Опасный рейс

      Джон глубоко вздохнул и постарался собраться с мыслями перед тем, как постучать. Ему не хотелось с порога кидаться на человека, разбрасываясь угрозами и обвинениями, но в то же время и спускать такое поведение с рук было неправильно. С самым суровым видом он вошёл в такую знакомую каюту. Но даже в столь неприятной ситуации Джон старался не забывать о вежливости и выдержке: – Здравствуйте, Холмс. – О, доктор Уотсон! Я и не надеялся, что мои увлекательные опыты заставят вас вернуться столь быстро, – немного насмешливо отозвался Шерлок, даже не поворачиваясь от каких-то очередных манипуляций на бывшем письменном столе Джона. – Дело не в ваших опытах. Хотя, возможно, и в них тоже. – Тогда чему же обязан? – Не притворяйтесь, будто сами не понимаете, не будем зря тратить время на словесные реверансы, – раздражённо продолжил Джон. – Зачем вам нитрил? – Ну, тогда и мне интересно, зачем это вам контрабандный груз столь опасного вещества? Поддерживаете террористов и мятежников?       Джон ещё раз про себя послал громы и молнии на голову их капитана, втянувшего его в это дурнопахнущее дело. – Это всего лишь небольшая услуга для знакомых исследователей, – растерянно попытался объяснить он, на этот раз коря уже себя за неумение хотя бы врать поубедительнее. Ведь общаясь столь долгое время с Майком Стемфордом, можно было бы уже и научиться. – Ну вот, и мне он тоже понадобился для некоторых исследований, – скептически ухмыляясь, отозвался Холмс. – И так удачно оказалось, что нитрил обнаружился совсем поблизости. И я хотя бы знаю, как с ним обращаться, не рискуя своей жизнью и кораблем. А вам бы посоветовал лучше проверить остатки на складе, они спрятаны недалеко от канистр с кислотой, и даже вы должны понимать, насколько это опасно. Да, и надписи с латинским обозначением тоже бы не мешало стереть, этим вы можете провести только недалёких таможенников, которые всё равно ничего не смыслят в упаковке и характерных признаках.       Уотсону опять стало неловко. Он почувствовал себя контрабандистом-неудачником, понимая при этом всю странность ситуации, в которой ему приходилось выслушивать советы на тему: как лучше заниматься незаконной деятельностью. Этот Холмс был невыносим, но в то же время нельзя было не согласиться с разумностью его соображений. Однако тут Джон вспомнил о расстроенной и оскорблённой Салли, являвшейся причиной его визита, и вновь перешёл в наступление. – Ладно, даже если мы не будем останавливаться на моральной стороне дела о вашем, так называемом, «заимствовании» крайне дорогого вещества, но втягивать во всё это женщину, угрожать ей арестом – крайне непорядочно. Это переходит уже все границы!       На этот раз Холмс всё-таки отвлёкся от своих реактивов. В его взгляде проскользнуло удивление. – И что же, по вашему мнению, так задело эту чувствительную особу? – Добиваться расположения женщины шантажом – это низко, даже вне зависимости от вашего мнения о нашем грузе! – обвиняюще воскликнул Джон. – А это уже становится интересно. И чего же я добивался? Может быть, просветите меня? – Холмс пристально взглянул на доктора, полностью разворачиваясь в его сторону. Но при этом в нём больше чувствовался отстранённый интерес учёного, наблюдающего за подопытными мышами, чем искренняя заинтересованность. Джон слегка смутился, почувствовав зыбкость своих аргументов при недостаточности информации. – Мисс Донован жаловалась, что вы шантажом вынудили её отдать вам нитрил, а ещё пытались распускать руки. – Я привык отвечать за свои действия, – резко и напористо ответил эксперт, – но только за свои. Нитрил мне нужен для завершения одного важного исследования, от которого зависит безопасность предстоящих переговоров Кернела, но сейчас не об этом. Две пачки явно не разорят вашего капитана, учитывая, что у него полсклада забито не вполне легальным товаром. А вот что касается поползновений на честь вашей кладовщицы – то здесь моего участия явно не наблюдалось. Не стоит полностью доверять словам женщины, особенно когда она отключает мозг под действием эмоций. Или же вообще им не пользуется.        Джон попытался систематизировать весь ворох фактов, вываливаемых на него раздражённым собеседником. Единственным, за что он успел зацепиться из всей этой тирады, было: – Вы взяли только две пачки? – А какой ущерб пытаются на меня списать? Четыре, пять, несколько ящиков? – Холмс рассмеялся. – Да, аппетиты у вашей дамочки не слабы. Поэтому я не собираюсь выслушивать от вас какие-то нелепые обвинения. Тем более меня начал утомлять этот бесполезный разговор. И совершенно не интересует упомянутая женщина, да и другие тоже, – с этими словами он поднял глаза, в упор взглянув на Уотсона, и нагло ухмыльнулся.       Джон поражённо наблюдал, как буквально за пару секунд Холмс трансформировался из высокомерного эксперта во флиртующего мужчину. И это изменение завораживало. Холмс ненавязчиво переключился с наскучившего разговора на более увлекательную игру. Он как будто видел собеседника насквозь, предугадывал его возможные действия и наслаждался своей проницательностью. – Думаю, меня скорее мог бы привлечь симпатичный мужчина, – продолжил он, похоже, ощущая интерес и смущение Джона. – Допустим, светловолосый, стройный и невысокий.        В этот момент Холмс напомнил доктору гипнотизирующего удава, полностью поглощающего всё внимание жертвы и подавляющего её волю. Джон попытался стряхнуть с себя наваждение. Раньше он не страдал излишней застенчивостью или впечатлительностью, но, казалось, что этот мужчина имел на него особое влияние, вызывая просто-таки непреодолимый интерес. Однако сейчас, вглядевшись пристальнее в лицо Шерлока, он заметил скорее скуку, чем искреннюю заинтересованность. Похоже, всё это представление было уже не раз опробовано на различных зрителях, а доктора никогда не привлекало конвейерное производство. На мгновение Джон ощутил некую иррациональную обиду, но быстро справился с собой. Сколько можно было вестись на такие откровенные провокации, ведь он уже не в том возрасте, чтобы голова не успевала в гонке за гормонами. – Да, пожалуй, и мне тоже могут больше нравиться мужчины, – медленно произнес он, улыбаясь Холмсу ясной открытой улыбкой. Шерлок придвинулся ближе, победно приподняв голову: видимо, доктор согласился играть по предложенным правилам. – Весёлые спортивные блондины, – мстительно продолжил Джон. – Но, к сожалению, таких не часто встретишь, а на неравноценную измену своим вкусам я бы ни за что не согласился!       Гордо разворачиваясь по направлению к выходу, Джон с радостью отметил расширившиеся от неожиданности глаза Холмса. Может, это и не было безоговорочной победой, но он наконец-то смог почувствовать себя хоть чуть-чуть отомщенным за нарушенное в последнее время душевное спокойствие.

***