Чёрное и белое

Je te laisserai des mots (slowed + reverb) —

Patrick Watson

      На следующий день после танцев Келли Браун проснулась едва ли не позже всех в комнате девочек.       Понемногу тихие разговоры, мягкие шаги и то и дело открывающаяся входная дверь начали будить Келли. Сон отступил, и девушка разлепила тяжелые веки, в глазах спросонья всё плыло. Тяжело вздохнув, Браун заметила только то, что кровать справа пуста, а значит — Гермиона как всегда встала пораньше. Гриффиндорка отвернулась на другой бок и с головой закуталась в тёплое одеяло, снова намериваясь провалиться в дремоту.       Но тихое щебетание студенток, суетившихся с утра, не давало заснуть снова. Мысли в голове становились всё чётче и осознанней, плавно перетекая из одной в другую.       «Пить хочется. Сейчас бы стакан холодной воды. Выпила бы залпом… Лень вставать… Но так хочется пить. Нужно встать».       Откинув одеяло в сторону, Келли уселась на кровати, спустив ноги на пол. Она тупо уставилась перед собой, всё ещё пребывая в сонном состоянии.              «Голова не болит. Это хорошо».              — Доброе утро, — послышалось со стороны противоположно стоящих кроватей.       — Браун, ты раньше всех легла и позже всех встала, как так?       — Ты вчера знатно выпила или что? Всё самое интересное пропустила.       — Ой, это точно! Там этот придурок-Крэбб с кем-то драку хотел затеять. Кстати, с кем?       — Да плевать на Крэбба! Вы Паркинсон видели? Я её случайно в коридоре встретила, вся в слезах была. Лицо аж почернело от размазанной туши.       — Охренеть, это кто ж её довел так?       Гвалт голосов ввёл Браун в ещё больший ступор, она тупо уставилась на студенток, не прекращающих болтовню и попутно занятых утренней рутиной. Она начала переваривать информацию, несвязно вылившуюся на неё.       Крэбб и драка. Пэнси и слёзы.       Не то что бы эти люди были интересны Келли, и их личные жизни её волновали, но… Всё же она задумалась об этих двоих, опустив взгляд на свои босые ступни.       — Ты серьёзно спрашиваешь, кто её довел? — продолжали разговор гриффиндорки. — Пэнси вообще никогда не ревёт, а по пустякам так тем более. А значит, тут что-то серьезное и этим чем-то может быть только Малфой.       Произнесённая вслух фамилия резанула где-то между лопаток, заставляя тут же вскинуть голову.       — Малфой? — хриплым после сна голосом переспросила Келли. Едва имя слизеринца слетело с её уст, воспоминания вихрем пронеслись в голове.       Где-то в самой глотке отзывались удары сердца, сдавливая, не позволяя ровно дышать.       — Естественно, кто ещё? Не Забини же, — беспечно звучал ответ.       Но Келли не слышала, зрачки забегали, она прокашлялась и пригладила волосы, прикрывая ими шею. Девушка наспех надела тапочки и достала палочку из-под подушки.       Она шустро направилась в ванную, где дверь за ней захлопнулась чуть резче, чем стоило, но Браун это не волновало.       Гриффиндорка замерла, прислонившись спиной к дереву и прикрывая глаза.       Браун всё помнила. Вплоть до того момента, как умывалась и переодевалась накануне вечером, чтобы лечь спать. Мозг пребывал в туманной эйфории, она не мыслила тогда разумно.       «Нет, не правда. Это был сон. Сон. Как те самые…».       Как те самые реалистичные. Как же омерзительно прекрасно она врала самой себе. И сама же это осознавала.       Девушка решительно двинулась к зеркалу, откинув волосы назад. На шеи слева, где билась тонкая жилка, краснело алое пятно с бордовыми вкраплениями. На правой ключице то же самое. Холодными и немного дрожащими подушечками пальцев Келли провела по отметинам, едва касаясь их.       — Чёрт возьми, — одними губами произнесла она, не моргая, смотря на своё отражение. — Чёрт. Блять!       Браун отшатнулась от зеркала, глядя в свои распахнутые глаза. Она приложила холодные пальцы к губам, стараясь успокоиться. Всё было реально. Это было по-настоящему. Разрушающее осознание обрушилось на её плечи.       — Так, ладно, — девушка пару раз сжала и разжала кулаки, делая глубокие вдохи.       Когда дыхание выровнялось, Келли решительно взяла свою палочку с края раковины и направила её на злосчастные отметины.       — Эпискей, — прошептала она, и кожа в этих местах побледнела, приобретая вновь здоровый оттенок.       Келли слишком усердно тёрла лицо, умываясь, а зубная щётка царапнула десну до крови. Глаза пекло, горячая вода не согревала, по всему телу бегали мурашки.       Впервые Браун не могла понять природу своих чувств. Она пыталась, пыталась и снова пыталась. Но всё было бесполезно. Она не могла понять, почему чувствует себя так… погано. Почему чувствует, будто совершила предательство. Но кого она предала? Почему ей кажется, что она поступила плохо? И отчего она от этого «плохо» должна была отказаться? По какой причине она должна была сказать «нет»? И по какой сказала «да»?       Почемупочемупочему.       Голова кипела. Келли знала, что не всё может быть однозначно хорошим и однозначно плохим. Между чёрным и белым есть полутона. Она понимала людей, когда те поступали неоднозначно, могла найти причину и оправдание их действиям. Даже самым ужасным. Война её этому научила. Но… Саму себя она понять не могла.       Всю жизнь Браун могла дать чёткую оценку своим деяниям. Ей казалось, что она прекрасно сознает себя, её мотивы всегда были предельно понятны ей самой же. Но не в этот раз. До сегодняшнего дня она с таким не сталкивалась. И это пугало.       Как? Как она не может объяснить то, что сама сделала, то, о чём сама просила хриплым и возбуждённым голосом?       В дверь постучали, и девушка вздрогнула.       — Долго ещё? — послышался чей-то нетерпеливый голос.       Келли тут же пришла в себя, проморгавшись, она быстро выскочила из ванны, прошмыгнув мимо однокурсницы, едва не задев ту плечом.       Нет, она сможет разобраться в своих чувствах. Конечно, сможет. Просто на это нужно немного времени и хороший анализ на трезвую голову.       Как замечательно, что сегодня была суббота. Иначе, будь занятия, Браун сошла бы с ума прямо на уроке какой-нибудь истории магии.       Она быстро переоделась и спустилась в гостинную, оттуда — прямиком в школьные коридоры. На ходу накинула утеплённую мантию. Келли собиралась на квиддичное поле.       Морозный воздух студил, и кончик её носа похолодел, краснея, когда девушка шагала по внутреннему двору школы. Она хмуро глядела под ноги, стараясь ни с кем не встречаться взглядами, скользя между гуляющими учениками.              — Эй, Келли! Келли, постой, — послышался юношеский голос.       Девушка вскинула голову, когда откуда-то справа к ней подбежал улыбающейся Поттер. Он быстро обернулся через плечо и крикнул тому, кто ожидал его позади:       — Иди, я тебя потом догоню, — Гарри махнул рукой, провожая… Возможно, Рона. Келли не знала.       Её взгляд замер на Поттере, у которого немного сбилось дыхание, из-за чего с губ постоянно срывались облачки пара, волосы растрепал ветер, а побледневшее лицо было с таким же красным кончиком носа, как и у неё.       — Ну, привет, — он улыбнулся. — Кстати, ты завтрак пропустила, — шмыгнул носом Гарри, немного передёргивая плечами от холодного воздуха и опуская голову ближе к шарфу.       — Ага. Точно.       Парень секунду молчал, присматриваясь.       — Так… Ты на поле собираешься или…? — спросил он, внимательно следя за глазами девушки напротив. Что-то было в ней сегодня не так.       Она смотрела куда-то за его плечо, почти не моргая, глаза заблестели. Ох, Гарри… Он так дружелюбен, заботлив и мил. Сердце защемило. Ей было невыносимо жаль.       — Да, — коротко выдавила Келли с трудом, чувствуя ком в горле. Губы непроизвольно дрогнули.       — Так взяла бы Молнию у меня, ты же знаешь, что можешь брать её, когда угодно, — всё медленнее говорил Поттер, следя за реакцией подруги.       Девушка кивала на каждое слово всё с тем же стеклянным взглядом, тонкие брови нахмурились, Келли непроизвольно начала кусать нижнюю губу.       — Гарри, — судорожно вздыхая, пролепетала она, потупив взгляд.       — Эй, — Поттер мягко ухватил её за предплечья. — Посмотри на меня. Келли, прошу.       Браун взглянула на него исподлобья. Больше всего она боялась обидеть Поттера, сделать ему больно. Если он узнает… Он больше никогда не посмотрит на неё с тёплой улыбкой, будет отводить взгляд всякий раз, его общение станет прохладно вежливым, равнодушным, как с всяким мало знакомым человеком. Вероятно, в глубине души он будет её презирать. Созданная картина резала без ножа.       — Прости меня, — прошептала она, дрожащим голосом, слеза сорвалась с её нижних ресниц, обжигая кожу горячей дорожкой.       — Что? О чём ты?..       — Я… Я просто не знаю… Я не знаю, — лепетала Келли, отрицательно мотая головой, рассеянно глядя по сторонам, словно искала ответ в окружении.       Слёзы полились одна за другой. Встретив Гарри, она ещё больше запуталась в своих мыслях и чувствах. Всё это было донельзя противоречивым.       Поттер не раздумывая обнял девушку, прижимая ту к себе. Он не знал, в чём была причина её слёз. Но он знал, что видеть ему это невыносимо.       — Ну же, не нужно слёз, — проговорил он в её макушку, сам не ожидая того, как ласково прозвучал его голос. — Расскажи, что случилось. Кто тебя расстроил?       Ей казалось, что сквозь тёплую мантию и слои одежды, она слышала его гулко стучащее сердце. Но это было её собственное. Тёплые крепкие руки, поглаживали плечи в утешении.       — Я сама, — был её ответ, с которым на лице появилась горькая усмешка.       — Ты сама? — переспросил Гарри.       Он не видел ее лица, прильнувшее к его груди, но всё же почувствовал перемену в её голосе в лучшую сторону. Перенимая её настрой, парень тоже улыбнулся краем губ.       Браун согласно кивнула головой и аккуратно утёрла слёзы, слегка отстраняясь, чтобы видеть Гарри. Она выдохнула через рот, успокаиваясь, и быстро проморгалась, приходя в себя.       — Прости за… это, — она неопределенно мотнула головой.       — Брось, всё в порядке, — быстро ответил Гарри. — Тебе не за что извиняться.       Келли издала нервный смешок:       — Ну, да…       Всё ещё смущённый, Гарри запустил пятерню в волосы, растрепав те ещё больше.       — Пойдём-ка в Зал, ты выпьешь горячего чая и…       — Кофе.       — Как скажешь, — парень поднял руки в примирительном жесте. — Всё, что угодно.       Неожиданно Келли тихо рассмеялась. В тот же момент Поттер почувствовал облегчение.       — Ты позавтракаешь, а потом я вручу тебе Молнию, — продолжил он. — Как тебе план?       — Замечательно, Гарри, то, что нужно, — кивнула девушка.       Ему ещё прежде не доводилось видеть слёз на её лице, и это Поттера сильно смущало. Вернее будет сказать, Гарри смущало то, что он не знал, как действовать, и как он мог бы утешить Келли, ему казались нелепыми свои действия. Но тем не менее, девушка вновь улыбалась, несмотря на сквозившую во взгляде печаль, а значит, он хоть немного, да справился.       Поттер хотел было уже сделать шаг, но Келли его остановила.       — Постой, — произнесла она.       Гриффиндорка потянулась руками к его непослушным волосам, которые растрепал ветер и его собственные пальцы. Она аккуратно пригладила мальчишеские волосы, проходясь кончиками пальцев по вискам и макушке. От этих мягких движений, парень неловко потупил взгляд, стараясь сдерживать улыбку, но щёки предательски зарделись румянцем.       — Так-то лучше, — прокомментировала она, закончив.       В этот момент Гарри осознал, как приятна ему эта забота, как нравится ему её такая же несмелая улыбка. Он осознал, что не позволит никому вновь заставить её плакать. Только, если от счастья.       Двое направились в Большой зал.       — И как ты только подумать могла, что будешь летать на старом Чистомёте? — удивился он, когда оба уже заходили в Зал.       — У меня не искушённый вкус в мётлах, в отличие от тебя, — отшутилась Браун. — Кстати, ты не видел Гермиону?       Гриффиндорцы уселись за стол, на котором всегда появлялись угощения при желании учеников в любое время дня.       — Кажется, она сейчас в теплицах. Изучает корневую систему бубонтюберов, — важно добавил он, выставив указательный палец.       — Кто бы сомневался, — усмехнулась Келли, отпивая горячий кофе. Мерлин, и она ещё хотела пропустить завтрак. Кофе сейчас ей показался особенно вкусным, а круассан самым мягким и нежным, чего уж говорить о яичнице с золотистым беконом.       — Чёрт, — поморщилась она, прожевав тост. — Совсем забыла… Мне нужно готовить доклад по зельеварению. У меня ничерта не готово по нему.       — Сроки поджимают? — поинтересовался Гарри, очищая мандарин. Голодным он не был, свой завтрак он не пропустил.       — Угу, — промычала Келли, — спасибо, — переняла она фрукт от Поттера. — Нужно будет этим заняться.       Понемногу тревога отпустила её.       Кажется, день начал складываться гораздо лучше, чем Браун предполагала. Банальный завтрак привел её в чувство, а последующий полёт на Молнии и вовсе успокоил нервы.       Гарри оставил девушку, понимая, что той лучше сейчас побыть одной.       Несмотря на холодную погоду, согревающие чары ограждали гриффиндорку от ветра. Сидя на метле, она зависла в воздухе так высоко, насколько ей позволял инстинкт самосохранения. Квиддичное поле казалось ей небольшим блюдцем, а тёмное озеро впереди лишь крохотным зеркальцем.       Чувство вины сменилось неприязнью и тягучим раздражением к самой себе. Вчера она поддалась искушению.       Малфой. Грёбаный Драко Малфой.       Он вёл свою грязную игру, просто, чтобы потешить своё эго. Как он там сказал в библиотеке? Ах да, он просто развлекается. Она же гордо ответила, что не будет его клоуном.       И всё же им стала.       В голове не укладывалось, как этот человек мог сочетать в себе такие разные качества. Он пытался спасти её и уберечь на этом самом поле, он не оттолкнул её перед тем, как скрыться в кабинете МакГонаггал. И Келли казалось, что Малфой проявлял себя с хорошей стороны, он это мог. Но при этом слизеринец так бесцеремонно игрался с ней после. Всё было слишком запутано.       Да и она, Браун, не лучше, если честно. Она ведь приняла правила этой игры, так чему же ей удивляться? И вчера она её проиграла.       В представлениях Келли, если отбросить всё то, что было связано с жизнью Драко, он являлся обычным юношей. А обычные юноши, которые испытывают интерес к девушке, должны вести себя явно не так. Они ведь обычно ухаживают и проявляют знаки симпатии как-то более нормально, ведь так?       Именно поэтому ей казалась невозможной мысль о том, что Драко Малфой мог испытывать к ней самый настоящий интерес. Для неё это было исключено так же, как и мысль, что по-другому он себя вести попросту не умел и не знал как.       А Драко действительно не знал и не умел.       Отношения родителей не были ему примером, по крайней мере те, что он помнил всю свою сознательную жизнь. Он и Паркинсон — это вообще было сложно назвать хоть чем-то вразумительным. Отношения сверстников его вовсе не интересовали. Поэтому так и получилось, что Малфой-младший не умел вести себя иначе. У него сложились искажённые представления о взаимодействиях между юношей и девушкой.       Браун не знала его, как и он её. И у каждого было своё виденье, от чего всё превратилось в какую-то нелепую игру.       Сегодня Келли так и не решилась спуститься в подземелья, в класс зельеварения, чтобы начать свою подготовку к докладу.

