Меньшее из зол

Ненавязчивая мелодия мобильного телефона застала Малдера уже на пути в Айрсдейл. Наверно Скалли. Сердце застучало быстрее, когда он неловко пытался вытащить телефон одной рукой из кармана. Наконец ему удалось. - Слушаю, – произнес он в трубку, надеясь услышать ее голос. Но ответом ему был слегка хриплый баритон замдиректора Скиннера. - Агент Малдер, скажите, агент Скалли с вами? Очевидно, не только мне она сегодня нужна, подумал со вздохом Малдер. - Нет, сэр, – печально отозвался он. – Агент Скалли определенно точно не со мной. И вряд ли уже будет, мысленно докончил он про себя. - Вы не знаете, где она может быть? – в голосе замдиректора послышалось беспокойство. Малдер посмотрел на часы. - В два часа дня, в понедельник? Ну, наверно обедает. А что, она пропустила какое-то совещание, сэр? Скиннер вздохнул. - Агент Малдер, подумайте, пожалуйста, внимательно. Вы точно не знаете, где сейчас может быть ваша напарница? - Говорю же вам, – нетерпеливо ответил Малдер, – я ни малейшего представления… Внезапно он осекся, вспомнив тот злополучный вечер. - Подождите-ка, а вы говорили с помощником окружного прокурора, Аароном Литтлфилдом? Вполне вероятно, она с ним. Замдиректора молчал, и Малдер нахмурился. Что-то не вяжется тут. Не стал бы Скиннер разыскивать Скалли, и устраивать ей нагоняй из-за того что она опоздала на работу. - Сэр, в чем дело? К чему все эти расспросы о Скалли? Что-то случилось? С ней что-то случилось? В ответ еще один тяжелый вздох на другом конце провода. - Я и сам не в курсе, что, черт побери, происходит, Малдер, – пояснил наконец Скиннер. - Но я абсолютно точно уверен в одном: Литтлфилд не имеет понятия, где агент Скалли, поскольку сегодня утром, около десяти, он заявил, что она пропала. - ЧТО?! Малдер неосознанно крутанул руль, машина дернулась в сторону, взвизгнули шины. - Что значит «пропала»? - А то и значит, – отозвался Скиннер. – За последние двадцать четыре часа никто не видел ее, и ничего о ней не слышал. Ее машину нашли на стоянке около городского морга, но о местонахождении агента Скалли ничего неизвестно. - Не понимаю… - Малдер зажмурился и тряхнул головой, словно отгоняя наваждение. Этого не происходит. Нет, только не снова… - Агент Малдер, – голос Скиннера упал практически до шепота. – Я вам все сказал. И еще, предупреждаю: тут обнаружились кое-какие не очень приятные факты касательно ваших… «оживленных» дискуссий, которые произошли за последние два дня между вами и агентом Скалли. Десять минут назад вас разыскивал детектив Рипли, он ждет в управлении полиции 63, так что я бы на вашем месте немедленно вылетал обратно в Вашингтон. Кое-как проглотив стоящий в горле комок, агент выдохнул: - Сэр, ведь вы же не думаете… - Немедленно, агент Малдер. – повторил начальник, и в трубке раздались короткие гудки.

