Ускользающий Мир

Сумерки наступили неожиданно быстро. По моим расчетам, они должны были опуститься в тот момент, когда я выйду на территорию тюрьмы. Покинув Адама некоторое время назад, я побрела, как мне казалось, по периметру тюрьмы, не решаясь уходить вглубь леса. Но чем дальше я шла, тем больше становились кусты неизвестных мне растений, тем богаче были ветки хвойных, которые беспощадно лупили меня по лицу. Ходячие встречались гораздо чаще, обычно они шли группами, голов по семь. Но они волновали меня меньше всего, они ко мне относились точно так же, не проявляя абсолютно никакого интереса к моей персоне. Я попыталась изменить направление, но чуть не забрела в топи засыхающего, но еще способного затянуть, болота. - Такого быть здесь не должно, – прошептала я, запыхавшись. Высокие сапоги были испачканы илом и грязью, вся эта жижа налипла на подошву, делая шаг тяжелым и неуклюжим. Мне пришлось облокотиться на толстое заросшее мохом дерево, чтобы хоть немного обчистить обувь об густую траву леса. Послышалось гортанное ворчание, очередной ходячий эмигрировал из одной части леса в другую. Он прошел от меня в полуметре, покачиваясь, и подволачивая непослушные ноги. Что-то хрустнуло, и вот мертвец распластался на мягком мхе, сломав при этом правую ногу. Острие кости прорвало гнилую плоть и показалось где-то в середине голени. Ходячий, казалось, ничего и не заметил, только не мог понять, почему он не может вернуться в вертикальное положение. Он хватался руками за ковер из мха, пытался поднять свое мертвое туловище, но вновь заваливался вниз. Я уже давно разобралась с сапогами, теперь я просто сидела на корточках, наблюдая за действиями ходуна. Его беспомощность вполне могла бы вызвать жалость, если бы не его гримаса ненависти, которая исказила все его полуразложившееся лицо. - Что, друг, – произнесла я, обращаясь к мертвяку, – кажется, мы заблудились. Ходячий тихо заскрежетал, услышав человеческую речь. - Да, ты прав. Стоит остаться на этом месте, а утром попытаться найти дорогу домой. Ходун тянул ко мне руки, кожа на которых давно повисла складками и приобрела серый оттенок. - Что, заметил меня наконец? - усмехнулась я, вытягивая ноги. – Когда-нибудь и я так буду корчиться на траве, пытаясь сожрать кого-нибудь. Может, кого-нибудь из группы. Так что сильно не огорчайся. Все мы побываем на твоем месте. Я поднялась на ноги и вплотную подошла к ходячему, усевшись рядом с ним на корточки. - Тебе пора, – прошептала я, вонзая в его глазницу короткий кинжал. Мертвяк издал последний стон и перевернулся на спину. Откуда-то сзади послышался треск сухих веток, утробное ворчание эхом раздавалось по вдруг притихшему лесу. Я привлекла ходячих, и в темноте было сложно понять, сколько именно их шло. Но по шуму можно было легко понять, что они двигались целенаправленно в мою сторону, снося все на своем пути. Резко поднявшись на ноги, я мелкими шагами начала отступать назад, с каждой секундой двигаясь быстрее. Резкий выброс адреналина в кровь, и я мчусь по лесу, словно молодая лань, с громким шорохом прорываясь сквозь заросли и почти ничего не видя перед собой. Листва лупила по лицу, прозрачные паутины липли к ресницам, мошки залетали в уши, нос и рот. Я неслась так, словно за мной гналась огромная стая ходячих, я неслась словно в последний раз, как будто в затылок мне дышала сама смерть. Через несколько минут появились первые признаки отдышки, дыхание стало перехватывать, а сердце вырывалось из груди с глухим стуком. Можно было остановиться, уже давно пора, но ноги отказывались