Святые и грешные

Когда Том приехал, дом Блейка уже был полон гостей. Блондину открыл один из ребят Блейка, Винс, кажется. Том видел его до этого пару раз - то ли шофер, то ли охранник, то ли телохранитель шатена. Узнав Тома, пропустил без вопросов, сообщив, что "можно проходить и отдыхать, босс скоро выйдет". Хмыкнув про себя от пафосного приветствия, Том прошествовал пару комнат, разыскивая бар или фуршетный стол и неизменно привлекая всеобщее внимание к своей персоне. Еще бы, узкие светло-серые джинсы, тяжелые ботинки на платформе, футболка с глубоким v-образным вырезом, накинутый сверху белый вельветовый пиджак и челка в художественном беспорядке не давали возможности остаться незамеченным. В добавок, сегодня Том был в "бойцовом" настроении и, как результат, щеки его горели легким румянцем, а глаза лихорадочно блестели из-под длинных ресниц. Причин его "бойцового" настроения было две: во-первых, папа с утра нашел под обеденным столом косяк, который они вчера с Ким с таким удовольствием скурили на огромном балконе Тома. Виноват в разоблачении был Том - просто не докинул бычок до помойки. Рон обозвал Тома наркоманом и бездельником, на что тот резонно ответил, что это же не тяжелые наркотики и просто от травы лучше стоит - получил от Рона подзатыльник такой силы, что звездочки перед глазами словил. Второй причиной "бойцового" настроения был, разумеется, Адам. Брюнет, по-истине, стал кошмарным наваждением для Тома - он воображал их встречу у Блейка в различных вариациях. В каждом из этих вариаций Адам представал с заносчиво задранным носом, насмешливой усмешкой и презрением в глазах. И каждая вариация неизменно в мыслях Тома почему-то заканчивалась тем, что он, Том, со всей силы толкает Адама к стене и, оперевшись рукой рядом с его лицом, глядя ему в глаза, издевается и унижает его. Именно таким образом пару дней назад Адам ему выговаривал после концерта, именно так ненавистный брюнет довел его, Тома, до унизительного побега! Первым гостем из знакомых Тому встретился Сутан. Его блондин с трудом узнал в высоком элегантном мужчине с зачесанными назад темными волосами и непривычно свободным от косметики лицом. Сутан был в восторге от белого пиджака Тома и вогнал того в легкий ступор, сообщив, что "Сегодня у тебя не будет отбоя от поклонников. Я тоже в их числе!" Еще Сутану удалось вогнать Тома в легкое опьяние - они за минут двадцать умудрились выпить два раза по сто грамм коньяка. Спасла Тома от дальнейшего возлияния Ким. Она была просто ослепительна - в темно-синем платье в пол и волосами, убранными в высокий хвост. Сообщила сразу, что здесь "очень крутая тусовка" и что он, Том, должен за ней приглядывать, ее ведь "могут отбить более решительные соперники". Том еле сдержался, чтобы не расхохотаться ей в лицо, но, встретив полностью серьезный взгляд девушки, с силой закусил губу и как можно правдоподобнее обещал: "Если увижу, что клеится к тебе кто-то, то ему рожу разукрашу, а тебе устрою веселенькую ночь!" Угроза оказала потрясающее воздействие - Ким счастливо чмокнула его в щеку и довольная таким "жестоким собственничеством" удалилась с чистой совестью дальше развлекаться. У Тома даже возникло чувство, похожее на стыд - ну зачем он морочит ей голову? Она, в сущности, не плохая девчонка. Но он никогда не останется с ней! Не любит, не ревнует, даже не всегда хочет. Черт! Но поразмышлять дальше о Ким у Тома не получилось. Из-за закрытых дверей одной из комнат появились Блейк и Адам. Вместе. Тут же все взоры гостей обратились к ним, и раздались приветственные возгласы. Выглядели они сногсшибательно. Блейк в строгом классическом костюме, застегнутый на все пуговицы, с непривычным "шухером "на голове. Том отметил про себя, что шатену идет короткая, на один бок перекинутая, вьющаяся челка. Его лицо было свежим и непривычно светлым - точно все заботы и дурные мысли оставили его. Тому он таким жутко понравился! Эта энергия в светло-карих глазах, эти