* * *

Подгоняемый безотчетным страхом, Малдер ураганом ворвался в управление полиции и стремительно промчался мимо стола дежурного полицейского, не обратив внимания на его возмущенный возглас. - Где детектив Рипли? – требовательно произнес он, обращаясь к скоплению народа в зале. Полицейские и преступники, находившиеся тут же, как по команде оторвались от всех своих дел, и уставились на целеустремленно шагающего между офисных столов высокого мужчину. - Мне нужен Джек Рипли, – нетерпеливо повторил Малдер, остановившись в центре зала, и скользя глазами по лицам присутствующих, ища знакомую физиономию. – Где он, черт возьми? Тут его нагнал наконец дежурный полицейский и, крепко схватив за локоть мускулистой лапой, подтолкнул обратно к дверям. - Вам пока придется подождать здесь, присядьте. - Отвяжитесь от меня, – прорычал Малдер, вырвав руку. - Эй, приятель, успокойся. – Подошедший на помощь еще один полицейский был постарше, смуглый, но с уже начинающими седеть волосами. - Не успокаивайте меня, а позовите немедленно детектива Рипли! – Малдер готов был уже сорваться на крик, когда одна из дверей в дальнем конце зала распахнулась. - Агент Малдер. – Высокий, долговязый мужчина с невероятно светлыми глазами и коротко стриженым ежиком черных волос, появился в дверях кабинета. - Наконец-то, – пробурчал Малдер. - Ведь несложно же было? – добавил он, взглянув на двух полицейских, пытавшихся его сдержать. С силой протиснувшись между ними, он подошел к детективу Рипли, и пожал протянутую руку в знак приветствия. - Спасибо, что так быстро приехали, – тихо проговорил тот. Слегка неряшливый вид детектива Джека Рипли неизменно ассоциировался у Малдера с лейтенантом Коломбо. Тот тоже выглядел именно так в своем вездесущем, потрепанном пальто, с которым никогда не расставался. Но в отличие от персонажа сериала Рипли относился к исполнению своих обязанностей педантично и всегда тщательно обдумывал свои действия. Ходили слухи, что прежде чем поступить в полицию, Джек Рипли закончил еще и юридический факультет престижного института. Кто-то заявлял, что Нью-Йоркский Университет, кто-то готов был биться об заклад, что Джек – выпускник Гарварда. И хотя выяснилось, что ни там, ни там Рипли в качестве студента замечен не был, споры не утихают и по сей день. Сам же Джек никогда не оспаривал приведенные доводы, не встревал в споры коллег, но любил иногда обронить пару-другую латинских словечек, и с улыбкой наблюдал, как вновь принимаются яростно обсуждать его прошлое и гадать. Малдер и Скалли сталкивались с детективом в ходе расследований уже как минимум раз шесть, и обоим очень понравился серьезный, смекалистый детектив, знающий свое дело и любящий свою работу. И Малдер, достаточно хорошо изучивший Джека, полагался на него и ждал от него простых, лаконичных ответов и объяснений. - Просто скажите мне, что, черт возьми, происходит, Рипли? – требовательно спросил он. - Что случилось со Скалли? Светлые глаза детектива смотрели абсолютно беспристрастно. -Вообще-то я надеялся, что вы мне скажете, – Рипли махнул рукой, приглашая его зайти. – Давайте здесь поговорим, хорошо? Уже несколько успокоенный, Малдер проследовал за детективом в комнату, где помимо них двоих, обнаружил еще Скиннера и Литтлфилда, неторопливо прохаживающихся по кабинету. Их разделял длинный стол. При появлении агента оба обернулись и уставились на него в упор. Повисла напряженная тишина, нарушил которую детектив Рипли. - Давайте присядем, – предложил он собравшимся, но никто не сдвинулся с места. - Некогда рассиживаться, – отрезал Малдер, и, подойдя вплотную к Литтлфилду, заявил: - Все, что мне сейчас нужно – ответы. Помощник прокурора уставился на него, и насмешливо поинтересовался: - От кого вы хотите их услышать, Малдер? От меня? – ткнув пальцем в грудь агента, Аарон продолжил: - Скорее это вы должны нам давать ответы, агент Малдер. Ведь вы были последним, кто ее видел. Малдер сжал кулаки, напрягся, так ему захотелось двинуть