***

Woman — Emmit Fenn

      Для Драко Малфоя суббота выдалась довольно мрачным деньком.       Накануне вечером, после разговора с Пэнси, он вернулся в Большой зал. Выпил залпом стакан огневиски, буркнул что-то Блейзу, и ушёл прочь.       Сегодня утром Малфой пришёл на завтрак раньше обычного и задержался тоже дольше обычного. Он тянул время, но гриффиндорка так и не появилась. Кажется, он и не ждал их прямой встречи и уж тем более диалога, но тем не менее весь последующий день, взгляд шерстил толпы учеников, ища русоволосую макушку.       Он хотел просто увидеть её. Даже зрительный контакт не был ему обязателен. Просто увидеть. Но этого так и не произошло.       Несмотря на поганую погоду, Драко выходил во внутренний двор, блуждал по школьным коридорам, заходил в библиотеку и листал первую попавшуюся книжонку, в то время как голова была занята другим.       Рука всё время покоилась в кармане брюк, где пальцы беспрестанно перебирали тонкую цепочку.       То, что произошло вчера… Малфой с трудом мог это объяснить, осознавая только то, что для него это не было игрой для развлечения заскучавшей души. Это было чем-то особенным. Чем-то в чём он нуждался столь долгое время, чем-то о чём тосковало его сердце. Это было необходимым удовлетворением, но не в примитивном смысле слова. Такое ты ощущаешь, когда наконец получаешь желаемое, но тебе этого так катастрофически мало, что в груди защемляет и хочется ещё.              Что творится с ним при мыслях об этой девушке, при из взаимодействии? От этого явно сносило башню, заставляя теряться в догадках.              Драко не мог понять природу своих чувств. Раньше с ним ничего подобного не было, и это, надо признаться, настораживало. Словно ты теряешь контроль над своим разумом, погружаясь в горячую, желанную пучину, но терять контроль Малфой не любил. Так противоречиво… Отчего-то ему казалось, что увидь он гриффиндорку сегодня, то все его шестерёнки наконец встанут в правильное положение, и тогда он всё поймёт и осознает. Но случиться этому было не суждено, оставляя Драко в пропасти неведенья.       Браун избегала его. Это было очевидно. В который раз. И, спрашивается, где эта грёбаная гриффиндорская смелость?       Суббота выдалась довольно мрачным деньком.

***

      Настал следующий день. В это воскресенье запланировано ещё одно школьное мероприятие. Первый в году квиддичный матч — Гриффиндор и Когтевран. Большой зал был украшен соответствующее.       Драко с иронией усмехнулся краем губ, когда над его головой развевался красно-золотой флаг.       — Может, всё-таки расскажешь, почему Паркинсон похожа на бледную тень самой себя? — ненароком поинтересовался Забини за завтраком.       — Всё кончено, — коротко ответил Драко.       Блейз лишь вскинул брови, понимающее кивнув. Он не глупый парень, пазл сложился сразу.       — Подробностей не будет, — не вопрос, а утверждение со стороны мулата.       Драко молчал какое-то время, медленно попивая свой чай, погружённый в размышления.       Мгновение спустя, решившись приоткрыть завесу, Малфой вынул руку из кармана, показав пальцы, переплетённые серебряной нитью.       Блейз смотрел на цепочку секунду-другую, а затем хмыкнул. Он помнил на чьей тонкой шее покоилась вещица. Большего ему знать было и не нужно. Он хлопнул слизеринца по плечу, слегка сжав то, и тихо добавил:       — Ну, удачи, брат, — на этом тема была закрыта.       Блейз Забини был единственным, кого Малфой мог хоть маломальски посвятить в подробности своей личной жизни. Блейз никогда не осуждал и не давал непрошенных советов. В такие моменты он был молчаливым, но понимающим. И Драко этого было более, чем достаточно. Этим Блейз ему и нравился. За это он его и уважал.       Сегодня Браун появилась на завтраке вовремя. Держалась непринуждённо, словно ничего и не было. И, конечно же, ни разу не подняла взгляда выше своего стола. Она улыбалась и смеялась над шуточками своих дружков.       Это раздражало до кончиков пальцев, заставляя челюсти сжиматься.       «Взгляни хоть один ёбаный раз, ну же».       Хоть на секунду. Ему бы этого хватило, чтобы прочесть всё в её зелёных глазах. В них он хотел увидеть хоть что-то, хоть какой-то отклик, чтобы стало легче.       Драко Малфой не любил неопределённости. Он хотел знать и понимать.       Без этого он не чувствовал контроля. И это было ему непривычно.       Ему это совершенно точно не нравилось.       Пожар горел в груди. Причиной была она.       Эгоистичный интерес сменился на нечто новое, что Малфою было пока неизведано, это нервировало, отчего пальцы тревожно барабанили по столу.       Тот самый вечер стал определённо особенным, тогда в нём что-то изменилось.       Драко никогда не удовлетворял девушек, сам оставаясь на вторых ролях. Он всегда был на первом месте, при этом каждый всё равно получал желаемое.       В тот вечер на первом месте была она. Не банальный оргазм. Она.       Её кожа была прохладным шёлком.       Потемневшие глаза — изумрудным омутом.       Тонкие пальцы — золотой клеткой.       А мягкие губы — самой нежной патокой.       Перебирая цепочку, он ощущал как скользят её мягкие волосы сквозь пальцы. Делая вдох, он чувствовал цитрусовый мандариновый аромат.       Драко прикрыл глаза.       Блять.       Что с ним?       Он целенаправленно искал её вчера, он признал это. И вот сейчас она перед ним, в десятке метров. Но, вопреки всему, он не мог смотреть на неё. Грудь сдавливало, а ворот рубашки душил.       Невыносимо.       Малфой поспешно покинул Большой зал. Блейз проследил за ним взглядом, покачав головой своим собственным мыслям.

