Путь домой

Ричард Аркин встретил агентов в аэропорту, куда огайская метель пришла уже в виде проливного дождя. В машине Аркин помолчал немного, потом повернулся и внимательно, изучающе посмотрел на Малдера. - Как вы узнали? – спросил он. - Как вы узнали, где искать его? - Пока мы его не нашли, - сухо напомнил Малдер. Аркин кивнул. - Он не являлся на контрольные явки в полицию уже два месяца. Греньер по нему всю информацию прошерстил, но пока безрезультатно – никаких следов ни его, ни девчонки. При этих словах Скалли ощутила облегчение; всю дорогу обратно перед глазами у нее маячил образ избитой и изнасилованной Ви с изуродованными ногами и безжизненным взглядом. Стало быть, она еще жива. По пути в город Аркин вводил их в курс последних событий. - Жертву звали Эллен Кавано, возраст двадцать семь лет. Последний раз ее видели вчера вечером на корпоративе, около девяти часов. Ее коллеги утверждают, что она собиралась вернуться в офис за кейсом, который забыла, а затем поймать такси и ехать домой. В час ночи ее жених обратился в полицию с заявлением о пропаже. Шесть часов спустя поисковая команда нашла тело девушки вниз по течению реки. Рассел руководит опросом возможных свидетелей на месте преступления, но пока никакой информации нет. - А что насчет Карла Квентина? Аркин даже не стал заглядывать в блокнот – ему, как и Малдеру, записи были не нужны. - Карл Аллен Квентин, тридцать шесть лет, родился в Кантоне, Огайо. Мать умерла, отец неизвестен. Квентина приговорили к двадцати пяти годам тюремного заключения и досрочно освободили из тюрьмы Мэриленда в сентябре этого года, после отбывания одиннадцатилетнего срока. - В чем его обвинили? – подала голос с заднего сидения Скалли, наклоняясь ближе к креслам. - Квентина арестовали 13 июля 1988 года в Бетсвилле, Мэриленд за нападение на женщину в городском парке. Полицейский при обходе территории поймал этого монстра с поличным. Через три недели Квентин был обвинен и осужден за нападение, попытку ограбления и покушение на убийство первой степени. - Попытку ограбления? – удивился Малдер. – На него не похоже. - Я тоже так подумал, – ответил Аркин. – Поэтому решил кое-что проверить и поговорил с жертвой нападения и тем полицейским из Бетсвилля. - И? - Во время нападения Квентин был вооружен ножом. Он сорвал с плеча девушки сумочку и бросил в кусты, однако никто бы не поручился, что ему нужны были деньги. Просто благодаря этому обстоятельству ему накинули еще несколько лет к окончательному сроку. - Значит, полиция решила, что основным мотивом нападения послужило… - Изнасилование. Этот ублюдок душил девушку, пока она не потеряла сознание, затем стащил с ее ног туфли и чулки. Патрульный поймал Карла, когда он… - Аркин неловко кашлянул и продолжил: – …когда он сосал у нее пальцы ног.

