Глава 3
26 декабря 2013 г., 18:21
Как только Луи проснулся, Зейн тут же проскользнул к нему в кровать и свернулся калачиком, похлопав Луи по щеке.
— Доброе утро, Boo Bear, — сказал он, нахально улыбаясь, Луи уже приготовил свою руку, чтобы ударить Зейна в грудь.
— Катись от сюда, Зейн. У меня сегодня для тебе нет настроения.
— Лу, так не пойдет. Я голоден! — пожаловался он. Луи недовольно простонал и повернулся, чтобы посмотреть на часы. Было слишком рано, и он зарылся лицом в подушку, бормоча, что он сделает завтрак позже. Зейн вздохнул и прижался к одеялу Луи. Очевидно, он не собирался уходить, пока Луи не согласится. Луи было все-равно, хотя он уже привык к Зейну, тусующемуся в его постели, когда ему что-то нужно. В общем, он решил просто перевернуться на другой бок и заснуть снова.
Оба проснулись через некоторое время, но это уже был почти полдень. Луи выполз из своей комнаты, чтобы сделать завтрак для себя и приятеля, Зейн включил телевизор и, быстро переключая каналы, искал то, что им было по душе. Они оба любили понедельники, квартира бездельников, потому что у обоих был выходной. Понедельник был днем Зейна и Луи, день, когда они могли тусоваться, где угодно и при этом ни о чем не заботиться. У них было правило, что ни один из них не мог покинуть квартиру даже на пару секунд. Оно работало по понедельникам, и за многие месяцы, что они прожили вместе, оно прекрасно срабатывало у обоих.
— Итак... как там Гарри? — спросил Зейн, когда Луи вновь вошел в спальню, неся две загруженные тарелки с беконом, яйцами, блинами и сосисками.
— Ну, я не видел его с прошлой недели и не увижу еще три дня, но я уверен, что он в норме.
— Ты должен спросить у него, — прямо сказал Зейн. Луи вздохнул, он знал, что Зейн видит, лжет человек или нет, и он рассказал о своих нарастающих чувствах к Гарри.
— Его даже не выпускали из реабилитационного центра, Зейн.
— Он что, еще там?
— Депрессия, думаю.
— А почему он в депрессии?
— Это не совсем то, о чем бы ты спросил, когда вы едва знакомы, не так ли?
— Ну, нет. Да все могут заметить, что вы ведете себя так, как будто знакомы много лет.
— Я буду ждать его выписки. Надеюсь, это произойдет скоро. Просто я хочу помочь ему всем, что в моих силах.
— Ты так в него...
— Неважно, — прервал Луи, не обращая внимания на попытки Зейна заговорить об этом. — Что идет по телеку?
Зейн пожал плечами, жестом показал Луи, чтобы тот взял пульт. Выбор остановился на комедии. он ненавидел признавать, что на самом деле наслаждался этим жанром. Зейн хихикнул его выбору, прижался к спинке кровати, потянув за собой тарелку с едой.
