Морская болезнь/Inside ocean

            Как и всегда комната Джастина была в таком безупречном порядке, что это даже немного раздражало. Ни одной лишней вещи, только дорогой и вычурный минимализм. Кристина плюхнулась на диван, демонстративно размазывая грязь с ладоней по светлой обивке.             – Принесу аптечку, – кинул шатен, сдержанно проследив за её действиями.             Скрывшись в ванной, Джастин прислонился к стене головой, запрокинутой назад и, наконец, смог позволить себе немного расслабиться. Прикрыв глаза, парень медленно провёл рукой по лицу.             Этот чёртов день оказался куда тяжелее, чем планировалось. Всё стало сложнее. И самым хуёвым было то, что теперь в это всё впутана Финдли.             Глубоко вздохнув, словно в попытке успокоиться, парень оттолкнулся от стены и, уперевшись ладонями в торец раковины, взглянул в зеркало. Отражение встретило переполненным гневом взглядом. От силы, с которой он вцепился пальцами в керамику, костяшки побелели. Прошло несколько секунд, прежде чем Джастин сделал ещё один медленный вдох и открыл подвесной ящик, затем доставая оттуда аптечку.             Когда Бибер вернулся обратно в комнату, он скользнул рукой в карман своих джинсов, что-то нащупывая.             – Марти, сделай копию, – между его пальцев появилась ключ-карта, которую он кинул на стол рядом с ноутбуком. – Нам нужно как можно скорее подбросить её обратно.             Проводив взглядом проскользивший по столешнице кусок пластика, Кристина сначала округлила глаза, а через пару мгновений нахмурилась, осознавая, что это такое.             – Так… она всё это время была у тебя?! – девушка посмотрела на Джастина, голос дрогнул от ярости. Её пальцы впились в подлокотник дивана. Раздражение и обида неприятно саднили в груди. – Ты… ты позволил ему приставить к моей голове пистолет, когда всё это время…             Парень не ответил, методично раскладывая бинты и антисептик на стеклянном журнальном столике. Его лицо было каменным.             Марти нервно заёрзал на месте:             – Эм, может я пока пойду…             – Сиди, – резко бросил Джастин, даже не взглянув на него.             – Ответь мне! – Кристина вскочила и случайно опрокинула со столика графин. Стекло тут же разлетелось по полу в разные стороны, но шатен даже не вздрогнул. – Как ты мог…             – Это был единственный способ! – парень внезапно стукнул кулаком по столу, заставляя Марти подпрыгнуть, и поднял на неё ледяной взгляд. – Если бы я показал, что ты для меня хоть немного важна, он бы не остановился на этом. Ты поняла бы, если бы не думала только о своей гордости.             Повисла гробовая тишина. Даже Марти перестал дышать.             Кристина медленно выдохнула:             – Важна? Вы все использовали меня как бесчувственную куклу.             Джастин сделал шаг ближе к ней, и впервые за вечер Кристина увидела трещину в его железном самообладании. Он тяжело смотрел на неё — так, что по спине девушки пробежали мурашки.             – Ты действительно думаешь, что я просто стоял и смотрел? – его голос звучал хрипло, будто сквозь стиснутые зубы. – Ты видела его глаза? Он ждал моей реакции. Каждый твой взгляд в мою сторону, каждый твой всхлип — всё это было оружием против нас.             Парень резко развернулся и едва сдержался, чтобы не швырнуть аптечку в стену.             – Я должен был выбирать между твоей гордостью и жизнью. Да, я врал. Да, я рискнул тобой. Потому что иначе он бы продолжил использовать тебя против меня. И следующий раз не закончился бы «осечкой» игрушечного пистолета.             – Джей… – осторожно позвал Марти, чувствуя, как накаляется обстановка.             – Сделай копию. Сейчас же, – рыкнул на него Джастин и, вновь повернувшись к Финдли, толкнул аптечку ей в грудь. – А ты — если хочешь ненавидеть меня за это — пожалуйста. Но не забывай, что ты сама вляпалась в это дерьмо.             Парень направился к выходу, но замер у двери, не оборачиваясь:             – И да… прости, что так вышло, – холодно кинул он напоследок.             Дверь захлопнулась с такой силой, что дрогнули стены. Где-то из-за неё на секунду донёсся сдавленный, яростный звук — словно рычание раненного зверя. А потом — только тяжёлые удаляющиеся шаги.             