Зачем балерине молоток

- Ну, как? – с мольбой в глазах спросил я Чанеля, критически осматривавшего меня с ног до головы. На мне была моя самая обычная одежда – белая футболка, бандана и черные свободные штаны, но даже в ней я чувствовал себя скованным и неповоротливым. - Хммм, - кореец задумался, скептически сведя брови на переносице и почесывая подбородок. – Цветов не хватает. Чанель совершенно точно знал, что я должен был делать в сложившейся ситуации. После того, как Анна закончила свое выступление, он схватил меня за руку и потянул вниз к импровизированной сцене, на ходу размышляя, куда могла скрыться девушка. Мы спрашивали каждого попадавшегося нам по пути человека, но Анна исчезла. Никто не мог сказать нам, где она. Мы бродили в темноте, натыкаясь на других танцоров. Наши поиски были безрезультатными: Анна словно испарилась. Но я был уверен, что, увидев меня, она пожелала как можно скорее покинуть Поющие фонтаны. Очевидно, она не хотела встречаться со мной, и от этой мысли у меня на душе заскребли кошки. Каждый день я заказывал макиато, надеясь, что девушка поймет, что я ищу ее. Но даже заказ мне привозил совсем не тот курьер, с которым была знакома моя балерина. В конце концов, горьковатый вкус кофе стал мне противен: в моей жизни и так было слишком много горечи, и только сейчас я ощутил, что она уже больше просто не помещается. - Мне кажется, цветы будут лишними, - растерянно пробормотал я, мигая глазами. - Крис! – Чанель обнял меня за плечи и подбадривающе похлопал. – Ты что, ни разу за девушкой не ухаживал? Я смутился. Мне никогда по-настоящему не приходилось ухаживать за девушкой. Я познакомился с Кан Юн, когда учился в выпускном классе средней школы Сэра Уинстона Черчилля в Ванкувере. Она с родителями прилетела в Канаду на какое-то мероприятие, где мы со школьными друзьями играли в баскетбол в качестве разогрева. Наше знакомство будто было предначертано судьбой: я перехватил неудачно кинутый соперником баскетбольный мяч в нескольких сантиметрах от макушки изящной китаянки, которая, замечтавшись, совсем не видела приближающейся опасности. Оттолкнув мяч и, так и не сумев забросить его в кольцо, я, споткнувшись о туфельки девчонки, с позором растянулся перед ней. Игра закончилась в ничью, а для меня – двухнедельным покоем в больнице из-за растяжения связок на правой ноге и знакомством с моей первой любовью. - Нет, - буркнул я. - Как же ты их на секс разводишь? – усмехнулся кореец. Я гордо вздернул подбородок: - Достаточно одного безразличного взгляда, от глаз, вдоль левой груди, на пару мгновений зацепиться глазами за бедра, пройтись по ногам, а потом поднять взгляд и посмотреть сквозь нее. И девушка будет лежать перед тобой в нижнем белье. На секунду повисла тишина, а затем мы с Чанелем расхохотались, словно подростки. - А чтоб сразу без белья? - Повернуться полу-боком, будто ты уже собираешься уходить. - Вот мы сегодня это и испробуем! – кореец вылетел на лестничную площадку, довольный своим планом. Зайти в пиковый час в кофейню «Mamacoffee» оказалось весьма проблематично. И не потому, что здесь толпились туристы, жаждавшие после долгой прогулки по жаркой июльской Праге оказаться в прохладном помещении и полакомиться свежей чешской выпечкой. А потому, что вся моя решительность вдруг куда-то пропала. Осознание того факта, что за этой стеклянной дверью, на высоком барном стуле перед ноутбуком сидит Анна, по привычке нюхающая кофейные зерна, подперев щеку рукой, вызывало у меня настоящую панику. Остановившись около входа в кафе, я не мог сделать и шагу вперед. - Да заходи же ты! – Чанель уперся руками в мою спину и принялся подталкивать к двери. Прохожие с удивлением глядели на двух высоких азиатов, которые копошились около «Mamacoffee». Я взволнованно сглотнул, когда мой взгляд упал на рабочее место Анны. Ее не было, но раскрытый ноутбук и жестяная баночка стояли на деревянной столешнице. Я буквально ощущал присутствие девушки, а потому огляделся вокруг, пытаясь не упустить ни одну деталь. - Я чувствую, что она была здесь минуту назад, - глухо сказал я Чанелю и первым направился к свободному столику. На своей спине я чувствовал взгляд низенькой девушки азиатской внешности – напарницы Анны. Мы разместились недалеко от барной стойки так, чтобы хорошо было видно зону принятия онлайн-заказов. Пока мы устраивались поудобнее, к нам успел незаметно подойти официант. - Добрый вечер, рады приветствовать вас в «Mamacoffee». Ваше меню, - сказал парень и, слегка поклонившись, положил на столешницу цвета слоновой кости меню. - Спасибо, - поблагодарил я официанта и, открыв тонкую книжку, принялся исподтишка осматривать помещение. - Ты уже выбрал? – поинтересовался кореец. - Да, - коротко ответил я, сощурившись, когда мой взгляд вновь остановился на