите о мистере Варгасе? Неожиданно для девушки Иван начал смеяться, не сильно на весь лифт, скорее по-тихому, насмешливо. - Извините, - девушка попыталась прервать смешок Брагинского, - а над чем Вы смеётесь? - Наталье еле удалось скрыть недовольство за маской искреннего недоумения. - Ну, просто, вы же все в России живёте, да и разговариваете по-русски, хоть ваш начальник и итальянец, но даже он знает русский, так почему вы называете его этим паршивым "мистером"? - Видимо иноязычное "мистер" сильно задело русского. Ведь на секунду, на одну маленькую секунду улыбка спала с его лица, это было почти незаметно, но Наташа увидела. Так странно, просто "мистер", а парень тут чуть слюной не изошёл. Да почти все слова в русском пришли из разных языков. Батон, парашют, жюри; что ж их теперь вообще не употреблять? - про себя рассуждала Наталья. В лифте наступила неловкое молчание, теперь оба считали себя виноватым друг перед другом. И эту оглушающую тишину прервал Иван: - Прости меня, хорошо? - Неожиданно для обоих Ваня пересёк черту "на Вы" и повернулся лицом к девушке, протягивая руку в знак примирения. - А-а, да, ничего, ты меня тоже изви... - Наташа последовала примеру Брагинскова и положила свою руку в ладонь Ивана, как вдруг почувствовала холод, исходящий из белоснежной, грубоватой кожи парня. Она запнулась... - Что-то не так? - Молодой человек посмотрел на девушку непонимающем взглядом. - А, нет, всё нормально. - Ну, тогда, хорошо. - Ваня положил вторую ладонь на руку девушки и улыбнулся ещё лучезарнее прежнего. Его эмоции так легко прочитать, думала она, он уже у меня в капкане, думала она. Подобные победные мысли водопадом текли в голове Наташи, и от этого мощного потока она невольно начала улыбаться, наверное, впервые в жизни так искренне, но вдруг, двери лифта открылись, прервав мимолётной счастье девушки.. - Вау, какая любовь! - Иван и Наташа повернулись на знакомый обоим голос; там, прямо в дверях, стоял непосредственно "мистер" и "босс" сея компании Феличиано Варгас. Обычно, Феличиано представлял из себя распущенного молодого человека, заигрывающего со всем, что движется, растрёпанной причёской "под мачо" и ниспадающей ловеласской улыбкой, но сейчас он был совсем другим. Нет, причёска осталась, да и медленно опускающиеся уголки губ говорили о том, что улыбка во всю освещала прохожих буквально минуту назад. Будь это любой другой человек, можно было бы с уверенностью сказать, что он просто увидел Ивана (да, некоторым было достаточно увидеть Ваню, чтобы улыбка пропала на неделю минимум, но не Варгасу, он его не боялся. Возможно из-за своей твердолобости, а возможно просто не видел в нём соперника, хотя и то, и другое всё же сводятся к излишней туполобости), но здесь было что-то другое. - Ты же ко мне пришёл? - Растерянно обратился Фели к Ивану. - Ну, да, - заметив растерянность Феличиано, Иван тоже невольно замялся в ответе. - А, ну, тогда пошли! - Он выхватил руки Вани из рук девушки и повёл его в противоположную от лифта сторону. РОV Ивана - А, что случилось? Зачем же так бежать? - По правде говоря, я уже запыхался столько шагать. Это ему двадцать четыре, мне почти тридцатник (двадцать восемь), куда мне так бегать. - Да ладно тебе, мы ж не старики. - Ну...- Поспорить не могу, ведь если я расскажу ему о своих мыслях, он просто напросто рассмеётся, а я достаточно за своё время побыл шутом, хватит с меня. Хотя что-то мне подсказывает, что сегодня он бы не посмеялся, с настроением у него сейчас так себе. - Вот и пришли, а ты ныл. - Торжествующий голос итальянца эхом отдался от пустых стен длинного коридора. Он медленно потянул ручку, а затем резко распахнул двери в свой шикарный офис. - Да, каждый раз, входя в твой кабинет, не перестаю восхищаться им. А восхищаться тут и в правду есть чем. Комната буквально задыхалась от пафоса: вокруг была куча дорогих ваз и статуэток, сервизов и портретов, ковров и дорогой мебели. От такого количества "достопримечательностей" в одном кабинете у Ивана попросту начала кружиться голова. Поэтому, немного постояв он плюхнулся в кожаное кресло. Там, немного отдышавшись, он понял, что это лишь одна часть комнаты, другая же, (через которую он входил) осталась для него незамеченной. Оглянувшись он поднял глаза на вход. Две белёсые колонны обрамляли двери из красного дерева, на них стояли две китайские вазы из почти просвечивающегося фарфора. Очень красиво. Но что греха таить, не это бросилось в глаза русскому. Две дорогие картины с обнажёнными женщинами висели по бокам от колонн и не вазы сейчас разглядывал Иван, а тех смуглых красавиц на картинах, мягкий свет на их бёдрах, томный взгляд, цветы в волосах, а не какие-то там вазы. Это не кабинет, это Лувр какой-то... - Ну, как поживает мой русский друг? Зачем пришёл в мою скромную обитель? - Не церемонясь, Варгас сразу полез под стол в