Глава 17. Путь воина
28 сентября 2012 г., 22:41
«Каждое утро думай о том, как надо умирать. Каждый вечер освежай свой ум мыслями о смерти. Воспитывай свой разум. Когда твоя мысль постоянно будет вращаться вокруг смерти, твой жизненный путь будет прям и прост. Твоя воля выполнит долг, твой щит станет непробиваемым…» (© Из заповедей японских самураев)
Луна освещала небольшой восточный сад, в центре которого располагался деревянный домик – приемная комната Жрицы народа Чайнатауна. Этим вечером он пустовал. Еле слышно шелестел ветер, задевая листву деревьев, словно опасаясь привлечь ненужное внимание… О случившемся в Гриффит-парке и Санта-Монике Минг Жао уже знала и была уверена, что неонатка обязательно придет в ее Храм снова. Посланницей от ЛаКруа за ключом или союзницей – уже не важно. Путь ее был смутен, потому китаянка решила не трогать воды этого омута и попросту убрать с поля лишнюю пешку. Территория Золотого Храма находилась под серьезной охраной, и глава Квей-Джин не сомневалась в том, что молодой вампирше не удастся выжить этой ночью. Этим вечером красные фонари улиц Китайского квартала казались невыносимо ослепительными. Яркие лампы скалились, словно кровожадные звери, и это настораживало Амалию. Малкавианка, получив силы своего собрата после диаблери, не могла привыкнуть к новым ощущениям – окружающая реальность казалась слишком фантастичной и чужой, слишком опасной… Очередная ночь дана для того, чтобы сыграть в смертельную игру по восточным правилам. Вампирша не боялась, как раньше – чувство страха притупилось, а голоса хором повторяли одно и то же: «Два шага. Всего два шага…» И вот, первым шагом был визит к Минг Жао… Скрипнула дверь потайного входа на территорию Храма, и в небольшой пустынный дворик вошли трое вампиров. Мао Хэн шел впереди, вооруженный катаной и двумя парными мечами, закрепленными за спиной. Следом крались Амалия с Эрихом в Затемнении. Для Малкавианки было искренним удивлением то, что Квей-Джин восстал против своей Жрицы. На многочисленные вопросы вампирши китаец отвечал нехотя и односложно, но все же назвал причину своего решения. – Госпожа Минг Жао начала вести неправильную политику. Ее действия оскверняют путь всех Квей-Джин. Я не хочу быть вместе с теми, кто слеп и не видит предательства. Мой путь – свобода и познание себя, моей высшей силы… и я не хочу запятнать его бесчестием нашего рода. И еще… – вампир осекся, пытаясь твердо произнести последние слова, – из-за нее погибли мой Мастер* и моя семья… Больше вопросов никто не задавал. Амалия знала, что Мао был Обращен довольно давно, и с уважением смотрела на вампира, который за столько лет сохранил человеческие чувства и моральные принципы. По просьбе Эриха Мао Хэн согласился провести вампиров внутрь Храма, дабы избежать вооруженного столкновения. Как только китаец подошел к входу в главное здание, которое являлось собственно Храмом, дорогу преградил воин в черном кимоно и с катаной за спиной. – Вход воспрещен, – холодно произнес охранник. – Мне приказано охранять нижний этаж Храма, – невозмутимо ответил Мао и, подумав, добавил: – А также проверить количество воинов на всех уровнях здания. Воин недоверчиво покосился на него и, будто заметив что-то, долго рассматривал пустое пространство за спиной Квей-Джин, где в Затемнении притихли Малкавиане. На их счастье, охранник был всего лишь смертным и не мог видеть ауры вампиров. Он нехотя посторонился, пропуская Мао вперед. Китаец спокойно шел по узкому длинному залу, не глядя на настороженные лица остальных охранников, выстроившихся вдоль стен с оружием наготове. Амалия всеми силами удерживала покров невидимости, боясь задеть кого-то или что-то по пути. Но, наконец, зал закончился, и вампиры попали в нижний ярус Храма, исчерченный многочисленными коридорами. Мао остановился посреди одного из них, завидев впереди четверых вооруженных Квей-Джин. – Здесь ловушка, – тихо произнес он – так, чтобы его услышали только притаившиеся рядом Малки, – но я не помню весь механизм ее действия. Один из охранников медленно пошел навстречу и остановился на определенной границе между светлыми плитами на полу. – Что остановило тебя, Катаян**? – усмехаясь, спросил Квей-Джин, глядя Мао прямо в глаза. Мао Хэн молчал, сжимая рукоять катаны. Амалия также напряглась, лихорадочно