Элайдесс и Кай - эльфийка и дракон

Кай слегка качнулся в воздухе, устало зевнув. Их путешествие подходило к концу. Через несколько часов они достигнут озера и Белых гор. Элайдесс тоже утомилась и мечтала побыстрее оказаться на земле. Они летели уже пять дней, немного изменив маршрут и по пути заглянув в Тамерлан. Там эльфийка увидела, что многие эльфы уже отправились в сторону Лунной долины. Айнон послал гонцов, чтобы они проводили их до пункта назначения. Убедившись, что опасности нет, дракон направился на северо-запад. Лететь в этот раз было легче, чем в прошлый раз, никаких гроз не было, только несколько раз лил дождь. Рамоте вода с неба совсем не понравилась — дракониха спряталась в мешок и недовольно урчала оттуда, иногда царапая мешок и спину эльфа острыми когтями. Лаурендилу приходилось сжимать зубы и терпеть. Он даже и не предполагал, что ее когти могут быть таким острыми, что легко приникали сквозь ткань мешка, его плащ и плотную рубашку. Но принц не жаловался — показывать дракону свою слабость он не хотел. Когда они останавливались, чтобы передохнуть, то эльф выпускал Рамоту из мешка и принимался ее кормить маленькими кусочками мяса. Кай смотрел на это, не высказывая негодования, но это он не одобрял. Как он рассказал Элайдесс, маленькие драконы должны учиться добывать пищу сами. Правда нередки случаи, когда какое-то время их кормят родители, принося остатки добычи с охоты. Но когда проходит примерно две недели, малыши начинают учиться выживать в условиях дикой природы. Элайдесс думала совсем о другом — ее больше волновало то, что она сумела пробудить Рамоту и выпустить ее из яйца, где она находилась долгое время. А это было под силу только Повелителям драконов. Неужели кто-то из ее предков действительно был из этого рода? Ответ на этот вопрос ей могут дать только двое — Кай и колдунья Азриэль. Кая она хотела расспросить, когда они будут на месте. Когда вдалеке они увидели ледяные пики гор и синюю гладь озера, Элайдесс попросила дракона: — Кай, давай остановимся. Начать обучение можно и здесь, потом наберем хворосту по дороге. Кай не стал возражать и пошел на снижение. Рамота завозилась в своем мешке и высунула морду. Ей не терпелось вылезти наружу. Когда они приземлились на берегу озера, дракониха сама выпрыгнула из мешка, не дожидаясь когда это сделает Лаурендил. — Итак, Лаурендил — ты идешь со мной, а Рамота остается с Каем! — Распорядилась Элайдесс, снимая снаряжение с друга. Освободившись от седла с протезом, дракон тут же направился к воде, позвав Рамоту. — Она не умеет плавать! — Вскрикнул принц и уже хотел остановить детеныша, но эльфийка удержала его: — Успокойся, все драконы умеют плавать с рождения! Она не утонет, в случае чего Кай ей поможет. Они смотрели, как Кай скрылся под водой, а за ним нырнула дракониха. — Они отдохнут от путешествия и заодно поедят. — Сказала Элайдесс и повернувшись, пошла в лес, оставив седло и протез на берегу. Принц последовал за ней, иногда оглядываясь через плечо. Элайдесс привела его на ту самую поляну, где училась магии и учила принцессу с Симрандиатом. Эльфы уселись на траву и она начала свой рассказ: — Лаурендил, первое, что ты должен усвоить — не надо бояться магии. Магию надо уметь правильно использовать. Существуют определенные правила… Она рассказывала ему историю магии, правила применения и особенности. Потом достав из сумки книгу магии, данную Азриэлью, велела прочитать первые два положения. Принц быстро запоминал все, что она говорила и задавал различные вопросы. Больше всего его интересовало как можно сражаться с магией. На это эльфийка рассмеялась и сказала, что ему надо дорасти до этого. — Мне самой понадобилось немало времени, чтобы научиться использовать ее в бою. Есть тысячи приемов, но требуются годы, чтобы добиться результата и научиться их грамотно применять. Тебе надо усвоить азы, потом перейдем к заклинаниям и практике. Также принц расспрашивал ее о драконах: — А драконы выдыхают огонь? — Конечно. — Тогда почему Рамота не может этого делать? — Для этого она пока слишком молода. Она