Аарону, но громадным усилием воли сдержался. - Ничего я не должен вам, Литтлфилд, даже не надейтесь что-то от меня услышать, - он взглянул на двух других мужчин, и вновь перевел глаза на Аарона. – Но, признаться честно, вы меня удивили. Скалли не пришла на обед, а вы уже собрали всю королевскую конницу. Что-то быстро, вам не кажется? Вероятно, вы знаете больше, чем говорите. Вероятно, вы столь быстро подняли всех на уши, потому что у вас есть причины беспокоиться. - Верно, Малдер, они у меня были, – Аарон начинал загибать пальцы на руке, словно считая вслух. – Во-первых, она и в воскресенье на обед не пришла. Не позвонила, ничего не объяснила, просто не явилась и все. Во-вторых, я не смог ей дозвониться: ни на работу, ни на мобильный, ни ее матери. И наконец в третьих – я поехал в морг, решив, что она, по каким-то причинам, все еще там, нашел ее машину, но саму Дану не обнаружил. Так что, как видите, агент Малдер, причин для волнения у меня было больше чем достаточно. Малдер презрительно усмехнулся в ответ. - Вы уж извините, но я человеку, избивающему женщин, не очень-то верю. Литтлфилд побелел так внезапно, что казалось - еще секунда, и упадет в обморок. - Вы не имели права…те улики… дело уже давно закрыто! – запинаясь, выдавил он. - О чем вы, черт побери, говорите, Малдер? – встрял Скиннер. – Объяснитесь! Рипли тоже видимо хотелось узнать, он пытливо заглядывал в лицо агенту. Малдер же продолжал неотрывно смотреть в глаза Аарону. Пауза затянулась. - Я навел кое-какие справки по пути сюда, – обронил наконец Малдер. – и выяснил, что мистер Литтлфилд свел знакомство с полицией еще до поступления туда на службу. Оказывается, нашего прекрасного блюстителя порядка в 1979 поставили на учет в полиции, за избиение. - Один раз, – процедил Аарон. – Это было один раз, и это был несчастный случай. Мне было шестнадцать, я напился, и наивно полагал, что она – моя подружка, а она спала с моим лучшим другом и … - Сама вас небось попросила, да? – иронически усмехнулся Малдер. -Да! – выпалил Литтлфилд. – В смысле, нет! Я был дико зол, не рассчитал немного, толкнул ее слишком сильно… Малдеру надоел этот спектакль, он схватил Аарона за грудки. - Слушай, ублюдок, немедленно говори мне, где она, – припечатав парня к стене, Малдер довольно сильно тряхнул его. – Где она?! Отвечай мне, ГДЕ ОНА?! - МАЛДЕР! – сильная рука замдиректора ухватила его за шиворот и рывком оттащила от Литтлфилда. Малдер еще яростно сопротивлялся хватке Скиннера, размахивая руками, пытаясь вывернуться из захвата и двинуть наконец Аарону по морде. - Лучше остерегайтесь, – пригрозил Малдер, тщетно пытаясь освободиться. – Встретимся снова – от вас мокрого места не останется, это я вам обещаю. - Довольно! – прогремел Скиннер и оттолкнул агента к детективу Рипли. - Выведите его отсюда, – велел он. Рипли кивнул и, ухватив агента за локоть, потянул к дверям. -Не стоит утруждаться, – сердито стряхнул его руку Малдер. – Я и сам уйду. Когда оба мужчины вышли, Литтлфилд осторожно наклонил голову вправо и влево, словно проверяя в состоянии ли еще ей двигать, затем поправил костюм. Подняв голову, он уперся в проницательный, оценивающий взгляд замдиректора. - Спасибо, – поблагодарил Аарон. – Думал, он мне шею сломает, – мрачно добавил он. Скиннер внимательно рассматривал его еще секунд десять и наконец произнес: - Не благодарите меня. Я это сделал ради него, а не ради вас. Аарон нахмурился, открыл было рот, чтобы сказать что-то, но Скиннер его опередил: - Послушайте, мистер Литтлфилд, я не знаю, связаны ли вы хоть косвенно с исчезновением агента Скалли, но я вас предупреждаю… Тот поднял бровь - мол, да, о чем же это? - …если мне станет известно, что вы каким-то образом замешаны в этом, и если не дай бог, вы с ней что-то сделали, уж не обессудьте меня – даю гарантию, что вы проведете в компании агента Малдера очень долгое время. С этими словами Скиннер развернулся и ушел, оставив Аарона в одиночестве обдумывать сказанные им слова.

