The Painful Dream

Когда я открываю глаза, то нахожу себя лежащей у треклятого алтаря. Гремуар, видимо стянутый мной же не землю, лежит неподалеку. Я оглядываюсь и пытаюсь подняться. Ничего не выходит. Ноги и руки дрожат. Внутри кажется совсем пусто. Нет ни силы, ни желания дышать, не то, что уж встать. Сайлас лежит на спине. Его глаза закрыты, а грудь медленно поднимается и опускается от тихого дыхания. Я делаю еще одну попытку подняться. Меня скручивает, в голове лишь мысли о смерти Давины. Меня практически утягивает в транс, но я не позволяю себе снова отключиться. Не в силах подняться на ноги я ползу к обездвиженному Сайласу, моля Бога, чтобы он не пришел в себя так скоро. Я не знаю, сколько была без сознания, соответственно я не имею понятия, что произошло с ним. Дрожащими руками я беру кинжал, перехватывая его поудобнее. Меня охватывает ужас - я никогда не убивала человека. Подношу его в груди Сайласа, практически не осознавая, что, собственно, происходит сейчас. Пытаюсь взять себя в руки и собрать последние крупицы энергии, я подставляю кончик кинжала к солнечному сплетению, как совсем недавно сделал сам Сайлас. На то, чтобы надавить уходят все силы, но на мое удивление острие входит в тело лишь на сантиметр, не больше. Сайлас кричит от боли и распахивает глаза. Его рука хватается за мою. Внезапно в голове появляются непонятные мне слова, которые я начинаю произносить в слух. Сайлас начинает жадно хватать ртом воздух, хватаясь за шею. Я колдую, не осознавая этого! Не позволяя себе медлить, я переношу всю тяжесть тела в одну точку, сильнее надавливая на кинжал, заставляя его медленно погружаться в плоть. Мне кажется, я слышу, как под давлением рвутся ткани в груди Сайласа. Воодушевившись, я вставляю кинжал по самую рукоятку, а потом вытаскиваю его и снова погружаю в уже обездвиженное тело. Потом еще и еще, пока силы совсем не оставляют меня. Осознав что я сделала, я откидываю орудие и быстро отползаю, корчась из-за боли в груди. Жар плавит меня. Расщепляет на куски. Темнота настигает меня снова и снова. Но я все ползу по направлению к гробнице. Мне хочется укрыться. Хочется почувствовать себя в безопасности. Лишь преодолев ступеньки ведущие в гробницу, я вижу три накрытых белой тканью тела, аккуратно положенные на каменные блоки, видимо служившие чьими-то захоронениями, но я больше не в силах сосредоточиться, ускользаю в транс.

***

Я оказываюсь в хорошо освещенном зале. Первый этаж дворца Майклсонов вызывает во мне смешанные чувства. Боль в груди ослепляет и я невольно подношу руки к солнечному сплетению. На ладонях темнеет кровь. Ох, Давина! Клаус испуганно смотрит на меня, его начинает трясти. - Нет-нет-нет!- вопит он. Возникшее ранение в теле Давины свидетельствует об очередной моей смерти. Он вопит, пытаясь сдвинуться с места. Тщетно. Он, как и все присутствующие в зале, остается бездвижным. Они все еще под внушением. Боль на его лице заставляет мое сердце сжаться. Я хочу сказать ему что пока что жива. Хочу сказать где я. Но это не мое тело. И все это уже произошло. Я не могу ничего изменить. Не могу стереть гримасу боли с его лица. А так хотелось бы прижаться к нему, почувствовать тепло его тела, провести рукой по волосам на его затылке. Я прихожу в себя, чувствуя боль во всем теле, почти перекрывающую неприятные ощущения от новой метки на боку. Лишь открыв глаза я снова ускользаю в темноту.

***

На мне серое платье, сшитое из плохо обработанного хлопка. Я смотрю на свои сцепленные пальцы и на ободранные коленки, видневшиеся из-за дырок в подоле. - Сколько раз тебе говорили не бегать в лес! Что, если бы потерялась? Что бы мы делали. В голове звучит несколько резких реплик. Хочется сказать им о своем остром желании потеряться в этом чертовой лесу, лишь бы быть дальше о них. - Простите, я больше не буду,- голос детский и тихий. Как бы я хотела иметь больше силы. Старуха выходит из обветшалой избушки, и я еле сдерживаю себя. Желание тут же выскользнуть из жилища и куда нибудь убежать застигает разум, но я держу себя в руках. Просидев не шелохнувшись несколько минут я встаю и оглядываюсь вокруг. Скукота невероятная! Теперь старуха несколько дней не будет меня выпускать на улицу поиграть с ребятами! Я останавливаюсь у раскрытой книги, в которой ведьма наверняка делала очередные заметки, перед тем как я ее отвлекла своим побегом из деревни. Чтение конечно не заменит игры с ребятами в камушки или, скажем, в прятки, но хотя бы поможет времени бежать быстрее. Написанная история приводит меня в ужас. Тело покрывается мурашками, но я не в силах оторваться от чтения.