продумывая дальнейший план действий. – Что ж, я отвечу за тебя, – насмешливо продолжил охранник. – Наверное, тебе мешают пройти затаившиеся за твоей спиной враги. Квей-Джин сформировал в руке огненный шар, который тут же стремительно понесся за спину Хэна. Малкавиане отпрянули в разные стороны, сбросив покров невидимости. Охранник с торжествующим видом вскинул клинок, что послужило сигналом для остальных трех Квей-Джин. Теперь троих вампиров и охранников разделяли два метра, скрывающих опасную ловушку. – Предатель… – прошипел один из Квей-Джин и выпустил огненный шар поменьше, направленный в Мао Хэна. Азиат увернулся и задел одну из ближних к границе ловушки плит. С обеих сторон коридора полетели острые ножи, а после – резко выдвинулись решетки с деревянными кольями. Вот уж действительно смертельная для вампира ловушка… Выломав мешающую пройти решетку, Квей-Джин атаковали вампиров. Амалия с досадой отметила, что сражаются они не хуже братьев Чанг, и едва успевала отбиваться катаной. Выхватить огнестрельное оружие Малкавианке просто не давали. Мао сражался довольно искусно, не делая никаких лишних движений клинком, и вскоре двоих Квей-Джин настигла Окончательная Смерть. Охранник, дравшийся с Эрихом, оказался совсем молодым вампиром, который, видимо, никогда еще не сталкивался с такой Дисциплиной, как Помешательство, и силы энергии Ци не хватало, чтобы противостоять ему. Китаец, встретившись взглядом с Малкавианом, рассеянно завертел головой и, как только его напарник попал в поле зрения, решительно подошел к нему сзади и занес клинок над беззащитной шеей. Тот, увернувшись от удара Амалии, попал под резкий взмах предательского лезвия, и отрубленная голова воина скатилась по плитам, сгорая вместе с мертвым телом. Охранник-убийца бездумно смотрел на смерть Катаяна, не заметив, как Эрих подошел сзади и нанес смертельный удар. – Дело плохо… – произнес Мао. – На шум битвы могут подойти остальные. Есть еще один потайной коридор – совсем недалеко… Вампиры поспешили скрыться за поворотом и вскоре оказались перед небольшой деревянной дверью. Выбив замок, Мао решительно шагнул вперед. За дверью оказалась узкая лестница, ведущая вниз. К счастью, препятствий пока не было… Амалия шла следом за Хэном, разглядывая рисунок на кимоно китайца. Для вампирши мастер стали был истинной загадкой. Ведь Сородичи всегда плохо отзывались о Квей-Джин, а сейчас перед девушкой шагала самая настоящая противоположность услышанному. Малкавианка вновь углубилась в раздумья о прошедших ночах. Почему-то мысли одинаково сходились на том, что вокруг слишком много смертей – профессор Йохансен, Найнс, неизвестный Малк… Порой убивать было так легко, а порой – смерть ложилась тяжким бременем на холодную вампирскую душу. Амалия вздрогнула, когда один из жильцов разума подсунул в сознание картинку с мертвым Мао Хэном. Прогнав жуткие мысли, девушка пообещала себе, что сегодня не будет лишних смертей… Лестница вывела вампиров в широкий зал с многочисленными ответвлениями коридоров, в которых находились смертные охранники. Малкавиане вновь перешли в Затемнение, а Мао уверенно направился в один из коридоров. Двое воинов попытались было преградить путь, но Квей-Джин довольно убедительно объяснил им цель своего визита, обнажив клинок. Катану ручной работы узнал один из охранников и молча пропустил вперед известного оружейника. Последний коридор вывел в тускло освещенный зал с огромной позолоченной статуей Будды. Вдоль стен стояли небольшие каменные статуэтки, вазы и редкий восточный декор. По бокам от статуи Будды находились две темные плиты, которые явно неспроста выделялись на фоне серого мраморного пола. Малкавиане вышли из Затемнения и направились к статуе. Мао Хэн настороженно оглядывался назад, но пока никто из охранников сюда не приближался. – Отсюда ведет ход на последний этаж, – тихо пробормотал Квей-Джин, осматривая статую и плиты вокруг нее. – Там необходимо открыть портал, чтобы попасть в настоящее святилище Храма. – Настоящее? – недоверчиво переспросила Амалия, осматриваясь вокруг. – Кажется, вам уже говорили, что этот Храм – лишь копия… – усмехаясь, ответил Мао, и встал на одну из темных плит. Пол немного задрожал, и рядом со статуей Будды открылся узкий проход вниз. Кивнув Эриху, китаец поставил на плиту одну