* * *

Темные, зловещие облака накрыли город, и улица освещалась только слабым, тусклым светом единственного фонаря, стоявшего как раз напротив полуразвалившегося дома Карла. Пока Скалли искала место, где лучше припарковаться, Малдер, не отрываясь, смотрел на здание из окна автомобиля, чувствуя, как покалывает кончики пальцев на руках и ногах. Словно вот-вот он поймает того, за кем охотится; что зло осязаемо и его можно потрогать – только руку протяни. Обернувшись к напарнице, Малдер увидела, что она пристально разглядывает обветшавшие стены, прогнившие ступеньки крыльца и одинокий прямоугольник заколоченного досками окна. - Прямо как в фильмах ужасов, - не сдержался Малдер. - Точно. – Скалли рассматривала теперь ветхую косую крышу. – И почему меня не покидает ощущение, что именно в этот момент зрители обычно кричат: «Не ходи туда!»? Малдер уже открывал дверцу машины, но при этих словах остановился. Он и раньше слышал что-то похожее. Когда же это было? А, да, когда полицейские вдруг осознают, что, поймав монстра, им придется столкнуться с ним лицом к лицу. Иметь с ним дело. Дейл Гатфри, вспомнил Малдер, тоже говорил нечто подобное. Старый коп из Алабамы как-то присутствовал при задержании, когда фэбээровцы поймали мужчину, убивавшего маленьких мальчиков, которых он расчленял, варил и чьи кости затем отполировывал для своей коллекции. Среди суетящихся агентов и полицейских один только Дейл стоял странно тихо, не шевелясь. - Подвесить бы этого урода за яйца… - выплюнул Дейл, когда Малдер поинтересовался, все ли с ним в порядке. - Хотел бы я, чтобы он на своей шкуре прочувствовал все эти тринадцать детских смертей. И вместе с тем я отнюдь не стремлюсь настолько вникать в это дело… Вряд ли я именно тот, кто пожелал бы познать неизведанные глубины зла. «Вам бы это и не удалось», - подумал Малдер. С каждым разом вы бы убеждались, что зло - роковое, могучее, зубастое, сильное, глодающее плоть и души, встречается на Земле редко. Гораздо чаще попадается зло больное, вялое, серое, будничное, недовольное, оплывшее, сонное, равнодушное, несчастное, уставшее от самого себя. И это второе зло хуже и заразнее первого в сотни раз, ибо первое, истинное, заставило бы бежать от него сломя голову». Малдер легонько коснулся пальцем тыльной стороны ладони напарницы. - Ты как? - Нормально. Однако голос ее прозвучал немного неуверенно, и, не желая объясняться, она быстро добавила: - Его здесь все равно нет, Малдер, да и группа наблюдения засела прямо через дорогу. Давай просто побыстрее покончим с этим. На пути к дому Малдер поймал себя на мысли, что прислушивается к стуку каблуков напарницы по мокрому асфальту. Входная дверь оказалась не заперта и от толчка Скалли медленно приоткрылась. Слегка, не больше, чем на одну треть, не то чтобы приглашая, но, скорее, не препятствуя агентам войти. - Свет не зажигай, - пробормотал позади Малдер. – Если он вдруг явится, мы его спугнем. Скалли вытащила из кармана фонарик и, включив, обвела узким лучом гостиную. Похоже, здесь не церемонились: ящики стола выдвинуты, кушетка опрокинута, подушки небрежно брошены сверху, а на полу в беспорядке накиданы кипы бумаги. - Да он поймет, что мы у него на хвосте, как только сюда зайдет, - заметила она. – Здесь же все вверх дном перевернули. - Мы здесь не задержимся, - произнес Малдер, и, включив свой фонарик, торопливо прошел дальше. – Я только хочу посмотреть… - Что посмотреть? Малдер, не ответив, осторожно зашагал между перевернутыми стульями, валявшимися на полу книгами; тонкий, но достаточно мощный луч осветил рваные зеленые шторы и выцветшие, с шотландским узором, обои. В столовой на стене висела масляная репродукция, изображающая охотничьего бассета. Под ногами при каждом шаге шуршали газеты и скрипели, жалуясь, половицы. - Дизайнеру по интерьеру стоило бы руки оторвать. Скалли фыркнула: - А керамическую лягушку в углу видел? Следующей комнатой оказалась кухня, где Малдер ненадолго задержался, проверяя содержимое ящиков. - Столовых приборов нет, - сообщил он. – Если ножи здесь и лежали, то их, вероятно, забрал Греньер при обыске. Скалли заглянула в буфет, затем открыла несколько навесных шкафчиков. - Продуктов тоже почти нет. Немного банок с супом и коробка сухих завтраков. - Подвинься, - попросил Малдер, направляя фонарик на пустые пыльные полки. – Давай проверим второй этаж, спальня, должно быть, там. - Ты что-то ищешь? - поинтересовалась Скалли, пока они поднимались наверх по шаткой узкой лесенке, опираясь на перила. - Не думаю, что он держал женщин здесь, Скалли. - Что? Почему? В спальне оказался бардак, правда, не такой, как в гостиной: неубранная постель, а на ней высится гора шмоток. - Где, в таком случае, туфли? – спросил Малдер. – В отчете Греньер о них ни слова не написал. - Думаешь, он их выбросил? Одиннадцать лет в тюрьме могли научить его избавляться от улик. - Нет, - покачал головой Малдер. – Вряд ли бы он сдержался… Ни еды, ни туфель… Одежды практически никакой, только вот, смотри, брюки на полу валяются. Подойдя к платяному шкафу, Малдер открыл его и вполне ожидаемо увидел пустые полки для обуви. - Я так и думал: ни одной пары. - Он здесь не живет, - прошептала Скалли. - Нет, не думаю… Скорее всего, этот адрес удобнее всего было назвать инспектору по надзору на первое время для проверок. Но на улице достаточно много домов и, соответственно, соседей. Не стал бы он привозить сюда жертв. - Значит, от группы наблюдения особого толку не будет, - пробормотала Скалли. - Да нет, почему? – рассеянно отметил Малдер, водя лучиком фонаря по потрескавшемуся потолку. - Он здесь раньше бывал и по какой-то причине может заявиться снова. Но лучше как можно скорее вычислить, где он нанесет следующий удар. - Что ж, нам известно, кто в таком случае будет следующей жертвой, – отметила Скалли. – Мы не знаем только, где она. Малдер вспомнил о Ви, их невольной свидетельнице. - Может, она уже объявилась, – с надеждой сказал он. – Греньер ведь установил слежку за ее домом? - И за квартирой Джимми тоже, - подтвердила Скалли. – Но шансов, что она вернется к себе или к Джимми, практически нет. - Почему? – удивился Малдер. - Да потому, что она ни за что не приведет убийцу к тем, кого любит. - Тогда… У нее есть враги? Скалли печально улыбнулась. - Пожалуй, детективу Джонсону следует быть осторожнее. Проходя на обратном пути через гостиную, Малдер резко остановился, вспомнив вдруг, что он искал и так и не нашел в доме. Маску Никсона, которая не давала ему покоя, а он все никак не мог понять, почему же она так важна. - Малдер? – позвала Скалли с порога. – Ты идешь? Голос напарницы вернул его в реальность и, кивнув, он последовал за ней наружу.