***

Я открываю глаза и мелко дрожу. Подтягиваю колени к груди. Боль сотен смертей обрушивается на меня. Страх, безысходность и беспроглядный ужас наполняет мое тело и разум. Мне хочется плакать и кричать. Энергия переполняет меня, заставляет мышцы мучительно сжиматься, а сердце колотиться быстрее. Кажется, оно вот вот откажет и замрет, теперь уж точно в последний раз. Осознание чего то важного бьется на границах сознания.

***

Я сижу на земле и, когда я пытаюсь пошевелиться, понимаю, что мои руки связанны. Вокруг темно, лишь факелы выставленные по кругу освещают все вокруг. Я не помню, как оказалась тут. Помню лишь, как Сайлас зашел в наше с тетей жилище и попросил воды, сославшись на невероятную жару. У тёти тряслись руки, когда она подала ему кувшин. Сайласа знали все в этом большом поселении и боялись. Увидеть его тут, на самой окраине было большим удивлением. Он жадно отпил из кувшина, вода стекала по его подбородку. А потом он посмотрел на меня. И всё. На этом мои воспоминания обрываются. Будучи невероятно красивым мужчиной, он заставлял девушек постарше краснеть под взглядом его внимательных глаз. Он одновременно вселял ужас и восхищение. Сейчас же черты его лица исказились. Он стоял в самом центре огненного кольца и явно был недоволен. Только приглядевшись, я обратила внимание, что тут были и его сестры. Семеро, одна другой краше, стояли за пределами кольца но недалеко от факелов. Многих из них я узнала. В нашем поселении они часто помогали людям, готовя целебные настойки. Они лечили раненных воинов, часто приводимых в наше поселение. - Изначально вы сделали неправильный выбор, милые сестрицы. Еще много лун назад, когда решили участвовать в заговоре, устроенным Кетсией. А как же все воспевания про важность семьи и преданности? Когда он начинает говорить кто-то совсем недалеко от меня начинает тихо всхлипывать. Я смотрю по сторонам щурясь от непроглядной темноты. Тоже на земле, недалеко от меня, сидит девушка. Ее руки связанны, как и у меня. Ее лицо мне кажется знакомым, но темнота не позволяет мне разглядеть ее. По спине бегут мурашки, и, когда шок наконец проходит, меня охватывает паника. - Меня зовут Каро, мне 15,- тихо говорю я, пытаясь успокоить саму себя.- я Каро, мне 15. Это просто сон,- шепчу я,- это просто странный сон. Женщины молчат, и мне кажется, это очень злит Сайласа. Он хмурится еще сильнее и пламя факелов возносится далеко вверх, озаряя все вокруг, но тут же опускается обратно. - Вам даже нечего сказать! Вы знаете, что неправы, вы понимаете, что вас нужно наказать! Когда я узнал, что вы планируете побег с этими...бродягами, я понял, что больше нельзя тянуть. Вы не имеете никакого права осрамить наш род! Я не позволю вам передать силу нашей семьи своим выродкам, которых нарожаете от этих чужестранцев! Я не позволю вам сбежать. Эти священные земли наполнили наш род силой и вы так просто готовы уйти? Неблагодарные... Сидящая неподалеку девушка заплакала еще сильнее. Я понимала, что нужно уходить, но не могла даже немного отползти в сторону, у меня не было никаких сил. - Когда я узнал о вашем желании сбежать, я понял, что никому не могу доверять, даже собственной семье... - Поэтому ты убил нашего отца?- выкрикнула одна из сестер. - Я избавился от него, потому что он не мог больше быть главой нашей семьи, из-за собственной слабости. Он стоял на моем пути, и я покончил с ним. Также я собираюсь поступить и с вами, но сначала мне нужна ваша сила. Только я в состоянии распоряжаться ей, не растрачивая на глупых людей, которых вы постоянно исцеляете. Вдруг он посмотрел в мою сторону. Дыхание участилось, лишь через несколько мгновений я поняла, что его взгляд устремлен не на меня, а на девушку рядом. Он медленно ленивой походкой направился к нам. Присев на корточки перед девушкой он нежно провел тыльной стороной ладони по ее щеке, вытирая слезы. - Милая Амара, почему ты плачешь? У меня грандиозные планы для нас двоих. Он