Unquiet Hands

Пахло цветами, ночью и весной. На улице уже стемнело, но Себастиан щелкнул выключателем, и лампы вдоль перил осветили сад. Было много цветов, которых Курт никогда не видел, а знакомые ему – когда-то разводила его мама. Берт пытался ухаживать за ними, ему не хватило способностей его жены. Курт подошел к ветке орхидеи. Он раньше никогда таких не видел. По краям лепестки были бледно-желтые, затем шли сиреневые, а в самом центре были красные вкрапления. Курт дотронулся пальцем до одного из листочков, удостоверяясь, что он настоящий, и повернулся к Себастиану. Тот стоял в тени, и свет острыми углами лежал на его лице. Курт подошел к нему, остановился напротив и внимательно посмотрел. – Почему ты решил простить меня? – тихо спросил Себастиан. – Решил дать тебе шанс, – ответил он. – Тогда, в кофейне, ты пытался помириться, купил мою любимую выпечку. Наверное, мне уже тогда следовало насторожиться, ведь даже Блейн не потрудился узнать мои любимые сладости. – Общаться и говорить правду гораздо проще, когда ты без него, – пробормотал Себастиан. – Верно. – Но не всю правду, Лебедь. Расскажи мне, – прошептал он. Курт помолчал. – Я понял, что тебе так же одиноко без меня, как мне – без тебя, – пробормотал он. – Блейн говорил, что ты лучший игрок в Далтоне, но я этого не увидел. Поэтому и решил поговорить с тобой, – Себастиан наконец–то улыбнулся. – Я рад, что ты это сделал, Лебедь. – Я тоже. Себастиан поднес руку к лицу Курта и погладил тыльной стороной. Провел ладонью по краю уха, скулам, большим пальцем осторожно погладил порез на брови Курта. Тот прикрыл глаза и наслаждался прикосновениями: пальцы Себастиана коснулись его век и опустились к носу. Смайт мягко щелкнул по кончику, и затем поднес ладонь к его губам. Пальцы мягко обвели контур, и Курт приоткрыл рот, дыханием касаясь ладони Себастиана. Это было самое интимное, что Курт когда–либо испытывал, и он задрожал. Сердце колотилось как сумасшедшее, но Хаммел никогда не чувствовал себя безмятежнее. Ему понравилось. – Надо возвращаться, – сказал Себастиан, опустив руку. Курт все еще ощущал тепло там, где Себастиан касался его, чувствовал невидимые прикосновения пальцев. Курт кивнул, и Себастиан, взяв его за руку, сплёл их пальцы. Остальные сидели в гостиной. Блейн собирался уходить, а Патрик потягивал виски. Они оглянулись на вошедших Курта и Себастиана. А Блейн проверил, все ли взял с собой. – Где были? – спросил он. – Я показывал Курту сад, – ответил Себастиан, присаживаясь на диван и увлекая Курта за собой. – Там так тепло? Ты весь красный, Курт, – заметил Этьен с понимающим взглядом. Курт пожал плечами. – Догадываюсь, – ответил последний. – О чем болтаете? – спросил Себастиан. – Новое дело отца, – ответила Гейл. – Женщина не оплачивает больничные счета своего пасынка. Она его единственный опекун, а он несовершеннолетний, – на этих словах Курт замер. – Парень пришел в больницу с довольно тяжелыми травмами. Они не критично серьезные – несколько сломанных костей, порезы и синяки. Но она отказалась оплачивать лечение, – добавил Патрик. – Сама она была в порядке. Я разговаривал с полицией. Сказали, что она пропустила знак стоп, и машину унесло вправо, где на переднем сидении сидел пассажир. К счастью, скорость была невысокая, поэтому ущерб был минимальным. – Как она ушла от оплаты за лечение? – спросил Блейн. – Она говорит, что ее страховая компания все оплатит, но я звонил туда: они ответили, что не покроют расходы, потому что это, возможно, был не несчастный случай, – ответил Патрик, делая глоток виски. – Не несчастный случай? – тревожно спросил Этьен. – Есть очевидец – другой водитель, который сказал, что она остановилась посреди дороги, – сказал он. Гейл поднесла руку ко рту, качая головой. – Ужасно. Она сделала это специально, – прошептала Гейл. Некоторое время они просидели в тишине. – Блейн, мы можем поехать домой? – неожиданно спросил Курт. Себастиан повернулся к нему. Глаза Курта стали безжизненными и отрешенными, лицо – непроницаемым, за исключением тонкой линии губ. И он побледнел. Себастиан даже не замечал, насколько комфортно Курт чувствовал себя в доме Смайтов, пока тот вдруг не отгородился. – Ты в порядке, Лебедь? – спросил Себастиан. Курт кивнул, не