Bad Romance-2

– В общем, – Эмма переместила бокал с шампанским из одной руки в другую. – Она блюет в кусты. Ну, думаю, перепила подруженька. Сходила за полотенцем – вроде нормальная девчонка, не пьяная. Потом она так дерзко с Джаредом заговорила, я аж вырубилась. А он сам обалдевает. Я иду в автобус, и потом Лето привел ее в автобус. Я обалдела. Дальше – больше! Ну, думаю, рано или поздно отправит Энн – молодая, экстравагантная, не блондинка. Потом вышел клип. Я в шоке его смотрела, ибо первый раз я была на стороне цензуры! Там сплошной секс! Так вот, когда она стала его частью, я пропустила, но вот до свадьбы и детей... – Ладбрук подняла бокал. – За Энн и Джареда! – Спасибо, – улыбнулась я. – Мари, дай сок! На отдельном столе в алфавитном порядке стояли разные соки для меня, а перед этим – стол моих подруг с напитками покрепче. Мы арендовали в центре ЛА неплохую кафешку, куда изначально приехали и мамы, но вскоре они охмелели и отправились к Констанс, и вот начался трэш. Я попивала персиковый сок, гуляя на своих шпильках по барной стойке, а девочки сидели передо мной. Мэри, мой чиканутый фотограф, Мария – бывшая Шеннона и моя знакомая, но я так любила эту крошку! Эмма – обязательно! Викки – тем более, я люблю эту мамочку с выступающим животиком. А больше мне и не надо было. – Так, Энн, давай, – Мари подошла ко мне и обняла за ноги. – Расскажи всем, как ты влюбилась в Джареда, давай, я хочу подробностей! – Мы все хотим! – прогудели девочки. – На самом деле, я не воспринимала его как звезду. Сами понимаете, мои родители… – Звездная девочка! – Мэри больше не наливать! – Что значит не наливать, я не в кондиции! – А когда будешь? – Когда стул вылетит в окно! – Так вот, я на концерт ехала с Маркстистон, – я указала на подругу. – Она Эшелон. Читаю интервью о группе. Перед самим событием перебрала с колой и чипсами, а потом меня нашла Эмма. – А что ты сказала Джареду, чтобы он отвез тебя в ЛА? – спросила Мария. – Возьми меня, мужик, закончим эту ночь... – Мари! – крикнули все. – Ну, че? – удивилась она. – Я бы сказала. – Никто и не сомневается, – рассмеялась Эмма, разливая спиртное. – Включи–ка песни. Я щелкнула пальцем по плееру и продолжила: – Я сказала: вези меня в ЛА, сам понимаешь, Мари в такие щи–борщи, что мне страшно. Он: а ты Эшелон? Я: Конечно. Он: Ну, тогда да, вы же мои дети! – Кстати, все же в секрете пока? – спросила Викки. – Да! – Так, вечер стал слишком томным, – поднялась на ноги Мэри. – Давайте–ка пригласим гостя, – и она поспешила к дверям. Когда в помещение вошел парень в облегающей простыне только на бедрах, я рассмеялась, а он на миг оскорбился, правда, потом принял невозмутимый вид и произнес: – Детка, это ты выходишь замуж? Я уговорю тебя не делать этого. Я закатила глаза и рассмеялась, как и все мои подруги. – Слушай, – тут же обратилась к нему Мэри. – Она, во–первых, беременна, а, во–вторых, ее будущий муж настолько крут, что ты сам себе на глаза свои шары натянешь, стоит ему только тебе об этом сказать. Так что просто развлеки нас. – Не, у меня идея получше! – сказала я. – У кого косметички с собой? Парень, как тебя зовут? – Алекс, – стриптизер побелел. – Алекс, я заплачу тебе пятьсот баксов, если ты на этот вечер превратишься в Алису. Через полчаса за столом в сорванной с окна шторе сидела новоиспеченная подружка, накрашенная как шлюха. Ее мужские ноги в туфлях Мэри казались смешными и неуклюжими, а бретельки на плечах (майка Эммы) – смешными тряпочками, но я всем осталась довольна. Взяв со стойки бокал с грейпфрутовым соком, я хотела произнести тост, но в помещение вдруг ввалился Тэрри с камерой и человек в костюме медведя. – Нас разделяют пять этажей, – сказал Ричардсон. – И я не мог удержать это животное, принимайте, только недолго, а то Джареда стриптизерши разорвут. – Давай, – засмеялась я, глядя на «подарок», но, когда он развернулся, я чуть со стойки не упала. – ШЕННОН?! *** POV Jared – Итак, за последние дни холостяцкой жизни… – Давно пора. – Завались, Тэрри, – сказал мой брат. – Так вот, за последние дни холостяцкой жизни моего дорогого Джареда. Мы чокнулись бокалами с