Динамика в действии

3. Вопрос «Кто?»

      Продумайте, сколько героев (и каких) участвуют в сцене. Запишите или запомните это число, чтобы не допустить ляпов вроде внезапной материализации посреди сцены персонажа, которого там раньше не было, али же исчезновения в туманные дали кого-то из участников действа (начали драться пятеро, а потом куда-то потерялся один персонаж или его труп — разве это дело?). Также хорошо бы немного подумать о «массовке»: третьестепенных, безымянных персонажах, которые могут оказаться свидетелями происходящего или даже быть в него замешанными. Чем больше ваши основные персонажи будут взаимодействовать со своим окружением, во многих смыслах, тем лучше.       А следующее, что вы должны сделать с вопросом «Кто?» — это подробно разобраться с тем, как каждый из персонажей будет действовать в рамках ситуации и почему. Это поможет вам:       а) узнать новые детали о самой экшн-сцене;       б) облегчить себе впоследствии непростую задачу «вжиться» в своих персонажей, «накинуть их шкуры» и сыграть их роли перед читателем.       Итак…       Драка на ножах, да? А умеет ли ваш герой драться при помощи ножа? Или ему будет сподручнее схватить какую-нибудь ветку/оглоблю и отмахиваться ею от ножа противника? А не вспомнит ли он в первую очередь именно о магии?       Вам потребуется к этому моменту знать очень многое об умениях, знаниях и характерах ваших героев. Прыжок на десять метров? Так, ваш перс это умеет? И ног при этом не переломает? И если да, то почему? Обоснуй, пожалуйста, в рамках закона придуманного вами (или автором канона, если речь о фанфике) мира. Что вы будете делать потом с этим зверем Обоснуем — дело десятое: приручите ли, на цепь посадите ли, выпустите ли пастись в чисто-поле… То есть вы можете где-нибудь в предыдущих главах ввернуть что-нибудь на эту тему или вставить обоснуй непосредственно во время действия, например:       «И Марк с небрежной грацией взвился в воздух на добрых двадцать метров в высоту. Очи его противника округлились, рот распахнулся от недоверия. Ему даже хотелось протереть глаза — ну не способен на это человек! Однако же он не знал, что Марк был одним из подопытных в эксперименте по развитию особых способностей организма урождённых ладигийцев — мало того, он был гордостью его организаторов…» — и так далее.       Кроме того, есть ещё такой замечательный приём, который иногда можно использовать: описывать события, словно увиденные глазами его участника, мало что понимающего в подноготной происходящего. Персонаж чего-то не знает? Или не считает достаточно важным, чтобы обратить на это внимание вовремя? Так и не разжёвывайте это в тексте раньше времени! Пусть те, кто будут читать вашу экшн-сцену, смогут пребывать наравне с героем, э-э… В двойной мере, так сказать. Это можно сделать для того, чтобы возбудить интерес, а потом опровергнуть или подтвердить догадки читателей, пытающихся представить облик зверя Обоснуя по его следам — показав им его во всей красе, но позже.       И не забывайте о психологии ваших героев! В динамичных сценах неизбежны стрессовые ситуации, не только для тела — но и для духа. Заранее представьте себе, как реагирует на опасность человек такого склада ума, каким обладает тот или иной ваш персонаж (и тут не помешает пораскинуть мозгами — а каким же, собственно, складом ума он обладает?).       Ещё попытайтесь «спросить у персонажа», насколько для него привычна опасность и резкие перемены обстоятельств, окружающей действительности — он простой обыватель или же он каждый день ещё до завтрака привык разминаться, побеждая пару-тройку врагов?       Задумайтесь, может быть, он из тех, кому легче мыслится в сложной обстановке? Или же ваш герой начнёт «тормозить», а то и впадёт в ступор? Будет ли он в момент душевного напряжения «истерить» — или соберётся, возьмёт себя в руки? Для него мир вокруг предстанет размытым — или, наоборот, обретёт кристальную ясность благодаря выбросу адреналина в кровь? Будет ли ваш герой совершать в пылу опасности глупые ошибки, какие ни за что бы не совершил в спокойной обстановке — а может, он в такие моменты входит в некий «сверхлогичный», «холодный» режим, в котором действует предельно эффективно, хотя он по жизни раздолбай раздолбаем?       Множество подобных вариантов предстанет перед вами. Десятки всяческих «или». А вам, писателю, останется лишь сделать правильный выбор, исходя из своих целей и предпочтений.       Ведь есть герои, которые во время драк и сражений думают особо чёткими, отрывистыми фразами.       Есть те, которые начинают невольно думать на какие-то отвлечённые темы.       Есть и те, кто перестают думать вообще: у них остаются лишь ощущения, информация от пяти чувств, поступающая и обрабатывающаяся интуицией в «режиме реального времени» — а вот рассудок и логика отключаются напрочь. У таких персонажей просто не может быть связных и пространных мыслей.       Тут для вас главное, скажу снова и, возможно, буду повторять это ещё не раз — поставить перед собой правильные вопросы и быть в состоянии самим на них ответить. Самим представлять, что происходит и почему. И этот алгоритм применим ко всем вопросам.       Хорошо, поехали дальше…

4. Вопрос «Как?»