* * *

Присев в кресло у себя в офисе, Рипли придвинул его поближе к столу, жестом предлагая Малдеру тоже присесть, на что тот сначала пристально рассматривал деревянный стул, а затем, тяжело вздохнув, плюхнулся на сиденье. Ножки жалобно скрипнули. Оба некоторое время молчали. Первым нарушил тишину спокойный голос Джека. – Если вас не затруднит, объясните, что там с этим парнем? Малдер неопределенно пожал плечами. - Его привлекли по делу об избиении, чего вам еще надо? И он почему-то чертовски быстро сообщил об исчезновении Скалли. Только не говорите, что вам это не кажется странным. - Это странно, – согласился Рипли. – Но мне не менее странным кажется и другое. - О чем вы…? – начал Малдер. - Погодите минутку, – прервал его Джек. – Для начала я хочу, чтобы вы ответили на несколько вопросов относительно вашего разговора с агентом Скалли в… – он посмотрел в записи – …субботу вечером. Взгляд карих глаз резко потемнел, в них сверкнул сердитый огонек. - Я ничего не сделал Скалли, если вы на это намекаете, – холодно сообщил Малдер. – И что бы вам этот сукин сын не наговорил… - Эй, отставьте его в покое ненадолго, ладно? Он кое в чем все же прав: вы – последний, кто говорил с ней до того, как она исчезла, и последний, кто видел ее в тот день. Я хочу знать, о чем вы разговаривали. Малдер вздохнул, резко наклонил голову и потер указательными пальцами переносицу, в голове пронеслись обрывки фраз. Я запросил дело в наш отдел и говорю тебе, что мы летим в Вайоминг… Можешь говорить себе, что захочешь, Скалли, но советую приехать завтра утром в аэропорт… Твоего драгоценного Аарона это никоим образом не касается… Его бросило в жар. - Мы… мы говорили о новом деле. – отозвался он наконец, и сам же слышал, как фальшиво звучит его голос. Джек хмыкнул. - И часто вы двое орете друг на друга по поводу работы? Губы агента помимо воли начали растягиваться в улыбку, однако он тут же спохватился. - Гораздо чаще, чем вы можете себе представить, – сухо проинформировал Малдер. – Я по натуре немного импульсивен, а когда речь заходит о работе, наши со Скалли взгляды во многом разнятся. - Я почему-то не удивлен, – тоже улыбнувшись, произнес Рипли. – Но должен вам сказать, Малдер, – посерьезнел он, - что свидетелем вашего разговора в морге был молодой парень, уборщик. Раймонд Валенте, кажется, его так зовут. Так вот, он заявил, что, судя по интонациям и репликам, вы двое скорее выясняли отношения, а не о работе говорили. А точнее, – он вновь поглядел в записи, – парень сообщил, что вы были жутко раздражены ее новым приятелем. И еще: исходя из того, что мне рассказал Литтлфилд о вашем поведении в квартире агента Скалли в пятницу вечером, я склонен верить, что Валенте был прав. - В чем же? – раздражено спросил агент. - В том, что вы ревновали агента Скалли к помощнику окружного прокурора, Аарону Литтлфилду. - Раймонду Валенте следует побольше внимания уделять своей работе, - фыркнул Малдер. – Психология – не его конек. Рипли откинулся на спинку кресла и молчал, очевидно ожидая, что агент скажет ему правду. Но Малдер, по-видимому, не собирался. Взяв в руки лежавший на столе карандаш, он вертел его в пальцах, упорно не желая встречаться с детективом взглядом. О чем они беседовали со Скалли, Рипли знать ни к чему, это не его собачье дело. Все свои чувства к партнеру он держал при себе, ни желая никому рассказывать о них, тщательно оберегал и лелеял свои воспоминания об этой удивительной женщине, не раз ночами опять мысленно возвращался к очередному проведенному с ней дню. Ведь даже ей он ничего еще не сказал, а тут какой-то полицейский считает, что ему будет все позволено знать? Ну уж нет, фиг вам. Он поднял голову, наклонился вперед и спокойным тоном пояснил: - Она просто моя напарница, понимаете? Да, иногда