чуть трепещущие ноздри, словно у вольного жеребца на выгуле. Ну или у хищника на охоте... Адама Том опять с трудом узнал в молоденьком парне рядом с шатеном. Адам тоже был одет в классику, но с допущенными "вольностями". Пиджак был растегнут, и белая рубашка тоже расстегнута на пару пуговиц - Том словно залип на видных издалека худых ключицах и россыпи веснушек на груди. Ну что за дурная привычка оголяться до живота? Это нормально вообще? Устраивать стриптиз, при этом будучи одетым! Как у него это выходит, блин? Блондин недовольно хрюкнул и испуганно оглянулся - никто вроде не услышал, слава богу! Эта разукрашенная... шлюшка на него так влияет? Хрюкать начал, черт! Хотя... Вовсе и неразукрашенная. Том, присмотревшись, понял, отчего снова не узнал брюнета. На нем не было косметики! Вообще! Как и синяков с последнего их разговора. Чистое, правда, слишком бледное лицо, серые глаза в обрамлении ненакрашенных густых ресниц, по-детски пухлые щечки и губы, в веснушках, без помады и блеска - он казался сильно моложе, и Том поневоле подумал, что они не слишком гармонично, как пара, смотрятся с Блейком. Парочка тут же двинулась здороваться с многочисленными гостями. Том не спешил подходить, предпочитая издали наблюдать за ними. Блейк сегодня был просто неотразим: сверкал белозубой улыбкой, весело и заразительно хохотал, шутил и целовал руки девушкам, чокался и выпивал с мужчинами. Адам наоборот, был не похож на себя: натянуто улыбался, часто скользил тоскливым взглядом по лицам гостей, не шутил, нервно переминался с ноги на ногу и много пил. Тому почему-то стало жалко брюнета, однако долго этим чувством мучаться ему не пришлось... - Боже мой! Ты пришел за моим поцелуем, лапочка? - Адам неожиданно отделился от группы, с которой беседовал и чокался Блейк, подошел вплотную к Тому и теперь нагло разглядывал стройную фигуру и лицо напротив. Облизнул язычком свою пухлую нижнюю губу и, подавшись ближе к блондину, издевательски зашептал. - Того поцелуя мало было, пришел за большим? Приоделся, я смотрю! А глаза какие! Что же ты так сверкаешь на меня? Я сегодня тебе не так нравлюсь, как в тот раз? А я так старался! Адам прищурил серые глаза и провел по зачесанным назад иссиня-черным волосам. Распахнул ворот рубашки еще сильнее и, хватая руку Тома своей рукой, положил ее себе на обнаженную грудь. Туда, где сердце. - Чувствуешь, как стучит? Это все из-за тебя! Я так старался, прихорашивался! А мне Блейк сказал, что ты не выносишь меня и запретил к тебе приближаться! И говорить с тобой тоже запретил! Том с огромными глазами попытался убрать свою руку с тела брюнета. В Томе с новой яростью закипела злость и на Адама и на Блейка - он же просил Блейка не говорить... Он сам бы справился! Наверное, справился бы. - Чем же я так тебе противен, милый Томми, что ты, приходя в мой дом, не хочешь разговаривать со мной? Том, наконец, вырвался из захвата крепких пальцев и, пытаясь вернуть самообладание, почти спокойно проговорил: - Во-первых, меня зовут Том, а не Томми. Во-вторых, я пришел не к тебе, а к Блейку. И видимо, предыдущий урок от него тебя ничему не научил, раз ты игнорируешь его запрет. Ну, хотя, синяки, я вижу, прошли, можно и новыми обзавестись, так ? Кстати, вот и Блейк. Том указал за спину Адаму, который буквально сверлил лицо блондина ненавидящим взглядом. Белобрысый сучонок! Острый язычок у нас, да? Что же, зря ты затеял эти игры, малыш! Я в них посильнее тебя. Адам обернулся - действительно, к ним на всех парах несся Блейк. Подлетел к блондину, рассыпался в комплиментах его внешнему виду. Адам насмешливо скривил губы - ну да, конечно, блондинчик явно старался выглядеть на все "сто", видимо, так сильно хочет понравиться Блейку! Вон как хлопает ресничками, как поблескивает темными глазами, встряхивает челкой... Ну, блин, кобылка белая на выгуле! Адам хотел по-быстрому, втихую, свалить подальше от тошнотворно-восторженной парочки, но почувствовал, как