Редактирование, второй этап. Аперитив: внимание к ритму!
7 марта 2014 г., 15:27
Предыдущую часть статьи я завершила словами: «It`s a magic!».
А правда ли это «магия»? Нет, просто второй этап редактирования. Всего лишь рутинная работа по наведению лоска на ваше произведение, на каждую его сцену. Но эффект от неё не хуже любого волшебства.
На этом этапе вам предстоит несколько раз вдумчиво прочитать написанную вами сцену. Подумать, как что звучит и что можно в этом звучании улучшить. Например, не стоит ли переписать переходы между абзацами? Или вообще изменить разделение на абзацы? Почистить написание предложений: проконтролировать их длину, а также порядок слов и фраз…
У начинающих авторов, как и подчас даже у достаточно опытных, есть склонность писать или излишне длинными, или излишне короткими предложениями. А у опытных авторов часто те же проблемы, давно искоренённые ими в прошлом, продолжают всплывать именно в динамичных сценах. Они словно никак не могут подобрать для таких эпизодов нужный ритм. И эта проблема решается как раз во время второго этапа редактирования.
Последнее осложнение уже частично помогли предотвратить начальные этапы работы — со всеми этими играми в «вопросы» и с обогащением текста деталями и подробностями. Ведь написание излишне короткими фразами проявляется, когда у писателя просто имеются сложности с описаниями и нет достаточно деталей для того, чтобы представлять разворачивающееся действие.
Однако даже если у вас в тексте уже есть достаточно описаний и подробностей, вы всё равно не застрахованы от «огрызков предложений», раз уж вы к таковым склонны и коли вам сложно увязывать текст в единый, связный мотив.
Предположим, у вас излишне «рубленые», бессвязные фразы и предложения — тогда вам поможет объединение коротеньких предложений вместе по два-три. Как? Деепричастные обороты, союзы и наречия вам в помощь! Кроме того, пригодятся дополнительные «предложения-связки» между абзацами, призванные смягчить переходы. Косметический ремонт текста!
Сложнее дело обстоит с излишне длинными предложениями, к которым склонны очень многие авторы. Не то что с ними сложнее справиться — взяли и поделили каждое предложение на несколько коротких, если требуется. Вот и всё.
И опять тут вам могут помочь деепричастия. Каким образом? Видите у вас в тексте в напряжённой сцене предложение с деепричастиями? Прочтите и внимательно подумайте — нельзя ли деепричастный оборот выделить в отдельное предложение? И превратить деепричастие в глагол. Может быть там, где сейчас стоит запятая, лучше сработает точка? Нетрудно, не так ли?
Но! Сама по себе склонность к изложению мыслей длинными предложениями, да и вообще — к «растечению мысью по древу», может изрядно усложнить задачу написания именно динамичных сцен.
Отчего так?
Да просто существует такая штука, как «ритм повествования» и «ритм текста». Первое как раз определяется не только скоростью развития событий в сюжете, но и длиной абзацев, предложений и фраз в произведении. Второе – ещё и частотой чередования повторяющихся элементов текста: отдельных звуков, слов, сходным образом построенных синтаксических комплексов и синтагм*. (А также – повторяющихся образов и мыслей, но по поводу этой составляющей ритма в прозе давать какие-либо практические советы было бы куда сложнее.) И ритм в целом сильно влияет на то, будет ли та или иная сцена восприниматься динамичной или статичной. Ведь ритм — основа темпа. А тут нам требуется именно взвинтить темп… Так как это сделать, используя «ритм»? И что препятствует выполнению этой задачи?
Попробуем разобраться. Прежде всего, пойдём танцевать от противного. Что замедляет в восприятии читателя темп сцены?
Да, в первую очередь они, длинные предложения. И длинные абзацы. Получается «замедленный ритм». Неторопливый, созерцательный.
Вот ритм, в котором написана моя статья, не слишком подходит для динамических сцен. Он довольно медленный, я нередко пишу длинными предложениями, достаточно протяжёнными абзацами (не в данный момент, но бывает) и часто повторяюсь (так как повторение — мать учения, а опус этот про динамику, но вряд ли динамичен сам по себе).
