Кровавая Роза

Сакраменто, штат Калифорния, 1991 год Дэвид Корти в нетерпении мерил шагами узкую дорожку в тени раскидистых дубов, растущих неподалёку от здания КБР (Криминального Бюро Расследований). С каждым шагом он всё больше нервничал: сегодня его адвокат, Джек Нельсон, наконец-то завершал все формальности с бумагами, связанными с завещанием матери. Прошло уже семь лет с того злосчастного 1984-го, когда Элизабет Корти нашли убитой у реки в Портленде, и её гибель до сих пор стояла у него перед глазами. Но самым загадочным в этой истории оказалась её последняя воля: мать настояла, чтобы сын обрёл положенное ему наследство лишь спустя годы после её смерти. Почему именно так, Дэвид до сих пор не понимал, но ни одна их попытка ускорить оформление пробэйта успехом не увенчалась. Теперь, казалось, настал тот момент, когда он сможет заполучить оставшиеся вещи матери — а может, и найти отгадки, связанные с её загадочной смертью. Дождь накрапывал еле слышно, стряхивая редкие капли на плечи прохожих. Вдалеке послышался гул мотора, и на стоянку подкатила серебристая «Volvo». Из неё вышел мужчина в аккуратном костюме и, щёлкнув сигнализацией, направился прямо к Дэвиду. — Добрый день, мистер Корти, — поприветствовал адвокат, протягивая руку. — Добрый, мистер Нельсон, — Дэвид охотно пожал её и улыбнулся. — Судя по всему, у вас хорошие новости? Закрыли дело с завещанием? — Именно так. Бюрократия, как всегда, заняла дополнительное время, но теперь мы можем завершить формальности. При этих словах адвокат открыл свой кожаный дипломат и достал оттуда небольшую шкатулку — резную, с золотистыми узорами, отдалённо напоминающими символы старинных орнаментов, но выполненную очень грубо, словно её сделал новичок. Дэвид поёжился от неожиданного ощущения: в рисунке было что-то смутно знакомое, как будто он уже видел похожий узор, но никак не мог вспомнить где. — Эта шкатулка изначально не фигурировала в официальном перечне имущества, — заметил Нельсон, переведя взгляд на Дэвида. — Но ваша покойная мать специально оговорила в завещании, что именно её должны вручить вам лично. Дэвид осторожно взял шкатулку. Она была удивительно лёгкой. На передней панели виднелись два переплетённых символа «CH», а по бокам — крохотные завитки. — И что в ней? — спросил детектив, приподнимая брови. Адвокат улыбнулся: — Ваша мать любила загадки. Он медленно приоткрыл крышечку. Внутри, на маленькой бархатной подушечке, лежал необычный резной ключ. Его форма была вычурной, с тонким острым «язычком», а головка ключа изображала странную маску, будто человеческое лицо с приподнятыми бровями. — Никогда не видел такого, — признался Дэвид, осторожно взяв ключ и разглядывая его со всех сторон. — Но если есть ключ, должен быть и замок, верно? Нельсон пожал плечами: — К сожалению, никаких указаний о замке в документах нет. Возможно, ваша мать считала, что вы сами догадаетесь, куда он подходит. Дэвид невольно подумал о той ночи в Портленде, когда он нашёл тело матери и не мог понять, почему она позвала его к реке так срочно. Уже тогда ему казалось, что у неё была некая важная тайна, но довериться сыну она не успела. Теперь этот ключ и шкатулка выглядели как прямое напоминание о тех недосказанных словах. — Ещё кое-что, — добавил Нельсон, закрывая дипломат. — Остальную часть наследства — немного сбережений, документы на подержанную машину и кое-какую бытовую технику — вы можете получить в любой момент. Свяжитесь со мной, и мы оформим передачу. — Ясно, — кивнул Дэвид, всё ещё ощущая странное волнение. — Благодарю за вашу работу, мистер Нельсон. — Приятно было с вами сотрудничать, — кивнул адвокат, пожал Дэвиду руку и направился к машине. Оставшись один, детектив машинально вытер капли дождя с крышки шкатулки и перевёл взгляд на затейливый узор. Его пальцы невольно скользнули по краю, и тут же внутри шкатулки что-то щёлкнуло, слегка отодвинув боковую панель. — Что за… — пробормотал он, осторожно нащупывая скрытую щель. Из маленького тайника выпала узкая полоска бумаги. На ней виднелся выцветший от времени текст, написанный аккуратным женским почерком, легко узнаваемым как почерк Элизабет Корти:

«Тому, кто носит в себе кровь полночных историй, доверяю то, что укрыто было от света. 

Не бойся теней, в них скрыта правда о том, кто ты есть.

Ищи путь, где серебро встречает розу, и помни: истина всегда спрятана за зеркалом.

Там, где начинается ночь, ты найдёшь ответ».