шампанским, правда, у меня был налит обычный лимонад. Кто был со мной в этот день? Томо, Ше, Тэрри, Джейми, Йен и отец Энн. Этот мужик отжигал покруче нас всех в этом закрытом ВИП–Клубе, где мы сидели в специальном месте для важных персон. Так вот, мой будущий родственник смешил нас всех и горячо поздравлял меня с будущим, приговаривая «Тебе досталась самая безбашенная девушка в мире, но ты сам псих, так что совет да любовь, ах–ах–ха». – Так, я тут читал о традициях на мальчишниках… Джаред, вот тебе торт, – Йен втащил в зал на подносе испеченную триаду. – Ешь. Я взял в руки сие чудо и, наклонившись к угощению, откусил кусок. – Подержите ему кто волосы, – сказал Томо. – Когда я блюю, ты тоже так говоришь! – напомнил Ше, и я заржал как лошадь, орошая пережеванным тортом стеклянный стол. – Бл*, Джаред, ну не в мой же салатик! – сказал отец Энн, и я зашелся снова. – Так, давайте к десерту, – Шеннон встал с места. – Я только одену свой костюмчик и приведу кое–кого. Деньги готовьте! Через минуту он вернулся в костюме медведя из “The Kill”, и я сказал: – Томо, раздвигай ноги, вспомним олдскул. Я плакал уже от смеха, меня трясло. – Джаред, щас лапу мою будешь сосать, – ответил Шеннон.– В общем, я привел вам трех подруг, они бедные сиротки, дайте им денег. В помещение вплыло три девушки: рыжая, блондинка и брюнетка. Все в купальниках и со сладкими улыбочками на лице. Я закатил глаза – ну зачем они здесь? – Или сюда, деточка, сколько тебе годиков? – первым сказал отец Энн. – Идем, я покормлю тебя, – и к нему подошла рыжеволосая бестия. Я заржал не знаю в какой раз, когда он щедро всунул ей в рот ложку с тортом. – Скучаешь? – спросила меня блондинка, пока Ше, Йен и Томо догоняли себя текилой, слизывая соль с руки брюнетки. – Нет, – сказал я. – Я знаю тебя, но мне заплатили за молчание, – и она села мне на руки. Я обалдело посмотрел ей в спину и хотел сбросить ее с коленей, но отец Энн приложил палец к губам и, потянувшись к трусам гостьи, всыпал ей монет пятнадцать туда. Девушка вскрикнула, а я пожал руку будущему родственнику и потянулся за бокалом. Живот болел так, что я переживал за себя. – Так, я щас приду, – сказал Тэрри, поднимая Шеннона со стула. – Пидрилы! – сказал Йен, и я засмеялся. – Тэрри, фас! – пошел в атаку брат. – Скоро будем! Но веселье так и не убрало из меня это – волнение. Через день свадьба, и жизнь все равно круто изменится. *** POV Ann Я плакала от смеха, поскольку обожала тот самый клип, где засветился в этом наряде Лето. – Так, кто это? – медведь обходил по кругу моих подруг и целовал в висок. Он остановился у Алисы и смотрел ей в лицо. – Я пьян, Тэрри, кто это. – Трансика приперли, – сказал Ричардсон. – Нет, это размалеванная проститутка, – решил Шеннон. – Не, смотри, какие мышцы. – Значит, размалеванная шлюха из качалки, – ответил Лето. – Как тебя зовут? И когда мужской дрожащий голос представился Алисой, все засмеялись, а Тэрри сказал: – Подруга, а чего ты дружишь с ней, она неправильная! Я рассмеялась снова. – Не унижай мне стриптизера! – сказала Мари своему преподавателю. – Стриптизер? – сказал Шеннон. – Как это? Ах ты стерва!– он подбежал ко мне. – Джа там не может себе позволить развлечься, думая о прекрасной невесте, а она тут с Алисами жжет! – Лето, иди в пень, – сказала я. – Дай мне персиковый сок, – я указала на стол с напитками. Пробуя каждый и отпивая по половине, Ше нашел нужный и протянул мне бокал. – Предлагаю устроить дебош, – и с этими словами Тэрри запустил бутылку виски в бар над моей головой. – Ричардсон, я тебе трусы в рот засуну! – тут же отреагировал Лето. – Дай–ка сюда, – я взяла из–за бара первую попавшуюся бутылку и бросила в фотографа. Она рассыпалась на миллион осколков. – Ты что, это же мартини! – сокрушался Терри. Все смеялись, даже Алиса, больше не чувствующая себя оскорбленной. – Мальчики, вам тут нечего делать. Ну–ка вон пошли! – приказала Эмма. – Выметайтесь! – Стерва! – сказал Шеннон. – Дурак! – ответила Ладбрук. – Я твой начальник! – Лапу свою соси, начальник! Лето открыл рот, чтобы ответить, но так и не нашелся, что сделать, и топнул ногой. – На пол еще ляг и