из крупных каменных статуэток, и Малкавиан сделал то же самое со второй плитой. Пол снова дрогнул, и перед вампирами открылась каменная лестница, ведущая вниз… Кольцо горящих факелов освещало небольшой круглый зал, по периферии которого стояли четыре алтаря. Мао вошел в зал первым, внимательно осматривая каждый из них, а Малкавиане тем временем с помощью Прорицания сканировали пространство. В этом ярусе находилось около двух десятков людей, разделенных по пятеро в четырех точках. – Необходимо достать четыре нефритовые фигуры: цаплю, дракона, слона и кошку. Насколько я знаю, они являются ключами для открытия портала. Скорее всего, каждая из них находится в тех местах, где вы увидели ауры охранников, – негромко произнес Квей-Джин. – Будьте осторожны. Здесь также наверняка есть ловушки. Из зала вели коридоры в разные стороны, и вампиры решили разделиться. Мао Хэну повезло сразу – не путаясь в каменных лабиринтах, Квей-Джин вышел в небольшой зал, где на тускло освещенном пьедестале стояла фигурка кошки. Рисунок на каменном постаменте напоминал таковой на одном из алтарей, что подтвердило догадки китайца. Неожиданно из коридора выскочили двое охранников с катанами, но противостоять опытному восточному вампиру им не удалось. Без особого труда Мао забрал из соседнего зала фигурку цапли и направился к выходу в центральный зал. Тем временем Малкавиане, сумев найти нужные залы, отбивались от охранников. Несмотря на то, что это были лишь обычные люди, китайские воины были хорошо обученными серьезными противниками. Амалия чудом не угодила в ловушку, которая охраняла вход и выход из зала – широкие стальные лезвия стремительно выезжали из стен небольшого коридора одно за другим, не давая возможности пройти. Но, к счастью, самые нижние лезвия находились в полуметре от земли, и потому девушка смогла проползти под ними. Малкавианка, забрав с пьедестала фигурку дракона, сразу же попала под обстрел горящими болтами из двух арбалетов. Один из болтов угодил в ногу, и вампирша, шипя от боли, выпустила целую обойму пуль в опасных стрелков. Обратный путь из зала Амалия также преодолела ползком, подстрелив подбежавшего на помощь соратникам охранника с клинком. Эрих же решил устроить массовую резню между охранниками, применив Помешательство. Пока обезумевшие смертные стреляли друг в друга из арбалетов и наносили клинками смертельные раны, вампир спокойно забрал фигурку слона и направился к выходу, так же, как и Амалия, минуя опасную ловушку. По пути Малкавиан поймал одного зазевавшегося охранника и его кровью восстановил силы. Мао уже ждал вампиров в центральном зале. На двух алтарях стояли фигурки цапли и кошки. Эрих вошел в зал одновременно с Амалией и поставил нефритового слона на нужный алтарь. Амалия же не торопилась отдавать последний ключ. – Мастер, ты не должен идти с нами дальше! – воскликнула вампирша, нервно вертя в руках зеленую нефритовую фигурку дракона. Квей-Джин удивленно посмотрел на девушку, словно сумел прочесть в ее глазах то, что назойливо подсовывал ей жилец разума. – Вы зря переживаете, мисс… – попытался возразить китаец. Но Амалия лишь упрямо вертела головой, пытаясь заглушить предупреждения голосов и прогнать страшные картинки перед глазами, на которых главным героем был сгорающий в ярком пламени Мао Хэн. Эрих молча смотрел куда-то мимо пустого алтаря, словно так же наблюдал за видениями своего Дитя. – Ты должен остаться здесь, друг, – тихо произнес парень. – Спасибо за помощь, но твой путь – не там… – Мне уже не вернуться назад, – усмехнулся Квей-Джин и резким движением выхватил из рук Амалии фигурку и поставил ее на алтарь. В воздухе заиграли многочисленные вспышки света, которые закружились ярким вихрем и слились воедино, образовав вращающееся кольцо с иероглифами. Оно медленно прокручивалось в воздухе, набирая обороты. Катаян схватил вампиров за руки и ринулся в центр кольца, не обращая внимания на отчаянные попытки Малкавиан оттолкнуть его обратно… Руки и тело Мао Хэна пронзила острая обжигающая боль, но Квей-Джин стерпел нефритовую защиту, не выпуская руки Малкавиан. Поглотив тела вампиров, светящееся кольцо портала стремительно закружилось, вспыхнуло и растаяло в воздухе… Вспышка света разлилась по огромному мраморному залу, отражаясь на светло-голубых стенах. Амалия