Марти и Кристина остались в гнетущей неловкой тишине. Каждый сконцентрировался на своём, пытаясь делать вид, что кроме них самих тут больше никого нет.             Пока Маккензи что-то монотонно тарабанил по клавиатуре ноутбука, девушка безуспешно пыталась открыть флакончик с перекисью водорода. Саднящие ладони предательски не позволяли этого сделать. Руки тряслись от кипящего внутри раздражения.             – Знаешь, Крис, – наконец, захлопнув ноутбук, Марти медленно поднялся на ноги и подошёл к девушке.             Взяв флакон из её рук, он ловко открыл его, а затем вернул обратно. Ещё пару мгновений парень словно подбирал слова. Сначала он неуверенно потёр шею в районе затылка, но потом всё же заговорил снова:                         – Я понимаю, что между вами довольно… напряжённые взаимоотношения. Вы как два ёжика в одной коробке — колетесь, но продолжаете лезть друг к другу.             Девушка лишь хмыкнула в ответ, но возражать не стала.             – Но если начистоту, – продолжил он. – Ты злишься — справедливо. Он поступил как мудак — факт. Но… это была вынужденная мера. И он бы не поступил так, если бы не был уверен в том, что ты в безопасности.             – Если начистоту — вы все конченые придурки, – небрежно бросила в ответ Финдли, обливая ладонь антисептиком и не отрывая от неё взгляда.             – Ты имеешь полное право так считать, – вздохнул светловолосый и устало провёл рукой по волосам, зачёсывая их назад. – Но всё же постарайся не злиться на него слишком сильно — мы все просто оказались заложниками ситуации… А пока прости, но вынужден тебя покинуть — нужно вернуть эту штуку на место, – он зачем-то поднял ключ-карту в воздух, показывая её девушке, которая на него даже не смотрела.             – Удачи, – фыркнула она без особого энтузиазма.             – Спасибо, – уже на выходе едва улыбнулся Марти и ласково продолжил, – тебе, пожалуй, стоит дождаться нас здесь — кто знает, что ещё может выкинуть Макс.             – Угу, – недовольно промычала Кристина в ответ, и дверь за парнем закрылась.             Тишина. Наконец-то эта оглушительная, давящая тишина.             Конченные придурки. Да. Именно. Все до одного.             Он стоял и смотрел. Смотрел, как этот психопат приставляет к её  виску пистолет. И даже не дрогнул. Ни один мускул на его самодовольном лице.             А этот идиот Марти… «Ёжики  в коробке». Как мило. Как будто это какая-то дурацкая романтическая комедия, а не… не то, что это было.             Но почему тогда его кулаки были сжаты так, что костяшки побелели? Почему его голос сорвался на тот хриплый звериный шёпот, когда он кричал на неё?             «Я должен был выбирать между твоей гордостью и жизнью».             Чёрт. Он… он действительно был уверен в том, что пистолет ненастоящий? Или просто сделал ставку? Поставил на кон её жизнь в своей долбанной игре в «умнее всех»?             А если бы он ошибся?             Она бы сейчас была…             По спине пробежал ледяной пот. Ладони, уже обработанные антисептиком, снова заныли. Он рискнул. Он действительно рискнул ею ради какой-то дурацкой карты.             Но… что, если Марти прав? Что, если это был не просто риск, а расчёт? Макс ждал его слабости. Ждал, что он дрогнет. А он… он просто не дал ему того, что тот ждал.             «Он бы не поступил так, если бы не был уверен, что ты в безопасности».             Откуда он мог быть так в этом уверен?! С какой стати она должна была верить в его непогрешимость?             Но он ведь извинился. Холодно, сквозь зубы. Словно слова причиняли ему физическую боль.             Чёрт возьми, Финдли, опомнись!             Он чуть не отдал её на растерзание, а она сидела прямо сейчас и искала в его поступках скрытый смысл? Совсем тронулась?             Но… но если он, правда, всё это провертел ради того, чтобы Макс оставил её в покое… Если это был единственный способ…             Нет. Нет. Нельзя было оправдывать его. Нельзя было позволить им сломать её. Они все видели в ней пешку, которой можно разменяться в их большой игре.             Но почему тогда сейчас, когда она осталась одна, ей так хотелось верить в то, что в его бешеном взгляде была не только ярость, но и отчаяние?             Прошло примерно два часа, прежде чем Джастин вернулся в свою каюту. Ровно столько времени ему потребовалось, чтобы выкурить несколько сигарет, немного остыть, помочь Марти разобраться с краденой ключ-картой и прикинуть следующий план действий.             