поисках чего-нибудь спиртного (настроение его заметно улучшилось). Видимо словосочетание "русский друг" у него ассоциировалось только с "давай выпьем". - Хорошо, всё есть, ну, или почти. - Я немного замялся, ведь не особо-то люблю затрагивать эту тему. - Нужно мне тут одному долг вернуть, а лишних денег у меня нет, ну вот и нужна мне твоя помощь. - А, так тебе денег одолжить?! - Да нет же, есть у меня пара - тройка должников, я у них попрошу. - А я то тебе для чего? - Ну, вот помнишь, я тебе рассказывал про одного из них, ну, тот, что из Дербебер... или как там его.. - В силу русского языка эти однозвучные английские названия для меня были трудно запоминаемы. - А, того, из Англии? - Пробормотал итальянец выныривая из-под стола уже с бутылкой граппы* в руке. - Ну, - Феличиано подвинул ко мне небольшую рюмку и уже был готов наполнить её, - вздрогнем. - Нет, спасибо. - Я накрыл рюмку ладонью из-за чего немного алкоголя пролилось на светлую кожу. - Сегодня не пью. На секунду зависнув, Варгас побледнел, кажется, для него было шоком, что я - русский и от водки отказался. Но кажется, он быстро пришёл в себя, подумав, что я просто не пью итальянских "подделок". - Понимаю. - Как бы в подтверждение своих мыслей пролепетал Феличиано, и недолго думая захлебнул пару нахальных глотков прямо из горла сосуда с опьяняющим напитком. Спустя ещё пару глотков Феличиано победно откинулся на спинку кожаного сидения, и поставив бутыль на стол, как-то удовлетворённо вздохнул. - Ну так, что с адресом? - Мне надоело наблюдать эту картину, поэтому я решил его поторопить. - Ве~? - Мой собеседник издал довольно странный звук. Я знал этот звук, он означал "я уже опьянел, но в состоянии шевелиться". - Io dico: "in-di-riz-zo"**, - поняв, что на русском меня здесь уже никто не воспринимает, я проговорил вышесказанное на итальянском. - А, адрес...- Голос Фели стал ещё тоньше обычного, а на лице проступила туповатая улыбка, - Сей-час! - по слогам проговорил Феличиано и сделал ещё один глоток спиртного, из-за чего его большие карие глаза сузились до размера китайских. Всё, теперь я узнаю это выражение лица - он в стельку. Мне уже не раз приходилось видеть подобное преображение Феличиано, так что удивляться я не стал, я только посмотрел на него внимательнее: растрепанные волосы, лёгкие синяки под глазами, загар схожий с пережжённым сахаром, да он всем видом хочет показать, что взрослый. Фактически, так оно и есть, но в свои 24 года сам он не достиг ничего. Вся его жизнь - это бары, дискотеки, стрип-клубы, а "Царский трон"... ну а что "Царский трон" он так, от отца достался. Думая обо всём этом мне становилось его жалко, не в плохом смысле, а как человека жалко. Эта пьяная улыбка, она такая весёлая, что даже неестественная. Потому что зная о своей жизни так много нормальный человек не может улыбаться, он не может улыбаться сквозь всю ту боль, что перенёс. Вот и топит свою жизнь в алкоголе, и улыбается... А ведь... Неужели я такой же? Ведь, хоть я и не хожу "по бабам", не провожу вечера в клубах для "элиты", нет, это всё не моя жизнь, мне этого не надо... Но эта улыбка. Она такая же? Такая же, как у меня? У меня нет семьи, нет друзей, даже родителей нет и зная всё это я улыбаюсь... Как ненормальный. Как сумасшедший. Разве так можно? Неужели меня так же жалко? А жалко ли меня вообще? Хоть кому-нибудь я же нужен? Конец POV Ивана. - Тrovare!*** - Парень радостно протянул скомканный листок с небрежно написанными каракулями чёрного цвета прямо в руку Ивана. - А, да, спасибо. - Весёлая улыбка, такая же в ответ. Оба парня глупо улыбаются. Один провожает, а второй мелкими шажками отступает к двери. И так, шаг за шагом он ушёл, оставляя Варгаса наедине с собой и водкой. Вот и ушёл Иван. - Да...-Парень громко и заливисто начал смеяться. - Что ж ты делаешь? А ведь ещё и помощи моей просишь... Феличиано медленно встал со стула и подошёл к стеллажу в другом конце комнаты. - Сукин ты сын, да я тебя раздавлю! - Темноволосый облокотился на одну из белых колонн у двери, и немного пошатнув её сбросил дорогую вазу с неё. Та, не выдержав столкновения с полом разбилась. _____________________________________________________ *Граппа - некое подобие виноградной самогонки, (похожий напиток - чача). После изготовления вина оставались косточки, ошмётки, мякоть в общем, куча перебродивших остатков от ягод. Виноделы придумали, как обрабатывать эти самые остатки, они выпаривали их водой, а затем проводили ещё пару-тройку фильтраций (потом посмотрите сами, я объясняю в общем) и в итоге получали 40-50 градусную прозрачную жидкость. Её называют "итальянской водкой" (уж не знаю называют её так только в России или в других странах тоже). Производство настоящей граппы только в Северной Италии (очень редко в Южной). **Io dico: "in-di-riz-zo" - Я говорю: "ад-рес" ***Тrovare! - Нашёл!