поднялся и потянул с собой девушку. Я вспомнила ее. Раньше она жила рядом с нами, на окраине, но потом, после гибели ее семьи, куда-то пропала. Неужели она и была таинственной возлюбленной Сайласа, о которой все судачили? Тогда почему она связана? Почему она рыдает? Когда он, практически таща за собой упирающуюся девушку, направился ко мне, я вся сжалась от переполняющего меня ужаса и тихо захныкала, не в силах сдержать себя. - А ты,- он резко потянул меня за волосы вверх, заставляя подняться,- поможешь нам. Притащив нас обеих в самый центр круга, он толкнул и меня и Амару на землю, заставляя сидеть. Она перестала плакать, лишь тихо всхлипывала. - Прошу тебя, Сайлас, одумайся! Остановись, молю. Я не хочу той жизни, на которую ты меня обрекаешь! - Обрекаю? Ты неблагодарная девчонка! Я предложил тебе бессмертие вместе со мной, предложил тебе разделить мое могущество, власть, которую я получу со всей той силой, которую хранит мой род! Видимо не желая больше разглагольствовать, Сайлас вытащил из-за пазухи кинжал, острие которого было обмотано мешковиной. Отбросив тряпку, он поднял с земли кубок и, полоснув острием по ладони, пролил несколько капель в сосуд. Тоже самое он проделал и с сопротивлявшейся Амарой и со мной. Скованная страхом я была не в силах соображать, лишь сидела и смотрела прямо перед собой, мысленно прощаясь с жизнью. Меня приводило в ужас не только происходящее, но и факто того, что все легенды о семье Сайласа оказались правдой, а не страшилками для непослушных детей. Они все были колдунами... Произнеся какое-то заклинание Сайлас заставил всех ведьм упасть на колени и понурить головы. Внезапно, из темноты ночи вышла женщина и заняла место между двух ведьм. Все одновременно вскинули руки, и Сайлас, лишь успевший вскочить на ноги, так и замер на месте, то ли от удивления, то ли от магии. - Неужели ты думал, что тебе позволят сотворить такое зло? Вывести мир из хрупкого равновесия и обернуть магию против природы? Магия и есть природа, жизнь, она течет, развивается и передается от одного поколение к другому. - Кетсия...- прошипел Сайлас,- равновесие, природа, жизнь...слишком несправедливы... Почему ради какого-то равновесия я должен был оставаться один? Почему с самого рождения мне навязывали мысль о том, что мне предстоит дать обет безбрачия? Почему я не должен иметь своих детей? Сейчас конечно меня не радует мысль о том, что придется разделять силу рода с кем то еще. Но какие-то странные у вас понятия о равновесии... - Твое рождение было ошибкой. Ты как комар, высасывающий силу всего рода в себя. Она ослепила тебя, ты неблагодарен, алчен. Безумен. Ты опасен. Сайлас открыл было рот, но не смог вымолвить ни слова. - Сестры, у нас больше нет времени,- тут же сказала одна из женщин.- Мы должны покончить с этим,- все согласно кивнули. Сайлас пытался сделать хоть что-то, но собранная воедино энергия семи сестер и Кэтсии была намного сильнее его собственной, поняла его. Он не способен сопротивляться. Внутри разгорелась надежда, что у меня есть шанс выжить. Они смогут его одолеть его. Я спасена! Когда все 8 ведьм сделали шаг вперед и взялись за руки, порыв ветра затушил факелы и на мгновение настала полная темнота. Внезапно огонь появился прямо из самой земли, теперь позади женщин. В момент, когда все они одновременно начали наговаривать заклятие, я почувствовала энергию, исходящую от них. Меня оглушило, и глаза закрылись сами собой. Когда я снова пришла в себя, было уже утро. Оглядевшись я поняла, что лежу на земле. Прожженная вокруг трава свидетельствовала о том, что я до сих пор на том же месте. Ведьм рядом не было, лишь одна. Кэтсия. Она сидела на коленях рядом с лежащей Амарой, спиной ко мне. - Что случилось?- подаю голос я, и Кэтсия сразу же поднимается. Только теперь я замечаю торчащий из груди Амары кинжал. Она мертва.- Зачем вы убили ее?!