сможет дышать огнем, когда ей будет хотя бы полгода. — А когда я смогу оседлать ее? — Какой нетерпеливый! Ты сможешь летать на ней не раньше, чем она дорастет до нужных размеров. Примерно через четыре-пять месяцев она будет больше тебя и тогда посмотрим. Драконы ее вида обычно достигают окончательного размера только через два с половиной года, когда полностью сформирован скелет. А вот Белым молниям требуется всего год для окончательного формирования. К тому времени они учатся летать. Все драконы развиваются по-разному. Сейчас Рамоте важно научиться охотиться и подниматься в воздух. Встать на крыло она сможет через три-четыре недели, когда подрастет. И еще — готовься к тому, что она начнет разговаривать с тобой в ближайшее время. — А почему не сразу? — Драконам требуется определенное время, чтобы научиться говорить. Между собой драконы могут общаться с помощью набора звуков и жестов. Еще некоторое время она рассказывала ему о драконах и магии, немного поведала о своих приключениях здесь. Когда она рассказала о далекой Земле Туманов, Лаурендил загорелся идеей посетить это загадочное место, когда сможет летать на Рамоте. На это Элайдесс ответила, что подумает насчет того, чтобы взять их с собой, когда они туда полетят. Затем, объявив первое занятие оконченным, эльфийка вывела его обратно на берег озера, где драконы уже наслаждались своим обедом. Они поймали немало рыбы, хотя у Рамоты было меньше, чем у Кая. Эльфы дождались, пока они закончат трапезу и Элайдесс снова надела на друга седло с протезом, а Рамота залезла в мешок. Кай взлетел над озером и устремился вперед, к горам. Лаурендил с интересом смотрел на крутые вершины, пытаясь определить их высоту. Дракониха уютно устроилась в мешке, свернувшись в клубок. Эльф прислушивался к ее ленивой возне, не замечая своей улыбки. Всего за несколько дней он успел сильно привязаться к ней и полюбить. Рамота была своенравной, но именно это нравилось принцу. Когда они оказались около пещеры, где жили Элайдесс с Каем, Лаурендил был сильно удивлен. Как можно было в этом темном и жутковатом месте? Пройдя за остальными внутрь, он, по приглашению всадницы, присел на одну их трех кроватей и аккуратно положил мешок с Рамотой на колени. Дракониха снова вылезла из своего убежища, принюхиваясь. Фыркнув от острого запаха трав и дыма, она спрыгнула с колен эльфа и стуча коготками по камню, подошла поближе к Каю. Эльфийка как раз раскладывала ветки для костра. Когда Рамота подошла к ним, дракон выпустил сгусток газа на ветки, заставив их вспыхнуть яркими искрами. Через несколько секунд пламя разгорелось и девушка подкинула дров. Кай лег на свое место, обернувшись хвостом. Дракониха хотела было пойти к нему, но тот издал угрожающее рычание, оскалив белые клыки. Рамота отпрыгнула назад и вернулась к Лаурендилу, сев около его ног и принялась вылизывать когти, как ни чем не бывало. Кай умолк и вскоре уснул. — А почему он… — Хотел было задать вопрос эльф, но всадница ответила прежде: — Потому что она должна знать свое место. Первую ночь пусть поспит с тобой. Кай никого, кроме меня, не пустит на свою подстилку. Лаурендил не стал спорить, зная, что в ее словах есть доля правды. Наклонившись, он взял дракончика в руки и мягко прижал к себе. Рамота замурлыкала и лизнула ему руку розовым шершавым языком. Через несколько минут она тоже спала крепким сном. К вечеру, когда небо начали окутывать сумерки, Кай и Элайдесс улетели из пещеры под предлогом охоты, оставив учеников в пещере. На самом деле они хотели поговорить. Для этого они направились к одному из выступов, где было немного свободного пространства. — Кай, получается, что я все-таки обладаю силой Повелителей драконов? — Это был первый вопрос, в которой звучал некий упрек дракону, что он не сказал ей раньше. Кай оставался невозмутим: — Получается, да. — Так почему ты молчал? Ты наверняка чувствовал во мне какую-то силу и не говорил об этом? — Я молчал, во-первых, потому что не был до конца уверен, а во-вторых, я не мог особо об этом думать до того момента, когда ты пробудила Рамоту. Да, я