Бунтарка

- Можно было и не отвечать, - вздохнула кареглазая. А голубовласая продолжила вдавливать парня в пол, который, в свою очередь, странно улыбался и мило протягивал имя девушки, возвышавшейся над ним.       Через пару минут в дверях появился парень с розовой непослушной шевелюрой на голове. На лице светилась улыбка удовлетворенности, будто все, что только он хотел, вмиг исполнилось. В общем-то, все так и было. Серо-зеленые глаза сверкали от счастья. Он хоть и был нормальным и добрым, но являлся таким бабником, что не словом сказать, не пером описать. - Джу, отпусти ты уже Грея, а то он уже растаял под твоим напором, - сказал он, смотря на своего темноволосого друга, что пластом валялся под ногами голубоволосой фурии. Парень, одетый в несколько кофт, поднялся и прошел с Драгионом к последним партам второго ряда. – О, Эшли, опять на драку нарвалась? – начал насмехаться над златовласой парень. - Драгион, завались, иди со своими потаскушками в постели прыгай. А, хотя нет, я сейчас тебя кастрирую, чтобы хотя бы часть девушек спасти от твоих извращенных наклонностей! - Какая ты добрая однако, Люсьена, - с сарказмом произнес он и подошел вплотную к девушке. – Так и хочется поизвращаться над твоим невинным телом. Ах, нет, мы же уже, как два года не невинны. – Люси замахнулась кулаком и практически ударила его под дых, но он схватил ее за руку и прижал к парте. – А ведь ты никому не рассказывала… - его лицо украшала хищная улыбка, в то же время устрашавшая окружающих. Эти слова никто не слышал, кроме Эшли и Драгиона. В карих глазах девушки какое-то время метались страх, ненависть и жалость… - Драгион, отпусти ее, по-хорошему. – Спокойно пробормотала КингРоуз. Розоволосый вопросительно посмотрел на Леви, а потом перевел взгляд на Люси. Сейчас ее глаза скрывала золотистая челка, ладони были сжаты в кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев, а длинные ногти впивались в нежную бледную кожу. Она свободной рукой дала ему пощечину. Он выпустил вторую руку, на щеке красовался отпечаток хрупкой ладони девушки. Барышня замахнулась свободной рукой, и все же ударила его по животу. - Какой же ты козел, Нацу Драгион, - процедила сквозь зубы девушка. Сейчас казалось, будто это не она, как и в том переулке. Ее глаза сейчас с гневом смотрели на розоволосого, зрачки сузились и стали словно кошачьими. Девушка лишь шепотом сказала, так, что услышал только парень: - Не трогай больше Люси. Это удивило его. Эшли была не сама собой. Одержимая ли она духом, или просто двинулась умом, он не знал. Они были знакомы столько лет, дружили (в прошлом), но такого никогда не было.       Она вышла из класса и медленно направилась на крышу школы. Зрачки приобрели нормальные форму и очертания, но в голове ворочались странные мысли. Опять же определенный период времени выпал из памяти. Она помнила лишь то, как пыталась ударить розоволосого придурка, а дальше – воспоминания будто сокрыты туманной пеленой.       Пройдя через множество коридоров, она добралась до места, где любила проводить школьные нудные дни больше всего на свете. Этим местом была обожаемая девушкой крыша здания. Блондинка понимала, что за пропуски уроков учителя могут позвонить отцу. Но ей было глубоко начхать. Пусть он опять начнет избивать ее, пусть он ее… как в тот раз… не хотелось вспоминать тот роковой день.       Легкий весенний ветерок остужал загруженную голову, расслабляя тело и успокаивая душу. Он игриво трепал золотые, как солнце, волосы девушки. Карие глаза смотрели вдаль, на горы, окружавшие город. Она вспоминала то, что случилось давно, но до сих пор будоражило её мысли, накатывая волною печали, как и сейчас, в этот момент. Потеря мамы, канувший в Лету добрый характер и перебранка с Нацу, что и прекратила их дружбу. Да, он был единственный, кто практически всегда был с ней, но лишь одна ссора изменила их и забрала все, оставив ни с чем… Драгион тоже сильно изменился, стал агрессивнее, так и хочет сделать больно Эшли. Вы наверняка когда-нибудь, да хотели послать все проблемы к чертовой бабушке и укрыться от всех невзгод. Кинуть все и убежать, уехать от этого. Начать свою жизнь с нуля… Но зачастую это оказывается просто невозможным...       А тем временем в классе. - Драгион, ты дебил?! Кто тебя подталкивает на подобные поступки?! – гневно потрясая голубой шевелюрой, кричала низкорослая девушка на розоволосого. Последний же просто сидел, погруженный в собственные мысли. Все же ему было интересно, что происходит с его подругой, общавшейся с ним с детства. - Гажил, успокой Леви, - подошла к парте голубоволосая девушка с ультрамариновым цветом глаз. Редфокс одобрительно кивнул и потянул на себя кареглазую, посадив на колени. Та старалась вырваться с криками на подобии: «Айрон, руки убери, я этому дебилу все драгоценности пообрываю, чтоб тебя!!!», но длинноволосый проигнорировал ее слова. – Нацу, - опять начала подошедшая девушка, - что на тебя сегодня нашло? Обычно ты никогда не срывался на Люси и клялся, что никогда этого не сделаешь. Ты понимаешь, что не смог сдержать обещание? Причем это первый раз, когда не смог этого сделать. Мы, конечно, смирились с тем, что ты стал шастать по бабам, - все еще спокойно говорила девушка, но потом все же схватила его за галстук, дернув его резко к себе, прорычав. – Но Люську мы в обиду не дадим. И ты ведь это прекрасно понимаешь! - Понимаю, я