посмотрев на него. – Немного устал, – ответил он безразличным голосом. Блейн нахмурился. – Ты уверен, Курт? Выглядишь бледным, – сказал он. – Просто поехали, – коротко сказал Курт. Блейн взволнованно кивнул. – Приятно было познакомиться, Курт. Приезжай в любое время, – сказала Гейл, оставаясь на месте. Он кивнул, не оглядываясь, пока Блейн помогал ему надеть пальто. – Спасибо, мне тоже было очень приятно, – пробормотал он. Себастиан проводил их к машине Блейна. – Спишемся, Лебедь? – тихо спросил он, открывая Курту переднюю пассажирскую дверь. – Конечно, – прошептал Хаммел, забираясь внутрь, и все еще не глядя в глаза Смайту. Себастиан закрыл за ним дверь, обошел машину и подошел к Блейну, стоящему со стороны водителя. – Ты знал? – тихо спросил Блейн. Себастиан отрицательно покачал головой. – А ты? – Блейн тоже помотал головой. – Вы давно начали общаться, Бас? – спросил Блейн. – После того, как я извинился. Мы однажды встретились в кофейне, и я попросил у него прощения за все свои слова и выразил желание дружить, – Блейн кивнул, поверив его лжи. – Рад слышать. Я иногда занят, поэтому здорово, что тебе будет с кем пообщаться, – сказал Блейн, на что Себастиан кивнул. – Увидимся завтра на репетиции, – ответил он. Блейн согласно качнул головой и забрался в машину. Себастиан зашел на кухню, где Гейл собирала завтрашний обед себе и мужу. Он сел на стойку и начал играть с колпачком от пакета с майонезом. Гейл забрала у него крышечку, закрутила ее и убрала пачку в холодильник. – Расскажешь мне, что это было? – спросила она. – Ничего, – ответил он, глядя на свои ноги и теребя кутикулу на пальцах. – Я про Курта. Просто расскажи мне, Бастиан, – она обошла стойку и взяла его руки в свои. Себастиан посмотрел на нее с широко раскрытыми глазами. – Он, – сын замолчал, но, помедлив, продолжил, – он подвергается насилию, мам, – ее глаза расширились. – О, Себастиан, – пробормотала она. – Я не знаю, что делать! Он не дает мне помочь, но позволяет ей делать это. – Кому? – Его мачехе. Она покачала головой: – Подобные ему жертвы часто верят, что заслуживают подобного обращения. Или он зависим от нее, поэтому не может уйти. – Или просто боится. – Да, или боится, – согласилась она. Они сидели в тишине. – Бастиан, ты же не думаешь... – Новое дело папы? – неожиданно спросил он. Они уставились друг на друга. – Мам, что, если она попытается вновь? – Себастиан, я рада, что ты рассказал мне. Мы сможем что–нибудь сделать. Сможем вызволить его оттуда. – И он будет жить с нами? – уточнил он. – Ты бы обрадовался этому? – спросила она. Себастиан покачал головой, и Гейл мягко улыбнулась. – Я знаю, что ты любишь его, сынок. – Он с энтузиазмом фыркнул, на что она усмехнулась. – Не обманывай себя. Я не видела тебя таким счастливым с тех пор, как ты уезжал с Сереной. – Сомневаюсь, что мои чувства взаимны. – Ты удивишься, – сказала она с озорным взглядом. – А сейчас иди заниматься. Завтра вместе с папой обсудим, что делать. Он поцеловал ее в щеку: – Спасибо, мама, – он поднялся по лестнице в свою комнату и включил компьютер. *24 марта 2012 23:38 _uglyduckling_ доступен* willinginfamy: Лебедь, ты можешь сказать мне. Это был ты? _uglyduckling_: О чем ты? willinginfamy: В той машине – это был ты? Спустя десять минут, когда Себастиан уже решил, что Курт не ответит вовсе, он написал коротко. _uglyduckling_: Да. willinginfamy: Лебедь, почему ты не рассказал мне? _uglyduckling_: Она предупредила, если я скажу кому–нибудь, то в следующий раз будет хуже. Или если я попробую сбежать. willinginfamy: Я расскажу своему отцу, Лебедь, и мы что–нибудь придумаем. _uglyduckling_: Пожалуйста, не надо, Себастиан. willinginfamy: Я должен. А если она попытается снова? Боже, Курт, что, если она убьет тебя? willinginfamy: Я не переживу этого, Курт. _uglyduckling_: ...почему? willinginfamy: Потому что я люблю тебя, Курт. Я уже говорил. Ты мой лучший друг, даже если я столько времени не знал, кто ты. _uglyduckling_: Ты тоже мой лучший друг. willinginfamy: Тогда разреши мне помочь? Снова несколько минут тишины. _uglyduckling_: Я согласен. _uglyduckling_: Она вернется ночью с понедельника на вторник. willinginfamy: Встретимся в Lima Bean завтра. willinginfamy: Мы поможем тебе, Лебедь.