рука Блейка замком сцепилась на его запястье. - Адам, милый! Ты тоже считаешь, что Том потрясающе сексуально выглядит? Скажи ему, а то он мне не верит! И Блейк на полном серьезе ждал от него ответа, просяще глядя на любовника. Адама так и подмывало сказать: "Меня сейчас стошнит от его смазливого и надменного личика! И от тебя, ненасытный кобель!" Но, сделав над собой усилие, Адам обворожительно улыбнулся, обнажая белоснежные зубы и, глядя прямо в настороженные кофейно-карие глаза Тома, поворковал: - Бесспорно. Он очарователен и мил, как только его девушка от себя надолго отпускает? Особенно, когда рядом бродят такие старые развратники, как ты, дорогой! - Ты не знаешь Ким, мой мальчик, она - девушка безграничной щедрости! В добавок, она меня обожает! А ты, маленький засранец, следи за тем, что говоришь! - Блейк мило улыбаясь Адаму, сжал чуть крепче его запястье, и окинул Тома влюбленным взглядом. - В добавок, ты посмотри на него! Такой красотой надо делиться с окружающими! Том чувствовал себя, мягко говоря, не в "своей тарелке" - эти двое обсуждали его достоинства при нем так, словно его здесь нет, словно идет перечисление всех его "плюсов" перед непосредственной продажей! Как в бизнесе! Блейк вообще странно себя вел, разговаривал вроде с Адамом, смотрел без конца на Тома, подмигивал ему и улыбался тепло, но при этом держал мертвой хваткой руку брюнета. Абсурд ситуации дошел до предела, когда они все троем чокнулись стаканами и выпили! Блейк, наконец, выпустил Адама, и тот, словно только этого ждал, мгновенно растворился среди гостей. Блейк напоследок только успел ему выкрикнуть: "Найди Уилкинса! Развлеки его, расшевили! А то он все переживает, что много денег нам будет платить!" Потом перевел смягчившийся взгляд на Тома, на его аккуратное личико и потрясающе красивые, немного пьяные глаза. Спросил: - Как твое настроение? Тебе комфортно? Адам тебя не слишком успел тут без меня достать? - Нет, не успел особо. Он сегодня, видимо, не в форме. Я тут видел парочку известных лиц, ты с ними действительно дружишь? - Ну да, дружу. Это полезно для нас с Адамом, ну для карьеры! Они молча выпили. Том чувствовал, что похоже перебрал, хоть и пришел совсем недавно. Он почти ничего не ел с утра и здесь тоже к столам не дошел, и теперь сильно жалел об этом. Блейк, словно угадав его неважное самочувствие, предложил выйти на балкон. Они выскользнули, никем незамеченные, на воздух. Порывистый вечерний ветер немного привел Тома в чувство. Он глубоко дышал, прикрыв глаза длинными ресницами и чуть откинув голову назад. Ветер трепал белокурые волосы, румянил нежную кожу, а Блейк чувствовал, как на него горячей волной нахлынуло возбуждение. Он рассматривал точеный профиль блондина, его обнаженную влажную шею, красные, чуть потрескавшиеся губы, видел, как Том учащенно дышит и запускает длинные пальцы в собственные пушистые волосы. Блейк, вдруг, совершенно потеряв на собой контроль, сделал шаг к Тому. Рывком за плечи развернул его к себе и порывисто и страстно поцеловал. Губы сухие и тонкие накрыли губы Тома, и блондин почувствовал, как его схватили за плечи, вжали в крепкое тело. Том, все еще непротрезвев, слабо попытался отстраниться, но Блейк только сильнее прижал хрупкое тело к себе. Он шарил руками по спине Тома по-хозяйски смело, целовал требовательно и грубо, словно Том уже принадлежал ему целиком и полностью. Тому это не понравилось. Хоть он и подозревал, что прогулка на балкон может закончиться чем-то подобным. Не зря же Блейк сегодня так на него смотрел. С преданностью, с обожанием, не скрываясь! Но куда это все делось сейчас? Тому определенно не нравилось, что его мнут и лапают, как одноразовую девку. Пусть со своим Адамом себя так ведет! Он, Том, не привык к такому! - Перестань! Блейк, пожалуйста... Хватит! Том выкрикнул, воспользовавшись тем, что шатен оторвался от его губ и решил переместиться с поцелуями на шею блондина. Том уперся изо всех сил в плечи