напарнице Анны. Отвернувшись, она тихо разговаривала по телефону, прикрыв его другой рукой. Сомнений не было: она разговаривала с моей балериной. Подняв ладонь вверх, я подозвал к нашему столику официанта, когда азиатская девушка положила свой телефон на столешницу рядом с ноутбуком и уставилась на нас с Чанелем. - Слушаю вас, - улыбнулся тот и раскрыл блокнотик. - Кон-панна, - громко сказал я, следя за реакцией работницы «Mamacoffee». – И ему тоже. И, прежде чем кореец успел что-то возразить, я вручил официанту меню и отправил восвояси. - Ты это почему за меня выбрал? – возмутился мой знакомый. – Может, я хотел американо? - Мы пришли сюда за кон-панна, - отрезал я. Мы молча ждали, пока нам принесут кофе и с интересом осматривали зал кофейни. В тот единственный раз, когда я заглянул сюда, со мной была Чжоу Лан, и я всячески старался показать невинной Анне, что меня интересуют роскошные женщины. Но вместо того, чтобы до конца играть роль самоуверенного типа, я стоял в кабинке женской туалетной комнаты и придерживал волосы девушки, пока ей было плохо. Я не на шутку перепугался за нее и потерял всякую бдительность. В тот день я впервые уснул рядом с ней, чувствуя тепло ее тела, ее равномерное дыхание, ее запах. И именно в тот день я впервые услышал ее тихое, запинающееся и смущающееся «Я люблю, тебя». Мне едва удалось заставить себя лежать неподвижно, изображая крепкий сон. Однако, единственным, что мне тогда хотелось сделать больше всего, - это обнять эту девушку, крепко-крепко прижать к своей груди и прошептать ей на ухо что-нибудь ласковое и успокаивающее. - Ваш кон-панна! – звонкий голос официанта заставил меня вернуться от воспоминаний к реальности. - Спасибочки! – расцвел Чанель, уже позабывший, что был недоволен моим выбором, и потянул к себе свою чашку с кофе. Я продолжал сканировать напарницу Анны, и в какой-то момент мне показалось, что она, растерявшись, махнула рукой в сторону. Я едва успел уловить еле заметное движение из-за угла, но уже стремительно направлялся туда, где пряталась от меня девушка. Проходя мимо азиатки, я услышал раздраженное «черт!» и понял, что интуиция не подвела меня. Свернув по направлению к туалетным комнатам и проходя мимо закрытых хозяйственных помещений, я услышал, как мое сердце с грохотом ударяется о грудную стенку с каждым моим шагом. Я схватил Анну за локоть прежде, чем она успела скрыться в женской туалетной комнате. Она резко остановилась и сразу же признала свое поражение, не пытаясь вырваться, а я продолжал сжимать пальцами кожу на ее оголенном локте. Девушка стояла, опустив плечи, и я видел, как тяжело она дышит. Какое-то время мы молчали, ловя знакомые запахи друг друга, а затем я опустил руку. - Что ты хочешь, Крис? – спросила Анна, не поворачиваясь. Но я, услышав такой до боли знакомый голос, не выдержал и резко развернул девушку к себе. Мне нужно было видеть ее лицо, ее глаза, каждую ее эмоцию. Анна подняла голову, и мое дыхание сбилось. - Разве непонятно, зачем я пришел сюда? – стараясь как можно спокойнее, произнес я, но внутри меня бушевала настоящая буря. Девушка, стоявшая передо мной, казалась мне беззащитной и слабой, но в этом и заключалась ее сила. Ее хрупкость и мягкость вынуждали меня желать совершать ради нее подвиги. Находясь рядом с Анной, я чувствовал себя самым настоящим мужчиной, отважным защитником и победителем. Анна была уютной женщиной для гордого мужчины. Идеальной женщиной для меня. - Нет, - выдавила она из себя. – Крис, неужели ты не понимаешь, что высосал из меня всю душу? Пожалуйста, позволь мне прийти в себя, и сам разберись в себе. Прости, что я не могу помочь тебе, но мне сейчас самой нужен кто-то, кто вытянет меня из того, во что ты втоптал мою любовь. Каждое ее слово, словно хлыст, опускалось на мое сердце, но я стойко выносил ту боль, что она причиняла мне. Я знал, я заслужил, но я так надеялся на прощение. На какое-то время я выпал из реальности, глядя в печальные глаза Анны и понимая, что готов вечно смотреть в них и тонуть, тонуть, словно в морской пучине… - Но я не готов, - осторожно сказал я, слыша, как мой голос охрип. – Быть без тебя. - Крис! – Анна подняла руку, чтобы жестом остановить мои слова, но я перехватил ее. - Ты не можешь, Анна. Я нуждаюсь в тебе. Ты должна понять! – в отчаянии твердил я, молясь. Чтобы мои слова достигли сердца девушки, которое я собственными руками самозабвенно разбил вдребезги. Анна ничего не отвечала, лишь с каким-то безумным вызовом глядя мне в глаза. - И ты должен научиться понимать, - наконец, промолвила девушка, выдергивая свою руку из моей ладони. – Раскрой глаза и научись ценить людей. В узком коридорчике появилась фигура сотрудника «Mamacoffee», и Анна, воспользовавшись моим замешательством, ускользнула прочь. Таков был ее ответ.