***

      Life Is Good — P.MO, Mike Squires

      Время близилось к обеду.       Забини находился в классе зельеварения, не особо вдохновлённый он помогал Горацию Слизнорту в переписи ингредиентов для зелий и последних в частности. Бесцветным голосом он перечислял количество остатков бесконечных сушёных корней, растений, каких-то омерзительных лапок и Салазар весть чего ещё.       Украдкой мулат одновременно наблюдал за девушкой в самом углу класса, которая, кажется, и вовсе не обращала внимания на двоих, забаррикадировавшись кучей учебников.       Келли сосредоточенно строчила по пергаменту, бросая взгляд на лежащие рядом книги. Она задумывалась, быстро листала страницы, перебирала исписанные листы и вновь принималась писать. Тяжело вздохнув, она откинулась назад на спинку стула, закладывая перо за ухо. Чернильный кончик царапнул по её щеке, оставляя тёмную полосу на коже.       Блейз неслышно усмехнулся. Угораздило же Драко.       К великому облегчению слизеринца его работа подошла к концу. Он выслушал благодарность от Слизнорта и принял приглашение на сегодняшнюю встречу Клуба Слизней, которая пройдёт вечером, после квиддичного матча. Забини наскоро покинул класс, опасаясь, что его могут вновь попросить о помощи. Но похоже такое ему не грозило, так как и сам Гораций покинул кабинет сразу же за ним.       Мулат плюхнулся на диван в гостинной Слизерина, не веря, что нудное поручение было выполнено. Он закинул руку на спинку дивана и откинул голову, прикрывая глаза.       — Классно выглядишь, — послышался знакомый голос позади.       — Отвали, Малфой, — буркнул Блейз в ответ, не скрывая ухмылки. — Я заебался. Это был буквально самый скучный час в моей жизни.       — Даже скучнее твоих воскресных ужинов с матерью?       — У моей матери хотя бы сносное чувство юмора, — выпрямился парень на диване, встречаясь взглядом с Драко. — Кстати, тебе тоже не помешало бы, — сделал он акцент на этих словах, — сгонять в Зелья.       Малфой лишь вопросительно вскинул бровь.       — Получишь приглашение в Клуб на сегодняшний вечер, — заискивающее проговорил Забини.       — Меня это не интересует, — отмахнулся Драко.       Блейз шумно вздохнул, закатив глаза.       «Ну, ты и дебил, Малфой».       — Ну, тогда выполни ещё какую-нибудь скучную херотень, я не знаю, — раздраженно махнул рукой мулат. Упрямое молчание выводило его. — Иди, — с нажимом процедил он.       Драко с прищуром глянул на парня.       Забини никогда не принуждал Малфоя быть добропорядочным учеником, он и сам таковым не являлся.       — Ладно, — протянул Драко, в котором уже зародилось подозрительное любопытство.       Что-то тут не так. Это не похоже на Блейза. А значит — нужно действительно идти.       Когда Малфой скрылся за дверью, рядом со слизеринцем плюхнулся Тео.       — И чего этот Слизнорт к вам прикопался?       — Понятие не имею, — прокашлявшись, ответил Забини, скрывая за кулаком блуждающую ухмылку.

***

      Когда в очередной раз со скрипом отворилась дверь в класс, Келли мрачно отчеканила, не отрывая взгляда от своей работы:       — Профессора Слизнорта нет, он закончил работать.       Уже который ученик заходил сюда с одним и тем же вопросом, отвлекая гриффиндорку, которая раздражалась всё больше. В голове промелькнула мысль о том, что стоит закрыть дверь на замок.       — Очень жаль.       Келли замерла, недописав слово. Рука дрогнула, и на пергаменте появилась маленькая клякса.       «Чёртов Забини», — подумали оба, но с разным подтекстом.       — Знаешь, Браун, — вкрадчиво начал Малфой, — я тут задался одним вопросом. Почему ты избегаешь меня? — сходу начал он. — Думала, я не замечу? — со смешком произнёс он.       Его речь была плавной, тянущей слова.       Снова была надета маска. Драко Малфой вновь был бесцеремонным и нахальным.       — Как надолго тебя хватит в этот раз? — мягкий голос сквозил откровенной опасностью.       Её сердце забилось в самой глотке, зрачки забегали по столу, губы пересохли.       — Я не…       — Чушь, Браун, — отрезал Малфой. — Даже сейчас тебе не хватает смелости посмотреть мне прямо в глаза, — резче заговорил он.       В мгновение эти слова отрезвили, её губы сжались, и Келли без малейших колебаний вскинула голову, встречаясь взглядом с Драко.       Кривая самодовольная ухмылка портила его лицо, а острый взгляд стальных глаз пронзал, заставляя Браун выпрямить спину до болезненного напряжения.       Слизеринец крадучись направился вдоль парт, скользя кончиками пальцев по столешницам. Склонённая голова, мягкий шаг и невесомые касания были обманчивы, создавая вид беспечности и равнодушия. Но сжатые челюсти и гуляющие желваки выдавали его. А он и не особо скрывал своего настроя.       — Зачем ты здесь? — Келли держалась прямо, заставляя голос звучать твёрдо, пока похолодевшая рука с дрожащими кончиками пальцев отложила перо в сторону.       — Ты боишься меня.       — Вопрос на вопрос — это…       —… Это не вопрос, а констатация факта, Браун, — кажется, он был раздражён. Чёртовы кошки-мышки ему надоели.       —… Не вежливо, — процедила Келли, сквозь зубы, договаривая. — Как и перебивать.       Малфой приблизился, останавливаясь напротив её парты и упираясь руками в край столешницы. Теперь их отделяли лишь десятки сантиметров. Он хмыкнул, облизнув нижнюю губу кончиком языка и закусывая ту. Слизеринец покачал головой.       — Невежливо — трусливо прятаться в гостинной, ну, или за кучкой книжек, — интонация, с которой он говорил, так и сочилась снисхождением.       — Вот как, — протянула Келли, задыхаясь от возмущения. Она поднялась со своего места, оперевшись на руки так же, как и он.       «Чёрта с два, Малфой. Будем говорить на равных».       В сокращённом расстоянии между ними воздух был накалён, полыхая ледяным пламенем.       — Знаешь, Малфой… Мне кажется, во внимании к твоей персоне ты не нуждаешься, его и так предостаточно. Так, неужели без меня никак не справиться? — она едва держала себя в руках, шипя на него не как змея, но как загнанный зверь.       Её задели его слова. И ещё больше то, что Малфой был прав. Она боится. Но не его самого. А своих чувств к нему. Вот, что поистине пугало.       — Признаю, вниманием я не обделён.       Сколько напускного самодовольства, смотреть невозможно. Только вот на вопрос он не ответил. Ха-ха. Вот ты и прокололся, Драко Малфой.       — Очень рада, — процедила Келли. — Только жаль, что ты лжёшь. Особенно самому себе.       — С чего такие выводы, Браун? — не скрывая удивления, задал вопрос обескураженный Малфой.       Признаться, это его затронуло. Ведь она тоже была по-своему права. Внимания ему действительно хватало, но не её собственного. И она это прекрасно осознала прямо сейчас.       — Ты ведь сейчас здесь, — гордо продекламировала она, зная, что задела его такой же колкой правдой, как и он её.       Неожиданно Малфой издал довольно искренней смешок, скрещивая руки на груди. Ух ты, его рассекретили.       — Неплохо, — кивнул он головой. — Нет, правда, Браун, действительно неплохо. Твоя язвительность меня забавляет.       Но более того его удивляло, с какой легкость и одновременно уверенностью она преподносила ему обнажённую правду. И это было полной идентичностью его собственного поведения. Лишь несколько людей в его жизни могли вести с ним диалог в таком тоне — на равных, гордо держа подбородок. И вот теперь она тоже.       — Нечто похожее я уже слышала, — словно выплюнув эти слова, Келли начала поспешно собирать свои вещи.       — Опять бежишь, — следил за её движениями Драко. — Как предсказуемо, — скучающее протянул он, выпрямляясь.       Заносчивость Малфоя кипятила кровь в её жилах. Браун, застывшая на секунду, отшвырнула от себя сумку, в мгновение обогнула парту и встала ровно напротив, почти вплотную.

