Прекрасный Эсмэ

Выслушав рассказ Вирре, вся честная компания впала в задумчивость. Наконец Риган высказался: - Если это всё подытожить, то получается, что тело Тьерри находится не в Королевском склепе, а в подземельях. А в склепе нас, скорее всего, ждёт засада, и нехилая такая засада. Какие будут предложения? - Так это ещё и лучше, - ухмыльнулся Гоаннек, - в подземельях нас, скорее всего, не ждут, и, судя по всему, это не клоака, а проходной двор, раз уж неопытный парнишка сумел выбраться… Вот в Вольном городе Нехайме клоака, так клоака… Удирали мы однажды после того, как в казну тамошнего Дейша ручонки запустили… по локоть… Так я вам скажу, в этой клоаке та-а-кое водится… Из нас пятерых ноги только трое унесли. А здесь даже духов-сосунов нету. - Каких ещё духов-сосунов? – поинтересовались любопытные Марис и Лаенте. - Каких-каких… Самых обычных. В духов-сосунов иногда превращаются души казнённых преступников… А где таким самое место? В клоаке. Вот они там свои жертвы и караулят. Души высасывают, а тела потом крысы и всякие подземельные гады обгрызают до косточек. Так-то. Впечатлительный Вирре пискнул и чуть не подавился отменно приготовленной кашей со шкварками, которой ему от всей души со словами: «Да что в этом дворце и пожрать-то нормально не дают! Дитё от худобы аж насквозь светится!» - навалил сердобольный дядя Жох. И теперь он же сердито сказал Гоаннеку: - Полно врать-то! Все знают, что духа-сосуна отогнать легко – только выматериться покруче, или там задницу показать. Сосуны – они чувствительные, очень на голую задницу обижаются. Так что дай парнишке доесть спокойно, и не бреши. - А крысы? – тихо пискнул Вирре. - А что крыса? – невозмутимо ответствовал дядя Жох. - Крыса тоже вкусна, ежели жареная да без шкуры. Мы их на каторге, помнится, столько переловили… И вообще, от крыс отбиться можно, да и амулеты такие есть. А иных гадов в канализации не водится, разве что мыши летучие. Так что прав этот остолоп Гоаннек – так даже лучше. Вирре торопливо закопался в миску – он действительно успел проголодаться и, сделав вывод, что дяденьки просто неудачно шутят, стал торопливо доедать кашу, удивляясь, что эта странная непривычная пища такая вкусная. - То есть, - невозмутимо продолжил гнуть свою линию Риган, нисколько не отвлекаясь на этот бродячий цирк, - нам стоит пробраться через канализацию тем же путём, что и Вирре, и просто вынести тело Тьерри, пока никто не очухался? - Тем же путём – не получится, - заметил Гоаннек, - думаю, что побег мальчика уже обнаружен, и дворцовые Стражи получили соответствующие указания. Но примерно в подземелья мы проникнуть можем – нужен только отвлекающий фактор. - То есть? - спросил Риган. - Переполох во дворце устроить, и неслабый такой, чтобы все Стражи при деле были. Так что готовьтесь – скоро выдвигаемся. А мы с Цветочком и Ягодкой договоримся насчёт сюрприза для Стражи. Есть у меня одна задумочка, - заявил Гоаннек и, кивнув помянутым многообещающим юношам, вышел. Ветераны постельного фронта, радостно улыбаясь, ибо понятно было, что хорошего для дворцовых обитателей Гоаннек не предложит, отправились вслед за ним, и уже через полчаса, одетые в скромную одежду подмастерьев, загрузили на тачку две большие корзины, в которых что-то подозрительно шевелилось и яростно похрюкивало. Загрузив корзины и аккуратно закрепив их, они отправились по извилистым грязным улочкам Вшивого квартала, радостно горланя песню и ни от кого пока особо не скрываясь. Причём путь их явно пролегал в направлении Королевского дворца. Песня, как обычно, была очень жизнеутверждающей, так что дядя Жох, прислушавшись к удаляющимся руладам, аж слезу смахнул… Я в пятнадцать лет в первый раз дала… Другу милому слово верное. И в пятнадцать лет в первый раз легла… Под моим окном травка вешняя. Было больно мне, когда он на мне… Взгляд свой пристальный останавливал. И ещё больней, когда он ломал… Под моим окном куст сиреневый. И не раз, не два он вытаскивал Свой большой-большой… кошелёк с деньгой. И не раз, не два он засовывал… В косы русые полевой цветок. У меня теперь шире маминой… Юбка белая накрахмалена. У него теперь всё стоит в штанах… В штанах бархатных у дверей лакей.