почувствовала, что падает на что-то холодное и скользкое. Вампирша поднялась и поняла, что мраморный пол залит какой-то непонятной слизью, а зал напоминал опустошенный аквариум. Рядом стояли Мао и Эрих, который недовольно косился на китайца. Малкавианка ощутила, как откуда-то веет странным холодом, и обернулась – в противоположном конце зала стояла Минг Жао. Жрица смерила вампиров надменным взглядом и более гневно взглянула на Мао. – Ты серьезно разочаровала меня, Сородич! – воскликнула китаянка, обращаясь к вампирше. – Это не должно было стать твоим назначением, но твой путь завершится здесь! – Ключ или жизнь, хозяйка зеркал! – насмешливо парировала Амалия, выставив кольт вперед, держа на прицеле главу Квей-Джин. Минг Жао стала еще белее от такой наглости. Китаянка медленно подошла к вампирам, скользя длинным подолом зеленого платья по сырым плитам. – Я не позволю тебе или кому-либо еще заполучить силу Анкарского саркофага… – прошипела Квей-Джин, и в ее глазах появился странный опасный блеск. – Дозволение – не в твоей власти, – холодно ответил Мао и обнажил клинок. – Ты… – начала было Жао, но ее тело неожиданно начало меняться, не дав Жрице договорить. Ее гнев был настолько велик, что внутренний Зверь поспешил придать телу хозяйки боевую форму. Вампиры отпрянули от меняющейся китаянки. Через несколько мгновений и череды странных метаморфозов на месте Квей-Джин стояло огромное, около трех метров в высоту, чудовище, напоминающее каракатицу. Ее тело покрывала противная слизь, которая стекала с огромных остроконечных щупалец. – Фу, вот это гадость… – поморщилась Малкавианка и несколько раз выстрелила в тварь из кольта. Пули мягко погрузились в скользкое тело монстра, чем еще больше разозлили его. Каракатица резко взмахнула щупальцами, и удар пришелся по Мао. Квей-Джин отлетел к стене и упал к подножию небольшого пьедестала. Второе щупальце следом задело Эриха и Амалию, отбросив вампиров еще дальше. Сила ударов была довольно внушительной, потому как встать на ноги удалось не сразу. Чудовище яростно взревело и быстро поползло в сторону вампиров. Амалия взмахнула катаной, задев занесенное для удара щупальце, после чего монстр обиженно взвыл от боли. Трое вампиров атаковали одновременно, и теперь боевая форма Минг Жао не могла четко сосредоточиться на одной цели. Но преимущество все равно было на стороне Жрицы – предательски скользкий пол то и дело не давал устоять на ногах, а щупальца метались в разные стороны так быстро, что теперь ранить чудовище было довольно проблематично. Амалия в пылу схватки успела отметить, как сражается Квей-Джин. Таинство силы Катаяна раскрыло себя в этом поединке – техники энергии Ци и Силы Души не шли ни в какое сравнение с Дисциплинами Сородичей. Поравнявшись с ним, девушка услышала, как Мао загадочно произнес: – Воин смеется над смертью, и потому его путь свободен… Слова вампира врезались в разум Малкавианки гаммой смешанных чувств, вызывая смуту среди притихших голосов. Неужели это было предупреждением? И почему именно сейчас? Картинки с ярко нарисованной смертью Катаяна мелькали все чаще, и Амалия отчаянно старалась прикрывать китайца от опасных ударов. Мао Хэн уловил момент и резко взмахнул двумя парными мечами, вонзая острейшие лезвия в скользкую плоть. Клинки прошли насквозь, и после кругового движения мечами щупальце каракатицы отделилось от тела и с противным хлюпаньем шлепнулось на пол. Монстр оглушительно заревел, а второе щупальце резко изогнулось и острым концом стремительно понеслось на Катаяна. Вампир не успел отпрянуть, и смертоносное щупальце пронзило его тело. Мао безвольно повис на нем, чувствуя, как его ноги оторвались от земли. Малкавиане бросились на помощь другу, но чудовище резко повернулось всем корпусом, и вампиров едва не накрыло массивным задним отростком, напоминающим хвост. Квей-Джин отчаянно пытался вырваться, но бесполезно – тело вампира все больше становилось обездвиженным. Собрав последние остатки сил и энергии Ци, Мао сформировал большой огненный шар, который вырвался из его груди и устремился в голову мерзкой твари. Пламя опалило морду каракатицы, повредив глаза и рот. Чудовище вновь заверещало от жгучей боли и, взмахнув свободным щупальцем, ударило Хэна наотмашь. Послышался неприятный хруст, и по инерции тело китайца