Play The Part — Two Feet

      — Предсказуемо? — прошипела она. И вот снова, как в старые добрые, её глаза метали молнии. — Чего ты от меня хочешь, а? Чтобы я бросилась к тебе на шею? Или, может, чтобы я бегала за тобой хвостом? Ты ведь к этому привык, не так ли?       Она стояла прямо перед ним, маленькая бестия. Её чуть ли не трясло от негодования, пока он невозмутимо наблюдал эту занимательную сцену. Малфой глубоко вздохнул.       — Ошибаешься, — неожиданно тихо и спокойно прозвучал его голос. — Именно этого я от тебя и не жду.       Буря в её груди так же неожиданно стихла.       Эти слова застали её врасплох. Её взгляд заметался, пока не остановился на серых глазах, изучая те и ища в них ответ, ведь теперь она окончательно запуталась. Кажется, она прежде ещё так долго не смотрела на Малфоя.       — Так чего же ты хочешь? — почти прошептала она, умоляя дать ей знать, чтобы наконец суметь разобраться в себе, в них обоих.       Но Драко молчал, и это было невыносимо мучительно.       Только сейчас он заметил росчерк чернил на ее правой щеке. Вот он, настоящий образец добропорядочного ученика.       Не сознавая, что делает, Малфой аккуратно потянулся к её лицу, от чего девушка едва заметно вздрогнула.       Её кожа похожа на прохладный шёлк.       Его ладонь легла поверх, мягко поглаживая большим пальцем скулу, стирая чернила. Браун в тот же миг зажмурилась, утопая в этом моменте. Голова закружилась.       Неподвластная себе и своим чувствам, она обхватила ладонь Драко своей и прижалась сильнее, впитывая каждое прикосновение.       Это было похоже на утоление жажды. На удовлетворение тоски. На разряд тока.       Она распахнула глаза, в которых было слишком много. И так же много было в его.       Малфой обхватил её личико второй рукой, где костяшки пальцев были перехвачены в два оборота серебряной тонкой цепочкой, которую Браун не заметила. Он склонился ниже, заглядывая в изумрудный омут.       — Я хочу, чтобы ты перестала бежать, — прислоняясь лбом к её, на выдохе, почти одними губами произнёс он в её распахнутые.       Ресницы Келли мелко задрожали, глаза застелила пелена, сама она едва дышала. Колени подкашивались, от чего Браун только сильнее сжала ладонь Драко, чтобы окончательно не потерять связи с реальностью.       Но это было неизбежно.       Мягко и мучительно нежно он поцеловал её. Так легко и невесомо, что почти нереально.       Нежная патока.       В голове было пусто и одновременно всё заполнено только им.       Кажется, именно так выглядел самый сладкий яд. У него были платиновые волосы, глубокий взгляд ртутных глаз и шоколадный одеколон.       Келли привстала на носочки, от чего Малфой притянул её ближе, не в силах прервать происходящее.       Для Келли это было сроди сумасшествию. Только что он так рьяно спорила с ним, готова была вновь спешно его покинуть, лишь бы не кипеть раздражением. Но стоило ему прикоснуться к её коже, стоило только прошептать: «Перестань бежать», как всё её самообладание рухнуло, словно карточный домик. Видимо, не так сильно она и хотела бежать. Видимо, она нуждалась в его внимании и присутствии так же, как и он в её.       Браун аккуратно обхватила шею Драко, словно боясь спугнуть, касаясь коротких платиновых волосков на затылке, от чего вдоль его лопаток побежали мурашки.       Золотая клетка.       Он поцеловал её настойчивее и глубже. Насыщение не приходило, усиливая жажду. Неожиданно подхватив девушку за бёдра, Малфой усадил её поверх парты, отчего у Келли вырвался рваный вздох.       Его жилистые руки с бледной кожей заскользили по её бедрам, слегка дёрнув на себя, чтобы контакт был так тесен и близок, насколько это возможно. Её ноги, обвивающие его, сводили с ума. Будь она сегодня в юбке, он бы точно тронулся головой.       Драко стиснул её бедро, перехватывая под коленом, чтобы крепче прижать к своему торсу. Другой рукой он обхватил её талию, едва задирая полы незаправленной рубашки. Этого было достаточно, чтобы большим пальцем он проник под ткань, где её нежная кожа была удивительно горяча. Его собственная на контрасте казалась слишком прохладной, отчего по венам пробежал электрический разряд.       Браун прогнулась в спине, когда его рука полностью забралась под ткань, увеличивая площадь контакта.              Кожа к коже.       Девушка сама потянулась к нему, ища мягкие губы, опаляющие её горячим дыханием.       Малфой большим пальцем очертил два круга, поглаживая кожу внизу её живота, задевая выпирающую косточку таза. Браун была так отзывчива, закусывая губу, не то всхлипывая, не то сдерживая тихий стон, и тогда он вновь её поцеловал.       Ему однозначно сносило крышу. Им обоим однозначно сносило крышу.       Её фигура, отчаянно прижимающаяся к нему, тонкие пальцы, блуждающие от затылка до ключиц, и сбитое шумное дыхание — это было запредельно.       Малфой перехватил Келли в пояснице, ведя второй рукой непрерывную линию от бедёр к талии, по позвонку и вдоль лопаток, к шеи, наконец, зарываясь пальцами в рассыпчатые русые волосы на затылке.       Он аккуратно обвил их вокруг своей кисти, сжимая ладонь в кулак, натягивая волосы девушки. Её голова послушно запрокинулась. На сей раз сдержаться не вышло, стон слетел с её раскрасневшихся и припухших губ, когда Драко коснулся нежной кожи на шеи. Его влажные поцелуи были похоже на медленную пытку, дыхание — на раскалённый металл.       Низ живота сводило сладкой и мучительной истомой, кровь шумела в ушах, руки дрожали. Браун непроизвольно качнула бедрами, сжимая те, в ответ на что получила укус в угол нижней челюсти, и сдавленное рычание на ухо.       