- кричу я, садясь. - Ей было суждено умереть с самого начала,- ведьма улыбается, проводя руками по волосам, и подходит ко мне. Она садится рядом со мной, точно так же, как недавно сидела у уже мертвой девушки. - Вы убьете и меня тоже?!- визжу я, пытаясь отползти в сторону. Получается неловко. Сил совсем нет. - Так много вопросов, милая Каро,- она улыбается и нежно проводит рукой по моим волосам. - Прошу, не убивайте меня. Я никому не расскажу. Я сбегу в другое поселение, где меня никто не знает, если вы пожелаете. Умоляю. - Тшшш... Не бойся, я не сделаю тебе больно,- легким движением она стирает слезы с моих щек. Я знаю, что никто ничего не узнает,- она улыбается,- хочешь я расскажу тебе, что произошло? Я неуверенно киваю. Единственное, чего мне хочется, это жить. Но я боюсь противиться ей. - Разум Сайласа не выдержал всей той силы, которой он обладал. Ему хотелось больше власти. Он возжелал непозволительное - забрать силу у всего клана и стать бессмертным магом. Таким образом магия бы никогда не вернулась к истокам. Равновесие было бы нарушено. А оно очень важно. Неубиваемый, он мог бы забрать силу у всех кланов ведьм, и миру пришел бы конец. Понимаешь? Я снова киваю. - Хорошо. Нам пришлось его остановить. Вытянуть из него всю силу. Но отпускать его к предкам нельзя. Он безумен. Там ему нечего делать. Поэтому превратив его в бессмертного, как он и хотел, мы обратили его в камень, обездвижили, иссушили. Но, как я уже тебе сказала, равновесие очень важно. И эта сила...- Кэтсия покачала головой из стороны в сторону,- разрушительна. Призванная из глубин истоков, она не должна находиться в этом мире без присмотра. Все сестры порочны и возжелают ее. Когда ведьма умирает, магия возвращается обратно, в начало, туда, откуда она пришла. Когда мы забрали магию из Сайласа и разделили поровну между семью сестрами, я думала лишь о том, что когда они умрут магия клана уйдет к предкам, а потом перейдет к потомкам, а та, сила, которую Сайлас вытянул из самых глубин, вернется обратно, и наступит равновесие... Но понимаешь в чем дело, Сайлас смог заполучить ее, запретную и невероятно мощную энергию, а что если в будущем кто-то еще сделает это...? Семь сестер, заведя детей, начнут новые линии семей, новые кланы, которые будут нести эту историю из поколения в поколение. Мы не знаем, что может произойти в будущем... Она замолкает, кажется на целую минуту, пристально разглядывая меня. Мне неловко, я просто хочу уйти, сбежать отсюда. Хочу быть свободной. Я и не желаю знать всего этого. Внезапно она продолжает: - Но я знаю, как избежать этих и многих других проблем. И ты мне поможешь в этом,- улыбается она. По моему затылку бегут мурашки, волосы становятся дыбом. Я еле сдерживаю слезы.- Я сделаю тебя сосудом. Семь сестер, семь жизней, семь крупиц невероятной силы. Когда старшая ведьма, или колдун, каждого клана будет умирать его сила будет переноситься в тебя, не уходя к истокам, пока не придет время - она кивает самой себе, кажется совсем забыв о моем присутствии.- Связь будет двусторонней. Твоя жизнь зависит от них, а их от тебя. Ты будешь перерождаться.- На какой-то момент ее взгляд становится расфокусированным, она словно не может больше видеть, или наоборот, видит что-то иное.- Что-то ужасное произойдет в будущем. Тебе придется прожить множество жизней. Ты будешь ключом к раскрытию. Все неслучайно. Настанет решающий момент, и ты все сделаешь правильно. Судьба не ошибается...не зря ты оказалась здесь. К моменту, когда она заканчивает свою речь, я практически захлебываюсь от разрывающих меня рыданий. Всё это непонятно и страшно. - Почему я?- Еле произношу я.- Почему не кто-то другой? Это несправедливо! - Дитя, твоя душа искрится светом. Она чиста и невинна,- она снова оглядывает меня. Ее лицо вдруг становится очень серьезным.- Только такое непорочное существо как ты, сможет справиться с непроглядной тьмой. Она протягивает ко мне руки и кладет их на плечи, обжигая меня. Крик зарождается где-то внутри, но вдруг наступает полная темнота.