подчиняться. Они несли меня в самую глубь леса, туда, где стволы деревьев были гораздо толще, а кустарники более разросшимися. Встречный ветер холодил взмокшее лицо, придавая новых сил и не давая рухнуть от усталости под ближайшей сосной. Мысли давно превратились в одну общую кучу, в голове то и дело возникали отдельные вырванные образы: Мэгги, обнимающая Гленна, Адам, достающий из ловушки зайца, Рик, устанавливающий стальные балки для укрепления забора и Дерил, сидящий на скамейке с привычной для него ухмылкой на губах. Я пробежала бы еще долго, если бы в один момент я не почувствовала, что земля из под ног куда-то исчезла. Я почувствовала, что падаю в пропасть, у которой нет дна. Мгновение, другое, а я все еще лечу, широко раскинув руки, пытаясь ухватиться хоть за что-то. На дне пропасти слышится движение, гортанные вздохи, бормотание, какой-то скрежет. В следующее мгновение мое тело коснулось чего-то твердого, и наступил беспросветный мрак. *** Дерил Диксон мерил широкими шагами пространство за главными воротами тюрьмы. Его брови давно сошлись на переносице, от чего на лбу появились две глубокие складки. Внутренний голос шептал ему, что пора бы уже пойти на поиски этих двоих. Как-никак два с половиной часа прошло. Но довольно таки богатое воображение рисовало перед ним полуобнаженную темноволосую девушку и высокого худощавого парня, который прикасался своими мокрыми губами к ее телу. Дерил поморщился и сплюнул в траву. Наверняка эти двое задерживаются, потому что хорошенько развлекаются на мягкой летней зелени. Лицо Диксона стало еще более мрачным, он начал непроизвольно хрустеть пальцами. Он уже миллион раз пожалел, что связался с этой парочкой. Он пытался забыть, просто уйти отсюда и заняться своими делами – подлатать рубашки, сделать новые стрелы, перешнуровать ботинки, да и, в конце концов, просто лечь спать. Но он не мог. Он должен был дождаться ее. Ведь он пообещал себе, что будет присматривать за ней. И плевать, что она завела себе какого-то глупого мальчишку с щенячьими глазами. Дело было совсем не в нем. А в чем тогда? Диксон погрузился в себя, отключаясь от всего внешнего мира. Все закончилось неожиданно, словно кто-то из этих двоих резко обрубил концы, не собираясь возвращаться. Она ушла из жизни Дерила Диксона почти так же, как и появилась: мгновенно. Ошарашенный и потерянный Дерил в первое время не мог понять, чем вызваны такие перемены. Не было больше ночных посиделок на крыше грузовика с дискуссиями на тему «А что будет дальше?». Не было совместной охоты по средам, и обучений стрельбы из лука. О, она быстро научилась натягивать тетиву как надо. Но каждую охоту он вновь показывал, как это делать, подходя сзади и беря ее лук в свои руки. Она не возражала. А потом в ее жизни появился Адам Кроссман, который расставил все на свои места, который вернул Дерила Диксона на свое место. На место надежного приятеля, который может прикрыть задницу в случае опасности. Диксон не возражал. Он посильнее закутывался по ночам в махровый плед и слушал стрекот саранчи, перебиваемый глухим бормотанием ходунов. Дерила Диксона вырвала из мыслей подозрительная активность ходячих, которые явно слышали чье-то приближение. Прогремели выстрелы, охотник быстро повис на веревках, открывая деревянные ворота. Показался усталый и жутко измученный Адам, который еле волочил ноги. - Какого черта ты один? – тихо спросил Дерил, стараясь как можно дольше сохранять спокойствие. Рик Граймс, услышав скрип главных ворот, вышел из хлева, где он секунду назад кормил единственную выжившую свинью. - Что