Все её нервные окончания были напряжены до предела, каждое прикосновение было болезненно приятным. Поцелуи Драко стали хаотичными, более напористыми и страстными. И этого было катастрофически мало обоим.       — Чёрт побери, — едва разборчиво, хриплым голосом произнёс он, опуская взгляд вниз.       Она снова сделала это.       Сжала бёдра, между которых он стоял, бессовестно прижимаясь к его пульсирующему члену, двигая теми. И делала это так медленно, словно специально испытывала Малфоя.       Ещё пара движений и он кончит прямо в брюки, он мог поклясться. Он был уверен.       Маленькая бестия. С запрокинутой головой, зажмуренными глазами и закушенной губой.       Драко отпустил её натянутые волосы и приник с новой силой к губам Браун. Она была напряжена, как взведённая пружина, готовая выбросить разряд в любую секунду. Именно поэтому Малфой потянулся к бляшке своего ремня, коснувшись прохлады металла.       Дверь в кабинет распахнулась после секундного стука.       — Профессор Слизнорт, добр…       В тот же момент Малфой выпрямился, удерживая Келли ровно перед собой, закрывая её своей фигурой. Он лишь повернул голову в сторону дверного прохода, где застыла какая-то пуффендуйка.       — Ой… Я… Простите!       Едва она договорила, как девчонку словно что-то толкнуло в грудь, заставляя мгновенно попятиться на несколько шагов назад, прямиком в коридор, да так, что та чуть не запнулась о собственные ноги. Дверь тут же оглушающее захлопнулась, прямо перед её носом.       Малфой медленно повернулся обратно к Келли, напряжённые в один миг его плечи понемногу опустились, расслабляясь.       Браун ошарашенно смотрела на него. Он сделал это без палочки. Без единого слова вслух. Просто посмотрев.       — Как ты?.. — севшим голосом пробормотала она не напуганная, а заинтересованная.       — У меня были хорошие учителя.       И Келли сразу поняла, что речь не о Хогвартсе. Она решила не развивать эту тему, сейчас не время.       — Что ж, надеюсь, этой девушке не прилетело по носу, — лишь добавила она, смущённо вжимая голову в плечи.       Слизеринец перевёл на неё взгляд, и в его глазах Келли впервые увидела весёлые и озорные нотки. Девушка рассмеялась, пряча лицо в ладонях, нелепость произошедшего действительно её рассмешила.       Искренняя улыбка озарила лицо Драко, пока он наблюдал за ней.       Она впервые смеялась при нём и из-за него. На душе было… странно. Малфой уже и вспомнить не мог, когда он в последний раз вызывал искреннюю улыбку у человека. Забудем о подъёбках Блейза. Забудем пошловатые ухмылки Паркинсон. Забудем о печальных улыбках Нарциссы. Он не мог вспомнить.       — Вот чёрт, сколько времени? — неожиданно спохватилась Браун.       Она соскочила с парты, едва Драко успел сделать шаг назад. Девушка взглянула на настольные часы преподавательского стола — прошла половина обеденного времени.       Келли что-то буркнула себе под нос, ругаясь на саму себя.       — Мне нужно идти, — она в торопях собрала свои вещи, закидывая сумку на плечо.       Прощаться было как-то странно и неловко. Она не знала, что сказать и что сделать, поэтому лишь замерла напротив Малфоя, намереваясь уйти.       — Ну… увидимся, — пробормотала она, пожав плечом. А что ей было ещё сказать? Получилось несуразно.       Смущённая девушка двинулась на выход. Она замерла у самой двери, когда Драко произнес:       — Браун, — она обернулась, — до скорой встречи.       Келли хмыкнула, покачав головой, и скрылась в школьных коридорах.       Оставшись один, Малфой присел на край парты, шумно выдыхая. Он бросил взгляд на правую руку, где костяшки были перехвачены серебром.       Раньше с ним такого не было. До этого самого года с ним ничего подобного не происходило. Раньше всё было предельно ясно и понятно в отношении девушек. Но не сейчас.       Он никак не мог отделаться от мысли, что Браун видела в нём что-то такое, о чём он и сам не подозревал. Рядом с ней мыслить трезво было сложнее, а контроль сыпался песком сквозь пальцы.       Малфою не нравилось такое состояние, он привык держать разум холодным. Но с ней было иначе. И он хотел ещё.       Абсурд.

***

      — Опоздала, каюсь, — плюхнулась Келли на скамью в Большом зале.       — Ты как Гермиона — совсем теряешь счёт времени за учебниками, — произнёс Рон, ухмыляясь.       — Этот доклад сводит меня с ума.       Она ведь о докладе? Ведь так?       — Понимаю…       Келли была удивлена самой себе — как легко ей давались непринуждённые реплики, и как просто она отвечала друзьям, болтающем о предстоящем матче.       Перестать бежать.       Принять то, что имела.       Жить с этим.       Это было почти так же просто, как и произнести вслух. Почти.       — Ну что, Гарри, ты готов поймать снитч? — воодушевлённо спросила Келли.       — Можете считать, что он уже в моих руках, — вздёрнул подбородок он.       — Мне нравится, твоя уверенность, — пихнула Браун его локтём. — В таком случае, будь готов сегодня зависнуть у Слизнорта в его Клубе, пока Гриффиндор во всю будет праздновать победу в гостинной.       — Слизни, серьёзно? — поморщился он.       — Ага. Я слышала, как профессор приглашал к себе Забини и говорил, что оба капитана квиддичных команд просто обязаны присутствовать на его званном ужине. Особенно победитель, — подмигнула Келли.       — Сомнительное предложение, — скривился Гарри.       — Точняк, — согласился Рон. — Учитывая, что слизеринские змеи тоже там будут.       Келли нахмурилась при таком упоминании, и в то же время она задумалась о том, был ли приглашён Драко.       Но мысли о нём сейчас были явно лишними, принимая во внимание тот факт, как быстро она в них погружается.       — Ладно, проехали, — перевёл тему, к счастью Келли, Гарри. — Пойдём, Рон, нам пора.       — Удачи! — в след им крикнула Браун.