***
Луи бесцельно блуждал по коридорам одной из постоянно посещаемых больниц, был вторник. Его тележка книг казалась тяжелой и скучной. Его босс попросил навестить больницу Святой Марии, потому что некоторые из пациентов попросили новые книги, и он ждал их прихода. — Эй, Луи! — обратился к нему кто-то из детей в детской палате, когда тот проходил мимо. Он остановился, приседая, чтобы взять маленького ребенка на руки. — Эй, приятель. Как дела? — Моя операция через неделю, если считать с завтрашнего дня, так что я просто готовлюсь к ней. Врачи говорят, что если все пройдет хорошо, то я должен быть дома через месяц. — Вот здорово! Макс, это действительно фантастически. Я покину тебя, я должен почитать нескольким женщинам, но я буду поблизости, чтобы встретиться с тобой после работы, ладно? — сказал Луи, улыбаясь мальчику перед ним, который так сильно привязался к нему после того, как Луи согласился спеть для детей в этой больнице. Ему пришлось признать, что он полюбил этого малыша, может из-за его сверкающих глаз зеленоватого оттенка. После того как Макс убежал, Луи вздохнул, встал и пошел в палату, где его ждали женщины, чтобы получить свои книги. Ему нравилась именно эта часть работы, ибо нахально флиртовать с пожилыми женщинами было весело. Они, зная, что он гей, все равно чувствовали себя хоть кому-то нужными, а это очень важно. В последнее время, ему казалось это занятие утомительным, он гораздо больше заинтересован в чтении с Гарри. Он хотел спросить своего босса, может ли он увеличить количество встреч с Гарри в неделю. Ему всегда казалось, что он скучает по кудрявому мальчику. В Гарри было что-то такое, что сделало жизнь Луи интересней, но он никак не хотел признавать этого, ибо считал, что это идиотизм, то чувство, которое не давало ему покоя — защита Гарри от боли, любой боли. Он не хотел, чтобы какая-то темнота затронула его снова, хотел забрать каждый дюйм тьмы от него, взять весь мрак на себя, если это было бы необходимо. Он хотел, чтобы Гарри был счастлив каждый миг его существования, и это было обидно. Эта боль, она была настолько тяжкой, она терзала его сердце и легкие, как бы он не пытался вытащить их из груди. Он тянулся к Гарри и ничего не мог сделать, чтобы остановиться. Он слишком далеко зашел.***
— Эй, друг, — сказал Найл, когда вошел в комнату Гарри. Гарри лежал, слушая Ipod с закрытыми глазами. Найл хихикнул про себя, появилось желание напугать Гарри. Он подкрался к нему, создавая как можно меньше шума, протянул руку вперед, чтобы пощекотать ногу Гарри. Гарри сильно передернуло, глаза открылись, он пытался найти нападавшего в пустоте. — Я знаю, что это ты, Найл, тупой ублюдок, — сказал он, вынимая наушники из ушей и выключая музыку. — Что ты слушал? — спросил Найл, все еще смеясь над реакцией Гарри. — Кое-что из The Script. — Очень мило, очень мило. Ну, а как жизнь в целом? — Чертовски хорошо. Я заперт в это холодном и депрессивном месте. — Здесь холодно, не так ли? Удивительно, почему они оставляют все так. — Вероятно, они пытаются сделать нас более подавленными, таким образом, наши родители платят больше, чтобы оставить нас тут. Найл побледнел на мгновение. — Ты уверен в этом, Гарри? — Да, — вздохнул он. — Извини, Найллер. Я знаю, что я зануда. Я просто и так сыт этой гнусной комнатой по горло. Найл улыбнулся, похлопав Гарри по плечу, чтобы утешить его, и сменил тему. — Как проходит чтение с Луи? - спросил он, и выражение лица Гарри мгновенно посветлело. — Здорово! Он действительно отличный парень, Найл. Я не могу поверить, что ты видишь, как он выглядит, а я нет. Это не справедливо. — Э-э-э, он не мой тип, можешь не волноваться. — Да, потому что ты влюблен в Лиама Пейна, моего медбрата. — Возможно. А кто тебе Луи? Просто читающий человек? Гарри посмеялся над