То есть если вы хотите придать больше динамичности той или иной сцене, то длинные предложения — ваш несомненный враг. А также подробные, затянутые абзацы, насыщенные ненужными подробностями.
С ненужными подробностями вы уже, надеюсь, разобрались на предыдущем этапе редактирования.
Теперь же вам предстоит разбивать, дробить на части отдельные сложносочинённые предложения и перефразировать их, добиваясь более бодрого ритма.
И старайтесь писать более короткими синтагмами! Абзацы тоже можно сокращать — чем более динамичной вы желаете сделать сцену, тем короче можно делать абзацы. Пусть их будет больше, ничего страшного, но каждый из них окажется меньше. Так они быстрее читаются, легче воспринимаются.
Я уже упоминала про одну лайт-новеллу, верно? Лайт-новелла, или ранобэ, — жанр японской литературы, обычно предназначенный для подростков и молодых людей. Сюжет там практически всегда динамичный и приключенческий, язык достаточно простой, имеются иллюстрации, обычно в аниме-стилистике: всё для того, чтобы увлечь целевую аудиторию и облегчить её представителям чтение. Так вот, в ранобэ абзацы зачастую составляют всего из пары предложений — или даже из отдельных предложений, а то и фраз в самых напряжённых местах. Такое деление может помочь и для выделения самых важных моментов — абзац из одного коротенького предложения будет сильно выделяться из массива текста, позволяя таким образом создавать дополнительные акценты. И этот приём можно взять на вооружение любым авторам остросюжетных сцен.
То есть в моменты кульминаций сражений вы можете писать более отрывисто, «резво», чаще делить текст на предложения и абзацы — и тем поспособствуете созданию «живого», быстрого ритма, подходящего для остросюжетных моментов повествования. При этом сцены более размеренные и повседневные стоит писать с другим, более плавным ритмом — и так вы сможете сделать акцент именно на динамичных эпизодах.
Вторая причина «торможения темпа» сцены — это монотонность. Однообразие и размеренность ритма. Излишне ровное деление всегда скучно. Это относится к ритму и в музыке, и в изобразительном искусстве, и в литературе.
Поэтому могу дать ещё один совет: исключительно короткими предложениями и абзацами тоже не следует писать экшен. Это тоже в некотором роде неритмично. И общий темп опять же замедлится, читатель увязнет в монотонности. Лучше немного поиграть длиной абзацев, строк и предложений (как и вышеупомянутых синтагм). Где чуточку подлиннее, где покороче… А где и вовсе вставить абзацы длиною в пару строк. Или в одно небольшое предложение. Это придаст живости вашему повествованию.
Теперь позвольте мне поговорить о ритме, ещё сильнее углубившись в этот вопрос. И вплотную подбираясь… К поэзии! Почему? Да просто потому, что поэзия немыслима без ритма. А тут мы вроде как выяснили, что для написания остросюжетных сцен ритм особенно важен. Он должен отличаться от того ритма, которым написаны менее динамичные моменты повествования и вообще — более спокойные произведения.
И тут-то на помощь может прийти не только ритм, создаваемый длиной абзацев, предложений и фраз, но и ритм, который определяется знаками препинания, порядком слов и чередованием ударных/безударных слогов. Знакомо? Совсем как в поэзии!
«Но как же, — скажете вы, — разве поэзия не совершенно отлична от прозы? Разве же нет в ней рифмы и строго определённого размера, при помощи которых и создаётся ритмический рисунок стихотворения? И тем стихотворения от прозы как бы и отличаются…»
Это верно. Однако не всё так однозначно и просто. Вот есть, скажем, в поэзии такая форма, как «верлибр» — свободный стих. В нём нет ни размера, ни рифмы. Он не следует никакой метрике. Однако разве же это значит, что в таких стихах нет ритма? Нет и ещё раз нет! Поэзии без ритма не существует! Если кто-то пытается выдать стихотворение безо всякого ритма за верлибр — он просто не поэт, а всего лишь бумагомаратель. Ведь ритм в верлибре бывает весьма интересным, сложным… Но он просто не создаётся при помощи строго определённых алгоритмов, какие используются при написании других форм поэзии. Поэт, пишущий свободные стихи, не использует костыли рифмы и размера, чтобы твёрдо стоять на своих ногах. Чтобы создавать ритм.