просто сам не знаю, что на меня нашло. – Он скрыл свое лицо за розовыми прядями, свисающими на глаза и скрывающими их. Джувия отпустила его, слегка, оттолкнув. В голове он все еще прокручивал слова блондинки. Хотелось с ней поговорить, но гордость не позволяла. - А ведь, Джувия-чан права, - протянул черноглазый парень, на что девушка шикнула. – Попробуй извиниться, - брюнет сидел, оперевшись о спинку стула и положив ноги на парту. Драгион подпер кулаком подбородок. - Слушай, а Сердж дело говорит, - поддержала все же Мидзу Грея, а именно так звали парня, который начал, умиляясь, кричать и захотел заключить в объятия девушку, но та остановила его, ударив ногой по лицу. Именно так этот не любящий холода парень опять оказался на полу. – Вот только не "попробую", а обязательно извинись! – Розоволосый про себя сказал: «Будто это так легко сделать», но в реальности просто кивнул.       Драгион встал из-за стола и, под испепеляющие взгляды, которые метала в него маленькая кареглазая девушка, вышел из класса. Урок должен был начаться минут через десять, но идти на него категорически не хотелось. Наверняка, вам ли не знать того чувства, когда идешь по коридорам длинным, не зная куда, но будто ощущаешь в каком именно направлении тебе надо идти. Хотя, он понимал, куда любила ходить златовласая девушка, дабы остаться наедине со своими мыслями и чувствами.       Коридоры, повороты, ученики, учителя, парочки, ботаники – обычная обстановка обычной школы. Лестница, еще повороты, опять коридоры, становится тошно смотреть на эти без конца повторяющиеся и до ужаса похожие друг на друга места. И вот – последняя лестница и заветная дверь. Кажется, что ты шел целую вечность по какому-то длинному коридору, и лишь сейчас достигаешь такой заветной цели.       Он подошел к железной двери и открыл ее. Ослепительный солнечный свет заставил зажмуриться. Чистый воздух с ароматом вишни заполнил настолько сильно привыкшие к душноте помещений легкие, что ты чувствуешь какое-то облегчение. Он прошел на открытое пространство, называемое крышей школы.       Осмотревшись вокруг, взгляд его серо-зеленых глаз упал на спящую блондинку. Красивое умиротворенное лицо, окровавленные белые бинты, перевязавшие хрупкое тело. Он знал о ней все, практически все, только лет до пятнадцати. Лишь один случай разорвал их крепкую дружбу. Обычная ссора привела к ненависти. Парень решил не будить ее, а подождать, пока златовласая проснется сама.       Все то время пока она спала, то и дело с её губ срывался нечленораздельный шепот, который постепенно увеличивался в своей громкости. Драгион никак не мог разобрать, что же она шептала.       Урок уже начался двадцать минут назад, и стремительно приближался к своему завершению. И лишь последние прошептанные ею слова повергли в шок Нацу… - Папа… нет… - на ресницах её крепко сожмуренных глаз показались слезинки. Тонкой соленой дорожкой они медленно скатывались по щекам или скрывались в окровавленных бинтах, увлажняя их. Заканчивался их путь быстрым падением на землю, где они разбивались на мельчайшие капельки. – Нет! – громкость голоса девушки уже начал переходить на крик. Розоволосый уже собирался разбудить девушку, вытащить из ужасного сна, но… - Нет! Нацу, помоги… - карие глаза резко распахнулись. Они с немым страхом и застывшим ужасом сейчас смотрели на шокированного Драгиона. По его лицу было ясно: он знал, что ей снилось, но он не знал, что она звала его тогда… в тот день… два года назад. Чувствовал, но не знал. – О, Драгион, ты что тут делаешь? – уже утерев внезапно вырвавшиеся слезы, как ни в чем не бывало, спросила Эшли. - Да так, мимо проходил, - невинно ответил он. - Кому ты, придурок, лапшу на уши вешаешь? Какой нормальный человек слово «мимо» будет сравнивать с расстоянием, равным в добрую половину школы? А, ну да, ты же ненормальный… - она хотела вывести его из себя не просто так, ей просто доставляло удовольствие делать это. - Эшли, если ты хочешь нарваться, так я с радостью помогу тебя с этим. – Сурово посмотрев на подругу детства, сказал Нацу. Он, от части, привык к ее язвительным разговорчикам. Но и бить ее в таком состоянии не хотелось. - Да ладно тебе, Драгион! – сказала она. Упомянутый думал, что она сейчас пойдет к выходу с крыши и направится на следующий урок, но он ошибся. – Один из сорока восьми пыточных приемов – «Подкрутка болтов», - она внезапно прыгнула к нему на плечи, сделав захват ногами такой силы, что тот слегка согнулся. Сжав руку в кулак, она резко подставила ее к виску и начала со всей силы крутить ее, будто пытаясь проделать дырку в голове бедного Нацу. Парень, как человек не очень любящий земную поверхность, от неожиданности отшатнулся и чуть не упал, но все же выдержал блондинку, которая оказалась не такой уж тяжелой ношей. – Теряешь форму, бабник хренов! – сделала замечание девушка розоволосому. В конечном счете, поиздевавшись над ним и его терпением, она слезла и направилась к выходу. – И еще: не морочь себе голову по поводу того, что произошло. Просто, не трогай меня. Я сама смогу справиться со своей жизнью! Честно, и смогу… - и она вышла за дверь.       Последнее, что она услышала, так это слова Драгиона, которые были произнесены с укоризной, но с улыбкой: - Дура ты, Эшли. Она улыбнулась и спустилась быстро по лестнице, понимая, что прошлые времена, когда они были хорошими друзьями, уже не вернуть…