      Один из самых сложных вопросов. Тут вам не раз придётся «сходить в библиотеку», изучая выбранный вами для героев тип оружия, а может — продумывать систему «вашей собственной» магии. Или изучать очень много всяких сопутствующих вопросов: например, про баллистику и криминалистику, если на страницах вашего опуса разворачивается остросюжетный детектив. А то будут в тексте лишь куцые, невнятные и плоские описания вроде: «И она кинула во врага фаербол, а тот увернулся». Десять однообразных страниц в таком вот духе могут отпугнуть любого, даже самого снисходительного читателя.       Кстати, проблема недостатка описаний может остро вставать перед авторами особо «торопливых» ТИМов, вроде «Гексли» — они сосредоточены на сюжете и, придумав его и «прожив», им уже скучно заниматься подробностями, деталями и всякими художественными моментами. И снова настигает их «Всадник Невыразительность» со своим разящим графитово-серым копьём…       Так что им стоит следить за собой наряду с неопытными авторами, которые пишут излишне коротко и невыразительно лишь по причине малой практики и неразвитой фантазии. (У «Гексли»-то с фантазией всегда полный порядок. А у моих знакомых представителей этого ТИМа её зачастую даже переизбыток.)       И как справиться с этой проблемой?       Лучше бы вам добавить как можно больше подробностей: как именно герой применяет тот или иной приём, что он при этом чувствует…       И не забывайте про то, что вы выяснили, задав себе вопрос «Где?». Помните, окружение может и должно влиять на то, ЧТО в нём происходит, и КАК оно происходит. Пусть ваши герои не стесняются использовать подручные предметы и обстоятельства: мебель для укрытия, помощь прохожих… Или же это «вороги» лучше будут ориентироваться в обстановке и использовать её в свою пользу? Палуба корабля, бассейн, лес, железнодорожный вокзал Лондона девятнадцатого века, поверхность астероида или пространственный карман с особыми физическими законами — всё это создаёт совершенно разные условия и предпосылки для вашего «Как?».

5. Вопрос «Когда?»