происходит? – спросил он, стягивая резиновые перчатки. Адам Кроссман отдышался и произнес: - Мы повздорили, она ушла. Я пошел за ней, но очень скоро потерял ее из виду. Я пытался ее найти… Дерил Диксон почувствовал, как его покидает самообладание. Он вплотную подошел к Адаму и прошептал: - Мне показалось, или ты сказал, что ты настолько мудак, что бросил Сэм в лесу? - Я пытался ее найти. Я пришел, чтобы рассказать вам. Сейчас я снова возвращаюсь в лес, – ответил Кроссман, не отводя взгляда от лица Диксона. - Эй, тише, тише… - проговорил Рик, примирительно вскидывая руки. – Как далеко вы расстались? - Около первой ловушки, – ответил Адам, все еще сверля Дерила взглядом. Охотник отвечал тем же. - В какую сторону она ушла? – продолжил Граймс, вставая между Диксоном и Кроссманом. - На север. Рик, мне нужны патроны. Рик Граймс потер лоб и отрицательно качнул головой: - Мы пойдем искать ее завтра. Рано утром. - Ты спятил, Рик? – воскликнул Дерил, вскидывая руки. – Никто не смог бы продержаться ночь в этом лесу! - Мы погубим людей, если пойдем искать Саманту сейчас. А нас и так катастрофически мало. Она молодец, Дерил. Одну ночь она точно продержится. - Я пойду искать ее прямо сейчас, – ответил охотник, не отрывая упрямого взгляда от лица Граймса. – Я обещал ей, Рик. - Послушай, прошу, – начал Рик, складывая руки в умоляющем жесте. – Ты важный член группы, ты не должен так опрометчиво рисковать собой. - А Сэм не важный член группы? – переспросил охотник, приподнимая брови. Рик вздохнул и потер руки, согревая их от ночной свежести: - Она часть нашей семьи. Но она особенная. Выжить одну ночь в лесу для нее – абсолютная ерунда. Дерил Диксон молча накинул кожаную жилетку и повесил арбалет на левое плечо, который секундой назад был приставлен к сетке. - Я не смогу спать, зная, что кто-то из наших людей сидит в лесу в окружении ходячих. И ты не сможешь, я знаю, но у тебя Карл и девочка. Ты уже не можешь рискнуть, – произнес Дерил с еле заметной улыбкой. - Я иду с тобой! – сказал Адам Кроссман, протягивая руку к веревкам, что служили своеобразным рычагом для открытия ворот. - Ты останешься здесь. Ты понадобишься ей живой, когда она сюда вернется, – произнес Дерил, и кивнул на веревки. – Открывай. - Но я могу… - Я. Пойду. Один. – медленно проговорил Диксон. Адам слегка прикусил губу, и потянул веревки на себя. Ворота со скрежетом распахнулись. Ночь поглотила Дерила Диксона, хотя этот факт может быть весьма спорным. Охотник чувствовал себя в апогее своих возможностей именно в ночное время, так что можно с уверенностью сказать, что Дерил Диксон поглотил ночь. Без остатка. *** Я очнулась от того, что кто-то бессовестно наступил на мою руку. Я попыталась поднять потяжелевшую голову, хрустнули шейные позвонки, вставая на место. Я перевернулась с живота на спину, и увидела, как мертвяк занес свою ногу надо мной, явно желая пройтись по мне. Я попыталась откатиться влево, но моя спина уперлась во что-то твердое. Я оглянулась, и разглядела еще одного мертвяка, который что-то прорычал сквозь свой почти разложившейся рот. Ходячие были повсюду: я насчитала их около двадцати. Подняться на ноги не было никакой возможности, везде были они, тянув руки вперед, и что-то рыча. Я отползла назад, и моя спина во что-то уперлась. Ощупав рукой препятствие, я поняла, что оказалась в очень глубокой яме. В яме с мертвыми. Стены ямы оказались покатыми, около трех метров высоту. Выбраться самостоятельно не представлялось возможным. А толстая луна, казалось, злорадно ухмыляется с угольно-черного неба...