Сердце Дэвида сжалось, едва он прочёл эти строчки. Его мысли вернулись к тем вечерам, когда мать рассказывала ему странные легенды о существах ночи. Тогда он считал это просто сказками, которыми взрослые развлекают детей, но теперь... теперь всё казалось куда более реальным. «Кровь полночных историй» — разве не намёк на ту самую кровь, что, казалось, толкала его к теням, влекла к неизведанному? Почему она говорила о правде, скрытой в тенях, и о поиске, где «серебро встречает розу»? Дэвид задумался: может, это отсылка к чему-то из прошлого, чему он ещё не придал значения? Или, возможно, к тому, что было частью его происхождения? «Там, где начинается ночь, ты найдёшь ответ». Что она имела в виду? Место, где он впервые столкнулся с собственной тьмой? Или кого-то, кто давно скрывается в темноте его прошлого? Всё это было как загадка, которую можно разгадать, только следуя за самыми пугающими и странными догадками. Видя перед собой эту смутно знакомую шкатулку и странную записку, детектив ощутил, что всё это — лишь начало цепочки, которая может пролить свет на убийство матери. Близился полдень, и кто-то из сотрудников КБР, вышедший на крыльцо покурить, окликнул Дэвида, но тот как будто не услышал. Сжимая в кармане резной ключ, он чувствовал странное предчувствие — будто всё, что он узнал о смерти матери, было лишь верхушкой айсберга. И, возможно, на этом пути его ждут открытия, которые заставят трепетать не только сердце, но и ту часть души, что до сих пор не смирилась с потерей родного человека. — Ответ совсем близко… — тихо произнёс он, медленно закрывая крошечный тайник и убирая шкатулку в нагрудный карман. Элизабет Корти погибла семь лет назад — на пустынном берегу реки в Портленде; её тело нашли изувеченным и брошенным. Официальное расследование не дало результата. Но если это завещание — ещё один путь к истине, Дэвид не намерен отступать. Он уже научился жить с болью утраты, но никогда не забывал об обещании, которое дал на могиле матери: отомстить за неё и узнать все тайны, что искалечили её судьбу. А теперь у него есть подсказки и ключ. И, возможно, именно он позволит открыть дверь, за которой находится разгадка самой мрачной истории его жизни. *** Лос-Анджелес, Пальметто-стрит, 2004 год День выдался пасмурным, с беспрерывной моросью, пропитывающей воздух запахом сырости и бензина. В обед, когда выдалась такая возможность, Дэвид успел заскочить в небольшое кафе, где на скорую руку перехватил чашку горького чёрного кофе. Руки его слегка подрагивали — от кофеина, недосыпа или от нервного возбуждения, а может, и от всего сразу. Но, возможно, причиной стал и глухой голод, что прятался под кожей — жажда крови, которая никогда не исчезала полностью. Сидя за украшенным столиком у окна, он время от времени бросал короткие взгляды на экран телефона, пытаясь отвлечься от неприятного привкуса железа, который, казалось, витал в воздухе. По плану «Дело Макмилланов» — объёмистый архив с важными доказательствами и протоколами — должно было храниться на специальном полицейском сервере и в бумажном виде в задних комнатах управления, куда был ограничен доступ даже для официальных лиц. Такое досье закрывали под несколькими замками. Одним только знакомством с кем-нибудь из начальства было не обойтись: требовалось специальное разрешение, десяток подписей и весомая причина. Но у Дэвида её не было и быть не могло, ведь он действовал вне рамок официальных полномочий. Собственно, в том и была загвоздка — ему требовалось добраться до архива тайком. Мелкий дождь барабанил по стеклу, когда Дэвид набрал на телефоне номер человека, с которым собирался провернуть эту аферу. У него не было ни времени, ни желания выстраивать длинную цепочку поддельных разрешений; проще было провернуть всё лично или с малой группой тех, кому он доверял. — Привет, — раздался на другом конце слегка хриплый голос. — Сегодня получится? — спросил Дэвид вполголоса, опустив глаза, будто боясь, что кто-то из посетителей кафе подслушает.  — Думаю, да, — отозвался собеседник. — Встречаемся, как договаривались? — Ближе к вечеру. На месте объясню. — Понял. Жду. Дэвид коротко кивнул, будто Ричард мог его видеть, и положил трубку. Его слух, острее обычного, уловил далёкий ритм шагов, стук сердца где-то за стеной — уличная жизнь звучала для него громче, чем для других. «Сейчас совсем нет на это времени…» — подумал детектив с раздражением, пытаясь заглушить свою жажду. Он расплатился и не спеша вышел под дождь, натянув капюшон спортивной куртки. Капли дождя скользили по ткани, а под ногами хлюпали лужи. Он оставил машину подальше, чтобы не привлекать внимание. Негласный закон большого города гласил: будь незаметен в толпе, и тебе ни за что не пришьют лишнего дела. Ближе к вечеру он уже стоял в переулке, примыкающем к одной из боковых улиц, откуда можно было незаметно проникнуть к полицейскому участку, не проходя через главный вход. Словно по закону подлости дождь на тот момент усилился. Леденящий ветерок швырял холодные брызги в лицо; уличные фонари горели тускло, и никто не замечал одинокую фигуру в длинном плаще, перемещающуюся по тёмным закоулкам, как собственная тень. В тени мусорного бака стоял Ричард — худощавый парень лет тридцати, одетый в старый серый дождевик. На вид он был слегка растрёпан и напряжён, как будто постоянно ожидал угрозы с любой стороны. Когда-то Ричард трудился в этом самом полицейском участке, занимаясь техподдержкой: он монтировал серверы, настраивал системы, а заодно — излишне любопытствовал, читая секретные документы, к которым не имел официального доступа. Начальству такое «увлечение» не понравилось, и в итоге Ричарду пришлось уволиться, радуясь хотя бы тому, что отделался лишь позорным «выговором» без тюремных последствий. Корти был одним из немногих, кто, пользуясь своими связями, кое-как сумел «отмазать» приятеля, сделав так, чтобы дело не пошло дальше бюрократической волокиты. С тех пор у Ричарда было особое отношение к Дэвиду: он чувствовал, что многим ему обязан, и уже не раз помогал — правда, всегда по мелочам. Но в этот раз всё было куда серьёзнее. — Чёрт, Дэйв, ты всерьёз собираешься туда лезть? — прохрипел Ричард, когда друг подошёл к нему вплотную. Голос у него дрожал то ли от холода, то ли от внутреннего напряжения. — Серьёзнее некуда. — Дэвид быстро оглядел переулок и понизил голос. — Мне нужен оригинал: цифровая копия и всё, что сможем вытащить по «Делу Макмилланов». Бумаги, фотографии, улики — в общем, всё. Полный комплект. Ричард нервно сжал в пальцах сигарету, которую только что докуривал, и бросил её в лужу.  — Ты же понимаешь, они не просто так засекретили это дело? Там могут быть подписи влиятельных людей, поддельные отчёты, компромат на высшие чины… Это не просто архив, Дэйв, это — бомба!   Дэвид знал все риски. Да и сам Ричард не зря нервничал: злостный «взлом» полицейского архива — совсем не то же самое, что переключить пару камер. Но времени спорить не было. — Именно поэтому мне нужна твоя помощь. Ты знаешь систему, знаешь, как попасть в серверную. Ты же сам мне рассказывал, как читал во время ночных дежурств засекреченные файлы. Ричард усмехнулся, однако улыбка вышла вымученной. — Да, читал. Именно это и стало моей проблемой. Сам видишь, чем всё кончилось. За любопытство платят увольнением. А ещё, будь у кого-то больше желания раскопать, могли бы мне приписать «шпионаж», и я бы давно сидел, даже твоё заступничество не прокатило бы. Думаешь, я хочу вляпаться так жёстко снова? — Не вляпаешься, — уверенно сказал Дэвид. — Ты поможешь мне только с доступом. Вся остальная работа — на мне. Просто откроешь путь. На какие-то секунды Ричард замолчал, видимо, прикидывая, стоит ли рисковать и лезть в это болото. Он вспомнил дни, когда Дэвид выручил его: привлёк пару знакомых адвокатов и сделал всё, чтобы Ричарда не обвинили по полной. С тех пор Ричард чувствовал, что в долгу у детектива. Наконец он вздохнул, словно смиряясь с неизбежным: — Ладно, — тихо бросил он. — Но мы пойдём быстро. Я смогу на время отключить внутренние камеры, чтобы мы остались незамеченными. Но у тебя будет около пятнадцати минут, прежде чем кто-то заметит активность в архиве или заметит сбой. Если мы превысим это время, поднимется тревога. Патрульные прибегут, охрана перекроет выходы — нам крышка. Дэвид ощутил укол адреналина. Пятнадцать минут — это ничтожно мало, особенно если учесть, что им придётся ещё искать нужные папки и файлы. — Мне хватит, — буркнул он, пытаясь придать себе уверенности. — Главное — попасть внутрь и получить доступ. — Помни: у тебя пятнадцать минут, — холодно повторил Ричард. — Если провалишься, то я убью тебя своими руками за то, что втравил меня в эту авантюру. — Тогда поторопимся, — с лёгкой усмешкой ответил Дэвид, а затем стал серьёзным. — У меня мало времени — нужно успеть получить всё до полуночи. — Лучше бы я сейчас сидел дома, пил пиво, — пробормотал Ричард, отступая на шаг вглубь переулка. — Но что делать… Ладно, я с тобой. Дэвид коротко кивнул, ещё раз оглядел мокрую улицу и зашагал к чёрному ходу полицейского участка. Наверху, в одном из окон, горел тревожный жёлтый свет, но из-за занавески не было видно ни силуэта, ни движения. Ричард нетерпеливо шагнул за ним, бросая последний взгляд в переулок: дождь стучал по жестяной крыше мусорного контейнера, словно отбивая нервный ритм. — Камера у чёрного хода наверняка активна, — шёпотом пояснил Ричард. — Я попытаюсь отключить её удалённо, через доступ к сетям, но нужно несколько минут. Если не успею, нам придётся идти на удачу — может, нас и не заметят. — Делай, — коротко ответил Дэвид. — Я прикрою. Ричард вытащил из кармана небольшой портативный прибор, похожий на смартфон, но с пучком проводов вместо разъёмов. Подойдя к стене, он поднял металлическую панель, где виднелись коммуникации, и начал возиться с проводами. Дождевые капли противно барабанили по его худым плечам. Через некоторое время Дэвид заметил, как лицо Ричарда слегка побледнело — видимо, прибор не сразу перехватил нужный сигнал, и пара попыток оказались пустыми. — Чёртова прошивка… — тихо ругнулся Ричард, не отрывая взгляда от экрана. — Они-то подумали, что просто перевели систему на резервный сервер… А вот и нет, я знаю пару «бэкдоров»… Он застыл, будто ожидая сигнала. В один миг на дисплее загорелся зелёный индикатор, а устройство издало короткий звук. — Всё, камера временно слепа, — выдохнул он, вытирая мокрый лоб. — Но будь готов: если в дежурке сядет человек, то поймёт, что на экране какая-то фигня вместо изображения. У нас будет пара минут, пока он разберётся, что глючит, перезагрузит систему и… всё. Затем уже могут включать ручной режим, и тогда точно заметят двух тупиц на экране. Дэвид кивнул, напрягая слух, чтобы уловить, не идут ли сюда охранники. Его слух был обострён до предела: он различал биение сердец за стенами, улавливал приглушённые дыхания в темноте. Любой звук мог быть предвестником опасности. В моменты напряжения желание крови становилось особенно острым, будто страх и адреналин только усиливали голод. — Отворяем дверь, — коротко бросил он. Знал он об этой двери многое: малозаметный торцевой вход, который чаще всего использовался для персонала обслуживания, — уборщиков, техников, курьеров. Кодовый замок был современной модели, но Дэвид уже не раз пользовался устройством-взломщиком. Он опустился на одно колено перед панелью, извлёк из внутреннего кармана электронный прибор-отмычку и подсоединил его. Нужно было лишь дождаться, пока машинка перехватит сигнал от охранной сети. Ричард дёрнул носом: — Помнится, раньше у них был старый замок, куда я ставил «бэкдор»… Думал, будет проще, — пробормотал он тихо. — Поменяли, — коротко ответил Дэвид. — Примерно полгода назад. Машинка пискнула, и на её оранжевом дисплее замигали цифры. Каждый секундный интервал казался вечностью, а дождь, становясь только гуще, заливал шею Дэвида. Он понимал, что со стороны они выглядят подозрительно, хотя под плотным дождём и в такой час мало кто гуляет. — Ну же… — прошептал детектив, скользя взглядом по индикации. Ричард стоял рядом, одной рукой опираясь о влажную стену, стараясь дышать как можно тише, словно это бы помогло. Он нервничал всё сильнее: с каждой секундой шансы, что кто-то из охраны заглянет в эту часть коридора, возрастали. И тут