мы с ней спорим, и, что скрывать, споры наши бывают ожесточенными. Но и я, и вы – мы оба прекрасно знаем, что я бы ей никогда ничего не сделал, и что я к ее исчезновению не причастен. И пока мы тут плюем в потолок, рассуждая о том, ревнивец я или нет, уходит драгоценное время, которого у нас и без того мало. - Полегче, Малдер, – осадил его Рипли. – Вы же понимали, что вас об этом все равно спросят, не так ли? - Ну конечно, я не сомневался, – с сарказмом откликнулся агент. – А вы Литтлфилда допрашивали? – воинственно напирал он. - Может быть, все же стоит и ему уделить внимание? - Не волнуйтесь, про него не забудут, я вам обещаю. Все сказанное вами о нем мы проверим. Но сейчас я спрашиваю вас, Малдер, и прошу вас быть терпеливым. Припомните, может быть вам с кем-то недавно приходилось работать вместе над делом. Вы не могли бы назвать кого-то о ком вспоминаете с неприязнью, кого-то, кто может хотел причинить вред вашей напарнице? Да таких полно, мрачно отметил про себя Малдер. Но только он не назовет ни имен, ни лиц, для него эти типы всегда были не больше, чем молчаливые тени. Малдер подпер голову руками, устало потер глаза. Если Скалли была похищена кем-то из них, то тут придется немало постараться, скрупулезно перебирая очень многих. А для него только Литтлфилд представляет собой реальную угрозу. - Нет, - произнес он наконец, – никого назвать я не в состоянии. Уверен, надо просто нажать на Литтлфилда. Молись, опять раздался в голове противный, насмешливый голосок. Молись, чтобы ты не ошибся, и это и вправду был он. - Постараемся вытянуть из него все, что он знает, – заверил Рипли. Он провел рукой по взъерошенным волосам, задумчиво помолчал и неуверенно начал: - Агент Малдер, знаете… - Что? – встрепенулся тот, всмотрелся в лицо детектива, без труда прочел на нем нерешительность и понял. – Вы чего-то не договариваете – полуутвердительно-полувопросительно произнес он. Рипли глубоко вздохнул и неожиданно задал ошарашивающий вопрос. - Малдер, вам не приходило в голову, почему я взял это дело? Ведь городской морг на Седер-стрит под юрисдикцией 63 округа не находится. Агент удивленно моргнул раз, другой и несколько растерянно ответил: - Признаться, я б этом не задумывался. Решил, что поскольку вы знали меня и Скалли, то… - На самом деле мне повезло, удачное стечение обстоятельств, – перебил Рипли. Открыв ящик стола, он вытащил оттуда бумаги и протянул через стол Малдеру. Тот начал просматривать папку, параллельно вполуха слушая, как Рипли излагает факты по делу. - Два года назад женщина по имени Лиза Марино исчезла. Двадцать девять лет, детей нет. Работала помощником архитектора в Нернсте, компания «Таунсенд и Янг». Пропала без вести в апреле девяносто седьмого, ночью. Ее сожительница, Стефани Стивенс заявила в полицию о ее исчезновении, когда та не вернулась домой в среду после работы. Дело тогда вели ребята из восьмого округа. Обшарили все вокруг, но никаких следов мисс Марино обнаружено не было. Нашли только ее машину, припаркованную на стоянке, неподалеку от офиса компании, где она работала. - Звучит знакомо, – пробормотал Малдер. Он открыл последнюю страницу, обычно там был прикреплен отчет патологоанатома, но здесь он его не нашел. Сердце его пропустило такт и вновь застучало, он облегченно выдохнул, даже не заметив, что от волнения задержал дыхание. Слава богу, никаких жутких фотографий нет. - Ее до сих пор не нашли. Полицейские, которые вели дело, искали хоть какую-нибудь зацепку, но у Лизы Марино не имелось заклятых врагов, аморального поведения за ней замечено тоже не было, жила себе тихо, спокойно, много работала, частенько засиживалась в офисе допоздна. А по воскресеньям ходила в церковь. – Рипли пожал плечами. – Как видите, ничего особенного. Все ее друзья и коллеги