      Время — зачастую одно из самых больных мест для начинающих писателей. И особенно когда они пишут экшн-сцену. Я уже говорила, что во время активных действий для многих людей время словно замедляется. И что описания «экшена» требуют особой детализации и множества подробностей. Следовательно, динамичные сцены порой получаются длиннее, чем какие-нибудь повседневные, в которых темп спокойней и размеренней. И оттого «время экшена» растянуто, а «время вне экшена» идёт себе обычным чередом.       И тут же появляется новая проблема: автор не может согласовать эти два временных потока в своём произведении. А когда он пишет по-настоящему напряжённое произведение с множеством сюжетных линий и динамичных сцен, то у него «на руках» оказывается не два, а целый «ворох» временных потоков, которыми ему приходится манипулировать! Да что там, жонглировать! Коли автор не сумеет все эти потоки мысленно отследить и управлять ими правильно, он запутается сам и запутает читателей. И пойдут по страницам бродить ляпы вроде того, что драка началась на рассвете, длилась один час пять минут — а закончили драться герои лишь на закате. Или одна героиня сражается утром, вторая вечером — а «по сабжу» эти драки происходят одновременно. А уж если у вас остросюжетная сцена со многими участниками, то тогда вообще впору за голову хвататься — а ну, слабо или нет описать, что делает и чувствует каждый герой в тот или иной момент времени, да ещё так, чтобы читатель понял и проникся? И чтобы не получились извечные «пафосные речи перед нанесением удара» — проблема, которой страдают многие якобы динамичные произведения. Так как их авторы не могут передать, что те или иные действия происходят одновременно с какими-то другими. И поэтому «речи» у них крадут «страничное время» у событий и, собственно, у динамики.       Что же делать?       Да просто ответить для себя на этот вопрос о времени. Подумать, сколько времени будет занимать весь сюжет произведения, а сколько — та или иная глава и каждая сцена. Прикинуть, сколько занимают действия героев и что в это же время происходит в «мире за пределом границы экшена».       Опять же, можете составить себе шпаргалку на бумаге или в отдельном файле на компьютере. И при написании самой сцены вам уже будет легче. Вы сможете с уверенностью использовать фразы вроде «в то время как он» — потому что действительно будете знать и понимать, что происходит «в то время» и что это за время такое. И вам легче начнут даваться описания окружающей среды — ведь вы будете сознавать, в каком положении находится солнце (или солнца — вдруг у вас космоопера?) на небе и в какой фазе луна. А также: дождь уже начался или нет; включили ли фонари; начались ли пробки на дорогах, препятствующие погоне; не проголодался ли уже ваш герой; не ослабеет ли героиня с лёгким ножевым ранением за время битвы — вы ведь уже прикинули время, которое уйдёт на эту битву и подумали о том, сколько именно крови потеряет ваш раненный персонаж. Верно?       И вот вам ещё один маленький приём в помощь: «Примерно или точно». Это варианты того, как можно описывать время в вашем произведении в зависимости от ваших собственных способностей и склонностей.       Сначала расскажу о «точном времени». Сей приём, вернее тип повествования, идеально подходит для написания остросюжетных историй. Это когда автор способен виртуозно следить за временем, иногда до секунды — и за счёт этого нагнетать как напряжение, так и чувство достоверности происходящего. Подобный автор настолько точно и кропотливо способен «контролировать» и чувствовать время, что даже может в начале каждой сцены и /или главы написать, который час в этот момент по местному времени. И тогда читатель отлично поймёт, что когда происходит. Дело в том, что автор этот обладает замечательным чувством «объективного времени». И если в начинающем писателе есть зачаток этой способности, то его можно развить. Просто каждый раз задавая себе вопрос «Когда?» и отвечая на него. А дальше — дело практики.       Результат же стоит всех усилий — данный приём идеально подходит для написания приключенческих и остросюжетных историй. В качестве примера могу привести нескольких писателей, которые постоянно используют приём с «отсчётом реального времени» в своих произведениях, зачастую оперируя множеством сюжетных линий, показанных от лица разных персонажей, с которыми события происходят в одно и то же время.       Первый: Вадим Панов, автор серии «Тайный Город». Разве же его книги не годятся в качестве примера остросюжетной литературы? А умение его обращаться со временем просто роскошно. Пример этому можно найти почти в любой книге серии, отдельно цитировать даже не буду.       