Теперь парень замер на пороге, наблюдая, как бледный лунный свет скользит по тёмным локонам и силуэту Кристины, свернувшейся калачиком в его постели. Его пальцы непроизвольно сжали дверной косяк.             Ирония.             Он представлял её в своей кровати столько раз, но кто бы мог подумать, что она окажется в ней именно при таких обстоятельствах.             Три мысли ударили в голову одновременно:             Первая. Она заняла его сторону кровати — ту, где он всегда спал. Он практически никогда и никому не позволял спать в своей постели, тем более на своей половине. Разве что Марти — тот как всегда был исключением из правил.             Вторая. Её дыхание было неровным и прерывистым, словно она даже сейчас была готова к тому, что что-то может произойти и придётся действовать.             Третья. Пахло её духами — смородина и что-то неуловимо тёплое — теперь этот запах навсегда въестся в подушку и одеяло.             Наконец, выйдя из своего небольшого ступора, Джастин тихо прикрыл за собой дверь и замер, как преступник на месте преступления, когда наступил на осколок, который коварно хрустнул под его подошвой.             Финдли заёрзала в его кровати, бормоча что-то неразборчивое себе под нос.             Парень поймал себя на мысли, что ему нравилось смотреть не неё спящую. Где-то в глубине души он до невозможного боялся разбудить её сейчас и упустить момент. А ещё он почувствовал раздражение — как просто у неё получалось вывести его из своего собственного равновесия, даже во сне.             На этот раз тщательнее следя за своими движениями, Джастин практически беззвучно прошёл в ванную. Словно пытаясь избавиться от всей грязи, накопившейся за сегодняшний день, он стянул с себя футболку и откинул её в корзину с бельём.             Горячий душ помог расслабиться и даже окутал тело ощущением лёгкой сонливости, но не смыл главного: запах её духов, который преследовал даже здесь, и ощущение вины за случившееся.             Натянув на себя серые спортивные штаны, в которых парень обычно проводил время в своей комнате, он вышел из ванной, краем глаза замечая, как его гостья снова ворочается, сминая под собой простыни. На этот раз её движения были более резкими — словно ей что-то снилось.             Замерев, Джастин наблюдал за ней. Кровать скрипнула.             – Не… не надо. Прекрати, – сквозь сон едва слышно всхлипнула девушка, вцепившись пальцами в подушку. – Я никуда с тобой не пойду.             Парень нахмурился, делая неуверенный шаг в сторону кровати. От того умиротворённого сна, который он наблюдал всего несколько минут назад, не осталось и следа.             – Прекрати, прекрати, – будто мантру Финдли повторяла всё громче и громче.             Её и без того сбитое дыхание стало ещё более рваным, будто её кто-то прямо сейчас душил. Даже в тусклом лунном свете у Джастина получилось рассмотреть тёмные пятна на её шее, оставленные пальцами Макса всего пару дней назад.             – Эй, – негромко шепнул парень. Он коснулся рукой плеча девушки и тут же получил удар локтем в грудную клетку. Боль была несильной, но от неё что-то ёкнуло внутри — не в мышцах, а где-то глубже.             – Не прикасайся! – её крик сорвался в шёпот.             Шатен поймал её за запястье — кожа горячая, пульс зашкаливает.             – Проснись, – его голос прозвучал грубее, чем он рассчитывал, будто его собственное дыхание перехватило. – Это я. Бибер.             Её веки дёрнулись. Секунда — и она рванула назад, несильно ударившись затылком об изголовье кровати.             – Где… – глаза бегали по комнате, цепляясь за знакомые очертания его мебели, его вещей и, наконец, останавливаясь на его голом торсе и руке, всё ещё держащей её запястье. Осознание того, что это не тот человек из кошмара, а он, пришло не сразу, и её тело обмякло от облегчения, которое она тут же попыталась скрыть под маской раздражения.             – Моя каюта, – он разжал пальцы, позволяя ей прижать руку к своей груди.             Всего несколько мгновений она походила на напуганного котёнка, загнанного в угол.             – Я не хотел тебя будить, но кажется, тебе приснился… кошмар, – неуверенно пояснил парень. На последнем слове его скулы дёрнулись — он практически на сто процентов был уверен в том, что знал, что конкретно ей снилось. А вернее кто.             – Ничего особенного, – пробормотала Финдли, наконец, приходя в себя, но её пальцы сжали простыню в кулак.             Невесело усмехнувшись, Джастин сел на край кровати, сохраняя дистанцию между ними:             – Кого ты пытаешься обмануть — меня или себя? – он изучающе взглянул на неё, и в его глазах не было насмешки, только усталое понимание. – Я достаточно много знаю, чтобы догадаться, что тебе снилось.             – Если ты так много знаешь, – фыркнула девушка, – может, наконец, объяснишь мне, в какое дерьмо вы втянули меня сегодня вечером?             – Ты сама в него влезла, – низко бросил парень. – Я с самого начала сказал тебе, что не нужно с ним связываться. Но тебе же нужно было доказать что-то…             – Доказать?! – Кристина вскочила, простыня обвилась вокруг её ноги. – Я просто… Это ты начал этот цирк с пристальными взглядами и подколками.             – Пристальными? – он мягко усмехнулся. – Тебе показалось.             – Ну, конечно. – Она сделала шаг вперёд. – Тогда в лифте. За ужином. На вечеринке. Во всех тех местах, где ты «случайно» появлялся сразу после меня…              Джастин резко встал, и подошёл к окну. Теперь холодный лунный свет отражался в его карамельных глазах. Пару мгновений он просто смотрел вдаль, о чём-то раздумывая, а потом заговорил:             – Макс работает в нашей компании. – Его голос стал плоским, как лезвие. – И использует наши суда для перевозки… наркотиков, оружия, и возможно чего-то ещё. Хитроумными махинациями ворует деньги из бюджета фирмы.             Кристина замерла, смотря парню в спину.             – Доказательства? – тихо спросила она.             – Их нет, – шатен усмехнулся, опуская взгляд вниз. – Сукин сын слишком хорошо заметает следы. Но он знает, что я знаю.             – Но… откуда?             – Несколько месяцев назад, – вздохнув, неохотно начал объяснять Джастин, – я изучал логистику компании. В одной из накладных заметил несоответствие: груз значился, как «промышленное оборудование», но вес и маршрут были довольно… подозрительными. – Он измученно провёл ладонью по лицу. – Мы с Марти решили вскрыть контейнер перед самой отправкой, и нашли там запрещённые вещества. Там было столько, что хватило бы на пожизненное. Тогда Марти хорошенько досталось. Он… – повисла небольшая пауза. До сих пор об этом было сложно даже думать, не то, что говорить вслух, – едва не погиб.             Парень шумно выдохнул, вспоминая тот день. Как чуть не потерял друга, как тот истекал кровью от ножевого ранения на его руках, как Джастин в последний момент успел доставить его в больницу, и как их заставили молчать обо всём, угрожая фальшивым компроматом.             – Тогда мы не знали, кто за этим стоит, – отстранённо продолжил он. – Но постепенно нам удалось распутать клубок нестыковок, подозрительных моментов, совпадений, и выйти на Томпсона.             На несколько секунд помещение окутала тишина. Кристина выжидающе смотрела на парня, но тот лишь отрешённо стоял, словно погрузившись в свои воспоминания.             – И почему тогда… он всё ещё здесь? – не выдержала она, прерывая затянувшуюся паузу.             Развернувшись на месте, шатен прислонился спиной к стене и посмотрел на девушку. Скрестив руки на груди, он медленно облизал губы и продолжил — так тихо, будто боялся, что может услышать кто-то ещё:             – Тогда он руками своих шестёрок подловил нас. Подстроил ситуацию так, будто это мы организовали перевозку. Подделал документы, записи с камер, даже подкупил кого-то из команды. И пообещал вскрыть это всё, если мы попытаемся ему помешать.             – Ты рассказал отцу? – нахмурилась Финдли.             – О том случае нет. Пока я… боялся потерять Марти, – на этом его голос дрогнул, а затем стал совершенно сухим, – Томпсон успел замести остатки следов. Но недавно… мы снова нашли нестыковки в его документах. Я показал их отцу.             Парень внезапно как-то нервно рассмеялся — коротко, почти беззвучно.             – Отец почти поверил, что его любимый работник занимается воровством. Но когда мы пошли к нему… – его скулы напряжённо дёрнулись, – Томпсон уже ждал. С «опровергающими документами» и с такой улыбкой, будто знал о нашем визите заранее. В итоге, он вышел победителем, а я выглядел, как идиот.             – Кто-то предупредил его? – тихо предположила Финдли, делая непроизвольный шаг в сторону Джастина.             Тот лишь пожал плечами, бросая взгляд в окно:             – Не знаю. Может быть, говнюк и сам успел заметить, что проебался. Но теперь в отместку он подставил меня — мой отец в полной уверенности, что я работаю на наших главных конкурентов, – он невесело усмехнулся и тяжело вздохнул. – Без опровержения и веских доказательств, мне теперь уж точно никто не поверит.             На некоторое время в каюте повисал задумчивая тишина, нарушаемая лишь едва уловимым глухим мотором лайнера снаружи.             – Подожди, – Кристина резко подняла голову. – Даже если твой отец не поверит тебе. Мой — поверит мне. Если я расскажу ему обо всём, что… – девушка запнулась, вспомнив не самые приятные моменты, пережитые благодаря Максу, – он разорвёт его на куски.             На самом деле, Кристине совсем не хотелось делиться с отцом унизительными подробностями взаимоотношений между ней и Максом. Не хотелось тревожить его, не хотелось выставлять себя беспомощной идиоткой, не способной существовать без вечного попадания в неприятности. Он и так не доверял ей — иначе бы позволил остаться дома, а не тащиться в этот проклятый круиз.             Но сейчас рассказать о произошедшем отцу, казалось хоть неприятным, уничтожающим её достоинство, но всё же выходом.             Хриплый, едва слышный снисходительный смех Джастина на пару секунд заполнил атмосферу. Затем он, не прекращая слегка улыбаться одним уголком губ, взглянул на девушку.             – Почему ты до сих пор не рассказала? – спросил парень так нежно, будто она была ребёнком, который скрывает от взрослых, что его обижают.             Хлопнув глазами, Кристина замерла, глядя на него. Она не готова была честно ответить на этот вопрос. Уж точно не ему.             Он посмотрел на её сжатые кулаки, на то, как она отвела глаза, и его усмешка смягчилась:             – Ты не рассказала, потому что не хочешь, чтобы он смотрел на тебя, как на жертву. Как на ту самую маленькую девочку, которую нужно спасать. Я прав? – подняв бровь, он выждал несколько мгновений.             Кристина не ответила, лишь почувствовала, как её самолюбие больно укололо от того, что он всё также читал её как раскрытую книгу, и был прав.             – В любом случае, – не дождавшись ответа, добавил Джастин, а его выражение лица приняло чуть более серьёзный вид,  – скорее всего, это только сделает хуже. Пару месяцев назад компания вложила восемьдесят процентов капитала в новый маршрут, предложенный Томпсоном. Если ты сейчас вот так начнёшь войну — с предельной вероятностью мы всё потеряем.             Какое-то время они стояли в тишине. Кристина переваривала услышанную информацию, пока Джастин думал о чём-то своём             – Ну вот, – наконец, его холодный тон разрезал тишину, – теперь ты знаешь, в какую игру и по чьим правилам мы играем.             Парень собирался двинуться с места, чтобы, наконец, позволить себе упасть в кровать, но девушка сделала медленный шаг в его сторону, сокращая расстояние.             – И что… – осторожно начала она и нахмурилась, – и что по твоей логике я должна делать? Просто сидеть и ждать пока этот психопат…             – Если ты начнёшь, наконец, прислушиваться ко мне, – перебил её Джастин, – то уверяю тебя — можешь не бояться его.             – Я и не боюсь его, – тут же раздражённо выпалила Кристина, но голос дрогнул.             Джастин глухо засмеялся и качнул головой, рассматривая девушку в двух шагах, от него изучающим взглядом.             – Финдли, как ты живёшь с таким паршивым умением врать?             Она фыркнула. Руки машинально сжались в кулаки.             – Я умею врать, – глаза презрительно сощурились. – И живу нормально. Спасибо, что спросил.                         Внезапно парень перехватил её запястье и притянул к себе:             – Нет, не умеешь, – его голос стал низким, почти шёпотом. – Но ты должна научиться. Как я.             Она резко вырвала руку, но не отступила:             – О, так теперь ты ещё и эксперт по вранью? – её губы скривила ядовитая улыбка, и она прищурилась. – Тогда почему твои глаза, – она ткнула пальцем в его твёрдую обнажённую грудь, – буквально кричали «нет, только не она» каждый раз, когда Макс ко мне прикасался?             