по работе в один голос утверждали, что она очень милая женщина и заявляют, что просто взять и сбежать – это не в ее духе шуточки. - Дело по-прежнему ведется? – Малдер перелистнул пару страниц назад и наткнулся на черно-белое фото Лизы. На профессионально сделанном снимке невысокая женщина в умело сшитом черном костюме улыбается в камеру улыбкой Мона Лизы. Сзади виднеются стеллажи с книгами. Похоже, фотография с места работы, решил Малдер, внимательно вглядываясь в темные, кажущиеся даже черными глаза женщины. - Дело закрыли, поскольку поиски результатов не дали, и все просто ждали, что, может, обнаружится ее тело. - Но и оно, я так понимаю, не обнаружилось… - задумчиво изрек Малдер. - Верно, – подтвердил Рипли. – Однако восемь месяцев спустя, пропала еще одна женщина. – Детектив вытащил из ящика стола еще одну папку. – Ребекка Ситэн, 31 год. Работала заведующей в детском саду в районе Даунтауна. Ее жених, Роберт Глэйзер, заявил об ее исчезновении, когда она не явилась на ужин, куда он ее пригласил, чтобы познакомить с родителями. Дело взялся вести я, и с тех пор оно как бельмо на глазу - никаких зацепок не появилось. - И найдена опять была только ее машина. – Малдер быстро просмотрел папку, лежащую на коленях. Рипли кивнул и отхлебнул успевший уже остыть кофе из стоящей на столе большой керамической чашки. – По-моему, картинка ясна. Малдер рассматривал цветное любительское фото, на котором миловидная блондинка, смеясь, играла с большим лохматым черным псом. - То есть, вы считаете, что между этими двумя делами прослеживается связь? - произнес он. - Что в обоих случаях был один и тот же похититель? - На сто процентов я еще не уверен, - ответил Рипли. – Но тем не менее мне думается, что да, связь между этими двумя похищениями есть, и еще мне кажется, что за обоими стоит один и тот же человек. Я обзвонил все местные отделения и упросил, чтобы порылись в делах, и если найдут похожие, прислали мне в управление. Эти два отправили из девятого округа, так что когда Литтлфилд к ним приезжал, они его сюда и направили. - Он знал об этих двух пропавших женщинах? Рипли одним глотком допил оставшийся кофе. - Да. Жених Ребекки Ситэн, этот Глэйзер, отправился к нему после того как в полиции ему заявили, что сделать они ничего не могут. Литтлфилд пытался объяснить ему – мол, нет подозреваемого, нет и смысла вести дело. – Детектив качнул головой. – Бедный парень. Я с ним по меньшей мере раз десять уже беседовал, и каждый раз он мне напоминал, что у них с Ребеккой намечена свадьба, на одиннадцатое ноября. Видать, он еще надеется на чудо… Джек умолк, а Малдер про себя отметил, что слушать свадебный марш Мендельсона Ребекке Ситэн с женихом уже вряд ли придется. Агент глухо кашлянул, неловко заерзал на стуле: - Вы считаете… считаете, что Скалли… - закончить предложение он не мог. Ему уже и так противно становилось при мысли, что за всем этим стоит помощник окружного прокурора. Вот уж на ком бы он с радостью сорвал злость. Как подумаешь, что этот псих мог сделать, так невольно думается, что уж лучше бы это опять был Курильщик. Тогда, по крайней мере, знаешь откуда начинать искать… От необходимости отвечать Рипли избавило появление Скиннера, который, заглянув в кабинет и вертя в руках мобильный, хмуро сообщил: - Мне прислали по факсу список тех, кто был в морге субботней ночью в то время, когда пропала Скалли. Он посмотрел на своего агента, затем на детектива и спросил: - Вы ему показывали пленку? - Какую еще пленку? – мигом напрягся Малдер, ощутив как сердце колотится где-то поблизости от кадыка. Рипли неподвижно сидел где-то с полминуты, затем вытащил из ящика стола видеокассету, встал и на пути к двери позвал: - Пойдемте, агент Малдер. Что-то еще меня ждет, подумал Малдер, выходя вслед за Джеком.