***

Can't Hold Us [Southend Revolution Remix]

— Macklemore & Ryan Lewis feat. Ray Dalton

      Погода сегодня была значительно лучше. Мороз всё так же стоял, покрывая инеем землю. Но тем не менее за тяжёлыми серыми облаками частенько выглядывало солнце, хоть немного разбавляя красками серый пейзаж.       Поттер и его команда стояли ровным строем, ожидая выхода на поле. Гарри повёл плечами, ухватывая Молнию в руках покрепче.       — На мётлы, — скомандовал он, и гриффиндорцы, слушаясь, поставили те между ног. — Ну, что, ребята, — обернулся он к команде, — победа будет нашей.       Решительно настроенные гриффиндорцы одобрительно воскликнули.       Деревянная перегородка отъехала вверх. Крики с трибун послышались громче, встречая участников матча.       — Добро пожаловать, Хогвартс, на первую игру в квиддич в этом сезоне! — комментировал матч Дин Томас.       На этих словах студенты выпустили снопы искр из своих палочек, у одних — красно-золотые, у других — серебряно-синие. Гриффиндорцы вылетели на поле, кружа по тому, и трибуны взорвались аплодисментами, выкрикивая названия обоих факультетов.       — Сегодня встречаются команды Гриффиндора и Когтеврана!       Дух Гарри захватило от давно забытых ощущений. Многие кричали его имя, размахивая флажками и пуская маленькие салюты из палочек. Кто-то на самом верху трибун развернул знамя с пожеланием победы гриффиндорцам.       — ГАРРИ! ГАРРИ! — скандируя, сходила с ума толпа, когда Поттер пулей пролетел мимо однокурсников.       Он взмыл вверх, направляя древко метлы и совершая мёртвую петлю, отчего студенты заулюлюкали пуще прежнего.       Келли широко заулыбалась, выпуская очередной сноп искр из своей палочки и хлопая в ладоши.       — Выпендрёжник! — выкрикнула она, складывая ладони рупором.       — Итак, игроки занимают свои позиции, — продолжал Дин, и обе команды выстроились в круг в центре поля. — Мадам Трюк выходит на поле, чтобы дать сигнал начала игры!       — Я жду красивой и честной игры от каждого из вас, — строго произнесла она, но всё же не в силах скрыть своей улыбки.       Мадам Трюк открыла чемодан, где хранились мячи, выпуская те.       — Бладжеры на поле, а вот и золотой снитч! — шустрый шарик стремительно взлетел, стрекоча крылышками вокруг Гарри, дразня его. — Напоминаю, снитч стоит сто пятьдесят очков. Ловец, который поймает снитч, заканчивает игру! Выпускается квоффл и… — интригующее проговорил Томас, — игра начинается! — воскликнул он.       Мадам Трюк с силой дунула в серебряный свисток, знаменуя начало матча.       — … И вот Джереми Стреттон, охотник Когтеврана, перехватывает квоффл, он совершает отличный манёвр и обводит соперника. О нет! Какой жёсткий и одновременно чёткий удар! Мяч оказывается в руках у охотницы Гриффиндора — Демельзы Робинс!       Со стороны трибун львов послышались одобрительные возгласы.       — Ричи Кут отбивает бладжер от Поттера. Ух, это могло бы быть больно, так держать, Ричи! Квоффл снова переходит к Когтеврану, и Чэмберс орлом мчится к воротам Гриффиндора и… Какое невезение! Рон Уизли отбивает мяч хвостом метлы, это было красиво! Но что же мы видим? Неужели Гарри Поттер заметил снитч? Да, именно это и происходит на наших глазах, друзья! Джейсон Сэмюэлс, — загонщик Когтеврана, — отбрасывает бладжер прямо в Поттера, вот это рвение к победе! Только гляньте на стремительную реакцию Гарри, бладжер пролетает мимо, врезаясь в трибуны. Эй, ребята, вас там не сильно тряхнуло?       Захваченная событиями Браун неотрывно следила за Гарри, ахнув, когда тот самый бладжер просвистел мимо его лица, но парень вовремя увернулся. Он действительно заметил снитч, стремглав бросившись за ним. Сосредоточенность Поттера вызывала восхищение.       Золотой шар, который Келли едва могла уловить взглядом, пулей летел в сторону трибун Гриффиндора, за ним — Гарри. Студенты едва успели рассыпаться в стороны, уступая дорогу, когда Поттер промелькнул мимо, поднимая за собой волну воздуха.       Присевшая на корточки Браун встрепенулась, поправляя растрепавшиеся в миг волосы порывом ветра.       — Офигеть, — пробормотала она, сглатывая.       Ловец Когтеврана сел на хвост Поттеру, но в этот момент от полёта ловцов отвлёк Дин Томас, комментируя происходящее в воздухе:       — Джинни Уизли перехватила квоффл, на её пути никого нет. Неужели сейчас мы увидим первый… ГОЛ! — толпа взревела, прыгая на месте, и Келли прикрыла уши, сама крича от радости. — Счёт открыт! Десять очков у Гриффиндора! Джинни, это было великолепно! Тем временем загонщик Гриффиндора — Джимми Пикс чётко бьёт по бладжеру и… О, Мерлин! Ловец Когтеврана, кажется, сейчас свалится с метлы. Меткий удар, Джимми! Но Когтевран не отстаёт — Джереми Стреттон вновь перехватывает квоффл… мчится к Рону Уизли… Удар! Бладжер гриффиндорцев сбивает Стреттона!       Джереми, не удержавшийся на метле, камнем рухнул вниз под оглушительный возглас учеников, многие прижали руки к груди, кто-то зажмурил глаза, а другие перегнулись через трибуны, пытаясь разглядеть, сильно ли ушибся когтевранец.       — Когтевран лишается одного игрока, но ничего, Джереми, главное, что ты живой! Кажется, загонщики обоих команд сегодня настроены особенно решительно!       Тем временем Гарри мчался за снитчем, ловец противников отставал, сбитый с толку ударом всё того же бладжера.       Намокшие от начавшегося снегопада волосы прилипли ко лбу, пальцы сжимали древко до побелевших костяшек. Золотой шар терялся в снежной пелене, но Гарри зорко следил за его отблесками на свету, нагоняя.       Снитч дёрнулся вниз, возвращаясь в пределы поля. Поттер вытянул руку, почти касаясь того, как справа послышался свист рассекаемого воздуха. На уровне инстинкта Гарри накренился в сторону, переворачиваясь с ног на голову. Бладжер пронёсся именно там, где могла бы быть голова Поттера.       Парень вернулся в исходное положение, шокированный своим удачным уворотом. Обернувшись, он заметил, как бладжер врезался в трибуны, ученики взвизгнули. Похоже, загонщики орлов точно хотят его сегодня прибить.       