чуял, что в тебе есть скрытые способности. Наверное, именно это не дало мне убить тебя тогда, в овраге. Элайдесс стояла напротив него, переваривая услышанное. Потом задумчиво сказала: — То есть, если я обладаю силой Повелителей драконов, то… — То ты и являешься Повелительницей драконов! — Кай слегка склонил голову в знак уважения. — Ты обладаешь огромной властью над всеми драконами и надо мной с Рамотой. — Но как так получилось, что мне дан такой дар? Кай, признавайся — мой отец обладал этим? Кто тот наследник, который сбежал? Расскажи мне все! Дракон помолчал какое-то время и затем сказал: — Хорошо, коль ты теперь все знаешь, то нарушу данное обещание. Как я тебе говорил, давно Повелители драконов основали свое королевство за морем, на большом острове над названием Ночной. Именно там обосновалась эта династия. Долгие тысячелетия мирно правили эльфы драконами, ограждая их от опасностей и защищая землю. Несмотря на большую удаленность от большой земли, много беспокойства создавали морские разбойники и тролли, появившиеся на острове неизвестно откуда. Было еще много других проблем, из-за чего многие короли умирали. Но у них были наследники, к которым переходила вся сила и власть. И чуть больше тысячи лет назад у одного из последних Повелителей появился сын. Его звали Алаер — «Певец моря». Когда на свет появился я, он уже был сильным юношей, воином. Но он не пожелал становиться во главе драконов — он боялся этой власти. А его отец был немолод и страдал от тяжелых ранений в боях и сражениях, готовясь покинуть мир, он хотел, чтобы Алаер занял его место. Но тот не пожелал и убежал за море. Тут Кай замолчал и посмотрел на горы; в глазах у него была грусть. — Я должен был стать его драконом. Испокон веков именно Белые молнии становились вечными спутниками Повелителей. Но когда я вылупился из яйца, Алаер уже успел уплыть далеко-далеко. Мне пришлось расти одному. Из года в год отец ждал, что сын вернется домой, но напрасно; и когда мне исполнилось пятьсот лет, Повелитель призвал меня и сказал: «Мой сын бросил нас. Но я не могу допустить, чтобы после моей смерти начался хаос среди драконов. Поэтому, заклинаю тебя — лети быстрее ветра на большую землю и верни мне моего сына!» Я отправился в путь, не зная, что Алаер успел сменить свое имя на Элавайдера и укрыться среди эльфов Лунной долины. Я скитался три сотни лет, чтобы найти его дочь и узнать о его гибели. Повисла тишина. Элайдесс не знала, что сказать и молча смотрела на своего друга. Кай, отвернувшись от нее, глядел вдаль. — И что теперь нам делать? Лететь на остров? — Нерешительно спросила девушка, прервав затишье. — Бросить учеников и эльфов, помчавшись за море? — Дракон повернул к ней голову, сверкнув глазами. — Нет, надо закончить войну и только потом лететь туда, хотя едва ли мы застанем Повелителя в живых. Сердце говорит мне, что он умер уже давно. Но коль ты его потомок, то станешь Повелительницей, взойдя на трон. — Но это долго! — Но иного выхода нет. Бросить все сейчас было бы опрометчиво и глупо. Поэтому надо дождаться когда вырастет Рамота и потом думать, что делать дальше. Азриэль возможно могла бы подсказать ответ. Так что я предлагаю отправиться к ней, когда обучение дракона и всадника закончиться. Договорившись на этом, они направились назад. По пути Кай поймал небольшого кролика — для Рамоты. Вернувшись в пещеру, эльфийка застала Лаурендила за чтением книги, дракониха лежала рядом. Подняв голову на шум, принц поприветствовал их, а Рамота подбежала к Каю и взяла предложенное угощение. Подтащив тушку кролика поближе к кровати, она начала разрывать ее когтями, помогая зубами. Очень скоро от кролика не осталось ничего, кроме клочков шерсти. С этого времени для принца и его подруги открылись новые горизонты. Каждое утро они просыпались, когда наставники возвращались с ночных вылетов. Кай с Элайдесс редко ночевали в пещере, улетая на охоту или разведку, возвращаясь под утро. Лаурендил с Рамотой забирались на Кая и вместе они летели к озеру. Там они расходились — эльфы уходили в лес, изучая магию и практикуясь