Тишина. Казалось, даже океан снаружи в этот миг замер.             Изучая её проницательным взглядом, шатен усмехнулся, а затем внезапно оказался так близко, что её дыхание смешалось с его запахом:             – Даже гениям свойственно ошибаться... особенно, когда перед ними вызывающе плохая актриса, – его губы дрогнули, будто это была шутка, но взгляд остался серьёзным. – Но в отличие от тебя, я хотя бы не кричу о своих чувствах всем своим видом.             Она хотела было что-то возразить, но его рука потянулась к её шее — мимо синяков, сияющих на бледной коже, пальцы скользнули к затылку, впутываясь в волосы и немного запрокидывая голову назад — движения были резкими, но достаточно мягкими. Дыхание Кристины перехватило от этого, но она не сдвинулась с места. Его она тоже не боялась. Ну, или только думала так.                         Их взгляды пересеклись — ураган эмоций в каждом из них.             – Так что выбирай: или ты учишься врать, как я, – он склонился, и его губы практически коснулись её уха шёпотом, – или мы оба проиграем.             Кристина замерла. Она чувствовала, как его сердце сейчас бьётся практически так же быстро, как её. Его обжигающее дыхание казалось опаснее любого яда. Её пальцы впились в его пояс, будто искали способ держать его на расстоянии — или притянуть ближе.             – Но ты права, – голос парня прозвучал непривычно хрипло, губы скользнули в миллиметре от линии её челюсти, словно дразня, – я действительно не мог спокойно смотреть, как он к тебе прикасался.             Его пальцы сильнее сжались в волосах, заставляя Кристину шумно выдохнуть и больше запрокинуть голову. В этом движении было что-то первобытное — демонстрация силы, которая почему-то заставила её сердце бешено колотиться, а по телу разлиться волну необъяснимого тепла.             – Но если ты думаешь, что это из-за каких-то твоих глупых фантазий… – кончиком носа он медленно провёл линию вдоль её шеи, делая глубокий вдох. – То ошибаешься. Просто я не люблю делиться своими игрушками.             Она почувствовала, как его рука скользнула к её талии, резко прижимая её к себе так, что между ними не осталось и намёка на расстояние.             – Особенно, – надменно усмехнулся он, – когда они так отчаянно цепляются за меня в ответ.                         – Мудак, – вырвалось у неё сквозь сжатые зубы. Его высокомерие выводило из себя, и усиливало желание оттолкнуть его, но тело лишь предательски выгнулось в ответ, а голос сорвался в шёпот, – ненавижу тебя.             Наверное, она попыталась напомнить об этом себе. Как он… как он посмел назвать её своей игрушкой? Как он смел вообще обращаться так с ней? И как её собственное тело смело так предавать её?                         Довольно улыбнувшись, уже через мгновение Джастин намеренно отстранился, отпуская Финдли и наслаждаясь её немым замешательством.             – Отлично, – удовлетворённо кивнул он, в тоне проскальзывала пикантная хрипотца. – Урок первый: всегда лги о своих чувствах.             Его глаза сверкнули в полутьме, и он опустил взгляд вниз — туда, где Кристина непроизвольно впилась пальцами в ткань штанов на его поясе. Уголки губ парня едва заметно дрогнули в полуулыбке.             – Второй, – лёгким прикосновением, он осторожно провёл по нежной коже её руки, затем нарочито медленно разжимая её хватку. – Никогда не цепляйся за то, что хочешь отпустить.             Продолжая держать её за руку, внезапно Джастин прижал ладонь девушки к своей шее — там, где его пульс бился так же часто, как у неё.             – Третий, – его голос звучал почти ласково, но пальцы на запястье сжимались слишком крепко. – Если лжёшь, контролируй каждую деталь.             Её рука непроизвольно шевельнулась, касаясь огненно-горячей кожи на его шее и трепещущей сонной артерии.             – Вот видишь, – он резко отвёл её руку в сторону, демонстрируя, как его пульс приходит в норму, а в её пальцах всё ещё гуляет дрожь. – Я спокоен — ты вся дрожишь.             – Я не дрожу, – Кристина безуспешно попыталась выдернуть запястье из его хватки, а её голос дрогнул, подтверждая его правоту.             – А вот и четвёртый урок, – усмехнулся Джастин. – Лжецы всегда отрицают очевидное. Будь оригинальнее.             Он откинул её руку, но теперь неожиданно она ловко поймала его за запястье, крепко обхватив пальцами. Уголки губ парня дрогнули, и он прищурился, выжидающе смотря на неё.             – Ты солгал, – с ноткой победы в голосе заявила она. – Твой пульс всё также зашкаливает.             Пауза. Глаза Джастина на мгновенье расширились, а затем он тихо рассмеялся тому, что она попыталась использовать его приём против него самого.             – Если собираешься читать чужой пульс, – наконец, лениво протянул парень, – научись сначала различать причины.             Внезапно он вновь резко притянул её к себе так, что она вздрогнула от неожиданности. В его глазах мелькнул опасный блеск, когда он склонился к её уху:             – Это может быть адреналин, – прошептал Джастин, а затем взял её руку и поднёс к своему виску, – или головная боль от необходимости объяснять очевидное. – После небольшой паузы его ладонь с нарочитой медлительностью скользнула по её талии и, в конце концов, он решительно прижал её бёдра к своим, едва не прорычав: – или возбуждение.             Кристина чувствовала, как всё тело парня напряжено словно струна, но его голос звучал издевательски ровно.             – Всё это — три абсолютно разных состояния, Финдли, – его губы искривила знакомая надменная ухмылка. – Но тебе, конечно, проще всё свалить в одну кучу.                         Он отпустил её с внезапной холодностью — такой, будто между ними не происходило только что совершенно ничего. И отступил на шаг:             – Урок пятый: не делай поспешных выводов. Особенно когда не знаешь контекста.             Раздражённо фыркнув, Финдли скрестила руки на груди, на что Джастин лишь в своей надменной манере усмехнулся:             – Зарезервирую остальные уроки на завтра, – демонстративно потянувшись, он по-хозяйски плюхнулся в свою кровать, с наслаждением растягиваясь на ней, – хотя, учитывая твои способности, чтобы чему-то научиться, нам потребуется лет пять.             – Придурок, – проворчала в ответ Кристина, отводя взгляд в сторону и пытаясь понять, что это вообще только что было.             Поведение этого заносчивого парня всегда оставляло за собой много вопросов, но сегодня оно был особенно странным. И самым раздражающим было то, что где-то глубоко внутри она ловила себя на мысли, что ждала продолжения этих «уроков».  Что её кожа всё ещё горела от его прикосновений. А сердце бешено колотилось, разнося по телу чувство ярости и возбуждения. Она не понимала, что ей делать.             Взгляд Джастина скользнул по электронным часам на тумбе, время на которых перевалило за три часа ночи. Чувство усталости тут же накатило с неожиданной ощутимостью — словно только и ждало, пока тело коснётся матраса.             Лениво подкладывая руки под голову, Джастин посмотрел на неподвижную фигуру Кристины, которая так и не сдвинулась с места:             – Если ты решила отрабатывать навык сна, как у лошади, то спешу расстроить — человеческий организм к этому не приспособлен, – ухмыльнулся он, продолжая наблюдать за ней в полумраке.             – Всего лишь думаю, как не поддаться искушению и не придушить тебя ночью, – выйдя из своего задумчивого состояния, язвительно парировала она.             – Тогда тебе лучше поспать на коврике, – с притворной серьёзностью заявил парень, кивнув на входную дверь.             Кристина кинула на него разъярённый взгляд, который он тут же поймал, и устало рассмеялся.             – Знаю-знаю, там может быть сквозняк. Поэтому, как истинный джентльмен, – голос Джастина стал более мягким, – я всё равно приглашаю тебя обратно в эту божественно-удобную кровать, – он хлопнул ладонью по свободной половине матраса.             Девушка помедлила, прежде чем сделать неуверенный шаг в его сторону.             Но Джастин неожиданно вскинул руки в воздух:             – Обещаю не прикасаться. Конечно, если ты сама не начнёшь распускать руки, – усмехнулся он.             – Не обольщайся, – раздражённо фыркнула Кристина и всё же забралась в кровать, демонстративно устраиваясь на самом её краю, – но если ты храпишь, я выкину тебя за борт.             – Конечно, – гораздо более сонно протянул парень, не скрывая довольной улыбки на лице. – Спокойной ночи, Финдли.