сорвалось с острого конца щупальца и полетело на пол. Через мгновение вампира охватило пламя, и на полу вперемешку со слизью расползались комки пепла… Амалия вскрикнула от ужаса и бросилась на место смерти Катаяна, но тут же резко остановилась, поняв, что Мао уже не вернуть. Эрих, с ненавистью глядя на ревущую от боли убийцу его друга, опустил голову и сжал кулаки, словно пытаясь бороться с чем-то. Зеленые глаза Малкавиана застелила густая пелена, и радужка начала наливаться кровью. Не сумев усмирить приступ Безумия, вампир сорвался с места, яростно атакуя ненавистную тварь одним из парных клинков китайца, подобранным с пола. – Сдохни скорее, мразь!.. – прошипел Малк и, увернувшись от удара щупальцем, глубоко вонзил меч в живот монстра. – Назад, Эрих! Назад… – послышались испуганный голос Амалии и последовавшие за ним выстрелы. Но вампир не слышал девушку и наносил удар за ударом, вонзая острую сталь по самую рукоять клинка. Внутренний Зверь неистово рычал, требуя больше крови и боли противника… Руки парня стали настолько сильными, что он готов был разорвать этого монстра на части, если бы это было возможно. Полученные в бою раны совсем не болели, тело вампира было пропитано яростью и жаждой убийства. Каракатица, истекая слизью и комками непонятного скользкого вещества, корчилась от боли и слепо махала щупальцами, чудом не задевая Эриха. В какой-то момент Безумие прекратилось. Обернувшись, Малкавиан понял, почему его звала Амалия. Отрубленное щупальце зашевелилось на полу и начало меняться, приобретая формы каракатицы, но только размером поменьше. Теперь второе чудовище атаковало вампиршу, отделив от нее Эриха. Ситуация казалась безысходной, но голоса в голове парня судорожно обсуждали возможные пути выхода. Покрытый слизью клинок выскользнул из рук Малкавиана, и вампир довольно осмотрел проделанную работу – в животе чудовища зияла страшная рана, которая не спешила затягиваться. Эрих снял с пояса две гранаты и, дернув за обе чеки, засунул их вглубь раны. Вампир увернулся от очередного взмаха щупальцем обезумевшей от боли твари, увлекая за собой Амалию, которая успела серьезно ранить двойника каракатицы. Прозвучал взрыв, как будто где-то на глубине под водой, и из раны каракатицы полетели в разные стороны крупные куски плоти. Боевая форма Минг Жао оглушительно заревела, сгорая в столпе пламени. Через некоторое время перестал шевелиться и двойник монстра, а после и вовсе растаял, превратившись в огромную лужу слизи… Вампиры стояли посреди зала на мокром мраморном полу, все еще не веря, что глава Квей-Джин побеждена. Эрих понуро прошел мимо огромного выжженного пятна к куче расплывшегося пепла, где погиб Мао, и поднял с пола второй парный меч оружейника. Также рядом лежала небольшая цепочка с ключом, которую вампир долго держал в руках, внимательно рассматривая. – Воин смеется над смертью… – тихо произнес вампир и убрал цепочку в карман. Амалия нервно сжимала рукоять катаны, стараясь не смотреть туда, где стоял Эрих. Лезвие клинка еле слышно зазвенело, задевая острием мраморный пол, словно прощаясь со своим создателем. Теперь, помимо «тридцать восьмого», в арсенале вампирши было еще одно оружие, которое необходимо было беречь как дань памяти и уважения мастеру стали. Амалия закрыла глаза, не обращая внимания на привычный гомон голосов, пытаясь подавить чувство вины за очередную смерть. Но от судьбы не спасет даже предупреждение Малкавианов, и потому девушка лишь твердо решила для себя, что сегодняшние победы и жертвы не будут напрасными. Вампирша направилась к высокой ступени, где стояла Минг Жао перед боем, и заметила небольшую нишу в стене. В ней оказался спрятан предмет цилиндрической формы, отливающий золотом в свете настенных факелов. Он был украшен такими же письменами, которые были на Анкарском саркофаге. – Это – ключ?.. – неуверенно произнесла девушка, протягивая руку к странному предмету. Ответом стало появившееся в воздухе кольцо портала, как только Малкавианка вытащила ключ из ниши. Вампирша крепче прижала находку к себе и вместе с Эрихом шагнула в сияющий портал… ___________________ *Мастер – он же Сифу («учитель») у Квей-Джин, как, например, Сир для каинитов. ** Катаяны – название восточных вампиров (в то время как западных вампиров называют каинитами или Сородичами).