Как же, в таком случае, ему это удаётся?
В основном при помощи врождённого или развитого богатым опытом чувства ритма. Ритмической интуиции. Такой поэт слышит у себя внутри определённое звучание стихотворения и подгоняет под него строки, слова и слоги будущего произведения, используя вместо какого-то из «хрестоматийных» размеров некий свой собственный. Так же как поэт, использующий в своей работе какой-либо размер, подгоняет слова стихотворения под него при помощи «чёткой математики слова», поэт, пишущий верлибром, должен подгонять свои строки под собственный, лишь ему слышный ритм. Он подбирает «на слух» чередование звуков, звучание и длину синтагм. При этом орудуя исключительно интуицией. Своим чувством ритма. И опирается он при этом лишь на свой опыт и вкус.
И это очень непросто.
Знаете, вполне возможно написать гладко звучащее стихотворение, не обладая сим загадочным чувством ритма. Попросту выучив назубок правила стихосложения и написав всё в точности по учебнику — подбирая рифму и дотошно высчитывая слоги. И такое стихотворение, особенно если его размер всем привычен, находится на слуху (вроде ямба или хорея), легко будет восприниматься публикой. Потому что ритм его знакомый, проверен временем, и все знают, как он читается и звучит. (Другое дело, что такое стихотворение всё равно может оказаться «мёртворождённым», недостаточно искренним и сильным, каким бы правильным ни был в нём размер.) А вот написать «годный» верлибр, не обладая развитым и тонким чувством «поэтического ритма», совершенно невозможно. Без пульса, чётко бьющегося в его голове, автор не сможет создать свой особенный ритм. Ему же надо знать, где этот ритм будет ломаться, меняться, где станет напевным, где отрывистым… А подсказок нет. Только поэт и ритм, наедине. И ничто им не поможет сойтись вместе, если автор где-то даст слабину, сфальшивит.
Такое исключительное чувство ритма очень пригодится любому поэту. И конечно, написать стихотворение (тем более, свободное), не читая его вслух, нельзя. Надо слышать его, чтобы подкорректировать ритм. Сверить реальное звучание с «музыкой стиха в голове».
Но только ли для написания поэзии годится этот способ? Нет, нет и ещё раз нет! Ритм в прозе тоже может играть определённую роль, и я не вижу причин, по которым некоторые приёмы, используемые при написании стихов, нельзя было бы использовать в написании прозы. Именно для того, чтобы кое-где подправить ритм, приведя его в соответствии с тем, что наиболее удачен для каждой сцены и произведения.
В частности, при редактировании прозы рекомендую хотя бы раз или два прочесть её вслух с выражением. Тут же станет ясно, за что «цепляется» язык, обо что повествование спотыкается, где ритм провисает, а где запинается — или бросается вскачь, отбивая пульс сюжета резвым перестуком слогов-копыт.
Да, одного только прочтения вслух маловато… По сути, прозаик тут встаёт на место автора, пишущего стихотворение верлибром — он точно так же вынужден опираться на своё внутреннее чувство ритма. На ритмическую интуицию.
А что делать, если этого чувства нет? Ну нет такого таланта, и всё тут! А всяческие «фонетические единицы» и «синтагмы» для вас всего лишь бессмысленная абракадабра, которую вы не можете осознать и прочувствовать — знания из учебников остаются мертвым грузом, не способным помочь с написанием и редактированием текстов.
Ну, надо сказать, что чувство ритма постепенно может прийти с опытом. Если есть изначально хотя бы слабый зародыш этого чувства, его можно вырастить и развить. При помощи чего же можно «удобрить» сей нежный росток?
1. Опыт практический. Как можно чаще старайтесь редактировать ваши произведения, читая их вслух. Под лежачий камень вода не течёт. А начать совершенствоваться в ритме стоит именно с этого.