***

Мне кажется я сплю, потому что я вижу сотни снов. Эти сны о десятках чужих жизнях. О жизнях таких же, как я, двойников Каро. Осознание стоит комом у самого горла. Но мне страшно произнести это даже внутренним голосом. Мне страшно поверить, что на самом деле нет никаких двойников. На самом деле это все я, это я жила и умирала. Я возрождалась вновь и вновь, в таком же теле, с таким же грузом обязанности найти наконец свое предназначение. Это была я, там, около еще живого Сайласа. Это я плакала из-за смерти Амары, которая была старше меня всего на несколько лет. Это меня убила Кэтсия, после того, как кровью связала меня с 7 ведьмами, в кланах которых я в будущем и жила. Сделав меня неприкосновенной для сверхъестественных существ, она поставила преграду передо мной и всяческими способами которыми они (сверхъестественные существа) могли бы мне навредить, оставляя им лишь возможность убивать меня вновь и вновь собственными руками. Шум где-то вдалеке заставляет меня прийти в себя. Я чувствую, как магия Сайласа, скопившая внутри, выталкивает из меня жизнь. Внутри гробницы слышится какое-то движение, но у меня нет никаких сил даже повернуть голову и посмотреть что там происходит. Теперь я точно уверена, что Карлин там нет и никак быть не может, потому что на самом деле ей была я. Первой я вижу Ребекку. Она таращиться на тело Сайласа. Ее глаза наполняют слезы, кажется я вижу, как ее трясет. Я пытаюсь приподнять голову, но нет никаких сил. Только сейчас я чувствую что-то липкое на затылке. Скорее всего, когда Сайлас отшвырнул меня, я расшибла себе голову. Однако для меня это не имеет никакого значения. Ребекка резко оборачивается, и, завидев меня, тут же обнажает клыки и бросается в мою сторону. - Ты убила Стефана!- шипит она, нависая надо мной. Мне хочется сказать ей, что это Сайлас, но нет никакого желания напрягаться. Мне кажется, земля расходится подо мной, когда я слышу его голос. - Не смей! Он оказывается рядом в одно мгновение и отталкивает сестру в глубь гробницы. Его прикосновения теплые, невероятно нежные. Сев рядом со мной, Клаус помогает мне приподняться и аккуратно тянет на себя. Я оказываюсь в его руках и теперь чувствую себя в полной безопасности. - Ник,- улыбаюсь я.- Я убила Сайласа. Когда я начинаю говорить, его дыхание сбивается, он сильнее прижимает меня к себе. - Я столько жизней ждала этого момента, но никогда не сомневалась, что встретившись с тобой вновь, я снова совершу ту же ошибку, что и тогда. Я знала, что снова полюблю тебя. Прости меня. Мне пришлось много врать тебе тогда. Но я никак не могла поступить иначе. Мы просто встретились с тобой слишком рано, в неправильное время. Я чувствую, как учащается его сердцебиение. Он неверующим взглядом вглядывается в мое лицо, явно боясь произнести это вслух. Поэтому я делаю это за него: - Карлин, Каролина, Каро, Кэрри, Карлота... Кэролайн. У меня много имен,- мой голос срывается на свистящий хрип,- но значение одно. Глупое, если посмотреть на обстоятельства,- я пытаюсь усмехнуться но ничего не выходит. На поле боя появляются остальные Майклсоны со своей королевской свитой -ближайшими служащими, которых я часто видела во дворце. Внезапно Ребекка показывается из гробницы и полностью игнорируя нас с Клаусом кричит: - Деймон, Элайджа! Они тут! Через мгновение оба уже проносятся размазанным вихрем в гробницу. У всех счастливый конец, кроме нас с Клаусом. Меня ждет смерть, а его - полное разочарование. - Меня столетия называли свободным человеком, но только сейчас я стала по-настоящему свободной. Клаус... Больше нет сил говорить. Последние крупицы жизни вытекают из меня. И Клаус начинает трясти меня. - Нет! нет!!! Ты не посмеешь! Не сейчас!- его упёртость вызывает улыбку на моем лице. Он надкусывает собственное запястье и с силой прикладывает к моим распахнутым губам. Я невольно делаю несколько глотков, чувствуя, как боль в голове тут же проходит. Ссадины на руках исчезают не оставляя никаких следов. - Ты не можешь исцелить меня, Ник. Это сила, которая внутри, убивает меня, не раны,- шепчу я, проводя дрожащими пальцами по его подбородку.- Я люблю тебя, прости меня за всю боль, что причинила тебе. Я больше не могу сопротивляться, мне хочется просто ускользнуть из этого мира. Мне не хочется больше мучиться. Я сдаюсь. Да. Сдаюсь. Боль внутри нарастает, а энергия, кажется, разрывает меня изнутри. Мышцы сводит судорога, и мне хочется кричать. - Я не исцеляю тебя, а обращаю,- он подтягивает меня выше, заставляя сесть. Мое лицо оказывается прямо напротив его, он прижимает меня к себе как безвольную куклу, а его руки ложатся мне на голову, крепко держа. Его губы прижимаются к самому уху. - я больше никогда не позволю тебе мучиться. Хруст собственных костей оглушает. И все заканчивается.