* А ещё через пару часов, когда сумерки сменились непроглядной теменью, из «Дорийской прелестницы» выскользнуло ещё несколько фигур. И вот они явно не желали привлекать к себе излишнее внимание. *** Стражи, стоявшие в охране Королевского склепа, начали потихоньку скучать и в душе досадовали на Короля, который велел им охранять тело своего Супруга пуще зеницы ока и при малейших признаках опасности поднимать общую тревогу. Дворцовые гвардейцы искренне не понимали, зачем кому-то может понадобиться проникать в Королевский склеп и тревожить покой мёртвых. Однако, приказ есть приказ, дурных спорить с Виромиром не было, и Стражи, зевая и скучая, тем не менее, исправно бдили. Часы на городской ратуше пробили полночь, скоро должна была состояться смена караула, и Стражи немного приободрились, но тут до их слуха донеслись странные, непонятные звуки, напоминавшие не то щёлканье, не то хрюканье. Старший караула мотнул головой одному из подчинённых – проверь, мол, и тот, вздохнув, отправился выполнять приказание. Некоторое время всё было тихо, однако затем до слуха караульных донёсся сдавленный вопль товарища, закончившийся длинной и заковыристой матерной тирадой. Не на шутку удивившиеся гвардейцы рванули на выручку товарищу, а когда разглядели, в чём, собственно, дело, мата стало в разы больше. Оказалось, что неизвестный злоумышленник или злоумышленники каким-то образом сумели протащить и выпустить на территории Королевского дворца несколько экзотических зверюшек. Зверюшки носили доброе народное название «поблядунчики» (было у них, конечно, и научное название, но помнили его только маги соответствующей специализации), и внешне были вполне миленькие – этакие бочонки нежно-лилового цвета в мелкую жёлтую крапинку на высоких точёных ножках с копытцами. Пунцового цвета ушки и короткие пушистые хвостики дополняли картину, а небольшие витые рожки и заметные клычки добавляли шарма и пикантности. Всё бы ничего, но милые зверюшки имели нехорошую привычку пребольно кусаться и, обладая врождённо мизантропическим характером, не любили людей. Но и это было не самым неприятным. Самым неприятным было то, что слюна зверюшек, попав в рану, вызывала изменения во внешнем облике укушенного, выражавшиеся в увеличении носа, ушей, а у мужчин ещё и других органов, способных увеличиваться в сочетании с непроходящим желанием заниматься сексом с кем (чем) угодно. Причём, снимались все эти эффекты только с помощью квалифицированного мага-целителя, а если помощи не поступало в первые трое суток после укуса, последствия в половине случаев становились необратимыми. Понятное дело, что близко знакомиться с очаровательными зверюшками желающих было мало, да и поймать их было весьма сложно. К тому же, на Анассе они не водились, а доставлялись контрабандой особо отчаянными контрабандистами с Виринейских островов и стоили очень и очень дорого. Так что пакость была крупномасштабной и впечатляющей. К чести Стражей стоит отметить, что, даже будучи покусанными, они не забыли о своём долге и подняли тревогу, после чего в Королевском дворце начался такой переполох и паника, каких он не знал уже лет пятьсот, с того времени, когда Король Винган Победоносный чуть было не отдал столицу войскам тогдашней ардванской Королевы. Итак, все были при деле – гвардейцы и слуги отлавливали зверюшек, придворные старательно прятались подальше, стремясь избежать укусов, ибо вышеозначенные поблядунчики в момент опасности могли вытянуться и проскользнуть в любую, даже самую узкую щель, Король отдавал приказы, маги и целители исцеляли покусанных. Веселились все. Пикантности ситуации добавляло то, что неизвестный шутник нарисовал у зверюшек на боках номера несмываемой светящейся краской, и, спустя четыре часа, были отловлены зверюшки с номерами «1», «2», «4», «5» и «6». Особь номер «3» замаскировалась настолько ловко, что её обнаружить не удавалось ну никак, поэтому паника и раздражение нарастали. Понятное дело, никому не хотелось в одно прекрасное утро проснуться покусанным из-за чужого недосмотра, поэтому поиски продолжались и ночь выдалась на редкость незабываемой. Между тем два автора этого безобразия уже удирали от дворца, на ходу давясь хохотом и только упорное нежелание попасться на глаза Городской Страже удерживало их от более бурного и темпераментного проявления чувств. *** Гоаннек действительно неплохо знал столичную клоаку, и на территории Королевского дворца спасательная экспедиция оказалась в самый разгар переполоха. Более того, проникнуть в подземелья им тоже удалось без проблем. Оставалось только отыскать тело Тьерри и убираться восвояси, однако Гоаннек был далёк от эйфории, а на вопрос Ригана, в чём дело, ведь всё идёт гладко, вор задумчиво отвечал: - Слишком гладко, ваша милость. Что-то здесь не так. Как в воду глядел. *Слова народные в обработке А.Н.Онима.