прибор мигнул зелёным, раздался мягкий щелчок — замок поддался. — Есть, — удовлетворённо выдохнул Дэвид. Он открыл тяжёлую дверь и жестом позвал Ричарда последовать за ним внутрь. Их встретил полуподвальный коридор: узкий, с серыми стенами и тусклой лампой где-то под потолком. Пахло сыростью, моющими средствами и канализацией, как это часто бывает в подвалах старых административных зданий. Далеко впереди слышался ровный гул вентиляции, и где-то приглушённо капала вода, видимо, из прохудившейся трубы. Пока они слушали тишину, к горлу Дэвида подступил холодный ком адреналина: любое движение наверху могло означать, что патрульный идёт к ним. Но пока всё было спокойно. Дэвид прикрыл дверь, и они оказались скрыты от дождя и глаз случайных прохожих. — Теперь прямо, потом налево в серверную, — быстро сориентировался Ричард , вспоминая план здания, что остался в памяти. — Я первым делом достану цифровую копию, а потом двинемся к бумажному архиву. Не передумал? — Это дело важно, — процедил Дэвид, напрягая слух в полутьме. — Надеюсь, они не уничтожили часть бумажных документов, хотя возможно, в цифровом виде что-то сохранилось, копии, черновики… — Твои пятнадцать минут уже текут, — напомнил Ричард, поглядывая на часы. — Я отключил часть внутренних камер, но они перезагружаются по нескольким подсистемам. Скоро охрана поймёт, что происходит что-то неладное. — Тогда пошли быстрее, — Дэвид коротко стиснул кулаки. — Если что, попробуем проскользнуть. Коридоры здесь были действительно тесными. На стенах виднелись облупившиеся следы от старой краски, кое-где торчали трубы. Пол выложен старой плиткой, кое-где она потрескались или отошла, образуя мелкие ямки. Где-то далеко лаяла служебная собака, а через вентиляцию доносились звуки шагов на верхнем этаже, отчего казалось, что всё здание дышит и следит за ними. — Можно подумать, мы пробираемся в секретную лабораторию Пентагона, — проворчал Ричард, стараясь держаться позади Дэвида. — Надеюсь, там нет новых охранных постов. — Читал я сводку дежурств: должны быть двое охранников на первом этаже и один в центральной дежурке, — шёпотом ответил Дэвид. — Если мы не нарвёмся на случайный обход, то справимся. Первое серьёзное препятствие встретилось у входа в серверную. Металлическая дверь, закрытая на магнитный замок. Рядом примитивная карточная система, которую, как предполагал Ричард, не обновляли уже год. Дэвид нахмурился: — Здесь всегда усиленный контроль? Это же отдел IT, да? — Ага. Здесь и «ночевал», когда брался за серверы, — глухо ответил Ричард. — Взламывать придётся. — Поможешь вскрыть? Друг достал из кармана небольшую отвёртку, стал откручивать крепления на панели. — Постараюсь. Скорее всего, там тот же защитный модуль. Если повезёт, я смогу ввести «призрачную» карточку, наш самодельный скрипт подменит сигнал. — Действуй. Пока Ричард возился с панелью, Дэвид напряжённо прислушивался к топоту сверху. Ему мерещились отдалённые голоса — словно кто-то спустился в подвал. На душе стало тяжело, а тело напряглось, как у зверя, готового драться насмерть. Если их заметят, всё пойдёт прахом… и у него не будет ни «Дела Макмилланов», ни свободы. — Готово, — негромко сказал Ричард, покачивая головой. — Чёрт, а ведь они действительно не поменяли за это время… Он подключил свой электронный девайс к проводам. На первый раз ничего не произошло: загорелся красный свет, подавая сигнал «Доступ запрещён». Ричард выругался про себя, переключился на резервный модуль. Спустя полминуты неуверенной возни красный сигнал сменился зелёным. Раздался короткий механический писк. — М-м… Похоже, получилось, — прокомментировал он с облегчением. — Проходим, — кивнул Дэвид, приоткрывая дверь. Воздух внутри серверной был чуть прохладнее, работали кондиционеры. Пахло озоном, пылью от системных блоков и затхлым воздухом, застрявшим среди спутанных кабелей. У стены громоздились стеллажи, уставленные роутерами и свитчами, мигали разноцветные индикаторы. В углу тускло горел монитор, судя по всему, кто-то работал и не вышел из системы. Дэвид вынул пистолет из кобуры под пиджаком и на всякий случай проверил угол комнаты: никого. Дежурного айтишника здесь не оказалось. — Пусто, — тихо сказал он и спрятал оружие обратно. — Ждут нас, видимо, в другом месте. — Не каркай, твою мать, — ругнулся Ричард, чем вызвал улыбку у друга. Он прошёл к центральному компьютеру, на котором обычно держится локальная база полицейских дел. За давностью лет он помнил, как заходить, но система могла немного измениться. — Садись, я прикрою, — предложил Дэвид. — Да щас. Я даю тебе доступ, а потом твори, что хочешь, — возразил Ричард, быстро вбивая на клавиатуре какую-то последовательность команд. — Мне надо ещё отследить внутренние камеры, чтобы продлить тебе эти… хвалёные пятнадцать минут. — Хорошая мысль, — согласился Дэвид, отодвинув ему стул. — Если в дежурке увидят, что серверная активна, точно пошлют патруль. Ричард несколько раз стукнул по клавишам, потом выругался: — Пока всё в норме, но время идёт. — Тогда я занимаюсь «Делом Макмилланов». — Дэвид подошёл к монитору. Под ним лежала стопка бумаг, но судя по пыли, никто давно не прикасался. Пара кликов — архив потребовал логин и пароль. Ричард уже вытащил из кармана флешку с «левым» скриптом: — Лови. Пихай это в USB и если не взлетит — тогда я вмешаюсь. — Понял. Дэвид подключил флешку, и стал напряжённо всматриваться в мигание индикаторов на панели. Архив слегка притормозил, а затем выдал знакомое окно безопасности. Всё, как и сказал друг. — Чёрт, — негромко выдохнул детектив. — «Требуется двухфакторная аутентификация»… — «Система заблокирована»? — переспросил Ричард, не отрываясь от своей панели, где он отключал очередную камеру. — Спокойно, у меня есть обход. Дэвид покачал головой: — Мы торопимся. Давай скорее. — Дэйв, иди в жопу со своим «скорее», я и так тут как на шоу «The Apprentice». Ричард на секунду отлип от камеры, переместился к монитору, ввёл ещё несколько строк кода. Полоска прогресса пошла. Полминуты тягостного ожидания и красный индикатор сменился зелёным. Перед ними раскрылась вся файловая база. — Ха! — радостно фыркнул Ричард, вытирая