похнычь, – предложила Мэри. – Так, Тэрри, отстебай ее на студии, – сказал Шеннон. – Распоясалась, – и он мимолетно поцеловал меня в щеку. – Пошли, Ричардсон! *** Ночь заканчивалась, и на небе уже начинали осветляться облака, когда мы высыпали на улицу. – Кружок по Городу Ангелов, – сказала Мэри, открывая дверь лимузина. – Поехали, мальчики скоро спустятся. В машине девчонки тут же открыли очередную бутылку спиртного, а я открыла люк и высунулась в него. Холодный воздух обхватил мои плечи, и я поежилась из–за того, что платье было на тонких бретельках. Лос–Анджелес еще спал, и лишь редкие машины мешали представить, что я здесь одна. Это был вкус свободы, это была последняя ночь беспечности, когда я могла вот так запросто поехать с незнакомцем, когда могла так просто отдаться сомнительным чувствам и прожить новую жизнь. Теперь же я чувствовала, как во мне стучит не только мое сердце – я представила его, сердцебиение малыша, и мысли сами привели меня к Джареду. Я коснулась пальцами помолвочного кольца и, попросив Эмму подсадить повыше, просто села на крышу белого лимузина. Чувство роскоши часто граничило со вседозволенностью, но теперь лишь напоминало, кто есть он, Лето. Он никогда не был обычным человеком, да и я тоже. Странный союз или… – Эй, мне кому из твоих подруг голову оторвать? – настиг меня голос, и я обернулась: на крыше черного лимузина за нами катил Джаред. – Меня Эмма держит за ноги, – сказала я. – Прикажи–ка водителю сбавить скорость и поравняться со мной. Я сделала все, как сказал Лето, и он уже стоял на ногах на крыше лимузина. – Ты больной? Слезь! – запротестовала тут же я. – Пожалуйста! – Ты мне доверяешь? – спросил Джаред. – Конечно, но, пожалуйста, сядь! – я смотрела, как ветер обхватывает джинсы и майку мужчины, как развевается его пиджак под влиянием стихии, и мое сердце колотилось. – Можешь всунуться на минуту и отойти от люка? – спросил Лето. – Могу, но… – Сделай! Я подчинилась, и через секунду машину толкнуло, а за край люка держался Джаред. – Больной что ли? – закричала я, понимая, что он перепрыгнул с одной машину на другую. – Какой есть, – он просунул голову в люк и поцеловал меня под хоровое «Оу» от девочек. Я улыбнулась. – Подними меня на крышу. – Не–а. – Ты будешь на ней лежать и говорить со мной? – Да. – Нет уж, подними меня. – Но. – Джаред! – Я против! – Высказываться после свадьбы будешь! – и за эти слова он вытащил меня на крышу. Мы сели друг напротив друга, опуская ноги в салон лимузина, и Джаред сказал: – Ты такая красивая. – Был повод! – Эй, чурбаны! – окликнул нас Тэрри. – Фото для истории, дайте мне страсти! Я рассмеялась расслабленно, но Лето тут же поцеловал меня, прижимая к себе. Наверное, стоило мне закрыть глаза, как я вдруг почувствовала это – свободу и парение над землей. Поцелуй, обливающий меня жаром, заставлял сердце биться чаще, а рассветный Город Ангелов символизировал все то, что я приобрела больше года назад. Семью, любовь, одержимость… Себя. И его. Полностью… Этот романтичный момент продолжался бы дольше, если бы лимузин вдруг не остановился и полицейский не сказал: – Так, ну–ка слезли оттуда! Вышли из машины! – Я разберусь! – крикнул из соседнего лимузина Шеннон. – Минуту. Сначала я, а потом Джаред влезли в салон автомобиля и смеялись, глядя в окно. Полицейский обалдел, когда к нему подошел шатающийся медведь. – Слушай, командир, у моего брата важный день в жизни, давай ты отпустишь нас, а? – Что за день? – День рождения. – Вы думаете, я такой тупой, что не знаю, когда у Джареда Лето День рождения? Мы изумленно переглянулись. – Сейчас, – Джаред вышел из машины и через пару минут вернулся, а лимузины поехали дальше. – Сколько ты заплатил? – прошептала я, положа голову на плечо мужчины. Все вокруг уже давно спали, и только мы в полумраке разговаривали. – Нисколько. – А как? – Автограф. – Уау, – сказала я. – Ты мне распишись на листочках, я буду все проблемы так разруливать. Лето улыбнулся и добавил: – Уже послезавтра. – Завтра, – я посмотрела на часы. – Уже завтра, – и во мне тепло отдалось волнение и предвкушение. Миссис Лето? Что ж, на это стоит посмотреть.