Блейка, отталкивая его от себя. Но это все равно, что пытаться сдвинуть гору. - Блейк! Я говорю, стоп! Слышишь? Но Блейк словно озверел. Он сделал пару шагов и, даже не думая о удобстве Тома, прижал его всем своим немалым весом к стене. Его огромные руки, казалось, были везде. Одной рукой он гладил под футболкой тело упирающегося блондина, хватал за соски, залез в джинсы и сильно, что у Тома выступили слезы на глазах, сжал его ягодицу. Вторая рука лежала на шее парня, не позволяя ему отстраниться от агрессивных поцелуев. Губы Тома в считанные секунды были истерзаны до крови, Блейк спустился к открытым ключицам парня и прикусил теплую кожу с такой силой, что Том невольно застонал. Он пытался убрать руку Блейка со своего члена - от насильных, но таких настойчивых рук шатена, у Тома встал. - Блейк, ты делаешь мне больно! Блейк я не хочу так! Остановись, пожалуйста. Блейк, прорычав что-то неразборчивое, полностью обвил мускулистыми руками худое тело Тома и, фактически обездвижив его, начал с ним опускаться на пол... Том по-настоящему запаниковал. Он, вдруг, осознал, что совершенно бессилен перед Блейком, что тот может сделать с ним все, что захочет. А он, Том, привык быть хозяином положения! Он не привык чувствовать себя беспомощным, это не в его характере! Блейк в мгновение ока уложил свою жертву на пол, вдавил всем своим весом в кафельный пол балкона. Крепко, до хруста косточек, сжал тонкие запястья и склонился над бледным лицом парня. - Том, ты восхитителен! Ты ведь знаешь об этом? Такой чистый, такой нежный... Я теряю от тебя голову, ты стал моей навязчивой идеей, как только я впервые увидел тебя! Я засыпаю с мыслью о тебе и просыпаюсь с мыслью о тебе! Я, кажется, снова влюблен! Я знаю, что нравлюсь тебе! Но, скажи, влюблен ли ты? Том лишь сдавленно прошептал "отпусти", но его не особо слушали. Блейк впился поцелуем в припухшие губы парня. - Господи, ты мой ангел! Я хочу тебя безумно! И, по-прежнему не размыкая хватку на запястьях Тома, Блейк рывком дернул ремень штанов парня. Рука шатена в долю секунды залезла в трусы Тома, обхватывая член. - Просишь отпустить, а сам возбужден? Мой хороший... любишь игры? - Блейк, я сейчас закричу! - Кричи, тут звуконепроницаемая дверь, да и у них музыка грохочет. Но зачем кричать? Ты же тоже хочешь этого, я вижу! И рука Блейка сжала сильнее достоинство парня, делая рваные, резкие движения вверх-вниз. Том сам не понимал, что происходит. Он готов был кричать от такого с собой обращения, но тело вело себя независимо от его желания. Его никто никогда так сильно и сумашедше не хотел! И не брал с таким ожесточением. Том с Вики вообще любил доминировать, а тут... Блондин не знал, как вести себя - кричать, кусаться, драться? Он, словно под гипнозом, не мог оторвать взгляда от ставших зверино-желтыми глаз Блейка. Смотрел, дрожал, а в голове кричал голос, что нельзя тут лежать под Блейком на полу, как случайная шлюха. Надо что-то делать! Нельзя позволить этому случиться! - Блейк, я не хочу, слышишь! Пусти! Том почти простонал это. Сердце, как безумное, стучало в висках, перед глазами поплыли белые пятна, а Блейк все мучил его член и сдавливал руки. И вдруг... - Том! Ты здесь? Том... Ой, извините, я наверное, не очень вовремя! Том, там тебя очень настойчиво ищет Ким. Она здорово пьяна и требует, чтобы ты отвез ее домой. На пороге балкона стоял, как ни в чем не бывало, Адам. Он, как казалось, с совершенно невозмутимым видом окинул расположившуюся на полу пару и издевательски подколол: - Я понимаю, что тебе, милый Томми, на нее в данный момент глубоко пофиг, но вот Блейку, как хозяину вечеринки, не должно быть пофиг, что его гостья блюет в коридоре и истерики закатывает! Тома мелко трясло на полу, а Блейк медленно, словно он вдруг резко устал, начал подниматься на ноги. Он будто очнулся, поглядел на парня у своих ног. Поднял голову и посмотрел в ухмыляющееся лицо Адама. Почувствовал, как медленно зарождается злость