попыткой Найла наброситься на него. — Это даже не вопрос... как он выглядит, я имею в виду. Я знаю, что он совершенно потрясающий. — Если тебя это утешит, то я могу сказать, что он симпатичный, Хазз. — Я так и знал! Найл рассмеялся, схватил Гарри за руку и прыгнул вверх вместе с ним. — Так чем же ты хочешь заняться сегодня? — Я не знаю, у нас не так много вариантов. Мы могли бы покушать, а потом побыть в игровой комнате, думаю. — По мне, так отличный план. Ты знаешь, что я никогда не буду отказываться от еды? Говоря о еде, моя мама обещала что-то жареное сегодня вечером, блестяще, правда? — Да, конечно, кто-то ест противную еду в столовой несколько месяцев, а кто-то ест, как король, дома. Найл смущенно усмехнулся. — Прости, приятель. Я всегда забываю. — Это все потому, что ты не можешь отличить плохую еду от хорошей. — Вся еда — пища для человека. Гарри покачал головой, смеясь над своим лучшим другом.***
Найл выбежал из комнаты Гарри, уже предвкушая жаркое, что его мама обещала ему на ужин. Тем не менее, он повернул слишком быстро и упал на ничего не подозревающего Лиама, который нес огромную стопку диаграмм, и они разлетелись повсюду. — Вот дерьмо! Прости, — проговорил он быстро, когда собирал с пола диаграммы Лиама, которые были разбросаны по всей прихожей. Лиам спокойно прореагировал. — Забавно, правда. Найл, ну, серьезно, хватит паниковать! В любом случае, это старые диаграммы. Найл медленно поднял голову, и Лиам чуть не задохнулся от цвета его глаз, видимых сквозь длинные ресницы. — Что? — спросил Найл, мягко касаясь своего лица. — У меня что-то на лице? — Лиам покачал головой в ответ, слегка покраснев. — Как ты узнал мое имя? — спросил Найл. — Ну, э-э-э... Гарри много о тебе говорит. -— Что именно? Надеюсь, хорошие вещи. — Конечно. Я Лиам. — Да, эм, я в курсе, — Лиам вопросительно поднял бровь. — Гарри также много рассказывал о тебе. Лиам медленно кивнул, когда Найл собрал последние листы бумаги на полу и встал, передавая их Лиаму. Когда их пальцы соприкоснулись, они оба с ужасом отдернулись, Найл прижал его руку близко к его груди, и Лиам покраснел еще раз. Найл посмотрел на Лиама и смущенно усмехнулся. — Ой...неловко, — сказал Найл, и Лиам рассмеялся. — Ну, теперь, когда моя рука покушалась на твою, то малое, что я могу тебе предложить — бесплатный отвратительный кофе, — предложил Лиам, кладя диаграммы на тележку в коридоре. — На самом деле, мне нужно попасть домой. Мама готовит обед, — сказал Найл, Лиам расстроился. Мгновенно, Найл почувствовал себя невероятно виноватым. Лиам выглядел совершенно опустошенным. — Но я хотел бы, чтобы бесплатное и отвратительное кофе все-таки состоялось, ты понимаешь. — Серьезно? — спросил Лиам, он выглядел столь полным надежд, что Найл почувствовал, как его сердце забилось чаще. — Ага. Я оставлю тебе мой номер телефона, — сказал Найл, покопавшись в своей сумке, достал ручку и затем торопливо настрочил номер на листке бумаги. — Спасибо, — Лиам вздохнул, едва веря в то, что только что произошло. — Позвони мне, окей? — Да, хорошо, — ответил Лиам, и Найл побежал к выходу.***
Лиам направился по коридору в сторону палаты Гарри, как только он попрощался с Найлом. — Ты как? - спросил он, открывая дверь, укладывая кучу графиков на тумбу. — Я хочу спросить, сколько мне еще ждать выписки? Лиам побледнел на мгновение. Это не то, что обычно спрашивали пациенты. Они просто ждали, пока им не скажут, что они могут идти домой. — Я не знаю, — сказал он. Гарри вздохнул и указал Лиаму сесть на край его кровати. — Это будет скоро хотя бы? — спросил Гарри с надеждой в голосе. У Лиама внутри все сжалось, он был рад, что Гарри не мог видеть его, потому что не знал, что сказать. — Вероятно, должно пройти некоторое время, Гарри, — наконец, сказал он, глядя на свои руки, которые