со лба пот. — Новым айтишникам далеко до меня… Оставаясь на полусогнутых, он зашёл в базу: папки, подпапки, тонны протоколов. К счастью, у него имелся список ключевых слов, чтобы отыскать именно «Дело Макмилланов». Спустя пару минут файл отыскался в глубине системных архивов, где-то среди прочих «висяков». Ричард открыл — и оказалось, что большая часть заголовков помечена грифом: «Для служебного пользования» и «Засекречено». — Ого… — выдохнул Ричард, мельком взглянув на тексты. — Похоже, это не просто кража или убийство. Дэвид не стал тратить время на обсуждения, и скопировал всё на флешку: от отчётов до промежуточных версий, временных файлов. Система успела пару раз выдать предупреждение о «внешнем вмешательстве», но всё ещё оставалась под управлением их скриптов. — Готово, — прошептал он. — Хватит копировать. Надеюсь, скачал всё. Отключив флешку и программу, Ричард аккуратно закрыл лишние окна. Нельзя было оставлять следов, которые сразу выдадут взлом. Пусть хоть немного замедлит их обнаружение. Оглянувшись на дверь, Дэвид с тихим облегчением отметил, что пока никто не ворвался. Но время стремительно истекало. — Надо идти к бумажному архиву, — сказал Дэвид, поднимаясь с корточек. — Цифровая информация важна, но я бы хотел взглянуть и на бумажную. — Осторожнее, — пробормотал Ричард, пытаясь завершить свою «камерную» операцию. — Я тут кое-как заморозил запись, но если на том конце люди сообразят быстрее, чем планировалось, у нас будет не пятнадцать, а десять минут или даже меньше. — Этого достаточно, — устало отозвался Дэвид, подходя к двери. — Главное — не сталкиваться напрямую с охраной. Он кивком подозвал друга, и они замерли, прислушиваясь к тишине за порогом. Никаких шагов или голосов слышно не было. Подождав ещё немного, Дэвид тихонько открыл дверь и выглянул в коридор. Там царил полумрак, и лишь тусклый аварийный свет создавал блеклый узор на стенах. — Всё, уходим к архиву. Он двумя этажами выше. Они выбрались из серверной, закрыли дверь и, стараясь как можно тише ступать, пересекли несколько коридоров. Поднялись по узкой лестнице, вплотную прилегающей к шахте лифта. Лампы здесь горели на дежурном режиме: тусклый свет и частые перебои делали их короткий путь похожим на кошмар, где за каждым углом может обнаружиться охранник или забредший патрульный. Однако, к их счастью, пока всё шло относительно гладко. Ричард шёл позади Дэвида, то и дело оглядываясь на тёмные углы. В голове у него шумело от адреналина и чувства дежа вю — эти коридоры он знал почти наизусть. На втором этаже располагалась «запасная картотека». В ней ранее хранили копии особо важных дел. Позднее, с расцветом цифровой эпохи, некоторые материалы перенесли на сервер, но кое-что — слишком громоздкое или засекреченное — оставалось лежать на пыльных стеллажах. По информации Дэвида, именно в этих архивах можно было найти оригинал «Дела Макмилланов». — Ты приблизительно представляешь, где искать то, что тебе нужно? — прошептал Ричард, хмурясь. — Да, — отозвался Дэвид. — Если моё предположение верно, то «Дело Макмилланов» спрятано где-то за старыми папками, а может, в коробках. В любом случае я рассчитываю, что всякие крысы и архивариусы туда особо не лазили. Ричард приоткрыл тяжёлую металлическую дверь: коридор вёл к архиву. Повеяло затхлостью и сыростью. Стены здесь были обиты грязноватой плиткой, а пол в местах успел покрыться трещинами. В центре плафона мигала дежурная лампа, то чуть разгораясь, то почти угасая. Всё это, вместе с приглушённым эхом гулких шагов сверху, придавало обстановке зловещую напряжённость. — Мы почти пришли, — прошептал Дэвид, осматривая коридор. — Но, похоже, тут установлена камера. И действительно, справа красовалась табличка: «Архив. Посторонним вход воспрещён». Над самой дверью в углу висела миниатюрная «чёрная коробочка» с ровным объективом, а её вращение было едва различимо: камера неторопливо «прокручивала» коридор, как ищейка, выискивающая несанкционированных гостей. Ричард взглянул на камеру, затем резко уставился на маленький дисплей своего портативного устройства. На экране мигнула тревожная иконка, и его лицо тут же помрачнело. — Чёрт... — прошептал он, вцепившись пальцами в прибор. — Программа начала барахлить. Похоже, та система, которая блокировала изображение, сбоит. Не уверен, что эта камера нас не заметит. Если охранник начнёт следить вручную — нам крышка. Дэвид скрипнул зубами, чувствуя, как внутреннее напряжение нарастает. Времени было мало, слишком мало. Голод сразу напомнил о себе, а желание ощутить кровь на языке, тёплую и живую, било по сознанию, но детектив стиснул зубы, отгоняя наваждение. — Может, мы пробежим, пока она отвернётся? — предложил Дэвид, оценивая траекторию движения объектива. — Сомневаюсь: она вращается быстро и успеет нас поймать хотя бы «хвостом», — покачал головой Ричард, не отрывая глаз от мерцающего экрана. — Даже если сейчас всё чисто, это дело пары секунд. Лучше придумать что-то надёжнее. — Или… — Дэвид вытащил из кармана маленький карманный лазер, полученный от одного знакомого, разбирающегося в оптике. — Мне когда-то говорили, что, если правильно направить луч на объектив, камера «ослепнет» на мгновение. Система подумает, что это сбой или простая засветка. Ты сможешь вскрыть дверь за это время? Взгляд Ричарда чуть расширился, однако он быстро справился с удивлением: — С ума сошёл? Ты любишь риск, дружище. — Он оглянулся, будто проверяя, не идут ли уже сюда охранники. — Но, чёрт побери, давай попробуем. Дэвид кивнул, напрягаясь. Сердце колотилось, как бешеное. — Когда она повернётся влево, — сказал Ричард, глядя, как камера совершает плавные движения то вправо, то влево, — тогда бегом. У тебя будут две-три секунды, не больше. Дэвид быстро выглянул в коридор: камера повернулась в нужную сторону. — Сейчас, — шепнул он. Стараясь не издавать лишнего шума, Дэвид метнулся вперёд, буквально прильнув к стене, чтобы не попасть в поле зрения объектива. Едва успел прижаться, поднял руку с лазером и, прицелившись, нажал кнопку. Крохотный луч, почти невидимый со стороны, ударил в объектив, вызвав жёсткую засветку для цифровой матрицы. На экранах