в фехтовании, а драконы оставались на берегу. Кай обучал Рамоту охоте, рассказывал о полетах, заставлял ее помногу бегать за добычей — выслеживал добычу и требовал, чтобы она сама поймала ее и умертвила. Поначалу это было довольно сложно — жертва постоянно убегала от драконихи, не давая себя поймать. Рамота злилась. Но несмотря на неудачи, она не сдавалась. И однажды ее усилия были вознаграждены — заяц был пойман и разделен между драконами. Также они много времен проводили в озере, охотясь на рыб и изучая жизнь под водой. Такие уроки способствовали укреплению мышц и хорошему росту. Уже через две недели Рамота было ростом до бедра принца. Вместе с ростом изменялся ее облик — чешуя все больше утолщалась, выросли длинные острые шипы, которые могли складываться вдоль хребта и подниматься, когти тоже стали длиннее и острее, что позволяло ей без особого труда лазать по скалам. Зубы тоже росли, также на голове появились небольшие рога, вытянутые и тоже очень острые. Крылья с каждым днем становились все больше, увеличиваясь в длине. Вскоре Кай начал учить ее летать — сначала она пыталась подняться с земли хотя бы на несколько метров. Изо всех сил взмахивая крыльями, Рамота прилагала все усилия, но первые попытки были неудачными. Однако Кай не позволял ей сдаться и через несколько занятий у нее получилось подняться над землей на несколько минут. А потом она начала взлетать с разбега, с силой хлопая крыльями. С каждым днем ей удавалось все дольше продержаться в воздухе. Кай был доволен ее успехами и поблажек не давал. Он заставлял ее снова и снова, до тех пор, пока она не научилась правильно взлетать. Из-за ограниченности времени он не мог позволять ей играть, хотя она всячески пыталась его втянуть в игру: то шутливо толкала в бок, то прыгала на него, а один раз больно укусила за хвост. Кай грозно зарычал и оскалив зубы, сбросил ее с хвоста, а потом надавал шлепков мощной лапой. После этого дракониха перестала его донимать. Лаурендилу тоже приходилось нелегко на первых порах. Магия не желала его слушать. Принц каждый день заучивал несколько заклинаний, но первые дни не мог применить даже самое простейшее. Однако позже у него стало получаться — он поднял камень в воздух, потом заставил его полетать по кругу. Элайдесс осталась довольна и перешла к другому заклинанию. Она заставляла его упражняться целый день, иногда прерываясь на еду. Когда у ученика не оставалось сил, они фехтовали или она учила принца варить зелья. Лаурендил открывал для себя новый мир, полный многих тайн. Иногда, когда он с Рамотой оставался в пещере, они говорили друг с другом. Дракониха довольно быстро выучилась говорить, хотя поначалу принца сильно раздражал ее громкий писк. Потом Рамота начала говорить более медленно, ее голос приобретал новые оттенки, появились рычащие нотки. С каждым днем они все больше привязывались друг к другу. Одновременно с ростом у Рамоты появилась проблема — пещера была слишком мала, чтобы она могла свободно помещаться там. Ведь через месяц она была выше Кая и сильно вытянулась в длину. Озабоченные этим обстоятельством, эльфийка с Каем нашли другую пещеру побольше размером, совсем неподалеку от них. Когда Рамоте исполнилось два месяца и она могла летать, ее с всадником перевели туда. Элайдесс перенесла туда одну из кроватей, а для драконихи постелила на пол шкуру оленя. И теперь с восходом солнца Рамота просыпалась первой и вылетала из пещеры, чтобы размяться. Чуть позже прилетали наставники и тогда они отправлялись на учебу. Иногда ученики менялись местами — Лаурендил уходил с Каем в лес, а Рамота тренировалась под присмотром эльфийки. Помимо всего, Кай учил Рамоту ухаживать за чешуей и различать свежую пищу от сгнившей. Один раз он положил перед ней две ноги оленя и предложил выяснить, где свежая еда. Юная дракониха ошиблась и съела испорченную ногу. Расплата была жестокой — у нее сразу заболел живот, из пасти потекла пена, это были признаки отравления. Взрослый дракон со вздохом разочарования принес ей несколько пучков особой травы. Съев ее, Рамота отрыгнула