Второй: Камати Казума, автор серии лайт-новелл To Aru Majutsu no Index. Он почти всегда в каждой остросюжетной сцене указывает точное время: дату, час, количество минут — порой даже секунд! И пишет он именно динамичные произведения с множеством главных героев, да и второстепенных персонажей, которые действуют независимо друг от друга. Но при этом все временные потоки отлично увязываются в общий сюжет. Мне вот кажется, что это замечательная черта для динамичных произведений. Недавно довелось мне очень дотошно изучать третью главу пятого тома его произведения (так как я её переводила на русский язык). И в процессе не могла не заметить особое внимание этого писателя к фактору времени.       В главе присутствовали трое фокальных персонажей*. Большая часть «страничного времени» была «отдана» Акселератору (один из главных героев серии). Когда пришло время кульминации действия, развязки, автор замечательно показал, насколько время для этого героя замедлилось: последовали части, в которых время шло не на часы, как ранее, а на минуты, а затем и на секунды — когда герой выполнял в уме сложнейшие расчеты с феноменальной скоростью. При этом находясь в стрессовой ситуации и одновременно испытывая сложный ворох эмоций и душевных терзаний, тоже расписанных Камати Казумой. Ритм всё нарастал, пока не появилась сцена, объективное время которой было равно одной секунде. И тут же было дано описание этой же сцены через восприятие другого персонажа, который в эту самую секунду выстрелил в Акселератора. Затем субъективное время героев немного ускорилось, но всё равно, пока не прошла кульминация, автор не давал своим читателям расслабиться — подробно описывал происходящее чуть ли не в каждую секунду. Не сбиваясь притом со счёта объективного времени. Вся глава (пятьдесят с лишним страниц) заняла два часа этого самого объективного времени. Половина же её пришлась на срок в минут двадцать.       Третьим упомяну Скотта Вестерфельда с его подростковой серией «Полуночники». Дело в том, что там весь сюжет завязан на время. «По сеттингу» в полночь в определённом районе Земли наступает особый двадцать пятый час, который для всех живых существ (и предметов, естественно) длится одно мгновение, они его не замечают… Но только не для особого рода древних разумных существ, которые активны только в «лишнем часе», и тех обычных людей и животных, которые родились точно в этот особый полуночный миг. Герои серии — подростки, как раз родившиеся в полночь и проживающие в сутки один лишний час, при этом им приходится сражаться с его исконными обитателями, которые являются хищниками. Когда для всей планеты время останавливается, они продолжают жить, действовать как ни в чём не бывало... и даже обретают особые силы. Ясное дело, что для них очень важен суточный ритм, они живут от полуночи и до полуночи. И автор указывает время суток практически в каждой главе. Следует ритму жизни своих персонажей. А также не ленится расписывать то, как остро его персонажи чувствуют течение времени и как им ценна каждая секунда особого, «синего» полуночного часа, когда они живут наиболее полной жизнью — ведь это пик их приключений.       А чтобы не перегружать упоминанием разных дат текст, и так щедро «сдобренный временем», о месячных и годовых циклах Скотт Вестерфельд упоминает чуть более размыто, не акцентирует на этом внимание. Вот в каком году происходят события, он рассказывает не прямо, а вводит в текст намёки на это, говорит окольно. Например, сообщает, сколько лет прошло с года смерти Ады Лавлейс – реально существовавшей исторической личности, чьё имя играет определённую роль в сюжете второй книги. Привязка к чему-то реальному в фэнтезийном произведении — это всегда полезно. Придаёт чувство достоверности странным и невозможным событиям. Но додуматься до привязки именно к датам и выполнить свою идею так ненавязчиво… Снимаю шляпу перед этим автором. Очень бережное и виртуозное использование временного фактора!       Подытоживая всё вышесказанное: приём «точного времени» заключается в том, чтобы как можно чаще упоминать о том, который час и когда именно происходит то или иное событие — в начале каждой части, например, или заставляя ваших героев то и дело смотреть на часы, мониторы компьютера, сверять даты на чеках, проездных билетах и так далее. Заодно предварительно рассчитав, сколько длится каждая сцена в вашем произведении и сколько времени займёт каждое действие. Это поможет лично вам контролировать «временной поток» в сюжете и придаст достоверности (да и динамичности) вашему произведению.       