2. Опыт практически-поэтический. Если вы пишете стихи — то это же замечательно! Это даст вам необходимый стартовый толчок. Нет, специально ради этого писать стихи не стоит — а то вы вольётесь в ряды недопоэтов, лишь насилующих читателей отрыжкой собственных бесплодных потуг создавать поэзию. Но если вы всё равно занимаетесь стихосложением по требовательному зову души, то можете радоваться — вы будете способны применять свой практический опыт, наработки и в прозе тоже!
3. Опыт теоретически-поэтический. Вообще читайте как можно больше хороших чужих стихотворений! По-настоящему качественных. А не вышеупомянутую отрыжку бесплодных потуг… Великие мастера поэзии, чей ритм вам окажется близок. И даже современные поэты-любители, если найдутся те, что вам понравятся… знаете, я и на ФикБуке нашла для себя нескольких авторов, способных создавать свежие стихотворения с приятным ритмом. Одна из этих авторов и верлибр пишет… А я тут недавно. Так что да, есть шансы воспитывать в себе поэтическое чувство и при помощи сети, хе-хе.
4. Опыт практически-теоретический. Выучите кое-что про правила стихосложения и различные поэтические приёмы с тем, чтобы употреблять их в прозе — как ни странно, аллитерацию, анафору, ассонанс и прочие подобные приёмы можно с успехом применять и к прозе! Скажем, вот то, что я говорила о разбитии предложений на маленькие части для ускорения ритма — разве же это не самая настоящая парцелляция? Так почему бы не заглядывать почаще в учебники стихосложения в поисках полезных приёмчиков?
5. Опыт музыкальный, как практический, так и теоретический. Человек, разбирающийся в музыке, особенно тот, кто её исполняет или сочиняет, уже заведомо обладает некоторым чувством ритма и развивает его, верно? Так что познания в музыке или просто хороший музыкальный вкус многое вам могут дать и в плане литературно-прозаического сочинительства.
Итак, подведу промежуточные итоги… Для того чтобы контролировать ритм своего произведения, вам могут пригодиться приёмы из поэтического арсенала, которые можно применять сознательно или воспитывать в себе способность применять их интуитивно и практически машинально. В чём вам поможет начитанность (особенно поэтическая); знание правил стихосложения; а кроме того — музыкальность в том или ином её виде: полезно слушать хорошую музыку, разбираться в ней и, тем более, иметь опыт исполнения или написания таковой. Это может дать вам неожиданный бонус и на литературно-прозаическом поприще.
А также, далеко не в последнюю очередь, вам стоит взять в привычку читать вслух ваши произведения при редактировании. Тогда и понять, удаётся ли вам выдержать какой-нибудь добротно-синкопированный ритм (и что следует сделать, чтобы это удавалось), будет легче.
Вот ещё один практический совет: если у вас возникла проблема с ритмом, попробуйте во время написания или редактирования динамичной сцены слушать музыку — живую, бравурную, ритмичную и красивую. Частная версия этого совета от одного из опрошенных мной авторов (при этом очень хорошего автора, поклонником произведений которого являюсь я сама):
«Попробуйте выбрать музыкальное произведение с ударными, ведущими медитативный ритм — например, с шаманскими бубнами».
И не бойтесь почаще экспериментировать с ритмом! Это поможет вам найти или выработать свой собственный стиль — в том числе стиль для написания динамичных сцен.
Продолжение следует...
________________________________________
* Синтагма: минимальная интонационная единица. Фонетическое единство, выражающее смысловое целое в процессе речи-мысли и могущее состоять как из одной ритмической группы, так и из целого ряда их.
Минимальная по длине синтагма – словосочетание. То есть два слова уже могут быть полноценной синтагмой. А вообще, синтагма может состоять из достаточно длинных фраз, которые при прочтении вслух обычно произносятся «на одном дыхании», не прерываясь долгими паузами. Текст делится на синтагмы в зависимости от смысла слов и их сочетаемости, а также знаков препинания. По смыслу и интонации.
Объём конкретной синтагмы определяется не только реальным употреблением слов в связке, но и самой сочетаемостью — возможностью объединения предметов, признаков и процессов окружающей действительности. Насколько хорошо сочетаются слова по смыслу, можно сказать. Подробнее можно прочитать тут: http://russkiyyazik.ru/825/