охраны сейчас должна была пойти цветная рябь, будто помехи. На этом «трюке» и строился план. — Давай, — прошипел он, чувствуя, как рука начинает дрожать от напряжения. Любое отклонение — и всё накроется медным тазом. Ричард, не теряя секунды, бросился к двери архива, ухватился за связку отмычек. Он судорожно подбирал нужный инструмент, вставлял, чувствовал, как проклятый замок упорно сопротивляется. Старая механика оказалась куда надёжнее, чем ожидалось. Каждый вдох казался Ричарду бесконечно долгим. Тем временем Дэвид по-прежнему удерживал лазер, а камера начинала покачиваться — будто пыталась автоматически отладиться. А если кто-то из охраны догадается проверить вручную сигнал? — Быстрее! — тихо рыкнул Дэвид, чувствуя, что ладонь уже вспотела, а мышцы плеча наливаются свинцом. — Я стараюсь, — прошипел в ответ Ричард, со всей силы вдавливая отмычку. Пружина в замке отчаянно не желала поддаваться, метал гулко звенел, издавая отвратительный скрежет. «Чёрт подери», — мысленно выругался Ричард, потеряв одну из отмычек. Он быстро схватил другую, надеясь, что она лучше подойдёт к этому старому механизму. Пока они возились, где-то наверху, в дежурной части, мог зазвенеть тревожный звонок, указывающий на то, что камеры «заваливают» изображение помехами. Из-за шума кровеносного пульса в ушах, Ричард не слышал, идёт ли кто-нибудь сюда или нет. Адреналин впился в его сознание, заставляя сердце бешено колотиться. И вдруг — щелчок. Всё. Замок поддался, словно не выдержав натиска. Ричард встрепенулся: — Есть! Дэвид, почувствовав облегчение, резко отвёл лазер, убирая луч. Едва он скользнул к двери и потянул Ричарда за собой, чтобы скрыться за порогом. За их спинами на стене мелькнул блик: камера поворачивалась обратно, но опоздала на долю секунды. Дверь захлопнулась, оставив коридор снова пустым. Оказавшись внутри, они ощутили, как воздух пропах смесью старой бумаги и пыли. Мерцала одинокая лампа, разгоняя мрак лишь в центре комнаты. Вдоль стен тянулись металлические стеллажи с папками, коробками и конвертами — бесконечные ряды документов. Пахло ветошью, слегка горьковатой, как бывает в старых библиотеках, куда годами никто не заглядывал. — Здесь килотонна бумаг… — выдохнул Ричард, вытирая пот со лба. — Слушай, нам придётся вести себя очень тихо. Да и когда мы найдём то, что нужно? — Я знаю примерный шифр. — Дэвид подбежал к дальнему стеллажу, водя взглядом по корешкам папок. — «Нераскрытые»… буква «М»… либо «Макмилланы». Может быть, на другой полке — всё зависит от того, как у них заведена система. На короткое мгновение воцарилась тревожная тишина, нарушаемая лишь нервным дыханием обоих. Они метались между пыльными стеллажами, читая надписи. Пот в буквальном смысле градом катился по вискам Дэвида: время уходило, а найдёт он дело или нет — большой вопрос. Ричард глядел на дверь, опасаясь, что в любой момент ручка дёрнется и внутрь ворвутся вооружённые охранники. — Сейчас… сейчас… — бормотал Дэвид, просматривая раздел «Нераскрытые дела». Прошло пять минут бесконечного лихорадочного поиска. Временами Ричард тихо шипел, чтобы Дэвид ускорился, ведь «15 минут уже на исходе». Но Дэвид не сдавался. Наконец, среди пожелтевших папок и коробок он наткнулся на нужную: «Макмилланы, Ричард и Диана. Материалы слушаний…» — Нашёл, — прошептал он возбуждённо. «Макмилланы». Схватив пухлую папку, открыл её наугад: да, внутри протоколы допросов, заключения экспертиз, фотографии с места преступления. Казалось, дело велось очень подробно, а затем — резко было «похоронено» в архивах. — Давай снимем копии на фотоаппарат, ты же взял его? — предложил Ричард, скользнув взглядом по страницам. — Конечно. — Дэвид уже достал фотоаппарат и быстро начал листать страницы. Каждый лист — щелчок камеры. Потом перелистывал дальше, снова снимал. Вряд ли удастся «оцифровать» абсолютно всё, но нужно было хотя бы главное. За считаные минуты они отсняли большую часть, хотя и рисковали пропустить что-то важное. Дэвид понимал: если не успеют выскользнуть сейчас, то охрана наверняка заблокирует выходы или вызовет подкрепление. Дальше любой вариант обернётся для них катастрофой. — Уходим, — процедил он, убирая фотоаппарат в карман. — Иначе нас накроют. Они аккуратно вернули папку на место, правда, слегка криво: расставлять всё как было не хватало времени. Дэвид всё-таки прихватил пару страниц оригинала с ключевыми подписями, пряча их под куртку. Ричард кивнул, понимая, что им нельзя терять ни секунды. Тихо, почти на цыпочках, они выбрались обратно к двери, зная, что с камерой придётся провернуть трюк повторно. На счастье, объектив снова «смотрел» в другую сторону, поэтому Дэвид быстро ослепил её лазером, а Ричард ещё ловчее провернул операцию с дверью. Выйдя в коридор, они без промедления рванули к лестнице. Обратная дорога напоминала бегство из горящего здания. Сердце у обоих стучало громче, чем вентиляция над головой. Нужно было снова спуститься в подвал, чтобы выбраться через тот же чёрный ход. Вдобавок где-то в глубине этажа послышались шаги и негромкие голоса — видимо, кто-то из дежурных сотрудников. Нервы натянулись до предела. — Сюда, — шёпотом скомандовал Дэвид, указывая, куда свернуть. Ричард молча шагал за ним. Они добрались до лестницы, преодолели пару пролётов, и вот уже виднелась знакомая табличка «Подвал». Казалось, ещё немного — и они спасутся. Но едва они шагнули на нижний уровень, как за поворотом раздались быстрые шаги. Дэвид сглотнул: кто-то шёл в их направлении. В отражении на стене промелькнул тусклый отблеск фонаря. — Может, охранник? — прошептал Ричард, в ужасе оглядываясь, куда бы спрятаться. Стены тут были голые, зацепиться негде. Свет фонаря высветил дальнюю часть коридора. Силуэты двоих — офицеры или охранники — медленно шли, переговариваясь. Дэвид сглотнул, почувствовав, как холодный пот катится по шее. Ну всё, попадутся — и будет длинный допрос, запрет на любую деятельность, а может, и уголовное преследование. Но шаги внезапно повернули в ответвление коридора, скрылись за углом. Это дало им шанс прошмыгнуть дальше. Затаив дыхание, Дэвид и Ричард двинулись к знакомой двери, ведущей во двор. В какой-то