проглоченную пищу и смогла прийти в себя. Этот урок она запомнила на всю жизнь. «Есть гнилую пищу — есть верный способ умереть!» — Говорил Кай, пока она лежала на траве и сплевывала пену. Когда об этом узнал Лаурендил, он высказал свое неодобрение, но Элайдесс встала на сторону друга и сказала, что все малыши через это проходят. «Если они не испытают этого, то не смогут выжить!» — Сказала она, положив эльфу руку на плечо. Лаурендил вздохнул и признался: «Я просто испугался за нее — вдруг она могла умереть!» Занятые обучением, никто из них не заметил, как наступила середина лета. Рамоте исполнилось четыре месяца, она достигала уже внушающих размеров — принц едва доставал головой ей до лопатки. Кай был значительно ниже и меньше ее, но гораздо сильнее, чем казалось. Это хорошо проявлялось в их поединках на земле, которые они устраивали. Не смотря на крупный размер, Рамота проигрывала учителю. Кай с легкостью налетал на нее и валил на землю, несильно кусая. Чуть позже у них начались воздушные учения — Элайдесс давала Лаурендилу задание и возвращалась к драконам, садилась на Кая и оба дракона взлетали в небо. Рамота училась делать виражи, восьмерки, пикировать, ловить воздушные потоки и избегать неблагоприятных погодных проблем. Кай заставлял ее летать целый день, чтобы укрепить мышцы. Чуть позже они перешли к тренировочным боям, где победу одерживали старшие. Рамота летала немного неуклюже, но с каждым днем у нее получалось лучше. К шести месяцам, когда уже ощущалось дыхание осени, она могла сутками кружить в небесах, не уставая. Этому помогали также большие размеры — она была уже больше двадцати метров в длину и размах крыльев был почти девять. Чешуя стала довольно прочной, но удар гарпуна она не смогла выдержать, зато удары камней — с легкостью. Мощные лапы без труда раскалывали камни и валили деревья, а жертвы не имели шанса спастись из цепких когтей. Тяжелая массивная голова, с завитками рогов и сильными челюстями не мешала ей на охоте. Похожие на загнутые кинжалы, зубы, разрывали пополам крупного оленя или кабана, а длинная шея позволяла быстро атаковать. Толстый хвост помогал при поворотах в воздухе, а также при плавании. А длинные кровавые шипы на хребте защищали ее от атак сверху во время боя, служа еще и хорошим украшением. Именно в конце лета Лаурендил впервые оседлал Рамоту. Перед этим Элайдесс сняла мерки с драконихи и из прихваченной с собой кожи сделала два отличных седла. Одно было самым обыкновенным без всяких лишних вещей — два кожаных ремня, которые застегивались на шее и под брюхом дракона, петли стремена для всадника и два крыла — нижнее и верхнее. А второе было более широким, с несколькими петлями спереди для всадника и сзади, чтобы крепить сумки для путешествий. Первый раз эльф использовал первое седло, чтобы не грузить дракониху. Лаурендил на всю жизнь запомнил тот первый полет — Рамота взлетела высоко, стремясь показать всаднику всю прелесть полетов. Лаурендилу нравилось, но из-за страха упасть он просил ее спустится пониже. Она послушалась, хоть и была недовольна. К ним присоединились учителя и Элайдесс тут же начала подсказывать принцу, когда надо наклониться к шее дракона, а когда отклониться. Они летали целый день, эльф был до того измотан, что когда они вернулись в свою пещеру, уснул рядом с Рамотой. Когда Элайдесс с Каем увидели, что ученики вполне смогут сами о себе позаботиться, то они стали часто отлучаться — то летали далеко в горы, то наведывались к людям, где устраивали беспорядки ради потехи. Эльфийка продолжала учиться магии к концу лета едва ли нашелся противник, способный противостоять ей. Когда осень вступила в свои права Кай с эльфийкой взяли принца и Рамоту с собой в Землю Туманов. Ученики были счастливы попутешествовать — им уже надоело однообразие озера и гор. Рамота летела рядом с Каем и он рассказывал ей о многих вершинах, мимо которых они пролетали. Особенно понравилось им пролетать мимо Белогривого водопада. Элайдесс молчала, думая о будущем. Скоро зима, а Рамота еще не дышала огнем. А первая битва уже не за горами.