Теперь расскажу о приёме «примерное время». Он подходит тем авторам, у которых попросту плохое чувство времени — из-за их склада характера. Такие люди и в жизни не способны чувствовать точное объективное время. Разве что на чисто интуитивном и примерном уровне. Начни такой автор расписывать точное время в каждой главе и части — и он наплодит страшных ляпов, не в силах уложить всё это в своей голове. Для него время очень и очень субъективно и никак иначе! Он мыслит примерными категориями: «Где-то в этот момент». Да, иногда он способен чувствовать его интуитивно, не рассчитывая, но никогда — точно. Цифры и числа для таких авторов — больное место. Подогнать события до точного часа и даже дня для них бывает невозможным. А то и попросту претит их натуре. Они исчисляют время не в общепринятых цифрах, а в ощущениях. Для них время не является частью реальности, которая определяет действие — а наоборот, действия и эмоции определяют время. Зато, надо отдать им должное, такие авторы отлично чувствуют течение субъективного времени своих героев. Иногда и не хуже того же Скотта Вестерфельда! И потому таким писателям не стоит себя ломать — у них ведь и не получится описать «точное время». Они вообще ничего не высчитывают точно — ни «в граммах не вешают», ни в секундах не меряют. А вот если они опустят упоминание точного времени, не будут его акцентировать, но в то же время ответят для себя на вопрос «Когда?», в смысле «А что происходит в это время, примерно?» — то им вполне удастся описать ход событий. Особенно если в тексте присутствует фокальный персонаж, на место которого они всегда могут встать.       И, хоть отсчитывать ход времени в секундах для них невозможно, они неплохо справляются с тем, чтобы посчитать его в ударах сердца своих героев…       Запомните, эти писатели — субъективисты, и они не способны почувствовать течение времени, кроме как пропустив его через фильтр чувств: а именно, «примерив сапоги» персонажа, который испытывает эти самые чувства. И пусть они не могут осознать стройной вереницы цифр и значений — такие авторы хорошо почувствуют естественный, природный ритм времени, который «чувствуют на своей коже» их герои. Время года и суток, меняющееся освещение и запахи, состояние организма и настроение, суточные колебания температур — они это смогут почувствовать. И описать. А поэтому вопрос «Когда?» им нужен лишь для того, чтобы избавиться от ляпов со временем действия, а не для того, чтобы дотошно его отследить.       Таким писателям я могу посоветовать смело передавать субъективное время героев, при этом слегка уводя на задний план объективное и точное время — и полнее, ярче описывая те моменты, в которых время для их героев замедляется. Не надо им упоминать часто который час. Просто стоит убедиться: они знают, что происходит с другим героем в тот момент, когда что-то важное творится с каким-либо из их персонажей. Это и будет их способ записать остросюжетные сцены в повествовании. И даже превратить в динамичную сцену какой-то чисто повседневный мотив — если они сами воспримут его как что-то волнующее и остросюжетное через призму чувств и мыслей их героев. Могу это гарантировать — ведь я и сама отношусь к типу авторов с отвратительным чувством «объективного времени». Да и являюсь настолько ярко выраженным представителем этого типа, что часто не знаю, какой сейчас день недели, сколько месяцев/лет прошло с того или иного события, у кого из друзей когда дни рождения, и даже — а сколько мне самой вообще лет исполнилось? Однако, используя этот приём, я, как правило, способна не допустить серьёзных временных ляпов в повествовании — даже в динамичной сцене.       Ещё одним способом скомпенсировать отсутствие в сюжете точного времени (привязки к датам и прочим цифрам) для выбравших этот способ изложения является введение в текст большого количества слов, по сути своей хорошо передающих последовательность действия и время примерное. Как то: потом, через некоторое время, мгновенно, незамедлительно, одновременно с этим, сразу, тотчас и прочие подобные этим.       Как же понять, который из этих двух подходов ко времени удобней именно вам? Очень просто: подумайте, как у вас дело обстоит со склонностью к точным наукам и математике. Насколько вы пунктуальны? Как вы воспринимаете время: через призму дат — или исключительно ощущений? Можете или нет вы уловить абстрактную красоту числительных? Если у вас плохо с математикой; если вы рассеяны и не любите планировать распорядок своего дня и давать временные обязательства; если вы, вспоминая о каком-то событии, думаете не о том, какой год и месяц тогда был, а о том, что вы тогда ели или о чём думали — то с большой долей вероятности вы относитесь к тому типу авторов, которым легче использовать приём «примерного времени», а не «точного».       Вот и весь список вопросов, ответ на которые поможет вам в написании костяка динамичных сцен, исключив большинство ошибок. Дальше я расскажу вам о некоторых практических приёмах — что же вам делать дальше, после того как вы ответили для себя на эти вопросы, на что обратить внимание.       Ждите советов по «второму блюду и салатам» после только что приготовленного «главного блюда»! ______________________       *Примечание для тех, кто может быть не знаком с этим понятием: если вкратце, «фокальный персонаж» — это такой персонаж, который являет собой эмоциональный центр повествования, на нём концентрируется внимание читателя, и зачастую именно с его точки зрения излагаются события в том или ином отрывке сюжета. То есть именно реакции и/или мысли фокального персонажа доминируют в сцене.