* * *

Зевая, Скалли вышла из лифта на нужном этаже, ощущая, как в лодыжках ломит от длительного за сегодняшний день стояния. Возле двери своей квартиры Скалли снова зевнула, по привычке прикрывая рот ладонью, хотя вряд ли в два часа ночи кто-то из соседей увидел бы ее. Нормальные люди в это время спят. Усталым взглядом скользнув по белым филенчатым дверям, Скалли отметила, что эксперименты с перелетами в разные часовые пояса не идут организму на пользу. Но стоило ей вспомнить, что проснулась она от прикосновений Малдера, как усталость на какое-то время забылась. Покраснев, Скалли вынырнула из воспоминаний о прошлой ночи и, достав из кармана ключи, собралась открыть дверь, когда что-то привлекло ее внимание. Скалли нагнулась, изучая замок, и, заметив еле заметные царапины возле замочной скважины, потянула из кобуры пистолет. Щелчок замка оказался неожиданно громким. Скалли недовольно поморщилась и осторожно приоткрыла дверь настолько, чтобы войти, не производя дальнейшего шума. Гостиная была погружена во мрак. На кушетке лежало что-то темное и бесформенное. Скалли медленно приблизилась, предусмотрительно держа палец на спусковом крючке, но обнаружила, что это всего лишь пальто. Уловив доносящиеся из глубины квартиры приглушенные звуки, Скалли свернула в сторону спальни, где увидела пробивающуюся из-под двери полоску голубоватого света. Не убирая пистолета, Скалли толкнула ладонью дверь. Сидевшая на кровати Ви вздрогнула и чуть не выронила из рук банку с колой. - Привет, - немного нервно произнесла она. - Я и не думала, что ваш адрес может быть в «Желтых страницах». Милая квартирка у вас. Скалли проигнорировала дежурный комплимент. - Я не знала, куда еще идти, - виноватым голосом сказала Ви и, желая оттянуть момент объяснений, протянула коробку. – Пиццу будете? Скалли прищурилась, потом наклонилась и, вдохнув пряный аромат, спросила: - А с чем?

* * *

Он не ел уже два дня. По ночам она являлась ему в прерывистых, беспокойных снах, а внутренний голос без конца нашептывал ему: «Она тебя погубит». Он отправился в парк и там, стоя за мокрыми, облепленными редкими листьями кустами, не отрывал взгляда от темного силуэта дерева. На этот раз провал недопустим.