момент внимание Дэвида привлёк красноватый отблеск на стене — лампочки сигнализации замигали. — Сработала тревога, — процедил он. — Или автоматический ночной режим включился? — Без разницы! Если продолжатся системные сбои, скоро сюда сбежится дежурная группа, — Ричард выругался. — Жми на выход. Не испытывая желания проверять, кто включил сигнал, они рванули вперёд. Последние метры будто растянулись, но вот дверь, ведущая во двор, уже совсем близко. Дэвид толкнул её плечом, и они выбрались в ночь. Улица встретила их влажным воздухом и мерцанием одинокого фонаря. Дождь к тому часу почти стих, но асфальт был весь в лужах, от которых струился противный запах городской влаги. Ричард хлопнул дверью, и в ту же секунду Дэвид ловким движением подставил маленький металлический клин под порог, чтобы изнутри дверь не смогли легко открыть. — Ладно, дальше сам разбирайся, — выдохнул Ричард, нервно поглядывая по сторонам и отплёвываясь от капель, скатившихся по лицу. Похоже, его адреналин зашкаливал. — Я умываю руки, я тут ни при чём. — Ты молодец, мы сделали это, — Дэвид стиснул его руку в крепком рукопожатии. Слова прозвучали с облегчением, будто гора свалилась с плеч. — Спасибо, Ричард. Я с тобой свяжусь. — Ох, надеюсь, что не скоро, — мрачно буркнул парень, отвернувшись. Он быстро скрылся в глубине тёмного переулка, практически сливаясь с тенями. А Дэвид, проведя рукой по волосам, где тоже успела осесть влага, остался один на пустынной улице. Перед глазами ещё стояли неоновые отблески коридора, огни тревоги, пыльные стеллажи в архиве. Он понимал, что внутри его фотоаппарата и флешки  — бесценная информация: отчёты, фото, признания — всё о «Деле Макмилланов». Но и сам он теперь стоял на краю пропасти, ведь если полиция начнёт разбирательства, то вычислить его будет сложно, но не невозможно. *** Ночная мгла ещё плотнее окутала заброшенную окраину Голливуда: здесь, за призрачной чертой, старые кварталы сходились с выжженной пустошью, утопая в мрачном безмолвии. Неровное освещение от редких уличных фонарей лишь подчёркивало запустение: кривые указатели над ржавыми трубами свидетельствовали, что когда-то это место было автозаправкой, а теперь же оно выглядело кладбищем для машин и старых вывесок. Именно в этом месте Гэри назначил встречу детективу Дэвиду Корти. Дэвид прибыл вовремя — ровно к одиннадцати, как и договорились, припарковал свой старенький, но верный «Шевроле» так, чтобы при необходимости можно было быстро уехать. Выключив двигатель, он ещё несколько секунд сидел в машине, наблюдая, как рваные облака плывут над головой, пряча блеклую луну. Ветер трепал хилые кусты, рассыпанные по пустырю, и, казалось, уносил с собой остатки тепла. Даже цикады или сверчки предпочитали молчать — лишь редкие фуры прорывались по шоссе вдалеке, озаряя заброшенную заправку рывками света. — Чёрт бы побрал этого Гэри с его встречами на отшибе, — тихо пробормотал Корти и, глубоко вздохнув, вылез из машины. Его ноги ступили на мягкую землю, пропитанную запахом ржавчины и застарелого бензина. Он поднял воротник плаща, чтобы защититься от холодного ветра, сунул руки в карманы, и подошёл к капоту, прислонившись к металлу. Взгляд его блуждал по безжизненному пейзажу: проржавевшие бензоколонки, разбитые стеклянные двери бывшего магазинчика, надписи граффити на стенах. Небо затянули тучи, и от этого вся сцена выглядела чересчур сюрреалистично, будто декорации для дешёвого фильма категории «Б» — ночной Голливуд в его худшем виде. Время шло, а Гэри так и не появлялся. Дэвид начал подумывать, что Носферату, возможно, решил над ним пошутить или попросту не собирался приходить. Он был почти готов вернуться в машину, когда вдруг сзади, в считанных сантиметрах, раздался голос — низкий, хрипловатый, с привычной насмешкой: — Когда ты так стоишь, детектив, напоминаешь одинокую статую какого-нибудь Данте, глядящего в Пекло. Дэвид вздрогнул: он не слышал ни шагов, ни шумов, которые могли выдать появление собеседника. Резко обернувшись, детектив увидел высокую фигуру в мешковатом плаще, скрывавшем очертания тела. Лицо тоже было в тени капюшона, но даже слабых очертаний хватало, чтобы узнать Гэри. Лоб неровный, покрытый буграми, а кожа болезненно-серая, словно её выжгли кислотой. Взгляд с хитрецой, а губы в кривой усмешке. Таков был Гэри Голден — один из Носферату Лос-Анджелеса, мастер теней и сплетен. — Ты шугаешься, как котёнок, — добавил Гэри насмешливо, сделав шаг вперёд. — Видимо, переоценил твоё самообладание. — Давно следишь за мной? — буркнул Дэвид, выпрямившись и стараясь казаться спокойным. Но сердце всё ещё колотилось от резкого испуга. — Обычным вампирам не так-то легко меня провести. — Достаточно, чтобы ещё раз убедиться, что в твоих жилах течёт кое-что необычное, — ухмыльнулся Гэри. — Да и ты переоценил мои художественные способности: чтобы прятаться на фоне коряги и щербатого забора, много таланта не надо. Дэвид прищурился. Носферату же медленно обошёл его, словно оценивая, исследуя взглядом каждую черту лица и движения, пытаясь заглянуть под кожу. — Гэри, — произнёс Корти, стараясь говорить ровно, — не будем терять время. Я принёс материалы, которые ты просил. — «Дело Макмилланов»? — оживился Гэри, сцепив пальцы. — О да! Много ли там грехов старой мафии, не оплаканных, не приукрашенных? Так хочется почитать. Дэвид открыл машину и достал тонкую папку с распечатанными фото и USB-флешку — всё, что ему удалось выкрасть из архивов. — Вот оно, — сказал детектив, но не спешил отдавать Носферату его сокровища. — Фото и материалы в электронном виде. Гэри издевательски прищёлкнул языком: — И вправду принёс. Отважное геройство! О, Корти, ты и правда умеешь удивлять. Вломиться в полицейский участок и вынести засекреченное дело — это, знаешь ли, не каждый день случается. «Берегись мартовских ид», — как писал один классик. — Мне не впервой, сам знаешь, — коротко ответил Дэвид, ощущая как раздражение разгорается. — А теперь очередь твоей части сделки. Ты обещал дать наводку на неонатку Тремер, которую я ищу. — Ах, твоя леди Алекс? — Гэри нагнулся ближе, и сквозь капюшон стали хорошо видны уродливые черты лица, напоминающие