Дин Томас объявил ещё один гол, счёт факультетов сравнялся. Сжав челюсти, Гарри решительно бросился на поиски снитча, который уже, конечно же, скрылся из вида. Он остановился рядом с трибунами Гриффиндора, оглядывая поле. Развернувшись к зрителям, выкрикивающим его имя, он встретился взглядами с Келли, которая стояла в самом первом ряду, прижав сжатые в кулачки руки к груди.       От её взволнованного вида и искрящихся глаз в груди ёкнуло.       — Давай, Гарри, ты сможешь, — прочитал он по её губам.       Поттер знал, что сегодня он поймает снитч. Он был просто обязан.       Воодушевленный он улыбнулся ей и направил древко вверх.       Как-то неожиданно со своего места дёрнулся ловец Когтеврана, стремглав пустившись через поле, и Гарри понял — это оно. Снитч там.       Он прижался к Молнии, ускоряя свой полёт и в считанные секунды нагоняя противника. Дин Томас комментировал происходящее, ставя ставки на то, кто же окажется из ловцов быстрее, отчего студенты на перебой начали кричать имена.       — ГРИФЫ! ГРИФЫ! ГАРРИ! ГАРРИ!       Услышав скандирующие возгласы поддержки, Гарри представил Браун и то, как она сама, выкрикивает его имя в эти секунды. Грудную клетку начало печь, Молния ускорилась, оставляя когтевранского ловца позади.       Юноша снова вылетел на середину поля, находясь слишком высоко над остальными игроками и землёй. Казалось, здесь даже воздух холоднее. В этот момент Поттер решился на ещё один трюк.       Сейчас или никогда. Победа будет в его руках.       Золотой снитч маячил слишком близко, но недостаточно для того, чтобы перехватить его. И тогда Гарри, оперевшись руками, вскочил на ноги, балансируя на тонком древке метлы и протягивая руку к шустрому шарику.       Где-то внизу толпа ахнула, затаив дыхание.       Поттер надавил правой ногой на метлу, накреняя ту вперёд и увеличивая скорость.       — Ну же! — процедил он, чувствуя как носок обуви уже свисает с конца метлы.       Гарри поддался вперёд, ощущая как кончики пальцев холодит металл и осознавая, что сейчас, скорее всего, навернётся с метлы.       Всё случилось именно так, как он и предполагал.       Ступив слишком близко к краю Молнии, он схватил снитч, крепко сжимая его в кулаке, чувствуя пронзающий холод в ладони.       Не выдержав перевеса, хвост метлы задрался слишком высоко.       В самый последний момент Гарри откинулся назад, прижимая снитч к груди и выравнивая хрупкий баланс.       Молния опасно задрожала, как и его ноги, раскачиваясь из стороны в сторону. Оглушающая тишина. Студенты следили за Поттером с замиранием сердца.       Но вот дрожь прошла. Гарри уверенно встал на метле, оглядывая трибуны, не веря в успех провёрнутого финта. Он вскинул руку, где в пальцах был крепко зажат золотой снитч, показывая тот всем присутствующим.       В ту же секунду обрушился гвалт аплодисментов, свист и выкрики, салюты, искрящиеся из палочек, и подкинутые вверх шапки и флажки. Гриффиндор ликовал. Сквозь шум едва был слышен такой же радостный восклик Дина Томаса, объявившего:        — Сборная Гриффиндора победила со счетом в двести очков против тридцати!       Гарри приземлился на землю, где его тут же окружила его команда, хлопая по плечу и трепля волосы на голове, выкрикивая что-то хвалебное. Некоторые из когтевранцев подошли пожать руку и поблагодарить за хорошую игру.       Следом за ними с трибун бросились студенты. Симус Финниган запрыгнул на спину Рона, вскинув кулак вверх и крича о том, что Уизли лучший вратарь. Джинни гордо улыбалась, слушая комплименты о своей игре охотника. Гарри же не знал к кому обернуться, все хотели пожать его руку.       — Эй, ловец, — послышалось позади, её голос он сразу распознал в толпе. Гарри тут же обернулся, неосознанно улыбаясь шире.       Зелёные глаза искрились всё так же. Именно их он представлял в последние секунды матча. Именно её слова: «Давай, Гарри, ты сможешь», подстёгивали больше, чем любые кричащие трибуны.       Золотой снитч был пойман для неё.       — Это было неплохо, — закусила нижнюю губу Браун, смотря исподлобья.       — Неплохо и только лишь? — притворно оскорбился Гарри.       Келли тут же добродушно рассмеялась:       — Шучу, конечно, прости, — она подняла руки в примирительном жесте. — Это была заслуженная победа.       Неожиданное и острое желание поцеловать её заполонило каждую клеточку тела. И, возможно, Гарри бы решился, если бы не толпа однокурсников вокруг. Коснуться её губ было чем-то сокровенным и интимным для него. Было бы лукавством сказать, что он не представлял этого раньше. Ещё как представлял. И юноша знал, что это не должно случиться вот так, всё должно быть иначе. Именно поэтому, закатив глаза на шутку Браун, Поттер лишь обнял девушку, улыбаясь и глубоко вздыхая.       — Мерлин, какой ты горячий, — пробормотала Келли в грудь парня, ощущая жар его тела после такой физической нагрузки.       — Что? — тупо переспросил Гарри, застыв на секунду.       — Тебе нужно переодеться, иначе простудишься, холодно же, — беспечно ответила Келли.       — А… Ну да.       Толпа понемногу начала расходиться. Гарри приобнял Келли одной рукой за плечо, неся метлу в другой, девушка же перехватила его за талию, когда они оба направились в сторону раздевалок.       — И всё же это был опасный трюк.       — Зато я победил, — гордо ответил Поттер.       — Если бы ты свалился с метлы и умер, я бы оживила тебя и снова убила за такое безрассудство.       — Звучит грозно, приму к сведенью.       — Ладно, признаю, это было чертовски круто, хоть ты чуть и не убился. Лучшая игра из всех, что я видела.       — Это уж навряд ли. Или ты в жизни только этот матч и видела?       — Замолчи, Гарри, и просто прими комплимент.       Отдаляющийся смех двоих донёсся до Малфоя, замедлившего шаг неподалёку. Конечно, он был на матче. И всё видел.       — Ты идёшь? — позвал, шагающий впереди Блейз.       Драко коротко кивнул головой, сжимая кулаки в карманах брюк, натягивая серебряную цепочку до режущей боли. Его шаг стал шире и уверенней, брови сведены, желваки гуляют даже на висках. Отчего-то в голове звучали слова Пэнси:       «Снитчи всегда ловил Поттер».