на себя, и стыд заливает щеки красным. Адам тем времени изящно и неспеша наклонился к Тому и протянул ему руку: - Томми, деточка, нельзя сидеть на холодном полу! Что же, дядя Блейк, как всегда, в своем репертуаре! Давай, хватайся, а то простудишь свою милую попку! Том, пытаясь подавить дрожь в руках и не обращать внимание на насмешку,вцепился в протянутую руку брюнета, поднялся. Торопливо начал застегивать ширинку, чувствуя, как серые глаза Адама неотрывно смотрят на него. Но злится на Адама сейчас у Тома не получалось - настолько сильно он был рад, что тот появился, когда Том уже и не надеялся избавиться от Блейка. -Т...Том. Ты... Надо поговорить, Том. - слова Блейка прозвучали глухо, безнадежно. Блейк робко протянул руку к блондину, но парень, сверкнув черными от злости глазами, хлеснул по протянутой руке и решительно направился к выходу. На ходу презрительно кинул: - Ты по-моему слишком много уже сказал и сделал. Не то, и не тому. Хлопнула балконная дверь, и Блейк с Адамом остались вдвоем. Блейк хмуро рассматривал безмятежное лицо любовника, его черезчур добродушную улыбку и о чем-то размышлял. Размышлял, перебирая в памяти все происшедшее. И на его лице загуляли желваки, когда догадался... По-прежнему молча, Блейк шагнул к Адаму и, размахнувшись, со всей силы отвесил брюнету пощечину. Такую сильную, что того шатнуло к стене. Блейк в два шага оказался рядом, и Адам поневоле зажмурился, ожидая следующего удара. Но шатен только сквозь зубы прошептал: - Ты, сука! В следующий раз, когда заревнуешь и будешь вламываться, куда не просят, придумай повод по-правдоподобнее! На первый раз, я тебя прощу! Посчитаю, что это была слепая ревность и я должен быть польщен! Но выкинешь еще раз подобный фокус, я тебе все кости переломаю, понял? Сидя петь будешь всю оставшуюся жизнь! Адам несмело глянул в сверкающие глаза рядом, и Блейк, предворяя его вопрос, заговорил: - Откуда я узнал, что ты тут комедию ломаешь? Все просто. Я знаю Ким, как облупленную - она блевать не будет, даже если в нее влить цистерну коньяка! Она тупо отрубается и спит двенадцать часов, и все! Так что, оплошал ты, гаденыш. И Блейк, смачно поцеловав Адама в красную от удара щеку, поднял его голову за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. - Я очень, слышишь, очень дорожу Томом! Как и тобой! Но не мешай мне, милый мой мальчик! Не вставай на пути! Ты же меня знаешь! Я впервые за долго лет словно проснулся! Словно заново родился! Когда я смотрю на Тома, я вижу чистое дитя и тоже становлюсь лучше и чище, когда я с ним. И мне это нравится! Не обижайся, тебя я тоже люблю, но по-другому. Ты не такой, как он. - Ты чуть не изнасиловал его! Это ты называешь "стать чистым"? - щека у Адама горела огнем, он чувствовал, что снова придется пользоваться пудрой, но не мог не сказать. Не умел бояться. - Да... ты прав. - Адам не поверил своим глазам, когда увидел прозрачный блеск в глазах Блейка. Плачет? Он плачет? Блейк отошел от Адама и направился прямо к перилам балкона. Некоторое время шатен, не обращая внимания на катившиеся по лицу слезы, смотрел вниз. На город, раскинувшийся у него в ногах, на маленьких людей, что сновали туда-сюда по улицам, на искусственный свет, что раскрасил, оживил эти серые многоэтажные коробки-дома. Смотрел и чувствовал, что сердце заходится от одиночества и бессилия. Кругом столько людей, а он словно в пустыне - его мучает жажда и голод, которые утолить в силах только один человек. Но он, этот человек, наверняка теперь его презирает. Адам, не шелохнувшись, стоял у стены, где его оставил Блейк. Ему было холодно и больно саднила щека. Брюнет уже собрался вернуться в тепло, когда услышал тихое: - Я все испортил... своими грязными, похотливыми руками. А он не заслужил... Он не простит. Не захочет меня больше видеть! Какой же я... урод! Я все, все испортил! P.s.: писалось в несколько неподходящих условиях, так что, возможно, где-то и перегнула палку... сорри.