о нездоровом происхождении клана Носферату. — Да, её зовут Алекс. Её Сира убили прямо на суде у ЛаКруа. Он нарушил традиции, Обратив её без разрешения, и Князь избавился от него, чтобы сохранить порядок и лицо перед Камарильей. Алекс пощадили... — Гэри усмехнулся. — Но не из-за доброты, разумеется. Князю нужна была «рабочая сила» для грязной работы. Лишённая покровительства, с долгом жизни перед ЛаКруа, она теперь выполняет все его поручения, чтобы остаться в живых. Дэвид нахмурился, напряжённо вглядываясь в тень под капюшоном. — И что на этот раз? Какую «грязную работу» на неё взвалили? — Ах, да, вот это уже интереснее, — с усмешкой протянул Гэри. — Твоя Алекс сейчас пытается выкрасть кое-что ценное. Для самого ЛаКруа. Знаешь, такой себе пустяковый сувенир — Анкарский саркофаг. Дэвид резко повернулся к нему. — Саркофаг? — его голос прозвучал напряжённо. Ему не нужно было много времени, чтобы вспомнить этот объект. Он слишком хорошо помнил, что произошло на «Элизабет Дейн». — Тот самый, с корабля? — Тот самый, — подтвердил Гэри, блеснув жуткими зубами в усмешке. — ЛаКруа не зря держит её на коротком поводке. Саркофаг куда важнее, чем кажется на первый взгляд, и Алекс ввязалась в это по уши. Я бы даже сказал, что ей грозит не просто неприятность, а Окончательная Смерть. — Где она? — резко спросил Дэвид. — Последний раз её видели в Голливудских холмах, — ответил Гэри, медленно смакуя каждое слово. — У особняка семьи Джованни. Дэвид замер. Он слышал о Джованни, но детали оставались для него туманными. — Кто они? — спросил он, сдержанно, но настойчиво. — Чем они опасны? Гэри хмыкнул. — Ах, сынок, — протянул он, — Джованни — это не просто богатые итальянцы. Это некроманты, владеющие смертельными ритуалами и властвующие над мёртвыми. Они не любят незваных гостей. Не любят и тех, кто пытается у них что-то украсть. Особенно такую вещь, как саркофаг. Место жуткое, поверь. Я бы не советовал тебе туда соваться без подготовки. Он прищурился и добавил с насмешкой: — Так что, если твоя милая Алекс вломится туда, думая, что она хитрее всех, Джованни быстро покажут ей, каково это — стать частью их коллекции. Навсегда. Дэвид сжал кулаки, чувствуя, как в груди поднимается тревога. «Если там же окажется и Хезер…» — мелькнуло в его голове. Он вспомнил просьбы Джессики. Время действительно на исходе: если Алекс и правда столкнётся с некромантами, шансов на жизнь у неё (и у Хезер) будет ничтожно мало. — Дай мне адрес, — тихо, но решительно сказал он. Гэри медленно вытащил из кармана сложенный листок и протянул Дэвиду: — Вот. Голливудские холмы, особняк Джованни. Сегодня там закрытая вечеринка — чужакам вход строго воспрещён. Если уж решишь сунуться, лучше будь осторожен. Некроманты — ребята нервные. И очень... мстительные. Если попадёшься — молись, чтобы они тебя сразу убили. Всё остальное будет куда хуже. Дэвид коротко вздохнул и убрал бумажку в карман: — Значит, Алекс уже там? — Скорее всего, да. По моим сведениям, она вынуждена торопиться: ЛаКруа поставил жёсткие сроки. А как только она попадёт к Джованни… ну, возможно, всё кончится печально. — Гэри развёл руками. — Твои проблемы, детектив. Моё дело — лишь дать наводку. — Спасибо, — Дэвид кивнул. — Надеюсь, эти сведения верны. — «Хочешь гарантии? Купи тостер», — процитировал Гэри, хрипло смеясь. — А мне позволь насладиться чтением «Дела Макмилланов». Там, поди, полно семейных скелетов. Люблю такие старые скандалы. Вместо ответа Корти протянул папку и флешку. Гэри быстро прижал их к груди, словно драгоценную реликвию. В его жестах была заметна жадность, с которой он относился к новой информации. — Кстати, — окликнул его детектив, когда Носферату двинулся в сторону ржавой бензоколонки, собираясь скрыться. — Кто заказал тебе эти материалы? Есть какой-то «большой босс», который дёргает за ниточки? Гэри чуть наклонил голову набок, будто раздумывая, стоит ли отвечать. Тень капюшона скрывала его лицо почти полностью, но улыбку можно было почувствовать даже на расстоянии: — Я сделал одолжение мистеру Голдену, то есть самому себе, друг мой. — Он ухмыльнулся. — Лишь старая история, которую Носферату давно желали раскопать. Спи спокойно, детектив, и не лезь в эти подробности. Тебе же лучше будет. — Понятно, — коротко проговорил Дэвид. — Ах да, — вдруг добавил Гэри. — Есть ещё один, кто «попросил» меня помогать тебе. Но имя не имеет значения. Считай, что какая-то «заинтересованная сторона» присматривает за тобой. Возможно, она хочет, чтобы ты убрал ЛаКруа из игры, или просто свёл счёты. Я не берусь судить. У меня, видишь ли, правила просты: платят — я даю информацию. Больше мне ничего не интересно. С этими словами Гэри качнул головой и, не прощаясь, зашагал прочь. Его фигура буквально растворилась в темноте, словно ночная дымка поглотила его. Вышел из света — и нет его. Лишь капельки дождя прошелестели по ржавому металлу. Дэвид стоял, прислонившись к машине, оглядывая мрачный ландшафт, и мысли метались вихрем: «Особняк Джованни… Рискованное предприятие. Но выбора нет. Алекс может быть последней ниточкой к Хезер». Он тяжело вздохнул, садясь в «Шевроле». Мелкие капли дождя стучали по крыше, отражая обречённое настроение. Включив двигатель, Дэвид почувствовал, как в груди загорается решимость: «Надо спешить». Проклиная Гэри за темноту намёков, детектив нажал на педаль газа. Фары выхватили из мрака покосившийся забор, какие-то лужи, обломки бетонной плиты. При свете фар всё это смотрелось как потусторонний кошмар. — Ладно, — пробормотал он, выворачивая руль. — Сначала нужно предупредить Джессику. Ей может быть интересно узнать о новой зацепке. Хотя, с другой стороны, если возьму её туда, то рискну её жизнью… Лучше сделаю это сам. Дождь застучал по крыше, заглушая мысли, и «Шевроле» рванул вперёд, разрывая мокрую пелену ночи. Заброшенная заправка с её ржавыми трубами и гнилыми вывесками исчезла в зеркале заднего вида, будто дурной сон, от которого удалось сбежать. Но Дэвид знал — по-настоящему страшный сон ещё впереди. Он ждёт его там, за величественными воротами и каменными колоннами, где под маской светского приёма прячется смертельная угроза.