лежали у него на коленях. — Просто... думаю, что я счастливее, чем был прежде. Сейчас я счастлив. Тебе не кажется, что я выгляжу счастливее? — Приятель, ты, конечно, выглядишь счастливым, но я боюсь, что этого не достаточно. В любом случае, не мне решать. Это дело врачей. — Но ты не мог бы сказать им, как я счастлив? Я на самом деле не должен быть здесь, и ты это знаешь. — Ты пытался убить себя, Гарри. У тебя еще есть время. Он остановился и резко откинулся на кровать, опираясь на подушки. — Знаешь ли ты, что врачи не раз спрашивали меня, почему я хотел покончить с собой? — спросил он, и дыхание Лиама остановилось, от того, что Гарри хотел сказать ему. — Они все думали, что это произошло потому, что люди издевались надо мной из-за того, что я слепой, но мне надоело быть исключением, надоело быть больным. Они настолько одержимы тем, каким "темным" я стал. Правда, я пытался уйти от темноты. Знаешь ли ты, насколько ярко я вижу, когда сплю? Это то, как я вижу. Я даже не знаю, на что это похоже — быть зрячим, но когда я сплю, я чувствую, как я вижу. Я просто хочу быть счастливым навечно. Лиам вздохнул, его голова упала на руки, когда он пытался обработать то, что только что сказал ему Гарри. Иногда он задавался вопросом, почему он подписался на такого рода работу, она почти казалось мазохистской. — Я знаю, что ты сделал, Гарри... это просто не было правильным способом решения проблемы. — Я знаю! Я понял. Я много сплю. И это работает. Серьезно, Лиам, сейчас я счастлив, в моей жизни есть люди, которые делают меня счастливым. — Я не могу отпустить тебе пока что, друг. Надеюсь, мы выпишем тебя отсюда в ближайшее время. — Это "ближайшее время" находится слишком далеко, — сказал Гарри, прислонившись лицом к стене, практически остановив разговор. Лиам медленно встал, желая Гарри спокойной ночи, и тихо выскользнул из комнаты.***
Босые ноги Гарри мягко шли вдоль холодных плиток коридора, когда он проник в приемную той ночью. Коридоры были темными и пустыми, но Гарри привык к темноте и пустоте. Когда его руки нашли деревянную стойку регистрации, он услышал, что кто-то приближается сзади. — Гарри? — спросил Лиам, нахмурившись в замешательстве. Гарри повернулся. Он разочаровался тем, что он был пойман не в постели. — Что ты делаешь, приятель? — Я искал номер телефона. — И как ты собирался найти его? Гарри пожал плечами. — Я думал, что пойму, когда нащупаю его. — Ты хочешь позвонить Луи? — спросил Лиам, но он уже знал, каков будет ответ. Гарри был уверен, что это будет ответом на то, чтобы заполучить того, кого он так хотел. Он быстро закивал в знак согласия. Лиам вздохнул, запустив руку в волосы. — Хорошо, я сделаю это для тебя, — Лиам прочитал номер Гарри, который запомнил его, когда он был повторен несколько раз. — Хочешь я помогу тебе дойти до комнаты? — спросил Лиам, Гарри покачал головой. Ему нравилось делать что-то без посторонней помощи, насколько это возможно. — Не звони ему сейчас, Гарри, уже поздно. Гарри пробормотал свое согласие и повернулся, чтобы найти дорогу обратно в комнату. Его постель была очень холодной, он повалился на кровать и почувствовал прохладу. Он перевернулся и попытался заснуть, но тьма продолжала одолевать его со всех сторон, когда все, что он искал, были цвета, которые сон приносил ему. Он дотронулся до телефона и на мгновение подумал, прежде чем решить, что если бы Луи спал, он бы, по крайней мере, услышал звук его голоса от сообщения голосовой почты. Так или иначе, голос Луи заставлял тьму становится менее устрашающей. Послышался гудок три раза, прежде чем Луи взял трубку. — Да? — сказал он, и Гарри улыбнулся его сонливому тону. — Привет, — сказал он спокойно. — Гарри? Все хорошо? — Да, да... все прекрасно, — объяснил Гарри. — Я просто хотел услышать твой голос.
